Глава 30

До Вилскувера предстояло добираться на «хвостороге» — Берг выхлопотал видавший лучшее экспериментальный мобиль. С «грифоном» Харлея, конечно, не сравнить, но за неимением лучшего… Впрочем, в любом случае, подарок был шикарный.

— Мы вернём! — пискнула Пандора, обнимая медведя на прощание.

— Вернём, — подтвердил демон. Неудобно было принимать помощь от низших, впрочем, в неудобство превратилась в последнее время вся жизнь инкуба.

— Летай, птичка, — пробасил медведь. — Летай, сколько понадобится. А вам, демонам, — он хлопнул инкуба по плечу: — Что дай, что выкини.

Инкуб усмехнулся. Из интонаций медведя исчезли настороженность и презрение. Он принял высшего демона за своего, правда, на его манере разговора это не отражалось. Но ведь и инкуб не оставался в долгу.

Расстались почти приятелями…

По дороге в Вилскувер останавливались на заправках, а заночевали в небольшом придорожном мотеле. Пандора порывалась лететь и ночью, но демон был непреклонен: они оба после всех приключений не в лучшей форме, и если он, инкуб, нуждается в отдыхе, то что говорить о ней. К аргументам гарпии о равноправии полов отнёсся серьёзно и спросил, а причём здесь половые различие вообще. После чего ещё раз подтвердил, что он, демон-мужчина-инкуб-чёртов-ступень-и-всё-остальное-что-она-считает-нужным устал, стало быть, и ей отдохнуть придётся. Исключительно за компанию.

Для безопасности взяли один номер.

Пандору, бормотавшую что-то невразумительное, мол, сопровождать его — это её работа, а значит, и на кровати спать ему, а она… Харлей развернул за плечи и подтолкнул к широкой двуспальной кровати.

Она потопталась в нерешительности, потом, стараясь обойти его «по стеночке» скрылась в душе.

Когда, в свою очередь, из душа вышел демон, она сидела на кровати, натянув одеяло до подбородка и, глядя на него широко раскрытыми глазами, часто моргала.

Демон хмыкнул, и, насвистывая что-то под нос, бросил на пол скользкое лиловое покрывало. Сам улёгся прямо на него.

— Ты, ты, — прошептала Пандора, — ты серьёзно? Будешь спать на полу?

Демон хмыкнул.

— Буду твоим верным псом, крошка, — отозвался он. — Видят боги, ты этого достойна.

— Вот ты позёр! — возмутилась гарпия, правда, голос у неё дрогнул.

— Позёр-не позёр, а тебе это нравится, признайся, — отозвался инкуб. — А если случится землетрясение, у меня больше шансов выжить, потому что я ближе к выходу. Видишь, я смиренно берегу себя, делая за тебя твою работу. Могла бы и спасибо сказать.

Вместо ответа Пандора прыснула и швырнула в него подушкой.

— Возьми, начнёт трясти, макушку отобьёшь.

Улыбаясь, демон подложил подушку под щёку.

— Ты не представляешь, какая крепкая у меня макушка.

Только не спугнуть её… Только не обидеть… Только не выдать себя. Не показать, что думает он сейчас только об одном. Об одной… Что с ума сходит от совершенно, казалось бы, противоположных чувств: безграничной нежности и дикого, неистового желания. От счастья находится рядом с ней и страха, просто ужаса её потерять. Он чуть мозгами не поехал, когда тритон за стойкой позволил себе улыбаться его белокурой крылатой девочке и нести всякую чушь, которую демон, в отличие от Пандоры вовсе не считал остроумной.

С ней будет непросто. С его девочкой. Слишком она отличается от других. Слишком много ей пришлось пережить. Того, что она вообще, никак не заслужила.

Но теперь он будет рядом. Всегда. И дело вовсе не в кровной привязке, которая когда-нибудь закончится. Просто он так решил. И решения своего не изменит.

Будет ждать, сколько придётся. А она откроется. Доверится. Ей будет нелегко… но вместе они справятся.

***

Отель на окраине Пандора выбрала неслучайно.

Заброшенное, готовое ко сносу здание рядом — можно ли желать места для засады удачнее? И безопаснее для окружающих, опять же.

