Глава 4

Карета неспешно катилась по булыжной мостовой Рочера, увозя нас все дальше и дальше от королевского дворца.

Элден сидел напротив меня и молчал, отсутствующим взглядом уставившись на проплывающие мимо нас городские улицы, заполненные праздно гуляющими прохожими. Тишина – вязкая, неуютная, опасная – заполняла пространство между нами. Я не смела первой заговорить. В животе то и дело неприятно холодело, когда я вспоминала загадочную багрово-черную тень, расплескавшуюся подле ног Элдена, его глаза, до краев наполненные жарким мраком.

– Куда мы едем? – наконец набравшись решимости, пискнула я, когда почувствовала, что наша поездка слишком затянулась.

Дом моих родителей находится не так далеко от Дворцовой площади. Мы бы давным-давно приехали.

– Ко мне, – не глядя на меня, обронил Элден.

Я заерзала на сиденье, чувствуя, как меня буквально распирает от множества вопросов. Как это – к нему? Почему? Демоны раздери всех этих последователей Тиарга, что вообще произошло? Будь я проклята, если поняла хоть что-то. Одно очевидно: Элден не просто зол. Он разъярен до таких пределов, что я скорее откусила бы себе язык, чем осмелилась задавать вопросы.

– А мои родители? – робко поинтересовалась, набравшись отваги. – Они, наверное, с ума от беспокойства сходят.

– Не сходят, – лаконично буркнул Элден. – Я уладил эту проблему ещё до поездки к Каролине Трей.

Ишь какой предусмотрительный! Наверное, я должна была поблагодарить его за заботу. Но казалось кощунственным лишний раз нарушать молчание.

Тем временем карета свернула в тенистый переулок. Миновала настежь распахнутые ворота и затряслась по дорожке, усыпанной гравием. Вскоре раздался долгий протяжный скрип, карета дернулась и замерла.

Элден выбрался наружу первым. Подал мне руку. Немного помешкав, я все-таки приняла ее. И негромко охнула, когда пальцы Элдена обхватили мое запястье.

Ого! Какие они у него горячие. Как будто беднягу снедает жестокая лихорадка.

– О, прости, Оливия! – Элден тут же ослабил хватку. – Если честно, я слишком зол сейчас, поэтому плохо контролирую себя.

– Да ничего страшного, – вежливо отозвалась я. – Мне не больно. Но, Элден, быть может, тебе показаться целителю? По-моему, у тебя жар, и сильный.

– Поверь, с этим жаром никакой целитель не справится, мне просто надо успокоиться, – мрачно буркнул Элден. И добавил, заметив, как я вскинулась было задать новый вопрос: – Оливия, потерпи немного. Я все тебе объясню. Честное слово!

После чего настойчиво потянул меня к высокому каменному крыльцу. Я послушно сделала шаг, другой, а потом остановилась, с недоумением воззрившись на совершенно незнакомый дом.

Кстати, а где это мы? Помнится, Элден после своего прибытия в Рочер остановился у Джойса Харпера, делового партнера моего отца. Но мы сейчас совершенно точно в каком-то другом месте.

– Оливия, неужели ты думаешь, что я остался у Джойса? – удивился Элден, угадав причину моего замешательства. – В конце концов, теперь он знает, что я не его племянник. И с моей стороны было бы чрезвычайно странно и неудобно продолжать его стеснять. Поэтому я давным-давно купил себе новый дом. Более приличествующий моему положению в обществе.

– Ясно, – проговорила я, в очередной раз подивившись скрытности Элдена.

Нет, я понимаю, что он не обязан рассказывать мне абсолютно обо всем, что происходит в его жизни. Но я, как-никак, все-таки его невеста. А узнаю о подобных вещах совершенно случайно.

Элден покрепче сжал мою руку, и я с тяжелым вздохом выбросила из головы эти мысли. Вслед за ним поднялась по ступеням и вошла в полутемную прихожую. Вопреки моим ожиданиям, никто не кинулся нам навстречу с вопросом, чего желают хозяева. Дом выглядел пустым и каким-то нежилым, что ли.

