Глава 12

Не понимаю, что происходит? — подумал я, когда ощутил, что вокруг моей ноги что-то обвилось.

Хотя, вернее будет сказать не вокруг ноги, а моего нового магического доспеха. При этом, я не видел магии в болотной жиже, что было странно.

Я наклонился и опустил руку в болото. Пальцы сразу же нашли искомое и я стиснув то, что обвивало мою ногу, резко дернул руку вверх.

Ничего себе! — каким же было мое удивление, когда мне удалось разорвать то, что было в жиже.

И это оказалось какое-то щупальце. Точно такое же, как и у Титуса в пасти.

При этом, магическими аурами здесь обладали только я, мои фанги и…

Франсуа! — я сразу ринулся вслед за утащенным в болото Карателем и нагнал его ровно в тот момент, когда прямо из болотной жижи, на поверхность вылезло нечто похожее на гиганскую лягушку на макушке которой и рос цветок, который увидел Де’Кларри.

Любой другой на моем месте был бы шокирован и удивлен увиденным, но только не я.

Я уже привык к подобного рода сюрпризам, поэтому выхватив из специальных ножен в рукаве несколько метательных ножей-рыбок, не задумываясь насытил их парализующим ядом и сразу метнул в огромную тварь, которой каким-то непонятным образом удавалось прятаться в болотной жиже, хотя сама она была гораздо больше, чем глубина здесь.

Скорее всего, сидела в вырытой яме, — подумал я, смотря как все три мои клинка вошли гигантской жабе в морду.

Оказавшись рядом с ядовитым магом, я хотел было разорвать щупальце, чтобы освободить его, но он справился и сам.

— Ааа-х! — он вынырнул из болотной жижи. — Люк, отойди! — обеспокоенно произнес он и я увидел, как вокруг него образовалось темное, почти черное пятно, которое начало быстро увеличиваться в размерах.

И судя по тому, что я видел частички маны Франсуа в болотной жиже, это явно была какая-то отрава.

— Мне не страшны яды, — честно сказал я дяде Люка Кастельмора, но на всякий случай отступил, так как побоялся испортить одежду.

Я не знал, чем именно воспользовался Каратель, поэтому решил не рисковать. Мне бы его магия не навредила, но если вдруг оказалось бы, что магическая отрава Де’Кларри схожа, например, с ядом Венолингов, то она могла бы навредить моей одежде и остальным предметам на мне.

Опять же, яд Венолингов был настолько сильным, что мог растворять металлические доспехи.

При этом, самому мне, яд Карателя не смог бы навредить из-за магической брони, которая покрывала все мое тело, но не распространялась на одежду.

Кстати, на мой ответ о ядах, Франсуа отреагировал вполне спокойно, так как наверняка и так об этом догадывался.

Ну, а тем временем, лягушка, открыла свою пасть, и «выстрелила» в нашу сторону языком.

Вот только цель она выбрала неправильную.

— Люк! — испуганно выкрикнул Каратель, когда ее язык врезался в меня, но не нанес каких-либо повреждений.

Вот только он оказался очень липким, поэтому намертво прилип к моей одежде, которая сразу же начала трещать по швам, когда лягушка с цветком на голове решила втянуть свой язык обратно.

Ну уж нет! — я схватился за язык руками и сразу же «послал» в него ударную дозу отравы Венолинга.

И разумеется болотной твари это не понравилось. Она с еще большей силой начала пытаться втянуть свой язык обратно, вот только он намертво прилип к моей одежде, и чтобы монстр ее не порвал, мне пришлось удерживать его руками, а заодно и насыщать тело земноводного ядом.

И долго она не продержалась.

Какое-то время гиганская жаба все еще пыталась что-то сделать, но когда отравы в ее теле стало слишком много, она просто начала биться в конвульсиях, а затем замертво рухнула.

И все это, разумеется, случилось на глазах у Франсуа, который к слову, не выглядел особо удивленным.

Когда болотная тварь, наконец, перестала шевелиться, Каратель, посмотрел на меня, и впервые за долго время мне было сложно прочитать, что означает его взгляд.

Я хотел было, что-то сказать ему, но он заговорил первым.

— Я сорву цветок? — спросил он, кивая на тело мертвой жабы.

— Да, конечно, — спокойно ответил я, смотря на магический цветок, который был живее всех живых.

В отличии от его носителя…

Получив мой ответ Де’Кларри пошел за своим подарком венере, а я начал анализировать бой, который только что состоялся.

И единственный вопрос, который больше всего меня волновал — почему эта гигантская жаба не обладала никакой магической аурой?

Она же жила в месте, где все пропитано маной!

Да даже сама болотная жижа и-то была магической.

А тут, ни малейшей частички магии! Как такое, вообще, возможно⁈ — вопросы в моей голове появлялись один за одним, пока я наблюдал за тем, как дядя Люка Кастельмора подходит к жабе, а затем и срезает цветок.

И стоило ему разрезать стебель, как магия в растении сразу же начала медленно угасать.

