Глава 7

— Это… это просто немыслимо!

Громко запыхтев от негодования, с трудом сдержалась, чтобы не бросить расческу куда-нибудь подальше, повинуясь совершенно недопустимому порыву.

С самого моего пробуждения все пошло совсем не так! Мало того что я бессовестно проспала весь день, ничего не сделав, да к тому же теперь, когда до выхода из дома осталось всего ничего, уже битый час мучила волосы, которые спутались за время сна.

О том, чтобы сделать полноценную прическу, не было и речи! Я банально не могла полноценно распутать пряди, не говоря уже о том, чтобы так же ловко, как Гвенди, собрать их хотя бы в косы!

— Аврора! Ты проснулась? — голос Адриана за дверью вновь заставил вздрогнуть от неожиданности.

Я еще ни разу не слышала его шагов, отчего создавалось ощущение, будто мужчина материализуется прямо из воздуха.

— Да! Да, я уже встала!

— Я могу зайти?

— Входите, — по привычке проверив идеальность длины рукавов, я повернулась к дверям, невольно открывая рот.

— Я принес тебе завтрак. Мы с Амадеем не стали тебя будить, и он немного остыл, но если ты захочешь, я могу подогреть.

— Нет, спасибо, не нужно! Благодарю вас… Адриан, — вспомнив о своем вчерашнем обещании, улыбнулась, смутившись заботы мужского поступка.

— Ты потрясающе выглядишь, — сглотнув так, что выразительный кадык подпрыгнул, Адриан чинно отвел за спину руку. — Этот цвет… тебе невероятно идет.

— Благодарю. Надеюсь, это не слишком?

— Нет. Определенно. Ты потрясающа в этом платье. Кстати, я немного посвоевольничал и выбрал для тебя маскарадную маску.

— И кем я буду? — заинтригованно вытянув голову, закусила губу, тут же ощутив на этом жесте чужой взгляд.

— Звездой. Не буду тебя отвлекать, завтракай и собирайся, мы скоро отъезжаем. Аврора? У тебя все в порядке?

Мысленно застонав, честно приподняла в воздух щетку для волос, скорбно поджав губы.

— Кажется, я не справляюсь со своими волосами. Мне невероятно стыдно, но как показал прошедший час — я абсолютно беспомощна в борьбе с ними.

Адриан удивленно приподнял брови, осматривая место бедствия, точнее, мою голову, и прочистил горло.

— Если ты не против, я мог бы помочь. Конечно же, я не профессионал, но мог бы попробовать хотя бы прочесать их.

Стало невероятно стыдно за собственное бессилие. Не скрывая полыхающих щек, я согласно кивнула, резко втянув воздух от того, как неожиданно господин Энеску оказался рядом, мягко вынимая из моих пальцев женское орудие пыток.

— Прошу, постарайся мне довериться. Я обещаю быть аккуратным.

Медленный, полный каких-то завуалированных мыслей жест. Вампир осторожно подхватил мои волосы у затылка, едва ощутимо погладив кожу. Пальцы обхватили волосы плотным кольцом у основания и откровенно неторопливо потянули их щеткой в другой руке.

Не зная, куда смотреть, я разглядывала старые картины на стенах в широких рамах, на которых были изображены ни к чему не привязанные сюжеты времен года в здешних местах.

Вампир действительно был осторожен, ни разу не дернув ни одной волосинки. Я поймала себя на том, что смотрю на мужчину через отражение в зеркале, и отметила, как изменился его взгляд.

Потемневшие глаза выглядели задумчивыми, погруженными в свои мысли, и в некотором роде… потерянными. Он словно пребывал под гипнозом, раз за разом проводя густой щетиной по прядям, тянувшимся до самого пола и даже несколько больше.

Когда расчесывать было уже нечего, мужчина потянулся вперед, оказавшись прямо надо мной и едва не касаясь грудью головы. Щетка с тихим стуком опустилась на тумбу, но вампир не спешил отступать, поймав мой взгляд в отражении.

— Думаю, простая коса только подчеркнет твою естественную красоту.

