ГЛАВА 12: Разговоры по душам

Верховный Драколин вышел, но Маркелиэль не спешил начинать разговор. Амарелю хотелось скорее покончить с этим. Он добавил личный полог тишины к остальной защите комнаты и заговорил первым:

— Зария шлет привет. Она велела передать, что рада за тебя. И дает свое благословение. Она сказала, ты поймешь.

Светлый Владыка кивнул.

— Сын, ты уверен в своем решении жениться? — неожиданно спросил он. — Я подозреваю, что ты знал о намерении Верховного Драколина сосватать тебе дочь. Он тоже не сомневался, что ты узнаешь. Держу пари, на это он и рассчитывал. На него действительно давят. Твоя значимость для правителя не дает покоя тем, кто хочет быть на твоем месте.

Но это не повод вступать в скоропалительный брак. Не повторяй моих ошибок. Женись, только если по-настоящему полюбишь.

Советник одним стремительным движением оказался возле старшего эльфа. В его руке возник кинжал, острие которого упиралось в бок Владыки Дивнолесья.

— Кто ты, и где Светлый Владыка? — сухо спросил он. Его лицо было бесстрастно, только в глазах подо льдом сверкали искры.

Маркелиэль не дрогнул, лишь скривился, нарушив безупречную маску равнодушия, которую носил постоянно.

— Зимнее Солнце, — назвал он сына по эльфийски, — не заставляй нас обоих проходить унизительную процедуру проверки личности. Я твой отец. Ты правдовед и знаешь, что я не лгу.

Амарель отступил.

— С каких это пор тебя волнует мое семейное благополучие? Или ты тоже уже подыскал мне правильную невесту? — презрительно заметил Рель, но кинжал убрал.

— Попридержи свой сарказм. Я знаю, что ты считаешь меня злом во плоти. И не без основания. В отношении твоей сестры я действительно поступил подло. Тогда мне казалось, что брак Гвенаэль с наследником трона Дракара идеальное решение. Но я сейчас хотел поговорить не об этом. Может, присядем? — Он опустился на ближайший стул и нахмурился. — Ты спрашивал, почему я не рассказывал тебе о родстве с Жар-птицей? Я отвечу. Она старейшая в нашем роду. Ее благословение необходимо для существования нашей семьи и сохранения власти в ней. Когда я был молод и самоуверен, мы сильно повздорили.

Амарель слушал затаив дыхание. Все происходящее казалось ему нереальным. Маркелиэль редко отвечал на его вопросы. Даже тогда, когда он еще считал себя его сыном — Амарелем Имарелем, Зимним Солнцем Дивнолесья. Тем удивительней, что Светлый Владыка решил сделать это сейчас. Что-то произошло, что-то важное, а он упустил!

— Зария ненавидит эксперименты с наследственностью и всегда требовала ограничить вмешательства. Мои предки, скрипя зубами соглашались. После смерти матери Лорентайна она пригрозила, что не будет благословлять моих усиленных магией детей. Если я еще раз намерен жениться, то должен буду сделать это по взаимной любви. Она надеялась, что любовь к жене заставит меня отказаться от магического усиления сыновей. Я посчитал это условие глупым. Меня бесили ее попытки мной помыкать.

К тому же жениться я больше не собирался. У меня уже были двое наследников и меня это устраивало. — Маркелиэль тяжело вздохнул.

— Ты скорей всего мне не поверишь, но хотя бы просто выслушай до конца.

Прошло больше двадцати лет, прежде чем я снова решился на брак. Твоя мать была намного моложе, из знатного эльфийского рода, с классическим воспитанием для девушки ее круга. Мы не были влюблены, но уважали друг друга. Она была необыкновенной. Острый ум и нестандартное мышление у тебя от нее. Способность к самоисцелению тоже. А еще она была очень, расчетлива и амбициозна.

