Глава 58

Лидия. Меня мелко потряхивает. Смотрю на листок, пытаясь упокоиться. Глубоко дышу, откидываюсь на спинку кресла и прикрываю глаза… Наверняка сейчас я бледная как полотно… Ростик был плохим мужем, но врач он внимательный. Бесшумно поднимаюсь с кресла и энергично растираю лицо… Я обязательно поеду в Аграрный… Не могу я сидеть дома сложа руки… – О! Наша мама замечталась, Ванечка? – врывается в кабинет довольный Ростислав. – Лид, все в порядке? – Да, конечно. Все нормально, не волнуйся. Просто… – Давай я тебе давление померю? Только не это… Не хочу я его касаний. Тепла некогда любимых рук, близости тела… Невозможно забыть прошлое… Оно висит над нами, как дамоклов меч. Счастливые воспоминания кружатся подобно призракам… Не понимаю, что с ними делать? Как заставить их уйти навсегда? Не мучить… – Ростик, со мной все нормально. Я просто… Позвонила мастеру и узнала сумму ремонта. Я бы хотела переделать квартиру Василия Федоровича. Вру я вполне правдоподобно. Выхожу из кабинета от греха подальше, увлекая бывшего за собой. – Да, ремонт – это недешевое удовольствие. Но ты ведь кичилась в суде, что неплохо зарабатываешь? – Да. А тебе это задевает? Могу предположить, что тебе больше по нраву покорные и послушные женщины, – фыркаю в ответ. Надо скорее домой ехать. Вечером вернется с работы Тимур, мы все обсудим… Ловлю себя на мысли, что задыхаюсь здесь. А Тим для меня, как глоток свежего воздуха… Выходит, мне достаточно любить его без взаимности? Просто быть рядом? Видеть, вдыхать его запах, засыпать с ним, боясь, что однажды он по-настоящему влюбится в другую? Не те ли это грабли, с которыми я совсем недавно распрощалась? Может, мой удел – всегда на них наступать? – Мне по нраву только ты, Лид, – шепчет Рост, подталкивая меня к стене. – Не надо, Ростик. Все в прошлом. Ты обещал, что мы хотя бы попытаемся общаться нормально. А теперь… Я хочу забрать Ванечку и уехать домой. Мама по нему безумно скучает. Позволь мне… – Ладно… Понимаю я все, не дурак. Я вас отвезу, – вздыхает он, поднимая на меня укоризненный взгляд. – Мы можем и на такси, – блею я. – Лида, я все для тебя сделаю… Все, что хочешь. Машину куплю, чтобы ты не ездила на такси, квартиру деда отремонтирую… Я прошу тебя, вернись. Неужели, ты не видишь, как я по тебе сохну? Ты… – Ростик, я умоляю тебя, прекрати. Я люблю другого человека. Все прошло, Рост… Не знаю, как так вышло, но ты мне больше не нужен. Прошу, отпусти… Ванюшка рисует, сидя за столиком в спальне. Не слышит нашу перепалку. Украдкой поглядываю на сына, мечтая сию же минуту убраться отсюда… Я боюсь бывшего. Его дикого, голодного взгляда, бешеной энергетики, чувствующейся на расстоянии… Зря я осталась с ним наедине. Он ведь может взять меня силой… Боже, я не хочу даже думать об этом… – Ванечка, а ты соскучился по бабушке Тане? – срываюсь с места и поднимаю сына на руки. С трудом прячу дрожь под маской спокойствия. Уверенно направляюсь к выходу, оттуда по лестнице вниз… Остается обуться и сбежать отсюда, пока ветер без камней. – Пока, Рост. Ванюша, скажи папе… – Лид, а вещи для ребенка тебе не нужны? – спрашивает он. – Ой. Мамуля завалила сообщениями. Если тебе не сложно, принеси его рюкзачок. И фломастеры положи, и… – Все сам знаю. Уже несу. Он возится наверху, а я с трудом держу себя в руках. В висках пульсирует, руки дрожат… Распахиваю дверь, полная готовности рвануть отсюда вместе с сыном. – Лопатку берем? – тянет ручку Ваня. Возле калитки высится куча песка, а поверх нее лежат формочки, ведерко и лопатка. – Да. Сейчас папа вынесет вещи, и мы поедем в гости к маме. Спасибо, Ростик. Ванюша, помаши папе ручкой. Рост хмуро кивает, отдавая мне рюкзачок Вани. Не пытается больше коснуться меня или обнять. Спускаю Ванюшку с рук, когда мы оказываемся на значительном расстоянии от дома Волгиных. Вызываю такси и, немного отдышавшись, звоню маме: – Мамуль, мы едем к нам. – Как это? Лидочка, это правда? Господи… Как же они отпустили? Радость-то какая. А я ведь у Тимура. Ростислав знает, куда ты собираешь везти ребенка? – Мам, я пожалела, что осталась с ним наедине… Он… – Приставал, сволочь такая? Наверное, опять лапши пытался навешать? – Вроде того. И, да… В любви признавался, обнимал. Я очень боялась, мам… Он ведь мог меня… – Все, дочка. Успокойся, отдышись. Тимур звонил, он уже приземлился. Скоро дома будет. Я сейчас что-нибудь особенное приготовлю по такому случаю. Давно пора Тимуру познакомиться с твоим сыночком. Черт… Об этом я и не подумала. Сегодня первая встреча моих любимых мальчиков. – Все, мам. Такси приехало. Сажаю Ванечку в детское кресло, пристраиваюсь рядом и, наконец, расслабляюсь окончательно. Даже вечерними пейзажами, мелькающими в окнах, любуюсь – яркими вывесками, сверкающими фасадами театра и музея современного искусства, пышными кронами лип на аллее… На подъезде к дому мне звонит Вадим Семенович. Спешно отвечаю ему, задыхаясь от волнения. – Лидочка, я попросил знакомого следака оказать мне услугу. И… Как ты думаешь, кто проживает в Аграрном? И прописан на улице Степной, в семнадцатом доме? – Не трудно догадаться. Волошина? – Она, родимая. – Может, полицию подключить? Ну, как мы поедем туда сами? – Тебе незачем с нами ехать. Я возьму кого-то из оперов. Неофициально, сама понимаешь. – Я поеду, и точка. Это мое расследование, Вадим Семенович. От исхода поездки зависит моя судьба, как вы не понимаете? Судьба моего сына… Я хочу посмотреть ей в глаза. Интересно, что она скажет? Я мечтаю видеть ее растерянность… Они всю жизнь относились ко мне свысока. Чернью считали. Я не была достойна сидеть с ними за столом и жить с их сыном. Они выбрали мне занятие по статусу – ухаживать за больным стариком, который ходил под себя, а потом рисовал фекалиями на стене. Вы… – Господи, дорогая… Я понимаю все. Просто волнуюсь за твою безопасность, вот и все. Поезжайте тогда с Тимуром вместе. Я ему доверяю. – Я тоже. Так и сделаем. Тогда… Встречаемся в воскресенье? – Думаю, да. Ты завтра спроси у Ростика, когда уезжают родители? О здоровье справься, о делах. Напиши, мол, с Ванечкой играем и вспоминаем деду и бабу. – Так и сделаю.