Глава 44

Солнце мягко пригревало моё лицо. Я позволила себе полностью погрузиться в эту негу, чувствуя, как лучи проникают сквозь веки, даря нежное тепло. Потянулась, стараясь уловить каждую приятную волну солнечного света, и почувствовала, как расслабляются все мышцы.

– Прикрой занавеску, – раздался голос тетушки Хлои. – Она пришла в себя. Рейя, как ты?

Солнечный свет перестал ослеплять, я открыла глаза и огляделась.

Без сомнений, я находилась в лазарете.

Комната была белой: белые стены, белый стол, белые табуретки. На краю кровати сидела тетушка, а у стола – Анира.

Подошла Лиза, которая только что прикрыла занавески. Девушка была одета в лекарский белый халат. Она прикоснулась ладонью к моей голове и, улыбнувшись, сказала:

– Всё хорошо. Восстановление внутреннего ресурса проходит отлично. Через пару дней вы сможете вернуться к учебе и привычной жизни.

Я ответила улыбкой.

– Лиза, ты станешь замечательным лекарем. Я чувствовала твою помощь во сне. У тебя явный дар целителя.

Девушка смущённо отвела взгляд и отступила в сторону.

– Во дворце только и разговоров о том, как ты спасла Владыку, – произнесла Хлоя, покачав головой. – Милая, я уж думала, что всё, помрешь ты. Ведьма-то была древняя. Нам Таймира все рассказала. И то, как ты смело бросилась спасать Владыку, и как верховный зал разрушила, уничтожая ведьму.

«Древняя ведьма».

Воспоминания возвращались медленно, и я ужаснулась. Сердце сжалось от страха, когда я осознала: «Богини, я ведь разрушила верховный зал! Что теперь будет со мной? Жрецы, наверное, в ярости!»

Я попыталась сесть. Лиза и Анира сразу же бросились ко мне и помогли, приподняв подушку.

– Вы не переживайте, зал уже восстанавливают, – тут же успокоила меня Анира. – Энгерран сказал, что вас не винят. Вы же спасли Владыку. Я видела, там сейчас гномы с эльфами работают. Дерево жалко, оно было самым старым в саду, восстановить его невозможно. Я говорила с одним из эльфов, он сказал, что будут выращивать новое дерево из корня. А погибшее до кроны разрушилось от воздействия проклятия.

– А люди? – с тревогой спросила я. – У проклятия при распылении было остаточное воздействие. Кто-нибудь пострадал?

Тетушка пожала плечами.

– Не слышала о пострадавших. Разве что намедни две компаньонки Шикты внезапно слегли с жутким несварением желудка. Ильтер, главный управляющий, проверил все блюда и продукты. Его сыновья заглянули в каждый уголок, все намекали, что девушки нашей едой отравились. – Она улыбнулась, а потом рассмеялась. – Теперь понятно, откуда ветер дул. По делам этим змеюкам.

Я не смогла сдержать ответной улыбки. Сама мысль о том, что остаточное проклятие подействовало на компаньонок, развеселила меня и заметно подняла настроение.

– И всё же удивительно, что вы справились с той ведьмой, – восхищённо протянула Анира.

– Я бы не справилась, если бы не Таймира, – призналась я. – Вы не знаете, где она и что с ней?

– С ней всё хорошо, – отозвалась Лиза. – Потеря магических сил, но незначительная. Метаморфы хорошо умеют восстанавливаться, даже лучше, чем ведьмы.

Сказала и тут же прикусила язык, покосившись на дверь.

Хлоя погрозила ей пальцем и обратилась ко мне:

– Она ушла с Энгерраном, когда мы пришли.

– Она и господин Энгерран очень за вас переживали, – добавила Анира.

– Это капитан принёс вас, – кивнула Лиза. – Он очень боялся, что вы не выживете. Говорил, сила той ведьмы сильно превосходила вашу. Всю ночь он сидел здесь, у кровати. Только когда матушка с сестрой пришли и пообещали оставаться с вами, ваша охранница смогла его увести.

– Не просто так он за тебя переживает, милая, – подмигнула мне Хлоя.