Она занималась исследованиями в области медицины. Видишь ли, вмешательство в естественный процесс вынашивания у эльфов начался не на пустом месте. У долгоживущих магических рас с каждым поколением рождалось все меньше жизнеспособных потомков. Зато люди и другие существа с малым количеством силы увеличили свою численность очень быстро. Все члены Королевского совета уже тогда понимали, что это приведет к столкновениям интересов. Вмешательство в ход беременности защищало ребенка, часто в ущерб матери. Она была уверена, что знает, как с этим справиться, и хотела стать матерью еще одного наследника.

Я согласился, но помня об условии Зарии, решил не вмешиваться в наследственные структуры. Все прошло прекрасно. У нас родилась Гвенаэль. Какое-то время твоя мать была счастлива. Но мысль, что она должна произвести на свет сына, королевского наследника, не давала ей покоя. Я слишком поздно разглядел ее одержимость. Мы уже ожидали тебя, когда началось восстание дроу на севере Дивнолесья. Мне пришлось надолго уехать. А она убедила твоего прадеда воспользоваться даром обратного взращивания и перенаправить твои магические потоки, усилив определенные направления. В конечном итоге это ее и убило.

Маркелиэль замолчал. Амарель только сейчас заметил, что сжимает кулаки так сильно, что ногти прорезали кожу его ладоней до крови. Поверить во все сказанное он не мог. Это не вязалось с его представлениями о матери, с тем, что о ней рассказывала Гвенаэль. Но дар правдоведа молчал, и это было ужаснее всего. Отец не лгал. Осознание этого ранило.

Он поднял глаза на Светлого Владыку. Амарель давно перестал смотреть на Маркелиэля, как на живое существо. Он воспринимал его как олицетворение того, что ненавидел, а теперь вдруг заметил, что отец изменился. Не постарел, эльфы увядают медленно, но в нем больше не было отрешенности.

— Весь наш мир проклят, — тихо добавил он. — Не только драконы. Мы сами прокляли его, когда поставили власть выше любви, а себя посчитали умней природы.

— Что случилось? — спросил Рель.

— Диалиэль со дня на день должна родить. — Обреченно сказал эльф.

Амарель вскочил, опрокинув стул.

— Как ты это допустил, после всего, что сейчас мне рассказал? И почему ты сейчас здесь, а не с женой, варх тебя дери?! — закричал он.

Рель едва сдержался, чтобы не кинуться на отца с кулаками. Маркелиэль, сидевший, уронив голову на руки вскинулся и произнес.

— Ну двинь мне уже, раз так хочется. Я бы сам себе двинул…!

Этого не должно было случиться. Я постоянно ношу артефакт. Только вмешательством высших сил могу объяснить факт зачатия. Когда я узнал о ее беременности, то на коленях умалял Диали избавиться от плода, пока не поздно. Я люблю ее и хочу, чтобы она жила. Но она не позволила.

— Что значит, не позволила?

Рель в живую никогда не встречался со своей мачехой, но судя по портретам в газетах, она хрупкая и миниатюрная. В ней от силы сорок пять килограмм веса. Маркелиэль ведь мог применить к ней силу ради ее же спасения. Или нет?

Не мог, понял Амарель. Его черствый отец любит жену и никогда не пойдет против ее воли. Если бы Эния его попросила, он бы тоже не смог отказать…. Похоже его самого следует хорошенько треснуть. О чем он вообще думает. Он должен запретить себе сближаться с Энией, если однажды он не хочет оказаться на месте Маркелиэля.

— Ты все понимаешь, сын. — Устало сказал он. — Это я настоял на переносе заседания Совета. Хочу быть дома, когда все случиться. Сегодня порталы не работают. Буря сбивает настройки. Иначе я бы уже был там.

— Я пойду с тобой. Сейчас мне нужно заглянуть к себе, но на рассвете я буду здесь.

— Почему?

— Хочу познакомиться с женщиной, так тебя изменившей.

