39

Лия забежала в ванную и захлопнула за собой дверь, накинув крючок на железную петлю, торчащую в косяке. Потом она прислонилась спиной к прохладному кафелю у раковины и, не отрываясь, напряженно смотрела на дверь. Вдруг стало душно. Кожа как будто горела. Дыхание участилось и нестерпимо захотелось раздеться. Она стянула с себя накидку, отбрасывая на пол и не понимая, что с ней творится.

— Лия, открой. Открой, пожалуйста, — за дверью раздался ласковый голос мужа. Он был четко слышен, ведь двери были подогнаны к косяку неплотно и имели со стороны крючка тонкую щель.

— Уходи! — крикнула она, всхлипывая.

Соски снова закололо, она потеряла их ладошками и чуть не застонала. Удовольствие молнией прошило тело, ударяя в самое лоно. Это напугало еще сильнее. Лия знала, что существуют средства для мужчин типа «Виагры», но не думала, что можно такое изобрести для женщины.

— Открой, пожалуйста. Обещаю, я тебя не обижу. Прости, я снова сорвался, но ведь я тебя предупредил еще вчера.

— Уходи, — злобно процедила она сквозь зубы, чувствуя, как хочется раздеться и прикоснуться к прохладе кафеля голым телом.

Самым поганым было то, что руки стали подрагивать и она даже дотянуться до молнии не смогла, не то что расстегнуть ее. В следующую секунду послышались удаляющиеся шаги, но Лия не могла себе позволить довериться сейчас и выйти из укрытия. Элан мог схитрить, сделать вид, что действительно ушел, а сам караулил бы ее около входа. Через минуту снова послышались шаги, а потом Лия с ужасом увидела, как в щелку между косяком и дверью проснулся нож.

Элан снова сглупил и напугал ее. В его планы это не входило, но монстры вырвались на свободу, сметая остатки разума. Он думал, что заставит ее разрешить прикоснуться к себе, пока без проникновения. Просто покажет, что секс на самом деле сладок, но одно ее слово вызвало бурю эмоций, и монстры вырвались из клетки. Он знал, что когда-то этот миг наступит. У него долго не было секса, а это его вторая потребность после еды. Даже брат в свое время удивлялся, глядя на него. Оянг ездил в бордель не больше трех раз в неделю, Элан проводил там каждый вечер и не жалел денег, заказывая иногда по три девушки друг за другом. Иной раз он пользовал только одну шлюху, но тогда затрахивал ее до желеобразного состояния, когда она даже рукой шевельнуть не могла, чтобы отползти от него.

Элан думал, что со временем это пройдет, что каждым прожитым годом его бешеная сексуальная энергия начнет утихать, но она не хотела униматься. И вот, наконец-то, он пресытился. К тридцати годам умерил свой пыл, но вдруг ему навязали эту девочку.

Еще там, на свадьбе, его вштырило так, что он не удержался и сделал ей больно, хватая за руку. В голове звенело только одно: подмять ее под себя и трахнуть. Со временем это желание становилось невыносимым, но сдерживаться в доме, где постоянно отиралась куча народу, было легче, к тому же, ее обморок в первую ночь, а потом и то, что он узнал от детектива, помогло. Элан подавлял в себе желание из- за ее психологической травмы. Утром и вечером гонял свой член в кулаке, закрываясь в ванной. Но всего этого было мало. Занятие онанизмом морально не удовлетворяло, принося лишь физическую разрядку. Ему нужна была женщина, живая плоть, в которую он мог загнать свой член по самые яйца. Ему необходимо было видеть, как она превращается в оголенный нерв, кончая под ним.

Сейчас они были одни, запертые в собственном доме, и Элан не выдержал. Он хотел ее до кровавых пятен в глазах. Именно ее, Лию. Такого с ним еще никогда не было. Эта маленькая хрупкая девочка, которая едва до плеча ему макушкой доставала, делала из него настоящего маньяка. Элан решился подлить ей возбуждающего в напиток, чтобы форсировать события. Лия должна принадлежать ему, иначе он не выдержит и тупо изнасилует ее, а потом будет делать это снова и снова. Элану не хотелось такого развития событий, но монстры вышли из-под контроля — когда-то это должно было случиться.

Он толкнул девчонку на кровать, но она умудрилась убежать. Элан подорвался за ней следом. Он просил ее остановиться, но она бежала с такой скоростью, словно за ней гналась целая стая собак. В голове вдруг перемкнуло, и он испугался за нее. Вдруг подумалось, что она решится что-то с собой сделать. Монстры утихли под напором новых эмоций. Он подошел к двери ванной, извинялся, несколько раз просил ее открыть, но жена упорно говорила лишь одно слово: «Уходи».