– И, наверное, есть на то причина, – хмуро добавила Лиза. – Оставшиеся здоровыми компаньонки Шикты с утра здесь вертелись, спрашивали, как вы и что с вами. Я прогнала их, заявив, что вы без сознания и к вам нельзя с посещениями. А потом вышел господин Энгерран, и девушки сразу скрылись.

– Чувствую, что эта Шикта недобрая, – вздохнула тётушка, хмурясь. – Я поговорила с Нибом и смогла кое-что выпытать. О тебе ему рассказала одна из этих компаньонок. И, честное слово, она его словно одурманила. Едва он начал говорить о тебе, как глаза помутнели от злости. Хотелось бы знать, кто рассказал этим девицам такую мерзость о тебе. И откуда они могут знать, что на самом деле происходило.

– В селении было много драконов, – вздохнула я. – Может, кто-то и поделился с ними своими мыслями.

Сёстры переглянулись и поморщились.

– Она и мне не нравится, – сказала Анира. – Я недавно несла обед кузнецам, когда у вас проходили занятия. Возле беседки эти компаньонки вертелись. И Шикта с ними. Я видела, как она пряталась за дерево и что-то шептала. Мне кажется, она задумала плохое против вас, Рейя.

Я задумчиво посмотрела на девушку. Компаньонки вертелись возле беседки для занятий. Это очень любопытно.

– Когда это было?

Анира задумалась.

– Точно не скажу, но я видела, как вы пробовали практиковаться, сидели с лучинами и пергаментами… К вам подходил магистр Лойс.

«Практиковаться пробовали! – мелькнуло у меня в голове. Я хорошо помнила тот урок. – Вызов стихии. Колдовство, которое сдерживало пергамент. Лойс был возмущён тем, что я использовала чары, но я их тогда не применяла. Неужели это сделала Шикта? Но разве виверны умеют использовать ведьмовские штучки? Очень сомневаюсь. Она же дракон. А может, это была не она? – догадка молнией пронзила сознание. – Её компаньонки! Но я не ощущала ни в одной из них ведьмовства. Стоп! А если это бывшие ведьмы? Такие, как я, отрекшиеся от ведьмовства. Шикта сама говорила, что лично ставила их на крыло. Они прячут чары за драконьей магией. И если это так, то ведьмовство в них, конечно, осталось, а Шикта прикрывает его своими драконьими силами. Но совершенно непонятно, зачем виверне компаньонки-ведьмы».

Ответ напрашивался сам собой. Ведьмы были единственными магически одарёнными существами, которые могли противостоять драконам и воздействовать на них.

Осознание помчалось галопом.

«И не только на них. Ниб! Это, вероятно, тоже их рук дело. И Изарт! – перед мысленным взором возник мутный взгляд Владыки. – Сама виверна не могла бы влиять на него, и использует для этого своих компаньонок. Именно поэтому я так заинтересовала её. Вероятно, она подозревает, что я могу распознать в них ведьм. И, возможно, хотела попробовать перетянуть меня на свою сторону, сделать одной из своих верных подруг. Но после того, как я убила древнюю ведьму, Шикта понимает, что я на её стороне не буду. Теперь фаворитка точно сделает всё, чтобы избавиться от меня».

– Вам нужно ещё выпить настойки, – посоветовала Лиза и поднесла ко мне кружку. – Я сделала её из трав для магической силы, – добавила она уже шёпотом. – Это из тех трав, что вы меня учили собирать, когда лечили селян. Ну, тогда, когда ещё были…

Тётушка шикнула на неё, и девушка замолкла.

Склоняясь ниже ко мне, Лиза передала чашку. Что-то звякнуло, выпав из её кармана. Она ойкнула и наклонилась.

– Ооо, красивый кулон! – подметила Анира и, опередив сестру, подхватила с пола блестящий кулончик.

– Это браслет, – буркнула Лиза и слегка покраснела.

Тётушка протянула руку и забрала его из рук дочери. Браслет был тонкой ручной работы в виде лозы из серебристого металла с небольшим вплетённым кристаллом в форме голубки.

– Это кто же тебе такие украшения дарит? Дорогой, небось, – воскликнула Хлоя, рассматривая украшение.

Лиза смутилась.

– Это… я… сама…

– Сама! – хмыкнула тётушка и подала браслет мне. – Разве простая лекарка сможет себе такое позволить?

