Глава 17

– Тихо, тихо, милая, сейчас станет легче, – с добротой и нежностью проговорила Хлоя.

Я сжала зубы. Тётушка обмакивала тряпку в зелье, что я до того варила раненым, и осторожно поливала мою обожжённую руку.

Рядом с ней сидел задумчиво смотрящий на меня Энгерран.

Все мы находились в одной из повозок. Клетка, в которой нас везли ранее, была разбита эдроками.

Я провела взглядом вокруг.

Вся поляна была освещена. Ярко горел костёр в центре. Вокруг полыхали десятки мелких. Селяне помогали драконам убирать поляну, стаскивали трупы ящеров к кострам. Я мельком увидела парочку мёртвых драконов, которых парящие тянули к центральному костру.

– Мы одолели тварей? – тихо спросила я.

– Ты одолела, ведьма, – всё в той же задумчивости проговорил Энгерран. – Теперь я понимаю, почему инквизиторы держат ведьм на особом счету.

Мужчина слегка поморщился. Рядом с ним хлопотали Лиза и Анира. Я заметила на теле парящего несколько кровоточащих ран. Дракон вздрогнул, когда Лиза коснулась одной из них, нашёптывая слова, которым я их учила. Заживление шло медленно. Всё же слова из уст ведьмы и обычной девочки имели совсем не равнозначную силу. Однако у одной из дочерей Хлои явно был талант, если не дар лекаря. Даже на расстоянии я чувствовала тепло её рук. Если девочку хорошо обучить, она станет лекарем. Кажется, это заметил и дракон, он с большим вниманием следил за её действиями. После того как Лиза перевязала ему рану, Энгерран снова повернулся ко мне.

– Скажи мне, ведьма, – спросил он, – почему ты помогла нам?

Я усмехнулась. Разве у меня был выбор? Даже если бы эдроки уничтожили всех драконов, куда нам идти? Мы на их территории. О гибели отряда быстро стало бы известно. За нами отправили бы погоню. А далеко мы уйдём с раненными? Нас бы быстро догнали. Вот только тогда драконы не стали бы с нами так церемониться. Говорить, конечно, об этом не стоило. Энгерран был далеко не дурак и сам всё понимал.

– Так вы сами, господин серый дракон, сказали, что после вас они займутся нами? – уклончиво ответила я.

Он недоверчиво посмотрел на меня и закашлялся. Кажется, у него поломано ребро и задето лёгкое.

– Хлоя, – позвала я. – Помоги мне.

Тётушка усадила меня. Я протянула руки к мужчине и, прикрыв глаза, провела по его груди. Он не сопротивлялся. Ребро, правда, было сломано и упиралось в лёгкое. Совсем немного, но при дыхании уходило всё дальше, вызывая болезненные ощущения и кашель.

– Замрите, господин серый дракон, – сказала я, открывая глаза. Кивнула девочкам, безмолвно приказывая им держать мужчину.

Установила два пальца на место, через которое собиралась воздействовать. Призвала силы.

– Будет немного неприятно, – сказала я дракону, и в следующий момент он взвыл сквозь сжатые зубы.

– Немного неприятно, – прошипел он, смотря на меня расширенными глазами.

Я откинулась на невысокую стенку повозки.

– Зато теперь ребро на месте, и вы можете свободно дышать.

Энгерран сделал глубокий вдох, выдох и ухмыльнулся. Ощупал свою грудь.

Лиза снова захлопотала над его ранами.

Парящий ухватился за её плечо и встал.

– Знай, ведьмы, я не забуду то, что вы для всех нас сделали. Моя благодарность не заставит себя долго ждать.

– Увольте, – морщась от боли в руке, высказалась я. – Благодарность одного из ваших драконов я уже получила. Обойдусь как-нибудь. Что-то мне подсказывает, что и ваша боком выйдет.

У Энгеррана дёрнулась щека. Он порывисто отвернулся, спрыгнул с повозки и широким шагом направился в сторону центрального костра.

– Господин Энгерран, у вас не все раны перевязаны, – кинулась вслед за ним Лиза.

