Глава 33

Павел Викторович позвонил на следующее утро.

– Вчера я подумал, что перебирать все Приозёрски, Озёрски и Заозёрски – слишком долго, – начал он без предисловий. – В каждом пришлось бы искать Алёну Никольскую, времени ушло бы немерено. Поэтому я решил пойти другим путём и начал с того, кто не прячется – с вашего знакомого, Максимилиана Вересова.

Детектив начал издалека, поэтому Герман заранее подобрался и напрягся – неужели новые неприятности?

– И это оказалось верным решением – буквально за полчаса я выяснил, где лечился Вересов, – безэмоциональным голосом продолжал сыщик. – После аварии его доставили в городскую больницу Заозёрска. Это небольшой город в пятистах километрах от Москвы.

– Значит, она там, – пробормотал Герман. – В Заозёрске?

– Я выезжаю сегодня же. Собственно, уже сижу в автомобиле, – ответил детектив. – Позвонил, чтобы, во-первых, держать вас в курсе. И, во-вторых, чтобы вы набрались терпения, сами не нервничали и меня лишний раз не дёргали. Я буду сообщать о каждом новом этапе поисков. До связи!

И Павел Викторович отключился.

Мейер посмотрел на зажатый в пальцах сотовый, потом медленно отложил его в сторону, откинулся на спинку кресла и на мгновение прикрыл глаза. Потёр переносицу. Вздохнул.

И встал, прихлопнув ладонями по столешнице – она в Заозёрске! И прямо сейчас туда едет специально обученный человек!

«Вот ты и попалась, – пронеслось в голове. – И скоро я узнаю все твои тайны… Алёнушка!»

Следующие три дня тянулись, словно резина. Павел Викторович один раз прислал сообщение в мессенджер – сообщил о прибытии в Заозёрск.

И пропал.

Герман ждал новостей если не в первый день, то во второй. Но сыщик молчал, а самому ему набрать Мейер так и не решился.

Надеялся, что тот вот-вот объявится – ведь обещал держать в курсе и сообщать о находках! Раз молчит, значит, пока делиться нечем…

И это пугало – неужели Вересов обманул?

Детектив объявился только через три дня. Коротко сообщил, что уже в Москве, и назначил встречу через два часа – в том же неприметном кафе на окраине.

Всю дорогу Мейер перебирал в уме варианты – что же такого тот раскопал, что понадобилась личная встреча?

«Никакого ребёнка нет? Или есть, но он точно не мой? Но… когда бы успели сделать тест, это же не один день делается! Что тогда… Алёна вышла замуж? Не вышла, но болеет? Или… спивается?»

Он еле дотерпел до кафе и с облегчением вздохнул, увидев, что Павел Викторович уже на месте.

– Вы что-то узнали? – вместо приветствия брякнул Герман, садясь напротив сыщика.

– Узнал, – кивнул тот. – Алёна Никольская действительно пять лет жила в Заозёрске. Сначала она работала в поликлинике, потом в городской больнице, медсестрой в хирургическом отделении. Именно там её и видел Вересов.

Герман сглотнул – нашлась!

И подался вперёд, боясь пропустить хоть слово.

– Но около месяца назад она уволилась. Судя по тому, что мне рассказали, ушла она не по своей воле. Ходят слухи, будто Никольская на глазах у всей больницы крутила с богатым москвичом, который лежал у них после аварии. Пока пациент лечился, её не трогали – боялись репрессий со стороны мажора, а когда тот выписался и уехал, ей пришлось хлебать полной ложкой. Дело дошло до главврача, и вашей бывшей пришлось написать заявление. Квартира, которую она купила в ипотеку, сейчас выставлена на продажу, а сама женщина уехала. Куда – никто не знает.

Герман нахмурился. Он был уверен, что стоит детективу приехать в город, и он не только найдёт саму Алёну, но и мигом выяснит, где и с кем она живёт. Привезёт кучу фото мальчика и сообщит, что только что отправил образцы в три московские лаборатории. А вместо этого детектив позвал его, чтобы рассказать местные сплетни?!