Не ответив вслух, кивнула, чувствуя чуткие пальцы слишком близко к тонкой коже шеи.

В голове промелькнула яркая фантазия, как эти пальцы медленно, но уверенно прижимаются горячими подушечками и скользят по коже, оставляя на ней тонкие полосы прикосновений. Как крепкие руки обхватывают плечи и мужское лицо опускается ниже, недопустимо близко, позволяя губам оставить фантомный след поцелуя за ушком, от которого я закрою глаза, испуская томительный стон.

Видимо, уловив в моих глазах эти мысли, Адриан вздрогнул, резко отвел взгляд и торопливо принялся за волосы — разделил их на пряди и начал умело заплетать.

— Вот и все, прическа готова, — отступив слишком заметно, вампир отвел теперь уже обе руки за спину, уверенно распрямляясь. — Мы будем ждать тебя внизу.

— Адриан, что-то случилось? — бросила вслед удаляющегося вампира. — Я чем-то обидела вас?

Замерев в пороге, он даже не обернулся, но все же ответил, развеивая мои предположения.

— Ты не можешь меня обидеть, Аврора. Ты ничего мне не обещала.

Дверь захлопнулась, но шаги за ней так и не раздались, вновь подсказывая, что мужчина передвигается совершенно бесшумно.

Отчего мне, собственно говоря, не сделалось легче.

Это то притяжение, о котором он говорил? Оно?

Как я ни пыталась вспомнить, но не смогла поднять в памяти ни одного эпизода, в котором мои фантазии имели бы лицо. Всегда это были лишь безликие тени, собирательный образ того, кем виделся мне тот человек, который вызовет чувства. Но… Эта картинка, представшая перед глазами… Она имела четкий образ, который ни с чем нельзя перепутать.

Адриан.

Я видела именно вампира, оставляющего поцелуй на моей коже, в котором совершенно отсутствовала сдержанность, утопая в откровенности прикосновения.

Моя голова работала против меня, наделив призрака из розовых грез конкретным ликом, который теперь вызывал жар под кожей, рискуя выставить меня нелепой и опрометчивой, заставляя фантомные прикосновения ощущаться реальными.

— Ты готова? О, Аврора, ты выглядишь потрясающе! — восторженно произнес Амадей, явно пребывая в отличном расположении духа.

Как и предупреждал Адриан, они ждали меня внизу. Стоило спуститься с лестницы, как его брат тут же подставил мне локоть, предлагая обрести в нем опору.

— И так же чудесно пахнешь, — уже куда тише добавил вампир, уверенно уводя меня к выходу из дома.

Господин Энеску, напротив, был мрачен и молчалив. Не оборачиваясь, он дошагал до кареты, устраиваясь на козлах и обозначая, что именно он сегодня отвечает за поездку.

— Между вами что-то произошло? — тихо и поглядывая в спину брата, спросил Амадей. Он склонился чуть ближе, стоило нам устроиться на сидение и двинуться с места.

— Видимо, это так, — согласилась я. — У меня только мрачные предположения.

— Поделишься?

— Думаю, не стоит.

— Я мог бы помочь уладить разногласия, — храбро пообещал он, высоко вскидывая правую бровь. — Поверь, я тот еще дипломат!

— Нет никаких разногласий, — подал голос Адриан, щелкнув поводьями. — Не придумывай, Дей. Аврора лишь попросила меня помочь ей с прической. Не более того.

Неумелая, даже на мой скромный взгляд, недосказанность только раззадорила младшего, как я считала, брата Адриана. Вампир понимающе хмыкнул, закинув одну свою длинную ногу на другую, и выразительно сцепил пальцы в замок, всем своим видом показывая, что его не проведешь.

— Не более? Что в отношении singurul nostru (*рум. - наша единственная) может быть менее? — специально переходя на древний язык, спросил он. — Аi rănit-o? (*рум. - Ты причинил ей боль?)

— Не говори ерунды! Я бы не посмел. Am văzut mai multe decât există (*рум. - Я видел больше, чем есть).