– Я был так занят делами, что очень редко проводил тут время, – буркнул извиняясь Элден в ответ на мой вопросительный взгляд. – К тому же я слишком щепетильно отношусь к выбору слуг. Нельзя брать на работу неизвестно кого. Уверен, тот же Фредерик приложил бы все мыслимые усилия, лишь бы в моем доме прочно обосновался кто-нибудь из его соглядатаев. Поэтому в доме действительно никого нет. Впрочем, оно и к лучшему. Никто не помешает нашему разговору.

Признаться откровенно, мне стало как-то не по себе от слов Элдена. Нет, я верила, что он не причинит мне вреда. Но опять вспомнилась загадочная тень около его ног и жаркий мрак, затопивший его глаза.

Элден между тем быстро провел меня через просторный холл в небольшую гостиную. Прищелкнул пальцами – и стены комнаты окрасились изумрудными всполохами блокирующего заклинания.

Я наблюдала за его действиями с плохо скрытой опаской. Что он делает? Почему колдует? Сам ведь признался, что в доме никого нет, а следовательно, никто не может нас подслушать.

– Так будет лучше, – проговорил Элден, опять перехватив мой изумленный взгляд. – После всего, что сегодня случилось, я готов к самому худшему.

– А что случилось-то? – робко поинтересовалась я. – Ну, то есть я видела и слышала, как Дэниель предложил тебе убить Рауля. Но ведь и Артен это видел и слышал, стало быть, заговор раскрыт и главный злодей схвачен. Не так ли?

– Главный злодей? – Элден издал сухой скептический смешок. – По-твоему, это Дэниель все устроил?

Так, кажется, я окончательно перестала понимать, что происходит. И я растерянно заморгала, глядя на Элдена.

Тот, однако, не торопился начать разговор. Он подошел к столику, где стройной шеренгой стояли бутылки со всевозможными напитками. К слову, весьма запыленные. Было очевидно, что Элден ни разу не использовал их по назначению. Немного помедлив, он наугад выхватил хрустальный графин, наполненный темной ореховой жидкостью, с усилием вынул плотно притертую пробку и щедро плеснул в два бокала.

– Пей осторожнее, Оливия, – предупредил он, вручив мне бокал. – Это намного крепче вина.

Я принюхалась к напитку, от которого остро пахло дымом и можжевельником, и так и не рискнула пригубить. Затем и вовсе поставила его на подлокотник ближайшего кресла. А вот Элден осушил свою порцию залпом, даже не поморщившись. Недолго думая, плеснул себе еще, и я с удивлением заметила, как дрожат его пальцы.

– Я должен был догадаться раньше, – наконец, глухо проговорил он. – Но вчера Артен был так убедителен, когда просил меня помочь в поисках Дэниеля! Я и подумать не мог, что он ведет собственную игру.

– Другими словами, ты думаешь, что Артен заодно с Дэниелем? – изумленно поинтересовалась я. – Но ведь Рауль его сын!

– Да не было никакого заговора, Оливия! – раздраженно рыкнул Элден. – Не было!

Бокал, который он держал в руках, с жалобным звоном хрустнул – с такой силой он сжал пальцы. Осколки посыпались на пол, и Элден приглушенно выругался.

Мои щеки невольно потеплели. Ого! А ведь Элдена действительно проняла вся эта история. До сих пор в бешенстве.

Элден между тем опять зажмурился и потряс головой, словно прогоняя какое-то наваждение. И мрак, начавший было собираться подле его ног, поторопился растаять, крупными каплями просочившись в каменную кладку камина, возле которого он стоял.

– Все это было затеяно лишь для одного, – сказал Элден, – чтобы очернить меня в твоих глазах.

– Очернить?

Элден печально улыбнулся. Задумчиво потер подбородок и прямо спросил:

– Оливия, как бы ты стала относиться ко мне, если бы я поддался на уговоры Дэниеля и убил Рауля? Только ответь честно.

Я виновато повесила голову, уловив в его тоне упрек. Причем закономерный. Но неужели он понял, какая сложная гамма чувств терзала меня, когда я наблюдала за происходящим? Как готова была кинуться на помощь Раулю, презрев все доводы разума?