Выход был только один — открыть эту чертову дверь. В щелке между дверью и косяком виднелся крючок. Элан принес с кухни нож и, просунув его в щель, толкнул крючок вверх. Когда открылась дверь, он увидел, как Лия стоит у стены напротив и вжимается в кафель, желая просочиться сквозь стену будто вода в песок. Ее тело дрожало, на щеках алел румянец, а в глазах плескался запредельный страх.

Элан откинул нож в сторону, и тот с характерным стуком упал на пол. Потом он шагнул в помещение. Девчонка тут же ринулась к дверям, но он ловко поймал ее и прижал к себе спиной.

— Пусти! Пусти! — закричала она тонким голоском.

— Все, тихо, успокойся. Все хорошо. Слышишь? Все хорошо. Я не причиню тебе боль. Я просто испугался, что ты можешь что-то с собой сделать, поэтому побежал следом, — ласково уговаривал он ее, но девушка брыкалась в его руках, пытаясь вырваться.

Лия сопротивлялась, вертелась, прижатая к его телу. Такие действия вызвали прямо противоположный эффект. Ее тело невольно терлось о его руки и торс и возбуждалось. Это было неправильно и стыдно, но она ничего не могла с собой поделать. Как бы она ни была наивна, но сейчас не распознать возбуждение, сквозившее во всем теле, было сложно.

Элан не предпринимал никаких действий, ласково уговаривал, держа в своих объятиях. Лия поняла, что он снова нормальный мужчина, ее муж, который ей нравился в последнее время все больше, но вместе с этим пришла мысль, что это — край. Сейчас он себя сдержал, но завтра снова набросится на нее как дикий зверь, и тогда насилия не избежать. Как бы она ни боялась, но нужно было что-то сделать. Лия перестала сопротивляться и тихо произнесла:

— Я устала, Элан. Устала постоянно испытывать страх и ждать от тебя подвоха. Возможно, ты не насильник, но я постоянно этого жду… это приносит дополнительные страдания. Сейчас ты вообще поступил подло, подлил мне возбуждающего. Я поняла только сейчас. Хорошо, я согласна с тобой переспать, но ты должен пообещать мне, что не будет такого, как в самом начале. Обещай, что не будешь грубым.

Лия сглотнула, слова дались с трудом. Решиться на это при всех фобиях и страхах было настоящим подвигом, но она действительно устала от всего этого.

— Я буду нежным, обещаю. Только прошу тебя, не говори ничего. Сейчас ты можешь стонать, кричать, если тебе будет хорошо, но слова под запретом. И запомни, с этой минуты я не смогу остановиться. Твое тело принадлежит мне.

Он отпустил ее, и Лия быстро сполоснула лицо, смывая потекшую тушь. Потом она развернулась и медленно пошла по направлению к лестнице. Последние его слова эхом звучали в голове: «И запомни, с этой минуты я не смогу остановиться. Твое тело принадлежит мне».

Они зашли в спальню. Элан остановился у кровати. Он ласково посмотрел на нее, погладив по щеке.

— Сегодня наша настоящая первая брачная ночь. Ты сама согласилась, Лия, поэтому давай начнем ее как и положено. Ты должна меня раздеть. Можешь кидать одежду на пол.

Прикоснувшись к вороту его пиджака, Лия потянула его с плеч. Ткань скользнула по телу и упала под ноги супруга. Она прикусила нижнюю губу, затем стала расстегивать рубашку, давая себе установку не впадать в панику. Они уже спали голыми, Элан обнимал ее при этом, посему было не так жутко, как в ночь после свадьбы.

Рубашка также упала к его ногам. Лия вздохнула, словно собралась прыгать с вышки в бассейн, а потом потянула вниз брюки, одновременно захватывая трусы. Теперь Элан стоял перед ней нагой, и она снова рассматривала его. Красивый, безусловно, но за этим великолепным фасадом — огонь и клубы черного дыма. Она еще раз напомнила себе, что должна потушить этот пожар, наконец-то став его женой по-настоящему.

— Повернись. Теперь я раздену тебя, — мягко попросил Элан. — Запомни, девочка, сейчас ты не можешь просить меня остановиться. Наверное, ты и сама поняла, что подвела меня к черте. Молчи, не отвечай, — он приложил палец к ее губам.

Лия встала к нему спиной, а через секунду почувствовала, как молния на платье стала разъезжаться. Он медленно тянул бегунок вниз и целовал открывшиеся участки спины. Касание губ было очень нежным, почти невесомым, но по телу пронеслась волна приятных мурашек. Как бы Лия ни злилась на него, но в данную секунду была, пожалуй, даже благодарна за морс с возбуждающим средством: страхи уходили на задворки сознания — чувственное наслаждение робко выползало на свет.

