Глава 35 Не тьма делает душу тёмной

Кристиан

Я убью эту мерзкую тварь! Мной овладел леденящий ужас, когда я увидел Мари в его когтях. Мы наносили друг другу удары, и я понимал, что он всё равно оставался невредим. Вокруг царил хаос, мы проигрывали. Потеряны сотни моих воинов. Отчаяние безжалостно топило меня в своей пучине. Я снова и снова наносил Падшему удары, пока он вдруг сам не отцепился от меня. Я проследил направление его взгляда.Что происходит?

Меня ошеломило увиденное зрелище: Мариангела, выставив руки вперёд, направляла Тьму в тела убитых. Они поднимались и продолжали биться с оживлёнными костями из уничтоженного мира. Силы уравнивались. Я ринулся в пучину сражения, но, как и другие мои воины, смотрел лишь в одну сторону. Мертвецы, пару мгновений ранее нёсшие смерть, вставали, как вкопанные. Мари вытягивала из них тьму и направляла в свою новую армию. Её глаза становились полностью чёрными без белков, как у Архаэля.

Я хотел направиться к ней, но я не мог – поле боя замерло, никто не шевелился. Ментально я начал кричать Мариангеле, но мои слова, будто в броню попадали и возвращались обратно ко мне. Войско живых стояло неподвижно, подобно безвольным куклам мы взирали, не в силах осознать происходящее видение. Мариангелу всё больше и больше окутывала Тьма. На стене не было вновь прибывающих скелетов, только Архаэль стоял на её вершине. Мне показалось, что в его глазах я увидел страх и смятение. Он пытался снова завладеть Тьмой, но она стекалась к новой хозяйке, извивалась и ластилась, как кошка, не вредя, а приклоняясь!

Моя Мари. Её тело начало светиться огнём, волосы трепал сильный ветер. Она не видила меня и не слышала, никого не замечала, словно это и не она вовсе. Лицо иное: свирепое, хищное. На вытянутых руках острые звериные когти, как у Падшего, а на спине пробивались огромные, сотканные из Огня и Тьмы крылья. Мари взмахнула ими и взлетела в грозовое тёмно-серое небо. Представшее видение вернуло меня на шестьсот лет назад, в ту проклятую ночь. Мариангела устремилась в сторону Архаэля. Он взмыл в воздух, направляясь к ней навстречу. Их тела сплелись в жестоком танго смерти. Они рвали друг друга когтями, издавая нечеловеческие вопли боли. Я не мог ничего сделать, только смотреть, со всей силы пытаясь скинуть с себя оцепенение. От отчаяния моя стихия просилась вырваться и затопить всё и ударила в небе раскатами грома. В сознании раздался властный голос Метатрона:

— Не смей, это не твоя битва!

Я понимал, что из них двоих мог быть только один победитель. Смертельная схватка рвала мою душу на части.

«Что мне делать? Я же вновь могу потерять любимую!»

По сторонам разлетались капли их крови, Архаэль драл кожу моей любимой, а Мари впивалась когтями в него до самого мяса. Они атаковали равными силами. Вместо острых мечей в их руках Тьма. В один миг их когти вонзились в грудь друг другу. Бешеный рёв пронзил меня, словно молнией.

«Я должен помочь. Как мне помочь?!»

Но в голове снова голос Архангела:

— Я приказываю! Не сметь! Иначе лишишься её навсегда!

Мариангела вырвала сердце Архаэля. Поражённое тело её брата начало падать, сжимая в руках другое – сердце моей Мари. В воздухе её держала только сила Тьмы.

— Мари! Нет! — Из моей глотки вырвался дикий вой потери.

Невыносимо мощная сила притяжения вбила меня в землю. Воины один за другим падали на колени. На Альтерру спускались Великие Стражники. С неимоверным трудом я приподнял голову, чтобы увидеть мою Мари. Яркие лучи небесного царства озарили пространство. Спускались пять Архангелов с огромными белоснежными крыльями за спиной, лица которых невозможно разглядеть в ослепляющих потоках. Четыре Архангела вознесли тела, окутанные Тьмой, в Небеса. Метатрон одним щелчком пальцев очистил землю от незваных мёртвых костей. Незримые оковы спали, но я сам не в силах был встать от разбивающего горя потери, и скулил, как щенок. С моих глаз ручьём бежали слёзы отчаяния. Я просто не могу в это поверить. Мы ведь только обрели наконец-то друг друга…

— Владыка! — окликнули меня.