Советник не питал иллюзий, что его отношения с отцом наладятся сразу. Слишком много у них накопилось разногласий. Но Маркелиэль сделал сегодня огромный шаг на встречу и он не собирался его игнорировать. К тому же Амарель очень сильный лекарь, изучавший, в том числе, и опыт безмагической медицины. Вдруг он сможет помочь?

А еще в его сердце поселилась крошечная надежда. Если все дело в искренних чувствах, тогда есть шанс и у него. Это похоже на правду. Получилось ведь у его будущего зятя перевоплотиться в дракона, когда любимая нуждалась в защите, хотя это считалось невозможным. Любовь сотворила чудо.

Он усмехался, быстро минуя коридоры дворца. Как легко мы забываем свои гениальные решения, когда влюбляемся, — думал он. — Вот и я уже готов хвататься за призрачный шанс. Я такой же идиот, как отец, только еще хуже, потому что, зная последствия, уже готов очертя голову нестись к Энии и признаваться ей в любви.

Нет, я не трону ее. Это низко… играть ее жизнью, потакая своему эгоизму. Мне придется объявить девушку своей фиктивной невестой. Но я не буду рисковать. Ей лучше не знать о моих чувствах. Сирин нуждается в сильном покровителе до обретения своей полной силы. Я дам ей защиту, и только. — Решил он. — А там видно будет, провокационно шепнул внутренний голос.

Артефакт управления лецепака просигналил об окончании маршрута. Если бы не он, советник вряд ли бы заметил, что уже прибыл на место. За окном ливень сплошной стеной скрывал очертания особняка, а порывы ветра раскачивали кабину, создавая иллюзию движения.

Амарель сплел вокруг себя воздушный щит, рывком открыл дверцу и ступил в объятия непогоды.

Входная дверь распахнулась, и Бикворд поприветствовал его. Эльф быстро скользнул в теплый холл. Неужели дома! Жаль, что задержаться не получится.

Сон ему тоже пока не грозит, поэтому Рель распорядился:

— Бикворд, будь добр, принеси зелье бодрости и влей в укрепляющий отвар, — он зашагал в сторону кухни. Там эльф устало опустился на стул. Сил за последние несколько суток потрачено непозволительно много. А на отдых просто не было времени. Бикворд быстро возник рядом, держа перед ним чашку с дымящейся жидкостью и неодобрительно поджав губы.

— Вейлр советник, может не стоит? Вам нужен сон, хоть на пару часов.

— Не выйдет, Бикворд, нет у меня пары часов, — покачал он головой, отпивая из чашки терпкий напиток. — Скажи, как тут ора Эния?

Бикворд нахмурился.

— Даже не знаю. С утра она была какая-то задумчивая. Спросила, может ли покидать территорию особняка. Заскучала, видимо, в четырех стенах сидеть. Ну, я и предложил ей прогуляться до артефакторской лавки, забрать ваш заказ заготовок. Она прошлась, а затем весь день была занята, вносила правки в карты. — Эльф кивнул. Он оставлял такое задание.

— Не знаю, что произошло потом, но она рано ушла к себе и выглядела при этом расстроенной. От ужина отказалась. Я думаю, она уже спит. — Бикворд немного помолчал.

— Это не мое дело, конечно, — замявшись, продолжил дворецкий, — но Вы бы сообщали девушке о том, что в порядке. Она волнуется очень, когда Вы исчезаете.

— Спасибо Бик, я приму это к сведению. Время позднее. Почему бы тебе тоже не отправиться спать? Нет смысла дожидаться меня. Я не буду ложиться.

Бикворд склонил голову на прощание и удалился. Амарель еще немного посидел, настраиваясь, и решительно направился к лестнице.

Дверь в спальню девушки была не заперта. Он тихо вошел и остановился в проеме.

Крохотный ночник горел рядом с кроватью. Оплот теплого магического света, сумевшего сдержать ночь.