Его губы остановились на талии — там, где кончалась молния. Лия скосила взгляд на шкаф с зеркалом во весь рост, в нем они отображались в профиль. Она увидела, как Элан сидит на корточках перед ней и покрывает поцелуями поясницу. Потом его руки легли на щиколотки и стали так же медленно, как он расстегивал до этого платье, поднимать его вверх, скользя по ногам. Она резко отвернулась от изображения, прикусив губу, чтобы не застонать. Его руки дарили тепло, о котором она даже не подозревала, а еще — наслаждение. Вдруг мелькнула мысль, что это виноват неизвестный афродизиак, но поцелуй во впадинку коленки заставил вздрогнуть, и эта дрожь пробежала по телу, сметая все сомнения на своем пути.

Его пальцы медленно скользили по нежной коже, поднимая платье вверх. Это было настоящим блаженством. Сейчас ему казалось, что он ждал целую вечность, чтобы прикоснуться к ней вот так. Элан посмотрел в зеркало на шкафу, и их взгляды встретились. С такого расстояния было плохо видно, но он мог бы поклясться, что глаза жены затопила дымка желания. Она покусывала дрожащие губы, как будто хотела застонать, но боялась. Неожиданно Лия отвернулась, и он решил, что сделает сейчас все возможное, чтобы не спугнуть ее. Снова посмотрев на ее стройные ножки, он поцеловал внутреннюю сторону ее коленки, сначала одной, а после другой. Лия задрожала, но Элан был опытным любовником и видел, что это вовсе не отвращение.

Дойдя до ее прекрасной попки, он не стал задерживаться, а схватился за собранное на руках платье и потянул вверх. Лия сама подняла руки, позволяя его с себя снять, и белая ткань опустилась на пол.

На ней было красивое кружевное белье: белоснежный бюстгальтер и крошечные трусики. Они оттеняли нежную кожу кремового цвета, и Элан подумал, что она прекрасна. Он готов был вывернуться наизнанку, лишь бы тьма снова не подступила и не спугнула ее.

Лия почувствовала, как слегка прикусили кожу на плече, а потом расстегнули бюстгальтер. Лямки упали с плеч, и кружевная вещица спланировала на ноги. Она думала, что теперь Элан встанет впереди нее или потащит на кровать, но он не торопился. Медленно провел пальцами по шее, а затем прочертил дорожку до сосков и накрыл ее груди ладонями. Его пальцы нежно скользили по коже, очерчивая круги, ласкали чувствительные горошинки сосков, а губы рисовали узоры на плечах. Стало так хорошо, что Лия застонала — робко, тихо, словно боялась спугнуть собственные ощущения. Неожиданно его руки скользнули вниз, а поцелуи оставляли влажный след на позвоночнике. Элан кончиками пальцев погладил ее животик, потом раздвинул пальцы, чуть впиваясь в кожу, словно пытаясь ее удержать. В следующую секунду его губы прикоснулись к копчику, еще и еще раз. Было щекотно и в то же время так здорово, что она встала на цыпочки и содрогнулась от этого ощущения.

Лия и не подозревала, что это место у нее настолько чувствительное, потому что когда он провел там языком, она застонала в голос. Как с нее сняли трусики, она уже не помнила. Опомнилась только, когда он подхватил ее на руки и положил на кровать, заметем лег сверху, нежно прикасаясь к губам. Руки будто сами потянулись к его телу, огладили плечи и двинулись дальше. Она еще помнила, насколько приятная на ощупь кожа на его спине, какие упругие сильные мышцы… Но сейчас можно было свободно изучить его всего. Прикоснуться в тех местах, о которых она раньше и думать не смела.

— Ты не знаешь, девочка, какая ты на самом деле страстная. Я докажу тебе, что ты тоже можешь наслаждаться этим наравне со мной, — шепнул он ей прямо в губы.

Она ничего не ответила, помня уговор молчать, только сжала ладошками его ягодицы, дурея от собственной смелости. Все преграды смело лавиной чувственной страсти. В голове не осталось плохих мыслей, только румянец горел на щеках, выдавая неловкость девушки, в первый раз решившийся на секс с мужчиной.

Она была великолепна. Смущалась и робко касалась его тела, а он с трудом сдерживал свои порывы. Старался использовать весь свой опыт, чтобы доставить ей удовольствие. Элан понимал, что сейчас она так возбуждена из-за действия афродизиака, но если он сделает все правильно, то завтра она отдастся ему сама. Поэтому он не уставал ласкать ее тело руками и губами. Наконец он добрался до одного из сосков и втянул в рот. Было трудно не скатиться в бездну и не начать действовать на грани наслаждения и боли, но он оторвался от нее…

— Еще, — вдруг простонала Лия, нарушив его запрет, но это были те слова, которые он жаждал услышать больше всего.

Он прикоснулся к другому соску и пососал его сильнее. Лия прогнулась в спине и издала протяжный стон.