Я повернулась к тётушке.

– Подайте мне чашу с зельем.

Хлоя выполнила мою просьбу. Я опустила в чашу обожжённую руку. Боль стала значительно меньше. Прошептала заклинание заживления. Оно ответило мелкими уколами по коже. Пузыри ожогов начали лопаться и тут же затягиваться. Я продолжала шептать, пока вода в чаше не изменила цвет на бурый. Тогда я вытащила руку. На ладони осталось лёгкое покраснение и тонкие шрамы. Они исчезнут не так скоро, зато боль и жар практически совсем пропали.

Хлоя и Анира смотрели на процесс заживления с интересом.

– Какая же вы сильная ведьма! – с восторгом прошептала девочка.

Я ей улыбнулась.

– Это не сила, это дар, Анира. И он зависит не от меня, а от богинь, наградивших меня им. Мой дар – обращаться к тем, кто находится над нами. И уже их воля исцелять, помогать или отказать.

Хлоя несдержанно обняла меня.

– Слава твоим богиням и тебе, милая! Вы всех нас спасли.

Я немного отстранилась.

– Я не помню произошедшего.

Тётушка закатила глаза.

– Всё озарилось. Яркий свет появился вокруг тебя, он разрастался и осветил всю поляну. Костры вспыхнули. А тот, что был в центре поляны, полыхнул до небес. Стало светло как днём. Ящеры, кто успел, с визгом бежали. А кто не успел, остались безжизненными тушками.

– Два дракона погибли, – вздохнула Анира. – Они так яростно сражались, но этих существ было слишком много.

Хлоя кивнула.

– И трое ранены.

– Но мы уже начали их лечить, – вставила девочка. – Мы все запомнили, что вы нам говорили.

– Просто чудо, что один из котлов с зельем не перевернули, – возвела глаза вверх Хлоя.

Я повернулась к кострам. Тьма отступила. Снова был виден озаренный предрассветной луной лес. Высились в серости исполины древних деревьев, уходя вершинами в сумрачное небо. Драконы на поляне стаскивали тела ящеров к центральному костру и сжигали их.

Я медленно поднялась.

– Тебе отдохнуть нужно, – заботливо сказала Хлоя.

– Проследите за раненными, – отозвалась я и, осторожно сойдя с повозки, направилась к драконам. Остановилась у одного из тел эдроков. Теперь я могла внимательно разглядеть его. Тварь была чуть больше роста обычного человека, с когтистыми перепончатыми лапами, вытянутой мордой с клыками, чешуйчатым телом и большими, несоразмерными телу, крыльями. Странное существо. Странный мир. Чужой и злой.

Мне вспомнился наш лес. Добрый, светлый, с прозрачной речушкой и зелеными лугами. Теперь все это казалось далеким сном. Как же хотелось вернуться туда. И пусть негодник Боел задирает меня, я бы сейчас прокляла его и глазом не моргнула. Возможно, даже согласилась бы стать женой кузнеца Ниба. Я покосилась. Парень лежал в повозке. Ему легче, он не видит всего этого. Но как же тяжело будет Нибу, когда он придет в себя и узнает, что стал узником.

– Жалеешь, что спасла нас? – Ко мне подошел Энгерран.

– А вы уже не злитесь на меня, господин серый дракон? – усмехнулась я, поворачиваясь к нему.

– С чего мне на тебя злиться, ведьма? – приподнял бровь парящий.

– Мне показалось, что мои слова вас задели, – подметила я.

– Мне плевать на твои слова, ведьма. – Бровь вернулась на свое место, а вот глаза мужчины сузились. – Ты можешь думать о драконах все, что тебе вздумается.

– А вы хотите знать, что я о них думаю? – смотря прямо парящему в лицо, поинтересовалась я.

– Увольте от ваших откровений, – поморщился мужчина.

– Значит, вам все же не безразличны мои слова, – не без удовольствия заметила я.

– Ведьма, ты специально хочешь вывести меня из себя? – прошипел Энгерран.

Я покачала головой и отвернулась от него.