Я присмотрелась к браслету и не удержалась от улыбки.

– Кажется, у нашей Лизы появился поклонник.

Девушка вскинула испуганный взгляд, смотря на меня, и закусила губу.

– Мне кажется, ты уже в том возрасте, когда не нужно смущаться, – добавила я.

– Наша Лиза красавица, не мудрено, что у неё нашёлся ухажёр, – добавила Анира. – И, судя по всему, щедрый.

– Как же быстро вы взрослеете, – вздохнула тётушка. – Ты хоть скажи, кто он?

Лиза отвела взгляд и всё же призналась:

– Молодой лекарь. Из драконов. Мы вместе учимся и проходим стажировку у старших целителей.

– И чего смущаться и прятать женихов? – досадливо покачала головой тётушка. – Рейя, а ты как догадалась, что это подарок ухажёра?

Я покрутила браслет в руках и на выдохе произнесла лёгкое заклинание для проявления магии. Голубка озарилась едва видимым серебристым светом.

– Так я и думала, – сказала я удовлетворённо. – Это неразлучник. Такие браслеты дарят своим возлюбленным, чтобы знать, что они живы и с ними всё в порядке. Цвет голубки показывает, что происходит со второй половинкой. Один такой браслет у нашей Лизы, а другой у её кавалера. Так?

На лице девушки расцвела мягкая улыбка.

– От вас ничего не скроешь. Я ношу его, но при матушке и сестре снимала, боялась, что они будут ругать – не принято у нас принимать такие подарки. Парня зовут Дралайс. Он начал ухаживать почти с первого дня, как я стала учиться у целителей. Вечерами провожает меня до дома. Вчера он подарил этот браслет с кулоном.

– Теперь можешь его носить, уже не боясь, – сказала я, возвращая неразлучника. – Это чудесная вещица. Очень хороший артефакт. Твой кавалер постарался, чтобы достать его. В обычном магазине такое не купишь.

Лиза покачала головой.

– Дралайс не покупал его. Он сказал, что это семейный артефакт. Ему его передала матушка, сказав, что может подарить будущей избраннице…

– Чего? – вскочила Хлоя. – Избраннице? Да ты без года неделя как в стране драконов! Какой такой избраннице! Ишь, выдумал! Пусть ухаживает, пусть домой провожает, но чтобы сразу избранница! Ещё с семьёй не познакомился! Мы его знать не знаем, и вдруг избранница!

Мы с Анирой разом рассмеялись, глядя на негодование тётушки.

Наше веселье прервал вернувшийся в палату Энгерран. Под его мрачным взглядом все замолчали.

– Судя по всему, Рейе уже лучше, – подметил он без тени улыбки. – Я благодарен, что вы присмотрели за ней, но мог бы попросить оставить нас вдвоём?

Тетушка с дочками быстро переглянулись, склонили головы, слегка приседая, после чего покинули палату. А у меня сердце забилось быстрее, непроизвольно заставляя чаще дышать. Щёки запылали. Я почувствовала, как волнующее тепло пробегает по всему телу. Присутствие и близость капитана полностью захватывали меня, пробуждая ощущение чего-то глубокого и неизведанного, разгорающегося внутри пламенным желанием.

Энгерран внимательно проследил, чтобы все вышли. Присел рядом, сурово посмотрел на меня.

– Скажи мне, Рейя, какой из голов ты думала, когда решила подслушивать совет? Той, которая осталась от ведьмы или молодой драконьей? И какая из голов подсказала тебе кинуться на древнюю ведьму?

Я отвела взгляд и промолчала. Слушать высказывания капитана после того, как я спасла его и Владыку, было обидно. Но долго обижаться мне не дали. Энгерран наклонился ко мне, ухватил и повернул ко себе. А потом, строго смотря в глаза, произнёс:

– Я в жизни никогда так не боялся ни за кого, как в тот момент за тебя, Рейя.

