29

Наверное, я ещё не до конца проснулась, поскольку позволила этому наглецу поцеловать себя. Хотя как позволила — он меня особо и не спрашивал. Набросился как прекрасный принц на спящую красавицу и ну давай лобызать в уста сахарные.

Поначалу я собиралась возмутиться. Но потом, признаюсь, увлеклась процессом. Его губы, мягкие, нежные, они увлекали, очаровывали, манили в мир сказочных грёз.

Но Джон и сам, похоже, увлёкся. Стал настойчивее, жёстче. Теперь он подминал меня, подавлял. Как будто считал своей собственностью…

Внезапно яркой вспышкой в мозгу промелькнул вчерашний разговор. «Я хочу, чтобы ты стала моей любовницей на два-три месяца… Я хорошо заплачу тебе, не переживай…»

Нет!

Возмущение накатило мощной волной. Я начала сопротивляться. Сначала просто попыталась оттолкнуть его руками. Когда это у меня не получилось, начала вертеться ужом, барахтаясь под тяжёлым мужским телом.

Не сразу, но Джон сообразил, что что-то идёт не так. Он немного приподнялся надо мной, заглядывая мне в глаза.

Я уже собиралась было заорать что есть силы. Пусть не думает, что может вот так врываться ко мне в каюту со своими лобызаниями. Но что-то в его лице заставило меня передумать. Буквально в последнюю секунду.

— Что случилось? — прошептала я сипло, решив думать, что это со сна, а не от того что мне понравились его насильственные действия. Так и буду это называть. Я ведь была против этих поцелуев, просто растерялась.

— Мне нужна твоя помощь, — тоже шёпотом ответил он, почему-то оглядываясь себе за спину.

Я перевела взгляд в том же направлении. Смежная дверь! Так вот как он пробрался ко мне. Этот мерзавец всё это планировал с самого начала!

Я снова завозилась под ним, возмущённая подобным коварством.

— Тише-тише, — Джон накрыл мой рот ладонью. — Пожалуйста, только не кричи.

Его просительная интонация и растерянное выражение лица заставили меня замереть. Ладно уж, выслушаю. Но если мне не понравится то, что он скажет, начну орать как оглашённая. Вот честное слово.

Я кивнула, показывая, что готова его выслушать.

— Приехала Мередит… — начал он, но я перебила.

— Твоя бывшая невеста, которая переметнулась к твоему сыну?

— Да, она самая, — невесело усмехнулся Джон. — А ты неплохо осведомлена.

— Тётя Катя поделилась, — призналась я, переваривая информацию. И что этим гиенам здесь нужно?

— Тётя Катя? — удивился он, а затем хмыкнул. — А-а, это та пожилая леди, что привела мне чудо-юдо в сиделки.

— Да, — улыбнулась я, вспоминая нашу первую встречу и мой глупый маскарад.

— Так ты согласна помочь? — он снова наклонился так низко надо мной, что я чувствовала его дыхание на своём лице.

Мысли путались, мешая принимать правильное решение. Было сложно, очень сложно. Я надавала себе мысленных пощёчин, но и это не особо помогло.

Поэтому я просто кивнула. Почему бы и не помочь человеку? К тому же я как бы его сиделка, это мой прямой долг помогать умирающему миллиардеру, даже если он и передумал умирать, а вместо этого лезет целоваться.

— Я прошу тебя подыграть мне. Не знаю, что задумала Мередит, но она явно пытается вернуться в мою постель. Сейчас она в моей каюте допрашивает Уилффреда, — Джон кивнул на смежную дверь, и я вдруг поняла, что оттуда доносятся приглушённые голоса, один из которых весьма похож на женский. — Ты сможешь сделать вид, что мы с тобой вместе?

— Что? — я усиленно вслушивалась в происходящее за дверью, поэтому смысл его вопроса дошёл не сразу. Зато, когда дошёл, я почувствовала клокочущую злость, даже ярость, что мгновенно вскипела во мне до состояния близкого к извержению. — Ты опять начинаешь свои мерзкие предложения?!

— Тише-тише, — зашептал Джон. — Пожалуйста.

Он отодвинулся от меня и сел прямо. Провёл ладонью по лицу и повернулся ко мне.

— Вижу мне придётся быть с тобой до конца откровенным. Надеюсь, я не пожалею, что доверился тебе. — Джон выдержал паузу, словно собирался с духом. Тут уже и я напряглась. Это что же такое он собирается рассказать? И он признался: — Мне не делали операцию в Германии. И опухоли у меня тоже не было…

Я смотрела на него во все глаза. Он что, врал? Да нет, я же видела все признаки недомогания, когда встретила его в клинике. Да и сейчас было заметно, что Джон ещё не до конца восстановился, хоть и делал вид, что всё в порядке.

— Кто-то травил меня. Методично и регулярно. Фридрих считает, что мне подсыпали отраву в пищу. Небольшими дозами, чтобы процесс протекал постепенно и был похож на болезнь желудка. Я поначалу думал, что у меня просто изжога. Потом боли стали просто невыносимыми, если бы я не прилетел в Германию, к своему старому другу…

— Это просто ужасно, — я тоже поднялась в постели и придвинулась к Джону, чтобы взять его за руку. Он не должен переживать такое один.

— Погоди, — отстранился он, — это ещё не всё. Меня травил кто-то из близких, тот, кто вхож в мой дом. Возможно, Адам или Мередит.

У меня отвисла челюсть. Вот просто упала на грудь и отказывалась вставать на место. Его сын? Его невеста? Это просто чудовищные подозрения. Как можно жить, думая, что самые близкие люди хотят твоей смерти и усиленно её приближают?

— Что требуется от меня? — в этот момент я решила, что помогу Джону вывести его родственников на чистую воду. Чего бы мне это ни стоило.

Пусть он и наговорил мне вчера неприятных вещей, но Джон — хороший человек. Я это знаю. Чувствую. Он не заслуживает подобного.

— Мне нужно прикрытие, отвлекающий маневр. Если мы изобразим влюблённую пару, это уведёт их внимание в сторону от расследования. Мне нужно, чтобы Далтон покопался в их вещах и гаджетах. А Мередит не выпустит тебя из виду, если будет думать, что ты её соперница.

— Но ведь она же ушла от тебя! — возмутилась я такому лицемерию.

— Ты её плохо знаешь, — усмехнулся Джон. — Так ты согласна?

Я задумалась. Вроде ничего сложного от меня не требовалось. Буду улыбаться и держать Джона за ручку. Интересно, а как он это видит?

— Есть какие-то подводные камни, о которых мне лучше узнать сейчас? — решилась я всё-таки уточнить.

— Ну… — он замялся. — Мне придётся некоторое время спать в твоей каюте. Только пока они здесь. Обещаю.