– Вот именно, Оливия. – Элден криво усмехнулся. – Заметь, я тебя ни в чем не обвиняю. Но ты добрая девочка. И если бы я сорвался, если бы поступил так, к чему меня так долго и упорно подталкивал Дэниель… Ты бы возненавидела меня, не так ли?

Я промолчала, изучая узор ковра под ногами.

– Конечно, ни Артен, ни Дэниель не дали бы мне этого сделать, – продолжал Элден. – Вмешались бы в последний момент. Однако это вряд ли бы что-нибудь изменило в твоем отношении ко мне. Но даже не это разозлило меня так сильно. Меня разъярило то, что они решили, будто я вообще способен на такой поступок. Да, пусть, выражаясь словами Дэниеля, мне не впервой было бы замарать руки, но… Оливия, клянусь, это всегда происходило лишь в честном поединке один на один! Да и то лишь в самом крайнем случае, когда иначе никак было нельзя. Убить беззащитного, оглушенного магией человека, который лично мне не сделал ничего дурного, да и вообще, в принципе, весьма неплохой человек… Я не знаю, как это назвать. Подлость будет слишком мягким определением для такого поступка.

– Ты считаешь Рауля неплохим человеком? – спросила я, удивленная его словами.

– Вот как раз к Раулю у меня нет никаких претензий в этой ситуации. – Элден пожал плечами. – Он действительно ничего не знал о том, что затеяли Артен и Дэниель. Я ведь провел сегодня с ним несколько часов, пока мы навещали баронессу Трей. Поверь, я неплохо чувствую людей. Как бы так правильно выразиться… Я, конечно, не умею читать мысли, как тот же Артен, но при долгом общении я словно вижу человека изнутри. Проникаюсь его эмоциями, начинаю чувствовать ложь и умолчания. Так вот, Рауль на самом деле сильно переживал за тебя, Оливия. Искренне тревожился он и о Дэниеле. Никакой фальши в его поступках или словах я не уловил.

Я скептически хмыкнула. Если честно, верится с трудом в то, что Артен и Дэниель не ввели Рауля в курс дела.

– Рауль не стал бы вовлекать тебя в подобные игры, – серьезно произнес Элден. – Мне, конечно, неприятно это говорить, но факт остается фактом.

Я недоверчиво покачала головой. Не скрою, приятно это слышать, но совсем недавно Рауль не особо страдал угрызениями совести, когда использовал меня как своеобразный способ спровоцировать Каролину. А ведь та пыталась убить меня. И лишь благодаря счастливой случайности я избежала ужасной участи пасть жертвой взрывных чар.

– Как бы то ни было, но покушение на Рауля стоило бы мне карьеры, – завершил Элден. – Многие считают, что именно я управляю Терстоном. Являюсь эдакой всемогущей и всесильной тенью за престолом. Но это далеко не так. В последнее время при дворе его величества короля Эгберта появилась достаточно большая группа людей, которые недовольны моим слишком быстрым, так сказать, служебным ростом. Особенно если учесть то, что за моей спиной не стоит поддержка никакого влиятельного рода. Собственно, во многом именно поэтому я и отправился в твою страну, Оливия. Король посоветовал мне некоторое время побыть вдали от дворцовых интриг. Удачная помолвка его дочери и новый мирный договор с Герстаном, подписанный на более выгодных условиях, должны были охладить горячие головы, требующие моей немедленной отставки. Уверен, что Артен Войс прекрасно знает о сложностях, с которыми я столкнулся в последнее время. И якобы сорванное покушение на Рауля стало бы той соломинкой, которая переломила бы мне хребет. Образно выражаясь, конечно. – Подумал немного и добавил с кривой усмешкой: – Это я тебе разложил самый удачный для меня расклад. Потому как намного вероятнее, что Артен просто убил бы меня. Слишком много людей догадываются, что отношения между мной и Раулем, мягко говоря, далеки от дружеских. Еще не успел забыться слух о том, что ты его новая фаворитка, как выяснилось, что мы помолвлены. Да еще твой вчерашний танец с Раулем на открытии бала и мое эффектное появление в покоях короля… Стражники ведь не слепые, видели, что и ты там была. Более того – в каком ты там виде была. В общем, все один к одному. И мотив, и возможности. Поэтому Артену без проблем поверили бы, что он лишь спасал короля от ревнивца, которому накануне наставили рога.

