Глава 59

Лидия. Правильно ли я делаю? Стоит ли лезть во все это? Мысли кружатся пчелиным роем. Не могу принять решение, сомневаюсь. Обычно интуиция меня не подводит, но в этом случае… Что-то зудит внутри, царапает… Ну, не станут же Волгины меня убивать, ведь так? Да и духу у них не хватит… Елена Васильевна слишком ценит свою репутацию, чтобы опуститься до прямых угроз. Она могла оставить Ларису без медицинской помощи, наблюдать, как девушка медленно и мучительно умирала… Но убивать самой… Нет, и еще раз нет. Значит, я должна поехать. Мариша лепит морковки из оранжевого пластилина, а из зеленого сооружает забор для домика. А Ванюшка помогает ей вылепить собаку и кошку. Пыхтит, старается, прикручивая хвостик из ниток – его помогла сделать бабушка Таня. Я ведь и Тимура планирую втянуть в это… Что, если с ним что-то случится? Я никогда не прощу себе этого… Он один у Марианны. Единственный, кому позволили оформить над малышкой опеку… Кладу кусочки сочной груши на дно противня и присыпаю корицей. Сверху выливаю бисквитное тесто. Отправляю пирог в духовку и сажусь рядом с Маришей. Глажу ее по голове, пытаясь унять волнение… Ванюшка то и дело бегает к бабуле. Садится ей на колени и обнимает, получая ответную дозу поцелуев и объятий. Ничего они мне не сделают. Не станут вредить ради Ванечки. – Ну, чего ты бродишь, как привидение? – вздыхает мама. – Беспокоит что-то? Не надо тебе ехать в Аграрный, дочка. – Почему, мам? Я не могу доверить разговор с Волгиными кому-то другому. Именно я должна выступить в суде и вернуть свои права на сына… Как ты не понимаешь? – Понимаю. Но и ты пойми – если они преступники, будут бороться до конца. Или ты надеешься, что твоя бывшая свекровка с поднятыми ручками выйдет к вам? Не будет этого. – Дождемся Тимура, мам. Уверена, что Вадим Семенович уже сообщил ему о нашем плане. В прихожей слышится звук открываемого замка и клацанье двери, Я подхватываю Ванечку на руки и застываю в  проеме. Сердце гулко ударяет ребра, когда Тимур входит в прихожую. Улыбается, снимая фуражку и вешая китель в шкаф. Я на расстоянии чувствую исходящую от него силу… Уверенность, профессионализм, мудрость… Или, быть может, я наделяю его качествами, смотря через призму влюбленности? Нет… Мама тоже его уважает и ценит. И все остальные… – Кто это у нас в гости пришел? Ваня? Тебя Ванечка зовут? – тянет он моему сынишке ладонь для рукопожатия. – Не бойся, я Тимур. Подуешь ко мне на руки? Ванька отворачивается, зарываясь носом в мои волосы. Стесняется, крепче ко мне прижимаясь… – Тимур, проходи ужинать. Тим… – произношу, спуская сына с рук. – Лид, я так волновался, ты не представляешь, – шепчет Тимур, прижимая меня к груди. Я только сейчас дышу… Зарываюсь носом в его ямку на шее и не шевелюсь. Из кухни доносятся детский смех и голос мамули… Господи, неужели так когда-нибудь будет? Не по расписанию, а всегда? – Он не обижал тебя, упырь этот? Не лез? – порывисто протягивает Тим, поглаживая мое лицо. – Ох… Как ты сам думаешь? Я не спускала сына с рук, Тим. Не хотела с ним даже на минутку наедине оставаться. – Я весь день думал об этом, Лид. – И… – улыбаюсь я. – Ревновал? – Да. И злился. Твой бывший – редкостная сволочь, он него можно все, что угодно ожидать. А сынок славный у тебя, Лид. Мне, кстати, Вадим звонил, – как бы невзначай бросает он, проходя в спальню. – Поедешь со мной? – с гулко бьющимся сердцем спрашиваю я. – Конечно. Я уверен, что ты должна сама все увидеть. А после… Свидетельствовать в суде. Только так возможно вернуть полную опеку над Ваней. – А как у тебя с опекой? Никаких проволочек? Наверное, не вовремя я спросила об этом? В прошлый раз Тимур сделал мне предложение, а сейчас что? – Нет, Лидочка. Дамы из опеки оказались понимающими и сердобольными. Да и как они мне откажут? Я отец Мариши. И я планирую перевезти Валентину Афанасьевну сюда. Как ты на это смотришь? – Давно пора, Тим. Надеюсь, они с моей мамой подружатся? – Только Лютику, похоже, не нравятся гости в моей квартире, – улыбается Тим, распахивая шкаф и демонстрируя прячущегося в стопке белья кота… – Бедный малыш, он испугался, но скоро привыкнет.