Эния спала на животе, уткнувшись носом в подушку. Длинные волосы, не стянутые, как обычно, в строгую косу рассыпались, свисая почти до пола. Он некоторое время просто любовался ее профилем, изучая ее черты, запоминая каждую деталь ее облика. Затем подошел и слегка потряс девушку за плечо. Она во сне перекатилась на спину, и приоткрыв глаза, пробормотала:

— Опять ты мне снишься! Являешься и искушаешь, а я, как дура радуюсь этому. Уходи, я обещала не влюбляться. — Она смешно наморщила носик, перевернулась на другой бок, подложив ладонь под щеку, и собралась снова уснуть. Он чуть не рассмеялся, такой милой она была в этот момент, а затем вспомнил, зачем пришел и помрачнел. До бала другой возможности поговорить у них не будет, на рассвете он должен отправиться в Дивнолесье.

— Эния, пожалуйста, проснись! — предпринял он еще одну попытку.

При звуке его голоса девушка широко распахнула глаза, в которых еще плескались отголоски уплывающих грез. Одеяло сбилось, демонстрируя Амарелю ее ночное одеяние. Простая шелковая пижама цвета шампанского закрывала девушку целиком, драпируясь легкими складками в местах соприкосновения с ее телом. Но отчего-то именно на ней закрытая одежда распаляла его больше самого откровенного неглиже. Он замер, подавляя в себе опасные желания.

Увидев советника, Эния от неожиданности сдавлено пискнула. Вейлр Сатар возвышался над ней падшим ангелом. Застывший и сосредоточенный. Волосы отведены от лица и подобраны расшитой лентой. Одет в темно серый парадный мундир. Его строгий покрой был призван придавать советнику еще более неприступный вид.

Вот только в теплом свете ночника черты Амареля смягчились и приобрели новый оттенок. По какой-то причине эльф выглядел доступным. Словно был ее мужчиной и возвращался к ней так с работы каждый вечер….

Девушка резко села. Еще чего не хватало. Мало ей проблем? Только сердечные добавить осталось!

Вейлр Сатар не стал бы нарушать ее уединение посреди ночи без веской причины. Произошло нечто важное.

— Что случилось? — спросила она.

— Много всего, — устало потер он переносицу. — Но начать я бы хотел с хороших новостей.

Я знаю, где искать твою сестру. А точнее с кем. Ты оказалась права, Стефания была в той таверне на границе с Омутами.

Девушка соскочила с кровати, сбросив одеяло, и закружилась, повторяя:

— Я знала…, знала, что мне она не привиделась! Амарель, отпусти меня, пожалуйста, на несколько дней. Я отправлюсь туда и узнаю, куда она собиралась.

В порыве энтузиазма она схватила эльфа за руки и заглянула в лицо. Он с трудом удержался, чтобы не поцеловать ее. Варх раздери, ему нравилось, когда она так радуется, забыв об этикете и субординации.

К сожалению, это случается так редко. Его без пяти минут невеста очень серьезная малышка. Кстати, пора бы ей узнать о своем новом статусе. Он осторожно высвободил руки, и придержав ее за плечи, сказал:

— Ехать туда нет смысла, твоя сестра там не задержалась. Стеша была там с Оюном и Килианом. Скорей всего она и сейчас с ними. Не волнуйся, два шайди сумеют о ней позаботиться. Они должны быть в аномалии, иверсы парней не отвечают. Но мы договорились о сеансах связи каждые три дня. Следующий — послезавтра, тогда и узнаем все точно.

Эния закусила губу. Было заметно, что она борется с желанием все бросить и бежать сломя голову за сестрой. Здравый смысл победил и она спросила:

— Если сейчас мы сделать ничего не можем, почему ты не дождался утра, чтобы сообщить мне об этом? — в ее голосе появилась настороженность.