– А Артен бы сумел? – осторожно спросила я. – Знаешь, по-моему, он выглядел испуганным, когда ты разозлился.

– Еще бы! – Элден раздраженно фыркнул. – Если бы все пошло по плану Артена, то на его стороне был бы эффект неожиданности. Плюс поддержка Дэниеля. Один против двух… Это была бы славная битва, Оливия, но вышел бы я из нее победителем – спорный вопрос, даже очень. А так Артен вряд ли предполагал, что я нападу первым и выведу из строя Дэниеля. Толку от его сына в предполагаемой схватке было чуть. Поэтому Артен не решился завершить начатое и предпочел отступить.

– О-о-о, – глубокомысленно протянула я в ответ на его прочувствованную тираду. Кашлянула и честно заявила: – Терпеть не могу политику! У меня от всех этих сложных выкладок голова болеть начинает.

Элден слабо улыбнулся, словно позабавившись моим словам. Но быстро опять посерьезнел, напряженно выпрямившись.

– Я должен был догадаться раньше, – прошептал он, словно рассуждая вслух. – Еще вчера, во время пробоя. Ведь уже тогда почувствовал – что-то не то. Конечно, плененный Дэниель в змеиных путах выглядел эффектно, но… На какой-то миг мне почудилось, будто все это ненастоящее. Слишком красивая картинка, созданная специально для того, чтобы развеять мои последние сомнения в реальности происходящего.

– Ты думаешь, это была иллюзия?

– Нет, – покачал Элден головой, – иллюзию я бы разгадал. Скорее, Артен загодя предупредил Дэниеля, когда осуществит пробой. И тот приготовился, позаботившись о том, чтобы все выглядело как можно убедительнее. – Вздохнул и добавил: – И вообще, только у Артена хватило бы умения заставить тебя снять помолвочное кольцо перед похищением. Это было ментальным воздействием высшего порядка, Оливия. Такое тонкое, такое незаметное, что амулет до последнего бездействовал, поскольку непосредственная опасность тебе не грозила. Воистину, настоящий мастер своего дела!

Элден с невольным восхищением прищелкнул языком и замолчал, о чем-то глубоко задумавшись. Он стоял напротив меня. Такой близкий и в то же время такой чуждый и загадочный. Я понимала, что его мысли сейчас очень далеко от меня. С немыслимой скоростью он просчитывает все варианты развития событий. И, по всей видимости, ни один из них ему не нравится.

– Но ведь план Артена сорвался, – робко произнесла я, стараясь хоть немного приободрить его. – Никакого покушения не случилось. И помолвка Рауля с Маргарет вопрос почти решенный. Значит, все хорошо?

Элден с усилием сконцентрировал на мне взгляд. Шагнул вперед и ласково убрал выбившиеся из моей косы волосы назад. Задержал свою ладонь на моей щеке.

– Оливия, тебе не о чем тревожиться, – проговорил он. – Я обязательно справлюсь с любыми проблемами. Только обещай мне одну вещь.

– Конечно, – пискнула я, стараясь не раствориться в его глазах, таких прохладных и светлых сейчас.

– Никогда не имей никаких дел с Артеном Войсом, – тихо сказал Элден. – По прошедшим переговорам я прекрасно знаю, каким учтивым и обходительным он может быть. Как хорошо умеет обещать. Тот же Дэниель или Рауль ему и в подметки не годятся. Так вот – не верь ему. Ни единому слову. Он знает, что досадить мне можно лишь через тебя. И обязательно попытается это сделать. Уже попытался сегодня. Пожалуйста, будь очень осторожна с ним.

– Да я вообще с ним больше не собираюсь встречаться, – буркнула я себе под нос. – Одна так точно.

