52

Я проснулась от того, что «Аурелия» не двигалась, лишь слабо покачиваясь на волнах. Значит, Мередит всё же отправилась на берег. Ну и пусть развлекается. Меня Джон просил сидеть на яхте, а я послушная девочка.

Я зевнула и сладко потянулась. Эх, хороша жизнь миллионеров — ни тебе сидения за компьютером по девять-десять часов, ни дедлайнов, ни размышлений, что купить с зарплаты в первую очередь, а что подождёт до следующего месяца.

Всё у тебя есть. Спи, загорай, хорошо питайся. Кстати о питании, надо наведаться к Питу на камбуз.

Я ещё повалялась в постели около получаса, пощёлкала каналами телевизора и решила всё же выбраться наружу.

В коридорах было тихо. Послеобеденное солнце разогнало всех по каютам, только вахтенный по долгу службы был вынужден бороться со сном.

Камбуз также был пуст. Обед я благополучно проспала. Наверное, Пит уже всех накормил и тоже отправился отдыхать. Ну и ладно, не буду его беспокоить, справлюсь сама.

Я поскребла по сусекам и наскребла себе пару бутербродов с холодным окороком и стакан апельсинового сока. До ужина как-нибудь дотяну. Тут же поела, вымыла за собой посуду и убрала всё на место.

Потом поднялась на верхнюю палубу и долго смотрела на очертания большого города. Марсель. Жаль, что мне не придётся там побывать.

Я легла на диванчике под тентом и подумала, как хорошо, если бы Джон сейчас был рядом со мной. Он бы обнял меня, а я уткнулась носом ему в грудь и вдыхала любимый запах.

Показалось, что я слышу шум мотора. Как было бы здорово, если б это он вернулся…

Надо вернуться в каюту и проверить телефон. Вдруг Джон решит мне позвонить.

Но до каюты я добраться не успела, услышала, что меня зовёт взволнованный голос Мередит.

— Я здесь! — крикнула в ответ и побежала ей навстречу. Вся моя сытая нега схлынула, словно её и не было.

Мередит выглядела взволнованной, раскрасневшейся, в руке она держала какую-то бумажку и тянула её мне.

— Что случилось? — вдоль позвоночника пробежал холодок. — Джон? С ним всё в порядке?!

Она молчала, переводя сбившееся дыхание. Но я уже была настолько взведена, что хотелось встряхнуть её хорошенько и заставить говорить.

— Что с Джоном?!

— Не знаю, я с ним не виделась, — наконец выдала она.

С души упал камень и одновременно навалилось раздражение на Мередит.

— А чего тогда шумишь? Пожара вроде нет.

— Я встретила твою знакомую, фрау Шмидт. Кажется, у неё что-то случилось, — Мередит протянула мне листок.

Я автоматически развернула его и прочитала:

«Дорогая София, мне срочно нужна твоя помощь. Жду тебя в Марселе, по адресу: улица Святого Иоанна, дом 12. Не медли. Твоя Кэтрин Шмидт».

— Она что-нибудь ещё сказала? — я подняла глаза на Мередит. Как-то странно это…

— Сказала, что ты очень нужна ей. И всё. — она пожала плечами.

— Надо позвонить ей, — я бросилась в каюту.

Телефон был выключен. Разрядился? Я попыталась вспомнить, когда в последний раз заряжала его. Кажется, пару дней назад. И никому не звонила. Неужели сломался? Очень плохо. Я в ближайшее время не планировала покупать новый.

Но расстраиваться из-за почившего смартфона было некогда. Тётя Катя рядом, у неё что-то случилось, и срочно нужна моя помощь.

Я натянула платье, босоножки, схватила сумочку и выскочила из каюты. Если катер, на котором приехала Мередит, ещё не загнали в трюм, буду на берегу минут через пятнадцать. Я помчалась вниз.

Молодой матрос как раз перетаскивал на нижнюю палубу какие-то пакеты.

— Джонс! — наконец-то вспомнила его имя. — Мне срочно нужно на берег.

Юноша удивлённо посмотрел на меня, но вопросов задавать не стал. Помог мне перебраться на катер и завёл мотор.

Что же могло случиться с тётей Катей? И почему она не приехала сама вместе с Мередит?

По пути меня одолевало множество вопросов, ни на один из которых не было ответа. Чем ближе был берег, тем больше я нервничала.

Когда катер коснулся блестящим боком причала, я не дождалась окончательной швартовки и рванула наверх. Побежала по тёмным от солёной воды доскам, дробно стучавшим под моими ногами.

Кажется, Джонс что-то кричал мне вслед, но я не расслышала. А возращаться не стала, чтобы не терять драгоценное время.

К счастью, такси удалось поймать довольно быстро. Я назвала адрес и скользнула на заднее сиденье.

На улицы уже опускались сумерки. В Марселе, как и в любом южном городе, темнело быстро. Когда такси остановилось у нужного мне здания, уже горели фонари. Правда, здесь они располагались так далеко друг от друга, что становилось ясно — это не самый благоустроенный район города.

И зачем тётю Катю занесло в такие трущобы?

Я отпустила такси и подошла к старому трёхэтажному зданию из растрескавшегося кирпича. Все окна были тёмными, и это показалось мне странным. Не могла же она лечь спать, если вызвала меня? А может, тётя Катя подумала, что я приеду не сразу? Или ей стало плохо, когда ещё было светло, а потом она просто не смогла включить свет…

Я разозлилась на саму себя. Возможно, она умирает внутри, а я тут трусливо топчусь у входа. Я отбросила нерешительность и опасения и потянула на себя ручку старой деревянной двери с облупившейся краской.

Заржавевшие петли жалобно заскрипели, и я вздрогнула от громкого звука. Замерла на несколько мгновений и прислушалась. Внутри было тихо и очень темно. Как же не вовремя сломался мой телефон, сейчас бы можно было подсветить себе путь.

— Тётя Катя, — негромко позвала я по-русски. Никто не ответил и я повторила погромче: — Тётя Катя, это Соня, вы здесь?

Ответом мне была тишина.

Ну же, Горцева, решайся! Чего ты трусишь!

Я глубоко вдохнула и шагнула внутрь здания, выпустив дверь, которая с громким стуком захлопнулась за моей спиной.

Я вздрогнула и обернулась. Мне показалось, что рядом кто-то есть. Навалилась липкая паника. Бежать отсюда! Бежать, как можно скорее! (3303c)

Но я не успела.

К моему лицу прижали какую-то влажную тряпку, попытавшись вскрикнуть, я глубоко вдохнула резкий запах.

И сразу же на меня навалилась темнота…