Умная женщина! Даже в порыве эмоций не перестает анализировать происходящее. Амарель вздохнул.

— Ты права, есть дела, не терпящие отлагательств. Но давай продолжим этот разговор в кабинете.

Девушка молча накинула шелковый халат, сунула ноги в домашние туфли, и подхватив с тумбочки блокнот, прошла к двери. Ей не нравилось напряжение, в котором пребывал эльф с момента ее пробуждения. Возможно, его снова беспокоит нога.

Она не решилась спросить, памятуя, чем закончилась ее попытка помочь ему в прошлый раз. И почему все их общение в последнее время происходит ночью? При свете дня ей было бы легче соблюдать дистанцию.

Она не была наивной и понимала, отчего рядом с этим мужчиной у нее все переворачивается внутри, а адреналин подскакивает как при прыжке с парашютом.

В коридоре царила темнота. В спящем особняке шорох ее одежды казался оглушающим. Эния старалась не отставать от Амареля, с грацией кошки бесшумно скользящего впереди. Это просто нервы, — успокаивала она себя, но с облегчением вздохнула, лишь миновав магическую завесу перед секретным кабинетом.

Советник зажег приглушенный свет, и они устроились на диване. Эльф задумчиво крутил в руках набалдашник трости и не спешил начинать разговор. Она молчала, спокойно ожидая.

— Ты ведь не из западных провинций? — неожиданно спросил он. Эния вздрогнула. Вот он допрос, которого она боялась!

— Нет.

— И высокие здания ты впервые увидела не в Гароне?

— Нет. — Девушка напряглась и непроизвольно придвинулась к краю дивана, готовая в любой момент вскочить.

— Когда парни встретили тебя в Краю зачарованных омутов, ты намеренно не сказала им, откуда ты?

— Да.

Амарель планировал вести этот разговор осторожно, не давить и не пугать. Он же профессионал, в конце концов! Но рядом с Энией все его благие намерения терпели фиаско. Ему никак не удавалось взять эмоции под контроль.

— Варх раздери, Эния, не нужно отвечать мне односложно! — вспылил советник. — Спроси у моих подчиненных, они тебе скажут, что это моя прерогатива. Ты же девушка, тебе положено разговаривать предложениями. Амарель, сердито глядел на нее.

Эния едва не рассмеялась от абсурдности его обвинений. Не будь ситуация такой опасной она бы не удержалась. На несколько секунд она замерла, не зная, что ответить. Эльф тяжело вздохнул, устало откинувшись на спинку дивана, и уже спокойно произнес:

— Ты не лжешь…, просто позволяешь мне, да и другим, делать неверные выводы. Обманываем мы себя сами. Это восхищает и раздражает одновременно!

Она открыла, было, рот, но замолчала, услышав его следующую фразу.

— Вы с братом и сестрой пришли сюда из другого мира, — сказал он. — Зачем тебе было нужно скрывать это?

Ее глаза в смятении распахнулись. Она смотрела на эльфа и видела в нем того советника, которого встретила впервые. Методичного и расчетливого. За отстраненным выражением лица, которого, скрывалась бушующая сила, интеллект и опасность. Она слишком расслабилась и забыла о том, кем он был. Непростительная ошибка!

— Я…, мы, не…

— Не делай вид, что это не так! — вейлр Сатар тоже впился в нее взглядом, в котором подо льдом уже разгорались знакомые искры. Сейчас они были острыми, как осколки льда. — Не лги мне. Никогда.

Голос ее не слушался. Эния молча кивнула, то ли подтверждая его правоту, то ли обещая.

Девушка буквально излучала уязвимость. В огромных глазах лани плескался страх. Его сердце сжалось от неуместной сейчас нежности. Амарель мягко улыбнулся и легонько погладил ее руку в знак поддержки. В его голосе прозвучала теплота.