И тут же запнулась, вспомнив нашу встречу после моего посещения библиотеки.

Ой. Интересно, а как отреагирует Элден, если я расскажу ему про ту беседу и про обещание Артена научить меня летать?

– Оливия? – вопросительно протянул Элден, видимо настороженный моей странной заминкой. – Все в порядке?

– Да, – ответила я. Тут же уточнила: – То есть нет… Ай, не знаю! – и раздосадованно махнула рукой.

Элден высоко вздернул бровь. Его рука спустилась на мой подбородок. Легонько придержала его, не позволяя мне опустить голову или отвернуться.

– Оливия, – мягчайше прошелестел Элден. – Сейчас не время для тайн.

Кончики его пальцев опять потеплели, а на дне зрачков тревожно шевельнулась багровая тень.

– Помнишь, я просила тебя научить меня истинной магии? – жалобно спросила я. – И ты мне отказал. Так вот, чуть ранее я говорила с Артеном по этому поводу… – Элден продолжал молчать, но багровое пламя в глубине его глаз с каждым моим словом разгоралось ярче. И я затараторила, силясь как можно быстрее выложить все до конца. – Честное слово, мы совершенно случайно встретились! И Артен… Ну, он сказал, что я вполне могу стать одной из последовательниц Тиарга. По крайней мере, крылья так точно обрету. Он готов научить меня…

Последнюю фразу я проговорила почти шепотом, чувствуя, как у меня кровь от ужаса леденеет в жилах. К этому моменту от радужки Элдена осталась крохотная каемка не толще человеческого волоса. Все остальное заливал знакомый мне мрак со жгучими всполохами настоящего огня.

– И ты согласилась?

Голос Элдена опять погрубел и стал ниже. Еще чуть-чуть – и в нем прорежется тот грозный рык, который я слышала в покоях Рауля.

– Нет! – испуганно воскликнула я. Замялась и добавила неохотно: – Но и не отказалась. Я… я обещала подумать.

– Оливия!

Казалось, что этот голос возник прямо у меня в голове. По крайней мере, я не заметила, чтобы губы Элдена шевельнулись. Его прикосновение теперь не просто грело – оно обжигало.

– Элден, я ведь тогда не знала, что Артен такой, это сейчас я понимаю, что он изначально лишь пытался заморочить мне голову, – беспомощно забормотала я. – Но пойми и ты меня. Мне это важно. Очень! Мне надоело быть всеобщим посмешищем. Надоело, что я лишь пешка в чужой игре. Каждый хоть раз, но использовал меня в своих целях. Рауль – чтобы досадить Дэниелю и Каролине и вывести последнюю на чистую воду. Дэниель – чтобы потешить свое эго. Артен – чтобы подобраться к тебе. Да что там, даже ты, уж прости за откровенность, использовал меня, чтобы быть в курсе происходящего во дворце. А я не хочу так. Понимаешь? Я не хочу быть маленькой наивной девочкой, которая ничего не понимает и только пугается всего на свете. Я хочу стать другой. Хочу стать… ровней тебе.

Выпалив это на одном дыхании, я замерла. Широко распахнула глаза и умоляюще уставилась на Элдена.

Тот, к слову, больше не выглядел рассерженным. Скорее, немного удивленным и слегка расстроенным.

– Я не думал, что это для тебя так важно, – проговорил он озадаченно.

– Конечно, это важно для меня, – огрызнулась я. – А как иначе? Меня постоянно втягивают в какие-то интриги. А я даже защитить себя не могу. – Повысила голос, заметив, что Элден попытался возразить мне. – Да, ты сейчас скажешь, что с тобой мне некого и нечего бояться. Но в том-то и дело, что ты при всем своем желании не сможешь постоянно быть рядом. И никто не сможет. Да в любом случае – я сама хочу отвечать за свою жизнь! Не надеяться и не рассчитывать на кого-то, а знать, что в случае чего способна дать отпор любому! А ты… ты… – Губы обиженно задрожали, и я совсем тихо закончила: – Я просто не понимаю, почему ты не хочешь помочь мне обрести хоть немного самостоятельности. Артен сказал…

Ох, зря я его вспомнила. Пламя, улегшееся было в глазах Элдена по время моей проникновенной речи, вспыхнуло вновь. Да так яростно и жарко, что я едва не отшатнулась, опять почувствовав, как воздух вокруг опасно нагрелся.