Она дрожала в его руках, покрывалась испариной, а ее естественный запах срывал тормоза. Элан выцеловывал ее животик, наслаждаясь солоноватым вкусом кожи, и одновременно ласкал руками грудь. Ее стоны складывались в прекрасную мелодию, а собственное сердце гулко стучало, вплетаясь в эти звуки. Он поднялся поцелуями ее груди, снова приласкал соски и впился в губы страстным поцелуем.

Лия почувствовала, что его губы слегка соленые, но это не вызвало отвращения, наоборот, захотелось их облизать, что она и сделала, копируя его поцелуй, потом осмелела еще больше и погладила его живот, слегка задевая головку члена. Элан перекатился на бок, увлекая ее за собой, потом снова приник к губам, а рука тем временем накрыла лоно.

Бедра сами раскрылись, давая понять, что она готова к большему, и он не заставил себя ждать: провел проворными пальчиками между влажных складок, затем приласкал горошинку клитора. Потом положил ее руку на свой член, побуждая к действию, и снова принялся ласкать клитор. Дрожащими пальцами Лия провела по стволу, задела головку, вырывая стоны из его груди, а в собственном теле нарастало цунами. Жаркий выдох сорвался с губ. Терпеть стало невозможно, и она заерзала на простынях, поджимая пальчики на ступнях. Вдруг ее резко перевернули на спину и широко раздвинули ноги. Лия приоткрыла глаза и увидела, как его голова опускается между ее ног. В следующую секунду его язык прикоснулся к клитору, тело прошила огненная стрела, и Лия вскрикнула.

Внутри зажегся настоящий пожар и никак не хотел утихать. Он неистовствовал, пожирая все на своем пути. Сметал все преграды. Он ласкал ее там губами и языком, а внизу живота что-то стремительно набухало, словно огонь теперь сосредоточился в одном месте. Через какое-то время ее затрясло, по телу рассыпались миллионы крошечных искорок, и она закричала в своем первом в жизни оргазме.

Элан ликовал, наконец-то он добился того, чего хотел. Она кричала и билась в конвульсиях оргазма, раскинув руки на простынях, словно птица. Сирена. Его сирена, самая любимая женщина на свете. Он больше не мог ждать, и, пока она не опомнилась, приподнялся и резко вошел в ее лоно. Новый крик ударил по ушам, он подождал пару секунд, давая ей привыкнуть и начал двигаться. Возбуждение переполняло его настолько, что он почти сразу перешел на бешеный ритм и кончил глубоко в ней.

Элан наклонился над любимым лицом. По ее щекам катились слезинки и он сцеловал каждую, благодаря ее за подаренную ночь любви.

Элан шептал слова благодарности, а Лия не могла пошевелиться — казалось, из нее разом выбили весь дух и осталась одна оболочка. Но как же это было прекрасно — избавиться от своих страхов. Сейчас она плакала от счастья, ероша его волосы, и молила судьбу, чтобы ее муж остался таким навсегда: чувственным, нежным и терпеливым.

— Спасибо тебе. Ты подарил мне мир, полный ярких красок, — искренне поблагодарила она.

— Это тебе спасибо. Я не устану это повторять, ты — мое чудо. Тебе нужно обмыться. Я отнесу тебя.

Элан, встав с кровати, подхватил ее на руки и пошел в ванную. Там они вместе стояли под душем, и Лия, пряча взгляд от неловкости, позволяла себя мыть.

— Посмотри на меня, девочка, — вдруг скомандовал он.

Лия посмотрела на него снизу вверх и увидела в глазах черную бездну, но она больше не пугала.

— Я сказал тебе, что отныне твое тело принадлежит мне. Хочу, чтобы ты знала, что это значит. Я дам тебе один день, чтобы восстановиться, а потом буду брать, когда захочу — при условии, что не будет препятствий к этому. Я очень темпераментный человек, и мне нужно много секса. Это даже один раз в день. Теперь ты моя настоящая жена, и тебе придется с этим смириться.

— Я постараюсь. А вдруг не смогу? — хрипло спросила она.

— Ты очень страстная, Лия, и даже не подозреваешь, насколько. Ты все сможешь — при условии, что захочешь этого сама. Отбрось ненужные стыдные мысли, с сегодняшнего дня мы с тобой — одно целое. Я тоже принадлежу тебе. Помнишь, как в клятве? Теперь ты моя семья. Вручаю тебе свою жизнь и счастье. А это значит, что инициатором нашего секса могу быть не только я. Не бойся говорить о своих проблемах и желаниях, это самое главное в семейных отношениях.

— Хорошо, — только и смогла ответить она.

Элан снова хотел ее донести на руках, но Лия вызвалась дойти сама. Потом они вместе перестелили простыню и, погасив ночник, легли спать. Лия обнимала мужа, уткнувшись носом в его грудь, и думала о том, что ее жизненный путь сделал резкий поворот и с завтрашнего дня по нему будет легче идти.