— Судя по всему, какой-то паразитический вид, — поравнявшись со мной, произнес Франсуа, смотря на цветок.

— Скорее всего, — ответил я Карателю, потому что придерживался именно такого же мнения.

И если я правильно все понял, то именно этот цветок и высосал всю магию из лягушки, которая раньше, с большой вероятностью, была магическим зверем.

— Возвращаемся? — посмотрев на небо, спросил я Франсуа. — Иные говорят, что ночью на этих болотах очень опасно, — произнес я и Де’Кларри кивнул.

— Да, можем возвращаться. Я получил то, зачем пришел, — ответил Каратель и мы отправились обратно в поселение, где нас, оказывается, уже заждались.

— Ах’Харан! — в голосе Зеленога послышались нотки тревоги.

— Что случилось? — спросил я молодого Иного, который выглядел очень обеспокоенным.

— Все вас ищут! — произнес он, а затем посмотрел на Франсуа, который держал в руке цветок, предназначенный для Венеры. — Нельзя ходить по болотам, когда стемнеет! — покачал он головой и я увидел осуждение в его взгляде.

— Мы вернулись до того, как наступила ночь, — спокойно ответил я Иному, после чего повернулся к Де’Кларри. — Давай я пока подержу цветок у себя. Завтра подаришь ей наедине, — предложил я Карателю и тот не задумываясь, отдал мне подарок для младшей Сервантес.

— Я пойду отдыхать, — сказал Каратель и попрощавшись со мной, пошел в сторону шатра, а я вернулся к разговору с Зеленогом.

— Вождь вас ждет, Ах’Харан! — произнес молодой Иной, когда Франсуа ушел. — Давно ждет. И он недоволен, — добавил коренной житель другой стороны Разлома и я усмехнулся про себя.

И что теперь? Мне, прикажите, бежать к нему со всех ног?

Думаю, этот молодой Иной переоценивает значимость своего вождя для меня.

Хотя, грех его в этом винить, учитывая что он вырос в племени с определенными ценностями, которые ему прививали с детства. И я уверен, что все молодые Иные воспитывались так, чтобы вождя своего племени они считали «всем», и выше него мог быть только Бог, ну и Великая Матерь, соответственно.

— Хорошо, — тем временем, спокойно ответил я Зеленогу, после чего в сопровождении молодого Иного направился к жилищу вождя.

Ну, и как это было и в прошлые разы, Избранник Угла встретил меня очень недовольным.

— Где ты был? — спросил он, смотря мне в глаза.

— Ходил искать своего родственника, — честно ответил я и осмотрелся. — Скажи, куда можно поставить этот цветок? — спросил я, и друид удивленно уставился на растение у меня в руке.

— Это же Мозголотус, — произнес Иной, задумчивым тоном и я усмехнулся про себя.

Подходящее название для подобного растения, — подумал я, учитывая, где бы его нашли.

— Он паразитирует на живых организмах? — спросил я.

— Верно, причем питается этот цветок, не только питательными веществами жертвы, но и их магией, — подтвердил друид мои догадки.

— Он ведь способен полностью лишить свою жертву магии? — уточнил я.

— Да, причем делает он это очень быстро, — ответил Избранник Угла. — Где вы его нашли? — удивленно спросил вождь.

— Недалеко отсюда. Мой родственник заприметил его, пока мы шли из Мертвого города в поселение, а затем отправился за ним, чтобы подарить цветок той, которую любит, — ответил я Иному и тот усмехнулся.

— И как моя дочь пропустила такое сокровище, — друид тяжело вздохнул и покачал головой.

— А что в нем ценного? — спросил я, так как мне стало интересно узнать свойства этого растения.

— Да, особо никаких для всех, кроме меня — ответил мне Избранник Угла.

Хм-м, а ведь для друида, который специализировался на фамильярах ростениях, этот цветок мог быть очень полезен.

И тут мне в голову пришла одна интересная идея.

— Слушай, а у тебя случайно нет колец? — спросил я Избранника Угла.

— Колец? — немного удивился мой собеседник. — Полно, — ответил он. — Вон там, — он кивнул на дальнюю стену своего жилища, где у него стоял стеллаж, на котором было очень много разных ларцов и шкатулок.

Причем, все они были, явно, людского происхождения.

— Я могу посмотреть? — спросил я.

— Разумеется, только зачем тебе они? — усмехнулся друид с интересом наблюдая за мной.

— Хочу выменять у тебя на них цветок, — честно ответил я и Избранник Угла переменился в лице.

— Правда? — удивленно спросил он.

— Ага, — кивнул я вождю, подходя к стеллажу, который был явно наспех сколочен из того, что Иные смогли найти на болотах.

При этом, богато украшенные золотом и другими драгоценными металлами, шкатулки и ларцы, смотрелись на нем чуждо и не к месту.

Хм-м, интересно, — подумал я, смотря на изделия, которые явно были лишены чего-то значимого, а именно — камней.

И такая же участь ждала и кольца.

— А куда делись все камни? — спросил я друида.