– Больше ни слова о нем! – почти прорычал Элден.

Резко отпрянул от меня, развернулся – и вдруг самым натуральным образом выплюнул целую струю жидкого огня. Хорошо, что она удивительно точно угодила прямо в камин. Я ошарашенно уставилась на всполохи пламени, немедленно заплясавшие в нем.

– Ты… ты… – заикаясь, выдохнула я. Ткнула пальцем в камин и промычала невразумительно: – Ты… Как это? Что это?

– Я огненный дракон, Оливия, – проговорил Элден, не торопясь обернуться ко мне. – Знаешь, люди считают меня слишком холодным и скрытным. Но это лишь потому, что я вынужден постоянно держать эмоции под строжайшим контролем. А дракону это ой как непросто. Особенно если в твоих жилах пульсирует настоящее пламя. Мне просто нельзя злиться. Иначе я рискую в прямом смысле слова испепелить обидчика.

– Теперь понятно, почему Артен так испугался сегодня, – ляпнула я и тут же прикусила язык.

Оливия, бестолочь! Думай хоть немножко перед тем, как что-нибудь сказать! Элден ведь только что запретил тебе упоминать это имя.

Вопреки моим ожиданиям, Элден не рассердился. Напротив, издал грустный смешок и повернулся ко мне.

О недавней вспышке гнева в его облике сейчас ничего не напоминало. Из глаз исчезли даже самые крохотные искорки. Он вновь выглядел как совершенно обычный человек.

– Оливия, я очень хочу, чтобы ты обрела крылья, – тихо сказал он. – По той простой причине, что для тебя это так важно. Но… Я не смогу помочь тебе в этом.

– Но почему?!

Я выкрикнула это в полный голос, от бессильной ярости сжав кулаки и топнув ногой. И даже мысль о том, что я поступаю как капризный ребенок, готовый закатить истерику из-за какой-то ерунды, не смутила меня.

Потому что для меня это не пустяк.

– Для того чтобы познать секрет этой магии, надо побывать на самой грани жизни и смерти, – негромко проговорил Элден. – Хоть одним глазом, но заглянуть в мир мертвых, почувствовать дыхание смерти. Тогда и только тогда ты осознаешь, что нашу реальность возможно кроить по собственному разумению. В этом хрупком пограничном состоянии ты обретешь вторую тень, которая сделает тебя иным существом.

– И-и-и? – вопросительно протянула я, когда Элден замолчал. – По-моему, звучит замечательно.

– Замечательно? – с горькой иронией переспросил он. – Оливия, я ещё раз повторяю: ради этого тебе придется побывать на грани смерти. И я должен буду вытащить тебя оттуда. Причем именно в тот момент, когда твое сердце уже остановится, но тебя ещё возможно будет спасти. Если сделать это слишком рано – ничего не получится. Если слишком поздно… Я навсегда потеряю тебя. И я не могу – понимаешь? – просто не могу пойти на это! Я не могу и не хочу подвергать тебя такому риску! Потому что если ты умрешь из-за меня, то и вся моя дальнейшая жизнь лишится смысла! Ведь я люблю тебя!

Заключительные слова Элден почти выкрикнул мне в лицо. Тяжело дыша, отвернулся, и почти погасшее пламя в камине получило новое щедрое подношение в виде очередного плевка огнем.

– О-о-о, – смущенно протянула я. – Я как-то не подумала об этом.

– Знаешь, в какой-то мере Артен прав, – задумчиво протянул Элден, по-прежнему стоя спиной ко мне. – Если кто и способен дать тебе крылья, то только он. Несмотря на всю его любезность и неизменную вежливость, он абсолютно равнодушен к тебе. Он рассматривает твою жизнь лишь с точки зрения полезности для себя. Я не сомневаюсь, что Артен с легкостью определит тот момент, когда мир теней откроется перед тобой, и успеет выдернуть тебя оттуда. Но я понятия не имею, какую плату он потребует.