— Прекратите! Мне крайне неприятно, что вы определенно обсуждаете меня при мне! Имейте хоть немного сдержанности и дождитесь, когда мои уши не будут вас слышать! — возмутилась я, сгорая от негодования. И тут же, взяв себя в руки, добавила: — Простите.

— Кому-кому, а тебе точно не за что извиняться, stea, — поспешил успокоить Амадей. — Я лишь спросил, обидел ли он тебя, а Адриан ответил, что не посмел бы.

— Только ли? — прищурившись, взглянула на вампира, всем своим видом демонстрируя недоверие.

— Нет. Также он сказал, что ему на секунду показалось, будто бы происходит то, на что он надеялся.

Даже не планируя врать или изворачиваться, Амадей буквально вывалил на меня признание брата, вновь подтверждая свое обещание не врать мне даже в мелочах.

Поджав губы от неловкости, закусила их изнутри, размышляя, стоит ли отвечать братьям той же монетой. Набрала в легкие побольше воздуха, а в сердце — побольше храбрости, и призналась:

— Вам не показалось, Адриан. Могу признаться, что это было самым интимным моментом в моей жизни.

— Что?

— Что?

На секунду упустив поводья, Адриан быстро собрал их, продолжая рассматривать меня через плечо с нескрываемым удивлением.

— Боюсь спросить, как же ты помогал с прической, что Аврора посчитала это интимностью, — даже не стараясь звучать вопросительно, Амадей медленно шевелил губами, не скрывая в голосе удивления и зависти.

— Клянусь всеми богами, ничего более того, что уместно, — поспешил оправдаться он. — Аврора, я допускал мысли, что твои отношения с сыном Франка не всегда были такими, какими я их застал.

— В таком случае вы ошибались. Между мной и Генри никогда и ничего не было.

— Даже… поцелуя? — играя ва-банк, спросил Амадей.

Невольно скривившись, прогнала от себя мысль об этой возможности.

— Никогда. Ничего.

— Тогда почему, когда я предложил сделать тебе ставку в виде поцелуя, ты согласилась? — ударяя по самому открытому, почти полностью пепельноволосый вампир с сомнением сощурил глаза. — Честно, сейчас я растерян и корю себя за то, что поддался тебе в той партии.

— Это неправда! Я выиграла честно!

— Продолжай верить в это, — рассмеялся он. — Но если откровенно, я полный идиот, что упустил этот шанс. И все же ответь, почему?

— Любопытство и бахвальство? Может, мне хотелось похвастаться подружкам, что мой первый поцелуй был с вампиром?

— Не-е-ет, — протянул он. — Слишком поверхностно, это не про тебя, звездочка.

— Тогда, допустим, я хотела узнать, как это — с кем-то, кроме Генри.

— Близко, но опять же не совсем правда, — подловив, мужчина поменял расположение ног, наклоняясь в мою сторону еще ближе. — Когда мы встретились, ты уже не сомневалась в своем побеге, а значит, и целовать этого прыща была не намерена. Так что, Аврора? Я буквально требую от тебя правды, какой бы она ни была.

— То, в каком свете она может предстать, навряд ли вас обидит, — придерживаясь этикета, отбила требование назад. — Только смутит меня, ставя в неловкое положение.

— Мммм, — чувственный мужской рот растянулся в тонкой удовлетворенной улыбке. — Ты хотела меня поцеловать, так ведь?

— Теперь я чувствую себя неудачником, — пробубнил Адриан, но его все услышали.

— Думайте так, господин Энеску, — обращаясь к Амадею, сказала я.

С улыбкой наблюдая, как стекает эта самодовольная ухмылка с красивых губ от растерянности официального обращения, мысленно себя похвалила.

— И меня эта участь настигла. Ты прав, Риан, звучит ужасно.

— Определенно.

— Но это все равно не омрачит моего настроения! Знать, что тебя хотела поцеловать singurul nostru*, дорогого стоит! — не растеряв веселости, Амадей подхватил мои пальцы, прижимая их к губам. — Ты сделала меня счастливее.