Он внезапно обнял меня, начал целовать мое лицо. Я облегчённо выдохнула, обвивая руками его шею. Его прикосновения были как спасительный остров в океане моих страхов и сомнений. Мы замерли, наслаждаясь запахом и близостью друг друга. Дыхание дракона, его тепло – всё это стало настолько родным и успокаивающим, что мне хотелось раствориться в горячих объятиях навсегда. Я не хотела думать о древней ведьме, я не хотела ни о чём думать. Всё, чего я сейчас желала, – это продлить время с Энгерраном, вдыхать его аромат и тонуть в сладости прикосновений его губ. Я хотела, чтобы это не прекращалось. С ним я чувствовала себя живой, настоящей, словно сама судьба привела меня к дракону, ставшему частью моего сердца.

Сладостную идиллию прервал вопрос капитана.

– Рейя, скажи, ты до этого дня встречалась с другими ведьмами?

Он немного отстранился, глядя мне в глаза. Я расстроенно выдохнула, не с силах сдержать разочарование, и отрицательно покачала головой.

– Моя мама была единственной ведьмой, которую я знала.

Лицо Энгеррана стало очень серьезным.

– А учила ли матушка тебя тому, что ни одна ведьма не может убить другую ведьму?

Я нахмурилась, вспоминая обучение мамы.

– В рамках ковена ведьмы не должны причинять вред друг другу. Но я не вхожу в состав ковена.

Дракон помрачнел.

– Я давно служу в гвардии Владыки. Я внимательно слежу за тем, что происходит с нашими врагами. Я изучаю законы и правила тех, с кем мы воюем. Мы уже много лет ведём борьбу с инквизицией и прислуживающими им ведьмами, и я тебе с уверенностью заявляю: ни одна ведьма не может убить другую ведьму. Она может снять проклятие, наслать его, навести порчу, даже покалечить, но всё это будет не смертельно. Так заложено в их чарах. Убийство ведьмы ведьмой идёт в разрез с их колдовскими истоками. В случае смерти одной из ведьм, та, которая позволила себе пойти против природы, погибнет тоже. По всем вашим законам, ты должна была умереть рядом с древней.

– Но… – я растерянно смотрела на дракона. – Та ведьма умерла, а я жива.

Он взял меня за руку и слегка её сжал, поглаживая мои пальцы своими.

– И это вызывает у меня множество вопросов. О твоей магии я задумался ещё после столкновения с проклятыми. Чистая ведьма не может на них воздействовать. Проклятые обычно не нападают на представителей твоего рода, так как отец первопроклятого был ведьмаком. Они чувствуют чары того, кто их создал. Проклятые не тронули тебя, почувствовав ведьму. Но и ты не смогла бы убить ни одного из них, оставшись живой – покалечить да, но не убить. Однако, ты это делала. Я решил, что у меня пробелы в знаниях о ведьмах, но сегодня я снова задумался о твоих чарах, Рейя. Ты же понимаешь, что умертвить ведьму может только существо, обладающее очень отличительной магией.

– Такой как у драконов? – предположила я. – Может это из-за того, что я изучаю драконью магию и собираюсь стать драконьей?

Энгерран отрицательно покачал головой.

– Ты ещё не обрела крылья, и драконьей силы в тебе очень мало. Ты не использовала драконий дар. Значит, здесь что-то другое. Знаешь ли ты ещё кого-то, имеющего в себе магию, способную уничтожить ведьму? Не сжечь на костре, не спалить пламенем, не истощить её силы, а убить в бою? Надеюсь, ты понимаешь, что твоя ведьмовская сила и сила древней несоизмеримы. Ты даже при желании не могла бы её одолеть. А ты ее убила. – Дракон сузил глаза и совершенно неожиданно для меня спросил: – Кто твой отец, Рейя? Чья еще кровь и магия в тебе?

Я продолжала смотрела на Энгеррана, а в голове начала испуганно биться паническая мысль. (363a9)

«Нет, мама, только не это. Только не тот, о ком я подумала».

Страх пугающей догадки сжал моё сердце в ледяных тисках, испуганно стуча в виски, как грозовой дождь в стекла окон. Я сжала пальцы Энгеррана, словно боясь что сейчас он исчезнет, и я никогда его не увижу. А потом уткнулась в плечо дракона, крепче прижавшись к нему.

– Я не знаю. Я правда не знаю, – прошептала тихо, прикрывая глаза и молясь богиням, чтобы мои догадки оказались ошибочными.