Я поднял голову и сквозь солёную пелену увидел раненого Жака. Он замялся, не зная, что сказать. Неподалёку я увидел раненного Паирса. Он неподвижно сидел на земле и смотрел ввысь. Я знал, что его душа тоже плакала. Линк и Эжен с другими магами-целителями залечивали раны на телах живых воинов. Омерзительные чавкающие и хлюпающие звуки раздавались из-под их ботинок. Тягостно вдыхать этот запах смерти – он выворачивал наизнанку. Я больше не мог сдерживать свою стихию – дождь хлынул, омывая поле сражения от пролитой крови.

На четвереньках я ползаю вперёд и назад, ища Мари в этой слякоти. Я не могу поверить, что её у меня снова забрали. Возможно, она всё ещё здесь.

«Я найду её, а Карл исцелит!»

Но я натыкался только на валяющиеся мечи и кровавые конечности. Продолжая ползать на коленях в кроваво-земляном месиве, я не мог здраво рассуждать. Я смотрел по сторонам и ждал, что из пространства выбежит Мариангела и позовёт меня по имени. Поднявшись на ноги, я начал бегать, спотыкаясь и поскальзываясь. Я схватился за начальника моей охраны и тряс его за плечи:

— Ты тоже видел? Видел? Это не моя воспалённая фантазия, Жак?

— Да, Владыка, мы все видели, — подтвердил Тюссо, с сожалением опустив глаза.

— Владыка, смотрите! — крикнул Алесандр и указал на небо.

Я поднял голову. Что-то летело. Приглядевшись, я рассмотрел! Вниз падало тело моей Мари! Я обратился тенью, пытаясь успеть схватить, чтоб уберечь от удара, совершенно точно понимая, что живое тело не может существовать без бьющегося сердца. Оно осталось в когтях Архаэля. В этот момент я принял для себя решение, что похороню нас в потоках бурлящей лавы.

Поймав Мари, я устремился к разлому. Я хотел, как можно скорее прекратить свою боль.

— Крис-ти-ан… — сорвалось моё имя с губ любимой.

Опустившись с ней на землю, я начал разглядывать её. Паирс бросился в нашу сторону.

— Она дышит! — ошарашено подтвердил Линк.

Я создал портал, направляясь в лекарную. Карл, Паирс и Эжен ринулись за мной. Я уложил Мари на больничную койку. Она была без сознания, но дышала. Что делать? Я закричал на Карла, чтоб вливал больше силы.

— Смотрите! — взвизгнула Эжен. Я проследил её взгляд и…

«Это просто невозможно!»

Мари сжимала в своём кулаке бьющееся сердце, подпитываемое Тьмой. Она жива благодаря Тьме. Карл аккуратно разжал её руку и забрал самый важный орган.

— Карл, это может быть сердце Архаэля! Мари выдрала его!

— Это её сердце. Тьма питает только свою хозяйку.

С этими словами Линк вложил сердце в пустующую грудь.

Карл направил свои руки к Мари для исцеления, но Тьма отбросила лекаря и окутала тело Мари подобно кокону. Тёмная энергия клубилась вокруг, лелея в своей чёрной колыбели хозяйку, не подпуская никого.

Мы не знали, не понимали, что происходило. Ожидание подобно вечности. Минуты растягивались в часы, а я не мог покинуть её. Лекарная превратилась в кабинет для аудиенции. Ко мне, не прекращая, ходили наместники, Оракулы, Дары. Жак докладывал об обстановке и процессе восстановления Сальваториса. Город Огня стёрт с Альтерры навсегда. Я приказал уничтожить все следы битвы. На этой земле будет вечно находиться военное кладбище, как дань амяти и уважения погибшим в кровопролитном сражении. Их имена будут увековечены на мемориале.

Находясь рядом с Мари, я почувствовал, что Тьма стала менее плотной, не такой агрессивной к посторонним. В ней пульсировала жизнь Мариангелы. И я ждал. Осталось немного. Совсем скоро Мари выйдет из восстановительного сна.