— Не бойся, я же обещал, что не причиню тебе вреда. Тем более, что откуда ты не так уж и важно. Ты ведь наверняка успела напридумывать кары небесные, которые обрушаться на твою голову за сокрытие столь важных сведений? — его улыбка стала шире. — Просто мы никуда не продвинемся, если не проясним этот момент.

Не волнуйся, ты не первая, кто попал сюда из другого мира. Мои прародители тоже не принадлежат к исконным народам Дракара. Как и большинство современных рас. А вот твои предки, видимо, как раз относятся к коренным жителям этого мира. На Дракаре все странным образом связано. Чтобы многие магические виды пришли сюда, кто-то должен был уйти. С тех пор многое изменилось. Дракар стал заповедником, местом для отверженных. Для тех, кто потерял свой мир.

— Не думаю, — помолчав, ответила девушка. — Дракар больше похож на убежище.

— Может ты и права. Мы обязательно с тобой вернемся к этой увлекательной дискуссии. К сожалению, у меня мало времени, а нам нужно еще многое обсудить.

Но не надейся отвертеться от подробного рассказа о себе. Мне тоже интересно узнать про твой мир. Готовься, я еще замучаю тебя вопросами. Ты не представляешь, насколько я любопытен!

Девушка слегка расслабилась, а Амарель вновь стал серьезен. Им предстояла самая сложная часть ночного разговора.

— Твое происхождение сейчас является для тебя угрозой. Я думаю, твои способности скоро проявят себя. Ты совершенно не обучена и станешь легкой добычей для желающих тебя использовать. А такие найдутся, поверь.

— Какие способности? Какое происхождение? Я обычный человек без магии, забыл? — Эния с трудом сдерживала истерический смех, рвущийся наружу. — Ну и бурная же у тебя фантазия! И кто я, по-твоему?

— Карайи — птичий оборотень. Скорее всего, Сирин, — ничуть не смутившись, ответил советник.

— Какой, нахрен, оборотень! — сорвалась она. — Я не маг, что бы ты там себе ни думал. То, что я из другого мира ничего не меняет.

— Скажи, в мире, откуда ты родом есть магия? — спокойно спросил Амарель.

— Нет.

— Как я и подозревал. И как, по-твоему, твои силы должны были проявиться в безмагическом мире? — задал он резонный вопрос. — Я знаю, что ты не лжешь и сама искренне веришь в то, что ты человек. Но у обычных людей исток отсутствует. А я лично видел твой через Рум-очки. Ты попала в благоприятные условия, и теперь твоя магия может в любой момент раскрыться.

На это ей нечего было возразить. В вопросах магии она не разбиралась, от слова совсем.

— Почему ты так уверен в том, что я Сирин? — взяв себя в руки, спросила девушка.

— Я не уверен. Сведений о карайи мало, а о райских птицах еще меньше. Когда мы с тобой смотрели изображения на старинных рукописях, ты дала мне подсказку, где искать. Но все равно, того, что я узнал недостаточно.

Как я понял, магия райских птиц не передается по крови. Даже сами карайи не могут предсказать, где и в какой стае появится Сирин или Жар птица. Они рождаются крайне редко и птичьи берегут их как сокровище, ибо такие одаренные необходимы для сохранения магии в мире. Сейчас на Дракаре из птичьих оборотней остались только грифоны, но насколько я знаю, за те пятьсот лет, что они находятся здесь, еще ни разу среди них не рождались райские птицы.

Из тех же, что живут в нашем мире с древних времен осталось всего две. Одна — Жар птица, моя пра-пра-пра-бабка, ее зовут Зария. Она хранитель аномалии до возвращения ее исконного стража. Другая — Гамаюн, предсказательница. Ее зовут Юна. Она дает о себе знать, когда в нашем мире происходят события, способные серьезно изменить его. Где она обитает в остальное время неизвестно. Недавно она объявилась в пустыне Сархиат, на границе с аномалией и кого-то ждет.

Эльф умолчал о том, что она уже спела пророческую песнь лично для него.