— Слишком не расслабляйтесь, — не став устраивать трагедию из разговоров начистоту и избегая новых неловкостей, посоветовала я.

— О, не посмею! Рядом с тобой я всегда наготове!

— Излом, — предупредил Адриан, предупреждая меня о скором перемещении.

Как и в прошлый раз, воздух задрожал и заискрился сверкающей крошкой, позволяя карете полностью провалиться в него.

Пейзаж практически не сменился, за исключением еще большего поместья на фоне, с огромными вытянутыми крышами башен, укрытых черной черепицей.

У главного, без сомнения, входа уже выстроилась огромная череда пустых карет, подсказывая, что из-за моей беспомощности с волосами мы все-таки опоздали к началу и сейчас должны поторопиться. От дверей к нам навстречу вышел высокий, но, судя по лицу, лишь юноша, хотя… С продолжительностью жизни вампиров я уже ни в чьем возрасте была не уверена.

— Танны Энеску! Рад, что в этот раз вы все же не нашли оправданий для отсутствия! О, а что это за юная танна столь ослепительной красоты?

— И тебе доброго вечера, Дрэго, — спрыгивая с козел, поприветствовал Адриан, ожидая, когда мы с Амадеем спустимся, чтобы подхватить мой свободный локоть. — Позволь представить — Аврора Кристенсон. Наша гостья.

— Гостья? — удивленно вскинутые пшеничные брови оставили глаза юноши холодными, как льдинки с их прозрачно голубым цветом. — Пусть так. Рад приветствовать вас в летней резиденции нашего князя. Прошу надеть маски и проходить в сад: игра уже началась, и с каждой минутой ваши шансы на победу таят. Не омрачите присутствие нашей гостьи, — выделив последнее слово, он добавил. — Случайным проигрышем, которого можно было бы избежать. Прошу.

Галантно, но слишком искусственно махнув рукой, он отошел, пропуская нас вперед.

Протянув мне маску, Адриан дождался, пока я закреплю ее на затылке с помощью лент, и заботливо поправил узелок. Надел свою, в виде черно-белой львиной головы, не закрывающую нижнюю часть лица. Амадей сегодня предпочел быть серебристым тигром, его маска тоже не прятала улыбку. Игриво изобразив скребущую воздух лапу, он ловко отгородил меня своим телом от внимательного взгляда Дрэго.

— А в чем заключается игра? — ступая по выложенной отполированными камнями дорожке, спросила я.

— Правила просты: кто первый найдет в саду ключ, тот и получит главный приз. По всей территории разложены подсказки, которые нужно постараться найти, и уже ориентируясь по ним, отыскать правильную дорогу.

— А как могут выглядеть эти подсказки?

— Как угодно, — ответил Адриан. — В зависимости от темы года. Могу предположить, что эти выставленные бутылки из-под вина — первая подсказка.

— Бутылки?

Проходя мимо небольшого столика, на котором был выставлен ровный круг из пустой стеклянной тары, я невольно прониклась азартом.

Было бы просто замечательно победить в сегодняшней игре!

Никогда, не считая тех записок от Адриана, я не участвовала ни в чем подобном, привыкнув, что все праздники проводят за накрытыми столами, изредка танцуя под музыку.

А здесь настоящее развлечение! И, судя по разбредшимся по пышному саду гостям, заинтересованных конкурентов у нас много.

— А в бутылках ничего нет? — предположила наугад.

— Посмотри, может, ты права, — лишив меня поддержки, вампиры позволили заглянуть в темные горлышки, чтобы я едва сдержала радостный вскрик.

— Там что-то есть! Там точно что-то есть! — восторженно шептала я, подзывая вампиров к себе.

Подхватив протянутую мной бутылку, Адриан потряс ею в воздухе, и ему на ладонь выпал скрученный в трубочку листок.

— Ловко. Читай, что там, — загоревшись нетерпением, поторопил Амадей, нависая над руками брата.

— «Есть конец, а есть начало. Узнай, что это означало».

— Потрясающе. И что же это значит?

— Может, попозже поймем? — предположила я. — Давайте попробуем найти еще что-нибудь?