Мариангела

Я жаждала избавления Альтерры от Падшего. Наши силы были равны. Мы наносили друг другу равнозначные удары и увечья. Буквально слыша биение проклятого сердца ненавистного мне брата, я вожделела прерывания этого стука. Со всей силы я вонзила когти в его рёбра, не замечая, как с громким хрустом ломались мои. Не чувствуя своей боли, я насыщалась его страданиями и, впитывая его мучения, я получала извращённое удовольствие.

Архангелы забрали нас на суд Изначального. Ожидая свой приговор, я понимала, что, скорее всего, больше не вернусь к Кристиану, но Тьма заботливо вбирала в себя мою тоску, оставляя лишь осознание, что Альтерра спасена. Я не могла сейчас думать об утраченных воинах, их души здесь, на небесах, как и души моих братьев и сестёр из Южного Штаба. Они все ожидали перерождения, чтобы в будущем вернуться ко мне, и я узнаю каждого, если сама вернусь…

Искоса я смотрела на Архаэля: брат снова стал выглядеть, как и прежде, его лицо и тело больше не напоминало чудовище. Он стоял, как и я, на коленях, опустив голову, и не произносил ни слова. Я молилась только об одном: лишь бы его не вернули обратно на Альтерру.

— А ты достойна возвращения? — задал вопрос Изначальный.

— Наверное, нет. Но, надеюсь всем сердцем!

— Которого лишилась? — с сарказмом спросил Метатрон.

— Вы созданы вместе. Я не могу одного пощадить, а другого развоплотить, — произнёс отец.

— Он убийца! Он столько людей погубил! — выкрикнула я ему.

— А ты невинный Ангел? — спокойным тоном продолжил Всевышний. — Так как? Закончить ваше существование прямо сейчас?

Неужели мне придётся с ним воевать всю жизнь? Я не хочу, чтобы он убивал живых.

— Если его смерть подразумевает и мою, то я готова навсегда исчезнуть.

— Для тебя жизнь людей важнее Кристиана Блэка? — Отец задавал испытующие вопросы, резал ими словно остриём.

— Не важнее, но равнозначна. И я готова, — искренне ответила я.

Воцарилась тишина, она тянулась долго, медленно, жужжала, как назойливая муха, а потом отец заговорил:

— Ты больше не вознесёшься к Небесам. Отныне ты изгнана, Мариангела! — Изначальный подошёл ко мне и забрал сердце Архаэля, вложив в мои руки другое. Испачканные ладони нашего судьи в нашей крови моментально стали чистыми, после чего отец продолжил: — Ты теперь не смертна, душа твоя навеки проклята мною. Небесные Врата впредь не откроются для тебя. Приговор вынесен. Прощай, Мариангела. Навсегда.

Создатель отвернулся от меня и сделал жест рукой, словно отмахиваясь от омерзительного запаха. Что я почувствовала? Досаду, что разочаровала его? Нет, наоборот! Облегчение! Наконец-то нас оставят в покое, и мы сможем просто наслаждаться с Кристианом друг другом и нашей бесконечной жизнью.

Что-то сильно ударило меня в спину, сознание поплыло, тело стремительно начало падать, но не на пол, а словно с обрыва. Я совершенно не могла пошевелиться, руки и ноги не слушались, но Тьма подпитывала меня и восстанавливала. Она, подобно заботливой матери, которой меня лишили, успокаивала и убаюкивала, а потом я почувствовала, что кто-то поймал меня. Кто-то единственный, с моим любимым запахом грозового дождя.

— Кристиан, — чуть слышно прохрипела я, и сознание окончательно провалилось в чёрную яму.

В тот момент, когда моё тело обрело чувствительность, пришло осмысление, что я наконец-то восстановилась и начала просыпаться, но с великим трудом. Паутина сна зыбкая и тягучая, тело ватное, непослушное. Даже язык не подчинялся мне.

Только тьма. Она во мне. Текла по моим венам, окутывала и обнимала, ластилась и оберегала. С изгнанием она окончательно слилась со мной. Ко мне стали приходить воспоминания прошлой или позапрошлой… Или какой ночи?

«Какое сегодня число? Где я нахожусь? Кем я стала? Демоницей? Но я не такая, как Кристиан. В нём нет Тьмы, что плескалась во мне. А что такое Тьма? Не всё тёмное является злом и не всё светлое – добром».