«Я готов дать тебе слово чести, что мое предложение абсолютно бескорыстно».

В моей голове словно сама собой прозвучала фраза, которую обронил Артен, когда я уже уходила из его кабинета. Но здравый смысл подсказывал, что не стоит об этом говорить Элдену. По-моему, ему необходимо успокоиться.

В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь треском отгорающего пламени в камине. Тень под ногами Элдена съежилась, готовая вновь раствориться при дневном свете.

Неслышно ступая, он опять направился к столику с напитками, не глядя на меня. Остановился подле него, но не выбор сделать не торопился. Замер, устало ссутулившись и вновь погрузившись в какие-то невеселые раздумья.

Сердце кольнула острая жалость к Элдену. Как-то вдруг я вспомнила, какими суматошными у него выдались прошедшие дни. А ведь он так мечтал отдохнуть после королевского бала! А в итоге беды лишь умножились. И во многом из-за меня.

Неожиданно для себя я скользнула к нему. Не задумываясь о том, что делаю, обняла со спины, прижалась так крепко, как только сумела.

– Прости, – шепнула виновато, слыша, как под моим ухом ровно и сильно бьется его сердце.

– Почему ты просишь у меня прощения? – с легкой ноткой изумления спросил Элден, не торопясь выбраться из моих объятий. Напротив, накрыл мои пальцы своими руками, сжал их. С усмешкой поинтересовался: – Или ты еще что-то натворила?

– Нет, но… – Я грустно вздохнула. – Мне так жаль, что я ничем не могу помочь тебе! И тебе постоянно приходится следить за тем, чтобы я не угодила в какую-нибудь беду.

– Оливия, в этом и заключается любовь к другому человеку, – тяжело вздохнул Элден. – Не бывает счастья без волнения и страха за своего избранника. Это две стороны одной медали.

После чего осторожно повернулся ко мне. Привычная улыбка завибрировала в уголках его рта, когда он легонько очертил пальцем абрис моего лица. Подушечкой большого пальца тронул мои губы.

Зажмурившись, я потянулась к нему. Почувствовала, как его рука нырнула в мои волосы, чуть натянула их – и послушно запрокинула голову.

Поцелуй получился легким, почти целомудренным. По крайней мере, вначале. Но затем объятия Элдена стали крепче, а губы жаднее. Теплая тяжелая ладонь лежала на моем затылке, не позволяя мне первой оборвать ласку. А впрочем, я и не думала об этом. Напротив, вся подалась вперед, чувствуя, как кровь начинает быстрее пульсировать в моих жилах. Кожа покрылась теплыми мурашками от удовольствия. Хотелось, чтобы этот миг длился вечно…

И тем большим было мое разочарование, когда Элден внезапно отпрянул. Да так резко, что едва не перевернул столик, о котором, по всей видимости, напрочь забыл.

Я чуть не застонала от обиды. Что за муха его укусила?

– Прости, – виновато выдохнул Элден, не глядя на меня. – Оливия, меня часто называют «железным», но я ведь не такой. Я из плоти и крови. Сегодня произошло слишком многое. И я… я не уверен, что смогу совладать с собой. Что остановлюсь в нужный момент и не позволю себе большего…

Я растрогалась. Элден выглядел сейчас таким смущенным, таким милым, таким… нормальным, что ли. И не скажешь даже, что он умеет плеваться огнем.

– Элден, – пробормотала, кокетливо взмахнув ресницами, – а надо ли останавливаться?

Щеки вспыхнули от смущения, когда я сообразила, что именно сказала. Но усилием воли прогнала зарождающуюся панику, когда увидела, каким радостным блеском вспыхнули глаза Элдена.

– Оливия, – сказал он. – Но…

Я не дала ему договорить. Решительно шагнула вперед – и угодила в предусмотрительно распахнутые объятия. Первой настойчиво прижалась своими губами к его губам.

