38. Вадим

Резко оборачиваюсь — напротив меня стоит Артур. С насмешливой ухмылкой и пистолетом в руках. И до меня доходит, что Ярослав был прав. А я, дурак, понадеялся, что родного человека знаю достаточно хорошо, чтобы понимать, чего ожидать.

— Что происходит? — спрашиваю у него, пытаясь незаметно оглядеться.

— Девку свою ищешь? — ухмыляется он еще шире. — Она там, — кивает головой себе за спину. — Идем. Пришло время поговорить всем вместе.

Делаю шаг вперед, и Арт тут же поднимает дуло пистолета. Я не первый раз вижу оружие достаточно близко. Но первый раз в меня целятся. И это оказывается не самым приятным чувством.

— Вперед, — нетерпеливо произносит младший. — Твоя подружка уже заждалась.

Проходя мимо брата, замечаю в его взгляде нездоровый блеск, которого никогда раньше не замечал. Неужели обдолбался? Нет, зрачки вроде не расширены. — Не тормози! — прикрикивает он, толкая пистолетом в спину.

Делаю несколько шагов вперед и наконец вижу Марину — она сидит привязанная на стуле с заклеенным скотчем ртом. Сознание топит злость, и лишь угроза огнестрельного ранения помогает удержаться от мгновенной реакции на подобное. Девушка затравленно смотрит на меня. Но помимо страха в ее глазах замечаю презрение?!

— Хватит тормозить, — снова толкает меня Артур. Вижу второй стул — четко напротив Васнецовой. Брат недвусмысленно подталкивает меня к нему. — Садись.

Двигаюсь медленно, надеясь, что он вот-вот отвлечется и я смогу поменять расстановку сил. Но тот, как назло, ведет себя предусмотрительно, надевая заранее приготовленные наручники так, что дернуться и не схлопотать пулю шансов попросту нет.

— Ну а теперь, когда мы все в сборе, — довольно скалится брат, — поговорим.

Мрачно смотрю на него, замечая краем глаза испуганное выражение лица Марины, которая вдруг начинает мотать головой и что-то мычать.

— Молчать, — рявкает он. — Поговорим мы с братом. А ты послушаешь, детка.

— Зачем ты это все устроил?!

— Ты же умный, Вадик, — предположи, — предлагает он мне.

— Ты подставил меня перед отцом. Он уже вычеркнул меня из семьи. Тебе этого мало?

— Мало? — ухмыляется он. — Этого пиздец как мало, братишка! Ты задолжал мне слишком много в этой жизни! — с каким-то безумием произносит Артур. — И сегодня ты наконец заплатишь по счетам!

— Не понимаю, о чем ты.

— Серьезно? Так я поясню, брат. Всю жизнь ты у отца на первом месте. Всегда я слышал только: Вадик то, Вадик это. Кому он отдал компанию? Вадику. Кого посадил в президентское кресло? Вадика. Чьи идеи он выслушивает и одобряет? Вадика! — брат яростно перечисляет наболевшее. А я понимаю, что совсем не знаю того человека, который сейчас стоит передо мной. Это не мой брат. Попросту не может им быть…

— Ты же сам отказался. Сам захотел поехать за границу, — возражаю в ответ.

— А что мне оставалось? Жить в твоей тени? — презрительно фыркает тот. — Ты отнял у меня родителей! Ты похоронил мой бизнес! Единственное, что было только моим!

— Ты сошел с ума. Я не трогал твой бизнес, Артур. О чем ты?

— Когда я пришел к тебе за помощью, помнишь, что ты сказал?

— Что сумма, о которой ты просишь, слишком велика для меня. У меня не было таких денег!

— Кто посоветовал мне пойти к отцу? Ты! — обвинительно произносит брат. — Благодаря тебе он посадил меня на поводок, приставив к любимому сыну в качестве мальчика для битья!

— Тебе нужен был опыт, — возражаю я. — Это нормально — делать ошибки.

— Конечно, если они — не твои, да, Вадик? Тебе все давалось легко — бабы, бизнес. Все для тебя! И когда мне была нужна помощь, ты мне отказал — любимый брат!

— Я не могу отвечать за решения отца, — пытаюсь достучаться до мелкого. — Ты сам знаешь, какой он.

— О, теперь ты узнал, правда? Понял, как это, когда собственный родитель не желает тебя видеть. Тебе было больно?

Молчу, сверля его взглядом.

— Отвечай! — выкрикивает он, размахивая пистолетом в сторону Марины. И у меня в груди все обрывается.

— Да! Было! Доволен?

— Еще не совсем, — гадко ухмыляется он. — Ты еще недостаточно много потерял. Вот она, — он указывает пистолетом в сторону девушки, — станет твоей оплатой отпущения грехов.