«Он – Свет и Он – Тьма». Смысл стал ясен только сейчас. В жизни нельзя делить всё на белое и чёрное. Наблюдать за солнечным ярким днём гораздо комфортнее, стоя в тени. Тёмная Сила выбрала меня не для того, чтоб сделать из меня монстра, как Архаэля. Он сам сделал себя таким, сам выбрал свой путь!

Я почувствовала присутствие Кристиана, услышала его голос и ощутила его запах. Мне безумно хотелось в его объятия, насладиться вкусом любимых губ. Возможно, тёплая невесомая Тьма прятала меня от реальности, давая время свыкнуться со своим новым статусом. Люди сражались против неё и умирали…

«Как примут меня Кристиан, Паирс, Юна, Соя? Вдруг начнут ненавидеть?»

Но теперь я хозяйка этой чудовищной силы, даже если от меня откажутся – я уйду, зная, что при любой опасности смогу защитить Альтерру. Я вырву наш мир из пасти любой беды.

После принятия себя я почувствовала, что сон начал отпускать меня. Я пошевелила пальцами рук и ног, потом языком. Запах. Это лекарная Карла. Я резко поднялась на кровати, словно вырываясь из морской пучины. Очень громко, со свистом я вдохнула полной грудью, потом открыла глаза и обнаружила себя в тёмном коконе.

— Мариангела!

Я услышала быстрое приближение шагов Кристиана.

— Кристиан, ты здесь? — шёпотом спросила я.

— Да, милая. Убери, пожалуйста, Тьму.

Почему-то показалось, что он со мной говорил нарочито ласково, осторожно, словно с диким зверем, пытаясь успокоить. Неужели мои страхи не напрасны?

Я попросила Тьму спрятаться и кокон спал. Передо мной стоял Кристиан. Его лицо осунулось, и появились тёмные круги под глазами, он будто не спал и не ел несколько дней.

— Кристиан? — Мне стыдно было смотреть ему в глаза прямо.

Он быстро приблизился ко мне и обхватил руками крепко-крепко, стало так хорошо сразу на моей изгнанной душе. Мой Демон слегка отстранился и с лёгкой улыбкой спросил:

— Милая, знаешь, что у тебя сейчас чёрные глаза?

— Ты меня не будешь любить такой? — Я закрыла лицо руками.

— Глупенькая, я тебя буду любить любой. Больше не бросай меня. Мне без тебя не выжить! — Кристиан прижал меня к себе, и по мне прокатилась волна облегчения.

— Теперь у тебя снова мои любимые глаза цвета раскалённой лавы. — Он чаровал своей улыбкой, и меня затопило цунами из нежности и трепета.

— Кристиан? Это правда?

— Да, у меня так же было, когда я стал бессмертным. Я очень долго в зеркале видел только красные глаза. Злость от бессилия сводила с ума, я с трудом сдерживал стихию. Когда свыкся и начал просто ждать тебя, стал опять похож на человека.

— Как меня воспримут?

— Не знаю, но тебя ждут.

— Кто?

— Это сюрприз. Иди за мной, — Кристиан взял меня за руку и порталом вывел в мою комнату.

— Ты полностью восстановилась? — Спросил он, поглаживая большим пальцем по щеке.

— Думаю, что да, — с лёгкой неуверенностью ответила.

— Я зайду за тобой, — поцеловал меня он, еле касаясь в губы, и оставил одну.

В зеркале банно я рассматривала себя: вроде бы ничего не изменилось, кроме одежды. На мне были изодранные лохмотья вместо боевой экипировки. Я разделась, мой взгляд упал на левую грудь: там не было ни единой отметины указывающая, что во мне была огромная пустая дыра. Вот, значит, какой ты зверь – бессмертие! Глянув в боковое зеркало на свою спину, я увидела, что вязь на месте, те же волосы и лицо. Я вздохнула с облегчением. Мне казалось, что я стала похожа на Архаэля.

Я выставила ладонь вперёд и ещё раз убедилась в лояльности Тьмы, перекатывая невесомый тёмный шарик между пальцев. Такая послушная и ласковая.

Накупавшись вдоволь, я обнаружила в комнате Кесси и ммм… Еду! Как голодная волчица, не обращая внимания на девушку, я налетела на отменный вкусный и сочный стейк. Боже… Упс! Теперь это слово под запретом. Всё равно очень вкусно! Значит, обычные человеческие потребности у меня не пропали. Да, мне придётся заново изучать себя и свои возможности.