— Она нападёт оттуда, — указала гарпия, выстроив пространственную схему с помощью линкофона.

Ловушка, настроенная на карающих призраков, посылала сигналы на специальную плату, так что на голографическом экране им была видна траектория передвижения Немезиды.

— Она чувствовала, что ты у Разлома, — пояснила гарпия. — Только не знала, у какого. Все Разломы для неё одинаковые. Ещё и одинаково опасны. Она оставалась здесь, на окраине, ждала, когда ты отдалишься от Разлома, чтобы снова начать охоту. Вчера ночью почувствовала… И переместилась отсюда сюда.

— Хм… А ты уверена, что эта штука сработает? — Харлей скептически посмотрел на ловушку, оказавшуюся обычным черепом. Непонятно было, как такое вообще способно повредить той двухметровой бабе, которую не берут ни пули, ни демонический огонь, ни стальные перья.

— Уверена, — улыбнулась гарпия. И тут же снова стала серьёзной: — Я работала с карающими призраками. В паре с Кристофером. Поэтому мне и поручили тебя.

— Видел я, что стало с твоим Кристофером, — проворчал демон. — А ведь у него, ты говоришь, была ловушка.

— Была, — не стала спорить гарпия. — Должна была быть… Я уверена, ему помогли… Потерять её. Знать бы, кто.

— Знать бы, да, — согласился демон. — Как-то не хочется верить, что ловушка не сработала.

— Это исключено, — хмуро отрезала гарпия, но Харлей уловил нотки нерешительности в её голосе.

Это было, по меньшей мере, рискованно, ждать Немезиду здесь, на крыше заброшенного, предназначенного к сносу здания на холме. Огни Вилскувера казались сегодня какими-то особенно тревожными, окрашенными в красный. Или всему виной красный цвет одной из лун, которая сегодня вошла в зенит?

Совсем одни, без помощи, поддержки, страховки. Со своим смехотворным против карающего призрака оружием и (Харлей сильно подозревал, с такой же) ловушкой, полученной у Разлома.

Но кого позовёшь на помощь? Был бы здесь Эрам, Харлей, не раздумывая, обратился бы к брату. Но Артур сказал, Эрама нельзя вызывать, особенно в опасной близости от Немезиды. Чтобы призрак не учуял ещё одну кровную наживку.

Обратиться в Департамент? Но с ним по-прежнему не было связи, причём, как выяснилось, связь была отрезана в одностороннем порядке: агента Хантер просто-напросто изолировали в информационном плане, и, судя по туманным объяснениям Пандору, скорее всего, связь не восстановится, пока жив призрак.

Нанять профессионалов? Ну так они в розыске. Даже если только один из них, она или он, Харлей и сам путался в этих бредовых новостных заголовках.

Если возьмут одного — второму придётся тащиться следом, как телок на верёвочке, если нет желания окочуриться.

Пандора, краснея, предлагала разорвать связь… Достаточно обратиться в маг-храм неподалёку… Но скорость приближающегося к ним призрака, которую они могли отслеживать по траектории на схеме, показывала, что привязку разорвать успеют, а отойти на безопасное от храма расстояние — нет. А ведь Немезида показала, и не раз, что не щадит никого, когда идёт к своей цели.

Пандора объяснила, что пока она находится на расстоянии пяти километров от «приманки», остальные «объекты» её не интересуют. Они для неё что-то вроде общего серого фона. Другое дело, когда рядом находится Харлей. За счёт близости демона всё перед призраком окрашивается в красный. Зовёт убивать.

Время замедлилось. Остановилось. Превратилось в мигание красной пунктирной траектории, что движется на голографической схеме по карте.

Их действия на момент появлении призрака давно были отточены до мелочей.

Легче всего ловить на живца, объяснила Пандора. Чтобы действовать иначе, устраивать настоящую охоту на призрака, в которой ей доводилось принимать участие, надо, чтобы среди них был Ловец… А Ловца у них нет…

Сигнал засбоил, что значит, призрак подобрался достаточно близко и нападёт в любой момент.