— Вперед! На поиски!

Начавшаяся так воодушевляюще история быстро подошла к концу: обрыскав чуть ли не весь сад, мы не нашли ничего, что могло бы помочь.

Проходящие мимо гости, так же скрывавшие лица под разноцветными масками, не торопились делиться догадками, не обращая на нас никакого внимания. Видимо, только у меня был к ним интерес, так как тайком осматривая снующие парочки или неторопливых одиночек, я сравнивала их с людьми, не замечая практически никаких отличий.

Если бы не клыкастые улыбки и слишком выразительные глаза, я, возможно, даже не поняла бы, что передо мной вампир, увидев его, например, со спины. Или спящим.

Девушки, как и везде, с усердием выбирали праздничные наряды к сегодняшнему вечеру, мужчины выглядели потрясающе в парадных костюмах… Прямо бал в замке его величества. Никакой разницы. Разве что в большие группы вампиры не сходились, предпочитая компании уединение.

Оставшись ни с чем и едва не утратив уверенность, мы дошли до искусственного лабиринта, вглядываясь в тенистую арку входа.

— Может, там? Это было бы в духе игр, — предположил Амадей и кивнул в сторону зеленых стен. — Даже если не сможем ничего отыскать, хотя бы спрячемся от всех.

— Вам действительно так тяжело находиться с сородичами в непосредственной близости?

— Как бы тебе объяснить… В нашей жизни мало что меняется из года в год, так что мы избегаем лишних разговоров ни о чем, не имея желания попросту чесать языками.

— Но ведь у вас так много свободного времени, — не согласившись с вампирами, потянула их в зону зеленой изгороди. — Неужели возможная пустая болтовня неспособна его скрасить?

— Это наскучивает. Разговоры об одном и том же, — согласился с братом Адриан.

Лабиринт не торопился открывать нам свои секреты. Прошагав уже добрый десяток поворотов, я заметила странный блеск у корней кустарника, срываясь вперед.

— Нашла!

— Аврора! Аврора, постой! Это небезопасно! — крикнул мне вслед вампир, но я, опьяненная возможной подсказкой, не послушала, торопливо вытягивая из-под листвы небольшую серебряную шкатулку.

— Это точно подсказка! Адриан?.. Амадей?..

Крутнувшись на месте, ощутила, как сердце панически затрепыхалось.

Того места, откуда я начала свой рывок, уже не существовало. Проход затянуло густым кустарником так, будто его никогда и не было. Я стояла в тупике, сжимала в ладони злополучную коробочку и растеряно пялилась на высокую зеленую стену, отделившую меня от братьев Энеску и запершую в полном одиночестве.

Колючие мурашки промчались по коже, и мне сразу же стало холодно, пробуждая желание обхватить плечи руками.

Покрутив головой по сторонам, не увидела ничего, объясняющего неожиданное уединение.

Никого. Только я и тишина, словно никто из гостей больше не торопился посетить лабиринт, даже случайно не составив мне компанию.

Делать нечего, нужно идти.

Как-то по юности, слушая болтовню маминого книжного клуба, я узнала, что если идти по лабиринту, держаться рукой за одну из стен и не отпускать ее, то можно найти выход. Но то, как быстро нас разъединило с братьями явно магическое место, заставило меня отмести эту идею по причине ее нежизнеспособности.

Я могу часами так бродить в поисках спасения, но ни к чему не прийти, окончательно заблудившись.

— Эй! Здесь есть кто-нибудь? Отзовитесь!

Молчание стало мне ответом, окончательно вгоняя в уныние.

В ужас, если признаться честно, но, стараясь сохранять холодную голову, я продолжала идти, зовя на помощь.

— Прошу! Помогите мне! Кто-нибудь! Эй!

— Аврора? Что ты здесь делаешь?

Знакомый голос, раздавшийся за спиной, заставил вздрогнуть всем телом и вскрикнуть.

Стоящий в нескольких шагах вампир в простой маске с оттиском бесполого лица явно не ожидал меня здесь увидеть. Или только мне так казалось…

— Я заблудилась.