— Ваше платье, моя Госпожа, — Кесси с невиданным преклонением указала на вешалку.

Я повернулась в указанную сторону с набитым ртом и разом сглотнула всё. Неудобно как-то вышло, ну и ладно, меня больше занимало платье и удивил его цвет.

— Кесси, какое сегодня число? Сколько времени?

— Десятое октября, двенадцать по полудню, моя Госпожа.

Долго же я проспала! Ещё больше меня удивило то, что я не чувствовала эмоций служанки. Я убедилась в отсутствии щитов. Странно. Возможно, они негативные и сила меня защищала? Но её обращение ко мне и само поведение словно иное. Наверное, она боялась меня.

Кесси помогла собраться. Я подошла к зеркалу и посмотрела на красивую себя. Мне действительно очень нравилось моё отражение. Шикарное платье из плотного красного атласа, расклёшенное от талии до пола, серебристые туфли под цвет волос. Кто-то тщательно продумывал мой образ… Лёгкие стрелки на глазах придали взгляду больше выразительности и хищности, волосы не стали заплетать. Я покрутилась перед зеркалом, любуясь собой. Интересно, и куда же Кристиан поведёт меня в таком виде? В ресторан? Я уже поела. В театр? У меня не было других предположений.

Кристиан зашёл ко мне в комнату. На нём потрясающий чёрный костюм и белая рубашка. Бабочки не хватало. А запах… М-м-м, любимый сводил с ума. Я хотела спросить о том, в какое место мы отправимся, но мне буквально заткнули рот. Кристиан налетел на мои губы и начал страстно терзать их. Его язык вальсировал с моим, напоминая о наших потерянных ночах. У меня всё нутро свернулось в тугой узел от нестерпимого желания. Красные глаза Кристиана со мной были солидарны. Он задрал моё платье по пояс и подхватил под ягодицы, усаживая на стол, расстегнул ремень и брюки. Нас больше ничего не сдерживало от обжигающего вожделенного секса.

***

Часом позже мы вышли из моей комнаты порталом и оказались не в ресторане или в театре, а на площади около статуи Мариангелы. Меня поразило две вещи. Первое: на дворе октябрь, по небу гуляли тёмные тучи и посвистывал осенний ветер, а на мне только платье, но я не чувствовала холода! А второе…

«Здесь что, весь город собрался? Откуда столько людей?»

Меня же не начнут закидывать яйцами и кричать: «сгинь, нечистая»? По правде говоря, за моим сарказмом скрывался страх, но Тьма словно говорила, чтоб я не боялась, ведь она защитит меня от всего.

Кристиан помог мне подняться на высокий мраморный пьедестал. С него было видно, что на площади людей гораздо больше, чем жителей в Сальваторисе. В голове я услышала голос Кристиана:

— Они ждали тебя. Ждали твоего пробуждения, чтобы выразить своё почтение.

Он обратился первым к жителям Альтерры, отчего у меня перехватило дыхание. Он представлял меня всем людям, среди них были и мои Дары. Взгляд так и касался серебряных волос и огненного пыла их глаз.

— Вы знаете о Создательнице Альтерры. Мы все очень долго ждали её возвращения к нам. Я хочу, чтобы все знали мою любимую Мариангелу, мою будущую жену и Правительницу в лицо.

По классике жанра, сейчас должны последовать бурные аплодисменты, звуки свиста. Но передо мной предстала совсем другая картина, от которой на моих глазах проступили слёзы. Все присутствующие кланялись и благодарили меня, выкрикивая:

— Защитница! Спасибо за наше спасение! Мы любим тебя! Спасительница Мариангела!

Моя потерянная эмпатия не позволила уловить их чувства, но Тьма промолвила, что это действительно искренняя любовь и благодарность. Сложно произнести в ответ красивую речь. Меня захлестнули бурные эмоции от облегчения, что меня не ненавидели. Кристиан крепче сжал мою руку, и в сознании прозвучало:

— А ты боялась. Ты спасла нас, за что тебя ненавидеть? Мы любим тебя.

Я не смогла вымолвить ничего, кроме тихого «спасибо». Но меня услышали все.