На сей раз Элден действовал гораздо решительнее. Жадными, требовательными поцелуями он прошелся по моему лицу, спустился по шее к линии декольте, и я прерывисто вздохнула, отчаянно цепляясь руками за его плечи – так внезапно ослабели колени. Мои пальцы дрожали, не в силах совладать с пуговицами на его рубашке, ногтями я то и дело царапала его разгоряченную кожу, и Элден каждый раз при этом вздрагивал то ли от боли, то ли от наслаждения.

– Хочешь фокус? – с неожиданным лукавством дохнул он мне на ухо. На дне его зрачков вспыхнул знакомый багровый огонь, который теперь уже не пугал меня. И мое платье вдруг без следа слизнуло бесцветное пламя, которое исчезло так же мгновенно, как и появилось, не причинив при этом ни малейшей боли.

«Драконы удивительно точно умеют регулировать температуру своего пламени, – прозвучали в памяти слова из давным-давно прослушанной лекции. – Они способны испепелить перышко, лежащее на листке бумаге. И при этом бумага даже не потемнеет от жара».

А в следующее мгновение Элден подхватил меня на руки, вновь отыскал мои губы, запечатлев на них долгий поцелуй. И окружающая реальность перестала интересовать меня.

Я не запомнила, как мы добрались до спальни, расположенной на втором этаже. Элден не стал тратить время на то, чтобы открыть дверь. Он просто щелкнул пальцами – и она с грохотом рухнула, сорвавшись с петель. Затем осторожно опустил меня на постель, опять поцеловал.

Я выгнулась под его лаской, такой уверенной и одновременно мягкой. Я даже не заметила, как Элден освободился от своей одежды. Просто вдруг обнаружила, что мои ладони скользят по его обнаженной коже.

Удивительно, но куда-то исчезло мое смущение. Я прекрасно сознавала, что комнату заливает яркий солнечный свет, и Элден видит меня всю – от головы до пяток – без защиты каких-либо покровов. И мне нравилось это. Я словно купалась в его взгляде. Восхищенном, влюбленном и таком горячем. От каждого его прикосновения, от каждого поцелуя во мне разгоралось пламя желания. Оно стало невыносимым, когда я почувствовала на себе тяжесть его тела. Вся потянулась к Элдену, как никогда желая ощутить миг полного единения.

– Оливия…

Просто поразительно, но Элден все-таки сумел остановиться. Навис надо мной на вытянутых руках, тяжело дыша. Над его верхней губой мелким бисером выступил пот. И мне было страшно представить, чего ему стоила эта пауза.

– Оливия, ты уверена? – спросил он. – Быть может, все-таки…

И вновь я не позволила ему завершить фразу. Вся подалась вперед, обвив его шею руками. Слепо ткнулась лбом в плечо, и Элден медленно опустился на меня.

Я вскрикнула от внезапной сильной боли. Невольно попыталась оттолкнуть Элдена, но тот лишь сильнее вжал меня в скомканные, сбитые простыни, не позволяя вырваться.

Ох, в любовных романах этот момент описывают немного иначе. А где же небывалое наслаждение? Наверное, именно так чувствует себя насаженный на булавку мотылек.

– Очень больно? – с раскаянием шепнул Элден, каким-то чудом не торопясь продолжать далее.

Вместо ответа я промычала нечто невразумительное, силясь не расплакаться. Глаза защипало от подступивших слез.

Элден осторожно отстранился – и мой живот вдруг обожгло от его прикосновения, когда он с усилием провел ладонью по нему, словно стирая что-то. Тотчас по телу пробежала теплая волна расслабления, в которой без следа растворились все неприятные ощущения. И я судорожно перевела дыхание, осознав, что какое-то время не дышала вовсе. Первой отыскала губы Элдена.

Когда он вошел в меня вновь, его поцелуй заглушил мой стон. Но на сей раз от удовольствия, а не от боли. И на какое-то время все проблемы этого мира перестали меня волновать. А потом и вся окружающая реальность разбилась на миллиарды сверкающих осколков во вспышке острого наслаждения.