Смотрю в глаза Марины, мысленно умоляя ее не нервничать. Я понятия не имею, как мы выберемся, но я должен что-нибудь придумать. Должен вытащить нас из этой передряги. Обязан, черт возьми!!!

— Девушка тут ни при чем. Тем более беременная. Отпусти ее, и решим дело между собой, — как можно спокойнее говорю ему.

— Забавно, что ты вспомнил о ее положении, — довольно улыбается Артур. — Ты ведь не сказал ей о своем маленьком секрете с корпоратива, да? По глазам вижу, что не сказал. Ай-яй-яй, как нехорошо. А ведь Мариночка до сих пор верила, что ребеночек у нее того… волшебный!

Перевожу взгляд на любимую и вижу в голубых глазах боль. Твою ж мать… Этот ублюдок ей рассказал. Но как? Откуда он мог знать?

— Удивлен? — ухмыляется Артур. — Я ведь знал, что ты подсел на эту крошку. Видел в твоих глазах, но хотел утереть тебе нос. Распланировал все идеально. Правда, похоже, дозировку не рассчитал… — Он картинно вздыхает и продолжает: — А ведь могли хорошенько повеселиться — потрахались бы от души, что называется. Так я думал. Кто ж знал, что девка, оказывается, неопытна совсем. Да еще и вырубилась так, что лежала бревном, — скривился он.

У меня словно пелена на глаза падает. Почти не соображаю, как дергаюсь вперед.

— Тварь! Какая же ты тварь!

— Я? — искренне удивляется он. — А как тогда назвать тебя, Вадик? Ты пришел к девушке под покровом ночи и воспользовался ее беззащитностью, — насмешливо произносит он. — Да-да. Я забыл камеру в ее комнате, но, как видишь, очень удачно. Уверен, Марине было очень интересно посмотреть кино сегодня, правда?

Картина в голове наконец складывается. Теперь ясно, почему Марина сбежала. Напридумывала себе всякого. Потому что я, идиот, давно должен был сказать о своих подозрениях.

— Отпусти ее, — рычу, снова дергаясь вперед.

— Полегче, — осаживает брат холодным тоном. — Если не хочешь, чтобы я прострелил ей башку раньше времени. Жаль, конечно, что залетела так по-идиотски, — вздыхает он, бросая взгляд на Марину. — Согласилась бы с Михалычем, глядишь, выжила бы…

Мышка резко дергается и что-то мычит. А меня будто под дых ударили — не могу видеть ее заплаканные глаза.

— Да, глупышка, — ухмыляется брат. — Это я попросил профессора убедить тебя в аномальности твоей беременности. Но, к несчастью, ты оказалась слишком тупа и непробиваема, — выплёвывает он. — Так что теперь он, — Арт оборачивается ко мне, — увидит, как подохнешь не только ты, но и его нерожденный ребенок.

— Сука! — рычу я. — Отпусти и сразись, как мужик! Тварь!

— Мне больше не нужно твоего одобрения, Вадик, — холодно произносит тот. — Так что прощайся со своей подружкой… — скалится Артур. От его слов в груди холодеет. Неужели он всерьез собирается…

— Не дури, — пытаюсь достучаться до него. — Тебя найдут и посадят!

— Кто? — насмехается он. — Кто узнает об этом? Так и быть — не стану долго тянуть. Отправишься вслед за ней. Может, там и встретитесь — на той стороне.

Только сейчас до меня доходит полностью его замысел.

— Артур, одумайся! Это не ты! Вспомни — мы же одна семья.

— Мы были одной семьей, — резко огрызается он. — Пока ты не бросил меня без помощи наедине с долгами!

— Какими долгами?

Младший резко отворачивается, явно жалея, что проговорился.

— Кому ты должен?! — снова задаю вопрос.

— Тебя это не касается!

— Это из-за них ты воруешь деньги?

— Я не ворую! — вскидывается Арт. — Я беру свое — то, что принадлежит мне по праву! Понял?!

— Брат, давай вместе решим все? — стараюсь говорить спокойнее. — Как и всегда. Вспомни.

— Слишком поздно, Вадь, — качает головой он, подходя ко мне. — Ты предал меня. И теперь пришло время заплатить за это.

— Хорошо. Я заплачу. Но Марина тут ни при чем. Подумай сам.

— Ты отнял у меня самое дорогое. Будет честно, если я сделаю то же самое, — равнодушно отвечает он. На его лице появляется довольная улыбка, а рука поднимается в сторону Марины. И я медленно умираю от осознания, что он сейчас действительно выстрелит. Дергаюсь вперед, и кричу:

— НЕТ!