И вот вроде, знаешь, что он появится, ожидаешь…

А всё равно к такому нельзя подготовиться.

Немезида появилась со стороны окраин.

Вскарабкалась по отвесной стене, подтянулась на мощных ручищах, спрыгнула на крышу и оскалилась, увидев Харлея.

Столь затянувшаяся охота не пошла призраку на пользу: кожа её стала серо-зелёной, кое-где висит ошмётками, обнажая светящиеся голубоватым кости, глаза провалились в череп и горят оттуда ненавистью.

Стоило Немезиде оказаться на крыше, гарпия оттолкнулась стопами от мраморных перил и взмыла вверх, Харлей же замер посередине, заоглядывался с испуганным видом, вроде как не ожидал такого предательства от гарпии.

Секунды, что Немезида неслась на него, показались демону вечностью. Кажется, никогда он не забудет искажённого страшным гневом мёртвого лица, горящих провалов глаз…

Когда до него оставалось всего пару шагов, сверху спикировала гарпия. Оказавшись между ними, заслонила демона крыльями и выбросила вперед руки с черепом.

В тот же миг глаза призрака потухли, оказавшись чёрными провалами. Со страшным рёвом Немезида принялась терзать когтистыми пальцами лицо, словно не веря, как такое могло произойти. Зато загорелись глазницы черепа в руках Пандоры.

Призрак заорал, заревел, завыл!

Маленькую, хрупкую гарпию отбросило назад звуковой волной и Харлей подхватил её, прижимая к себе, сжимая в стальных объятиях.

Он бы сам справился с ловушкой, не будь он… приманкой. Мало того, что звучит унизительно, так и просто рискованно — будь у него оружие, Немезида была бы осторожнее… но ведь в его руках череп просто-напросто не сработает!

Ослепшая Немезида страшно выла, отпрыгивала, отступала, но уйти уже не могла. Взгляд черепа держал, как магнитом, и единственный шанс оборвать эту связь: убить наживку, уничтожить ловушку. Беснуясь, призрак размахивал руками, словно пытался рвать в клочья воздух, пытался зайти сбоку. Повинуясь малейшим движениям гарпии, разворачивался и оглушённый рёвом Харлей, помогая Пандоре устоять на ногах, держать руки с черепом перед собой.

Пандора тоже кричала. От напряжения, от адреналина (да и от страха, в чём она никогда и никому не признается)… но в страшном рёве умирающего призрака её крик казался всего лишь писком.

Харлей держал её изо всех сил, не давая уйти в сторону и чувствовал себя при этом подлецом. Нельзя было позволять ей этого, нельзя… Но разве у него был выбор…

Видя, что даже будучи ослеплённым, призрак не оставляет попытки атаковать, зайти сбоку, демон сильно сомневался в эффективности ловушки. К тому же, гарпия сама говорила, что она не ловец, так какого хрена она решила, что у неё получится?!

По мере того, как призрак ревел, глаза черепа разгорались всё ярче.

Вот из них потянулись красные лучи и эти лучи, как воронки, втягивали беснующуюся Немезиду. Постепенно. Копну всклокоченных волос, ошмётки кожи… Скоро перед Пандорой и Харлеем остался только мерцающий гигантский скелет.

Он начал таять в воздухе, но происходило это, как назло, слишком медленно. Пандоре казалось, что она вот-вот выпустит череп из рук, до того он потяжелел.

Но вот остатки призрака втянуло в светящиеся глазницы черепа и в тот же миг они погасли.

Обессиленная, Пандора всё же выронила из рук ловушку и та гулко застучала о чёрное покрытие крыши.

Оба — и Харлей, и гарпия не устояли на ногах, упали, тяжело дыша.

Демон по-прежнему не выпускал гарпию из объятий и она не пыталась высвободиться.

— Ну что? — сказал Харлей, отдышавшись. — Теперь в Департамент? Надеюсь, ты не думаешь, что я отпущу тебя одну?

Гарпия покачала головой и серьёзно посмотрела на Харлея.

— Нет, — сказала она. — Сначала в маг-храм. Надо разорвать привязку. И, в общем, извини за неё. Я, правда, хотела, как лучше.