На счет тебя я могу только предполагать. Я сужу исключительно по внешнему виду магического истока. Он является отражением сути мага. У разных рас его вид различается. Так же, на него влияет направленность магии. Твой исток похож на описание истока Сирина. Один шайди, живший еще в те времена, когда на Дракре встречались райские птицы, составлял подобие классификации. Это все, на что мне приходится опираться, поэтому утверждать я не буду.

Девушка затихла, обнимая себя за плечи. Потом спросила:

— А Егор и Стеша… тоже, эти самые карайи? — Он кивнул. — Выходит они тоже в опасности?

— Со Стешей Оюн и Килиан, значит, с ней все будет в порядке. Воины равновесия очень могущественны. А то, что о твоем брате пока ничего не слышно, это тоже хорошо. Хуже было бы, прояви он себя.

Сомневаюсь, что твои родные тоже окажутся райскими птицами. Скорее всего, они могут иметь стихийную магию, и даже, способность к перевоплощению. В этом случае им ничего не грозит. Хоть птичьи оборотни и редки, но охотиться на них смысла нет.

Рель умолчал о том, что родных можно использовать, чтобы добраться до нее. Девушке ни к чему лишние тревоги.

— Я очень о них беспокоюсь, — прошептала Эния. — Стешу я заметила, по чистой случайности, а где искать Егора я даже не подозреваю. — Ее плечи опустились. — Как бы мне хотелось быть такой же всеведающей как ты!

— Многие знания — ранняя лысина, — философски заметил эльф. — У тебя другая сила, которой ты не пользуешься.

Лед в его глазах оплавился, в проталинах ярко засверкали огоньки, заманивая в их прозрачную глубину. Он нежно погладил ее щеку. Эния выглядела сбитой с толку. Ее поразил этот простой жест и бархатная интонация голоса.

— Все, что тебе нужно было сделать — это попросить меня о помощи. — Сказал советник.

Она во все глаза смотрела на Амареля. В ее взгляде была затаенная надежда и детская вера в его всемогущество.

— И ты не откажешься помочь?

— Не откажусь. Просто скажи: «Амарель, мне нужна твоя помощь». — Искры в его глазах разгорелись ярче.

Она дотронулась до его руки и зачарованно произнесла:

— Амарель, мне нужна твоя помощь.

— Видишь как просто. Я окажу тебе всю возможную поддержку и найду твоих брата и сестру, обещаю. — В это мгновение их соприкоснувшиеся руки окутали блестящие пылинки. Вокруг разлилось тепло.

— А сейчас нам следует поговорить о тебе. Будем исходить из того, что ты Сирин. Лучше перестраховаться, чем оказаться неготовым к отражению опасности. Поскольку тебя некому здесь защитить, эту обязанность я беру на себя. Самый надежный способ обезопасить тебя от посягательств — брак, ну или помолвка с кем-то достаточно сильным, чтобы заставить задуматься даже самых опасных противников. Я предлагаю тебе сыграть роль моей фиктивной невесты, пока ситуация с даром не проясниться. Твой статус моей невесты поможет так же защитить и Стефанию, когда мы заберем ее сюда. Что скажешь?

— Нет.

Искры в его глазах потускнели. Он быстро вернул на лицо непринужденность, но от Энии это не укрылось.

— Могу я хотя бы узнать, почему — нет?

Девушке впервые очень захотелось ему солгать. Или хотя бы промолчать. Но она должна ответить правду, чтобы он оставил эту идею. Эния с вызовом посмотрела ему в глаза и ответила:

— Потому, что ты заставляешь меня чувствовать.

— Поясни. — Эльф пристально смотрел на нее, ожидая продолжения.

Девушка вздохнула. Сейчас ее меньше всего тянуло обсуждать эту тему. Хотелось в свою комнату, под одеяло, укрыться от таких проницательных холодных глаз. Но она расправила плечи и ответила:

— При нашей первой встрече ты сам просил меня не влюбиться. Ты предупредил, что мне будет больно.