— Так они полезные, — спокойно ответил Избранник Угла. — Они могут поглощать и накапливать магию. Если нужны кольца с камнями, то самая верхняя коробка. В ней есть безделушки с которых я еще не снял камешки, — добавил мой собеседник и я взял шкатулку, про которую говорил вождь.

Открыв ее, я действительно обнаружил внутри кучу колец, сережек и ожерелий.

Да уж, попади такая шкатулка любому, кто живет на материке, и о бедной жизни можно было забыть. Парочка украшений, что были внутри, наверняка могли стоить дороже, чем мое поместье.

А если добавить еще и третье, то и на земли мои хватило бы.

Да, я конечно, утрировал, но драгоценности внутри были, что надо.

И самое забавное, что для Иных они не представляли никакой ценности.

Разве что камни в них, да и то только как накопители маны.

— Я сейчас вернусь, — сказал я вождю, после чего покинул его жилище и не обращая внимания на Зеленога, который увязался за мной, направился прямиком к палатке друзей.

Идти было недалеко, поэтому вскоре я уже был на месте.

— Франсуа, есть разговор, — заглянув внутрь, позвал я дядю Люка Кастельмора, и когда он вышел и мы с ним отошли подальше, дабы избежать лишних ушей и глаз, я протянул ему шкатулку с драгоценностями, которую, заранее, завернул в первую попавшуюся мне на глаза тряпку.

— Что это? — спросил Де’Кларри, подозрительно смотря на ларец у себя в руках.

Я тяжело вздохнул и покачал головой, после чего сам открыл ларец и улыбнулся, наблюдая за реакцией Карателя, глаза которого засветились от счастья.

— Выбирай, что нравится, — сказал я ядовитому магу. — Но есть условие. Вождь заберет цветок.

— Да, пусть забирает! — не отрываясь от драгоценностей, махнул рукой Франсуа. — Я правда, могу взять любое кольцо? — спросил он.

— Да, и не только. Выбери, что нравится. Только поторопись, — ответил я ядовитому магу, а-то друид и так ждал меня долго.

Хотя, я принес ему цветок, который наверняка был ему нужен…

— Эти! — спустя пару минут Де’Кларри выбрал изящное кольцо с темно-синим камнем, и к нему же ожерелье, которое было инкрустировано точно такими же камнями, что и кольцо.

— Хорошо, забирай, — ответил я Карателю. — Завтра, я заберу тебя и Венеру с собой, и ты сделаешь, что запланировал, — сказал я дяде Люка Кастельмора, который светился от счастья.

И куда, спрашивается, делось его отрешенность и хладнокровие…

— Спасибо! — на лице Франсуа появилась добрая улыбка. — Люк, правда…

— Не благодари, — ответил я и сам невольно улыбнулся, смотря на Де’Кларри.

Возможно, будь в моем родном мире, человек, который также помог мне, как я Де’Кларри, то и у меня судьба сложилась по-другому.

Но, к сожалению, у меня такого человека не было…

Когда дела с Франсуа были улажены, я вернулся к вождю и вернул шкатулку обратно на место.

— Цветок твой, — произнес я, и друид довольно улыбнулся.

— Спасибо! — поблагодарил он, а затем я ощутил магический импульс, исходящий от него.

Не прошло и пары секунд, как в жилище Избранника Угла вползло странное существо, которое представляло из себя лианы, переплетенные друг с другом и по своему внешнему виду напоминали странную гусеницу, покрытую мхом и цветами.

— Это тоже твой фамильяр? — спросил я вождя.

— Да, — ответил отец Принявшей разложение. — Лу’Шу, подойди, — он поманил существо к себе, и оно послушно направилось к своему хозяину.

Вскоре, Избранник Угла, словно котика, держал своего фамильяра на руках.

— Люк, подай Мозголотус, — вождь кивнул на ведро с водой, в котором стоял цветок и я поднес его друиду.

А дальше произошло то, чего увидеть никак не ожидал.

Избранник Угла, просто, воткнул стебель цветка прямо в тело своего фамильяра и растение «ожило».

Я использовал магическое зрение и увидел, как магическая аура цветка начала восстанавливаться.

— Это способность Лу’Шу, — произнес друид, видя удивление на моем лице. — Он может восстанавливать погибшие растения, — добавил он, а затем положил травянистую гусеницу на пол. — Возвращайся в загон, — приказал «живой грядке» Избранник Угла и существо, на спине которого рос, теперь, Мозголотус поползло на выход.

Я проводил гусеницу взглядом, а затем спросил:

— А цветок не высосет всю магическую энергию из твое фамильяра?

— Нет, — покачал головой мой собеседник. — Мозголотус может паразитировать только на животных, но не может на растениях, поэтому Лу’Шу ничего не угрожает, — добавил друид и потянулся к курительной трубке. — Садись, — он кивнул на шкуры.

Я принял приглашение вождя и сел напротив.

— Теперь, поговорим о войне, — отец Принявшей разложение начал забивать трубку табаком.

— Ты решил, где мы дадим Совету Шести бой? — спросил я и друид кивнул.

— Да, я принял решение. Мы дадим бой…