Оглянувшись по сторонам, мой самопровозглашенный «друг», видимо, убедился, что я здесь в полном одиночестве. За секунду преодолев расстояние между нами, он сжал мои замершие пальцы в горячей ладони.

Такой… теплый.

Хотя мне казалось, будто от вампира веет невыносимым холодом, его кожа оказалась по-человечески теплой.

— Ты замерзла. Подожди секунду.

Серый, как и в прошлый раз, плащ, только куда более богато расшитый серебряной нитью, покинул мужские плечи и опустился на мои, сразу же укрывая от остывшего сумеречного воздуха.

— С-спасибо. Не поможете мне найти дорогу к выходу? Я брожу тут уже достаточно долго, но, кажется, лишь больше заплутала.

— Как Энеску допустили, что ты вообще осталась в полном одиночестве?

— Это исключительно моя вина. Увидев шкатулку, я бросилась к ней, — стараясь оправдать ни в чем не повинных мужчин, пролепетала я. — И проход неожиданно исчез.

— Это же лабиринт, — не удивился мужчина. — Он создан для того, чтобы путать. И брать на себя вину не стоит. Ты их гостья, они обязаны следить за тобой.

Ощутив себя нашкодившим ребенком, виновато опустила голову, резко почувствовав себя лишней на этом празднике. Обузой для вампиров, решивших взять на себя ответственность за простого и хрупкого человека, способного на пустом месте влипнуть в неприятности.

— Ну, что с лицом? — своевольно подхватив пальцами мой подбородок, вампир вопросительно склонил голову к плечу, отчего его распущенные белоснежные волосы с шелестом скатились за спину. — Ты хотя бы прочла добытую таким трудом подсказку?

— Нет, как-то не до нее было. Извините. Мне, наверное, лучше отправиться обратно в Виндэм-холл.

— Аврора Кристенсон, откуда эти мрачные мысли в твоей голове? — глядя на меня через прорези для глаз в маске, которая скрывала все остальное лицо, спросил вампир. — Я отведу тебя к выходу. После случившегося потрясения ты просто обязана развлечься. Вот-вот начнутся танцы, и я уверен: кружась в этом платье, ты привлечешь взгляды сотен вампиров своей красотой.

— Думаю, это лишнее. Я всего лишь гостья…

— Именно это обязывает тебя веселиться и отлично провести время, — мужчина медленно потянул вверх свою маску, открывая квадратный мужественный подбородок, ровный, словно нарисованный нос и, наконец, свои глаза, заполненные серым туманом. — И как твой спаситель, я смею ангажировать тебя на танец. Не откажешься?

— Для начала выведете меня отсюда. Думаю, Адриан и Амадей сильно волнуются.

Словно прислушавшись к тишине, разговаривающей для него тысячью голосов, вампир только кивнул, соглашаясь с моими словами.

— Да, они ищут. Я выведу тебя к ним, идет?

— Буду премного благодарна.

— Танец, Аврора. Я прошу только танец.

Качнув головой в знак того, что принимаю условия, я позволила вампиру направить меня в нужную сторону. Пытаясь услышать бесшумные шаги рядом, задумчиво кусала губы.

— De ce faci asta? Insuportabil de privit. Ispita pură (*рум. - Зачем ты это делаешь? Невыносимо смотреть. Чистое искушение), — бормоча себе под нос, вампир шел шаг в шаг со мной, заставляя прислушиваться к непонятной речи.

Ровно до момента, пока я не запнулась о выступившие на поверхности почвы корни, с выразительным вскриком падая плашмя.

Сильные, словно выбитые из камня руки подхватили меня у самой земли, спасая от того, чтобы примять ее лицом, совершенно теряя достойный вид. И когда меня неожиданно перевернули, задержала дыхание, глядя на нависшее надо мной лицо вампира, туман в глазах которого стал выразительнее, заклубившись густыми тучами.

— Я… простите…

— Это ты меня прости, — прошептал он, склоняясь так низко, что я растеряла последние крупицы воздуха, чувствуя чужие губы на своих.