Амарель прочистил горло.

— Возможно, я был слишком самонадеян.

— Нет, ты был прав. Тогда мне казалось, что с этим не будет проблем. Вот только мои представления о тебе изменились и теперь я рискую. Быть твоей невестой, пусть и фиктивной, слишком заманчиво. Если мы будем изображать пару, неминуемо будут затронуты мои чувства.

Я не глупа, и понимаю, что мы не ровня. Сказочные эльфийские принцы не заводят полноправных отношений с простыми девушками. На Дракаре сила магии, положение и власть решают все. Я не имею ничего из этого.

К тому же, если ты прав, и я действительно карайи, мне придется интегрироваться в местное магическое общество. В этом случае я хочу выступать как самостоятельная единица, а не приложение к вейлру Сатар Родерийскому. Я старшая из находящейся здесь части моей семьи и пока мы не вернулись домой, отвечаю за них.

Амарель с трудом сдержался, чтобы не выругаться. Упоминание о ее возможном возвращении домой ему не понравилось. Он не рассматривал такой вариант, а следовало. Его он обдумает позже. Сейчас он должен убедить девушку принять его предложение. Ему не хотелось ей манипулировать, но придется. Ну почему она такая… сложная?

— К сожалению, это выше твоих возможностей. — Сказал он. На данный момент ты не можешь самостоятельно себя защитить. Не говоря уже о родных. Ты просила меня о помощи, я согласился. Мы связаны магическим контрактом. Поэтому я не буду безучастно смотреть, как ты рискуешь попасть в руки опасных существ.

Магический контракт….Так вот для чего он хотел, чтобы она вслух попросила его о помощи! Советник обхитрил ее, чтобы настоять на своем. Но зачем ему это? — недоумевала Эния.

— Есть еще твоя семья. Сомневаюсь, что Светлый Владыка объединенного королевства эльфов будет в восторге от невестки — человечки! — предприняла она последнюю попытку воззвать к его разуму.

— Ошибаешься. Мой отец не возражает. Я уже заручился его поддержкой.

— Ты говорил с ним обо мне? — совсем растерявшись, спросила девушка.

— Да, перед тем, как приехал сюда.

Эния, я понимаю твое нежелание связывать себя обязательствами, пусть даже временно, но это необходимо. Я не хотел тебя пугать, но теперь думаю, ты должна знать. Братья де Кидар ищут Алконоста и Сирина. Я достаточно грозный противник, чтобы даже одержимые жестокие экспериментаторы задумались, прежде чем попытаться похитить тебя.

— То есть ты хочешь использовать меня как приманку? — это могло бы объяснить заинтересованность советника в ней.

— Нет. Я хочу сохранять в тайне кто ты, как можно дольше. Но я не могу предусмотреть всего. Вдруг они уже знают?

Холодок пробежал у нее по спине. Он прав, это меняет дело. Необходимо обезопасить себя. Тем более сейчас, когда она знает где искать Стешу. Если на нее начнется охота, она подставит и сестру. Одной ей не справиться. Она беспомощна перед магией. Выходит, Амарель ее единственная надежда. Ну что ж, жизнь стоит разбитого сердца! Главное, чтобы он не потребовал ничего больше.

— Я оценила опасность и согласна с необходимостью защиты, но не могу не спросить, что с этого получишь ты? Прости, но я не верю в бескорыстные порывы, и не хочу быть должницей.

— Считай, что тоже окажешь мне услугу. При дворе слишком много желающих стать вейлирой Сатар Родерийской. Мне надоело отбиваться от назойливых поклонниц.

Эния с серьезным выражением лица кивнула.

— В таком случае я согласна.

Ей показалось, что она уловила всплеск радости в его глазах. Невозможно. Должно быть это игра теней.