– Тела своих погибших вы тоже собираетесь сжигать? – спросила я, смотря как драконы тянут мертвого парящего к костру.

Энгерран вздохнул.

– Они убиты эдроками, их нельзя оставлять.

– Почему? – искренне удивилась я. – Разве эдроки не драконы? Они очень похожи на вас.

Энгерран нахмурился.

– Эдроки – порождение тьмы. У нас есть легенда. В далекие времена старшая дочь древнего Владыки полюбила ведьмака. В то время подобные тебе еще проживали на нашей территории. Однако, такой межрасовый союз считался вне закона. Но драконица уговорила возлюбленного пойти к ее отцу и рассказать о них. Она верила, что Владыка поймет свою дочь и благословит их брак. Владыка был в бешенстве. Не такого суженного он хотел для своей дочери. И когда та уверенно заявила, что ни за кого кроме своего ведьмака под венец не пойдет, он отказался от нее, изгнал и в сердцах проклял дочь и все их будущее смешанное потомство. Возлюбленные ушли жить на границу наших миров. Когда же пришло время вылупляться малышам, драконица поняла, что проклятие ее отца сработало. Драконята не вылупились, их жизнь замерла под толстой скорлупой. Когда в очередной раз ведьмак ушел в лес добыть им пищу, она закопала яйца у истока реки. После чего улетела к высоким горам и, сложив крылья, кинулась вниз. Ведьмак, узнав о гибели своей суженой, нашел погибшее потомство и обратился к богам, попросив, чтобы оно восстало и отомстило Владыке драконов за сотворенное им проклятие. Он вонзил себе клинок в грудь, не желая жить без любимой, и кровью откупая свою молитву. Молитву услышали. А как только на землю упала последняя капля крови ведьмака, пришла тьма. Она дала жизнь потомству, наделив их своей черной силой. Дети драконицы и ведьмака вылупились в ее объятиях. Так появились эдроки. Проклятое потомство, служащее тьме. Они мертвы по сути, но живы благодаря поднявшему их проклятию.

– Они убили древнего Владыку? – тихо спросила я, удрученная жуткой историей.

Энгерран отвел взгляд.

– Да. Но не исчезли. Наоборот, их численность растет.

– Если бывший Владыка мертв, то почему они продолжают нападать на драконов? Разве на этом проклятие не остановилось? – Я продолжила изучать тело эдрока у моих ног.

– Как любому мертвому, им нужна энергия для жизни. Чужая энергия, – сказал Энгерран, взгляд его скользнул по кострам, в которых треща горели тела погибших. – Вампиры пьют кровь, вурдалаки грызут людей, эдроки – высасывают драконью кровь.

– То есть они драконьи вампиры? – удивилась я.

– Да, – кивнул парящий.

– А человеческую кровь они не пьют? – уточнила я.

Дракон невесело усмехнулся.

– Вы им энергетически не интересны. В людской крови нет магии. Но на перекус вполне сойдете. Людей они просто убивают. Из любви к искусству. А еще поговаривают, что эдроки благосклонно относятся к ведьмам, в честь своего папаши ведьмака, создавшего их. Но это лишь слухи.

Перед моим мысленным взором встала морда эдрока, когда он сунулся в повозку. Он почуял меня. Он не уничтожил нас, потому что почуял во мне ведьму!

– А что становится с теми, чью силу выпили эдроки? – стараясь не думать о судьбе проклятых драконов, спросила я.

Парящий вздохнул.

– А что становится с теми, чью кровь выпили вампиры?

– Они становятся подобными, – едва слышно проговорила я.

– Так же и здесь, – кивнул Энгерран. – Драконы, чью кровь выпили эдроки, становятся ими. После смерти они восстают уже изменёнными. Поэтому мы сжигаем тела погибших.

Он посмотрел на меня.

– Ты и правда очень любопытная ведьма. Собирай своих селян в повозки, как только взойдет солнце, мы двинемся в путь. Эдроков здесь оказалось слишком много. Вторую ночь никто из нас не переживет. Нам необходимо поторапливаться в столицу.