– И это всё, что вы смогли узнать за три дня? – раздражение так и рвалось наружу, но Мейер пока сдерживался.

– Герман Всеволодович, этого уже немало, – уверенным голосом ответил детектив. – В данный момент поиски продолжаются. Я даже к господину Вересову приставил человечка – на тот случай, если он не оборвал все связи с Никольской.

– Вересов? – фыркнул Мейер. – С Алёнкой?! Бросьте, она не того уровня, чтобы он продолжал с ней общаться! Максимум, что ей светило – непродолжительная интрижка, и то только потому, что Максимилиан завис в убогом городишке и умирал от скуки.

– Тем не менее, я должен был проверить и эту версию, – объяснил Павел Викторович. – Согласитесь, слишком подозрительное совпадение – он уезжает, и через несколько дней она увольняется, дорабатывает две недели и скрывается в неизвестном направлении. Знаете, сколько я видел подобных случаев? И каждый раз женщина обнаруживалась поблизости от любовника.

– Но не в этот раз, – небрежно махнул Герман. – Вересовы – очень состоятельная и уважаемая семья, они вхожи в любые дома. Такие люди обеими руками держатся за свой круг и никогда не опустятся до кого-то ниже уровнем. Нет-нет, тут без вариантов! Не тратьте зря время и ресурсы, отзывайте вашего человечка. Пусть роет в другом направлении!

– Я бы понаблюдал ещё неделю-две, но если вы так уверены, – сыщик на мгновение задумался, – то прислушаюсь к вашему мнению. Но есть ещё кое-что – Алёну Никольскую ищете не только вы.

Герман поднял на него глаза.

– Что значит – не только я?

– Я узнал, что раньше меня в Заозёрске появились люди, которые навестили всех соседей Алёны, были и в больнице, и в садике, куда ходил мальчик. И не просто расспрашивали – они предлагали деньги за любую информацию о вашей бывшей жене и её ребёнке.

– О ребёнке? – эхом повторил Герман. – И… кто они, вы выяснили?

– Это наёмные люди из…, – Павел Викторович назвал детективное агентство, название которого ему уже попадалось. – Там крепкие профессионалы. К счастью, я знаком с одним, и мне удалось узнать имя заказчика.

Он помолчал, многозначительно глядя на Германа.

– Ну? – не вытерпел тот. – Не тяните, и так нервы на пределе.

– Их наниматель – Вероника Станиславовна Мейер, – огорошил сыщик.

И сердце Геры сделало кульбит.

– Мама?! Вы что-то путаете. Или не вы, а ваш информатор – чтобы моя мать тратила время и деньги на поиски бывшей невестки?!

– Не совсем невестки. Задание – найти ребёнка и, – сыщик снова выдержал паузу в несколько секунд, – взять у него биоматериал. Образцы следует немедленно привезти в Москву и передать лично в руки госпожи Мейер. Всё строго конфиденциально.

– Твою через коромысло! – непечатно отреагировал Герман. – Как она узнала? Что узнала? От кого? И… зачем моей матери сын Алёны, ведь она её терпеть не могла? Считала, что такая жена мне не подходит, и после развода полоскала её имя, рассказывая всем, что та мне изменяла. И вдруг – наняла сыщиков, чтобы они нашли Алёну и её ребёнка?

А в голове крутилось: «Тайно хочет сделать тест… Но мать не знает о моём диагнозе, и для неё этот мальчик – просто ребёнок от неподходящей, даже недостойной женщины. Зачем ей внук от «нищенки»?»

Он ничего не понимал.

- Мотивы госпожи Мейер мне неизвестны, - ответил детектив. – Пока неизвестны, но я работаю в этом направлении. Уверяю вас – ошибки нет – ваша матушка всерьёз заинтересовалась ребёнком бывшей невестки.

– Довольно странно, – фыркнул наниматель, – но это не меняет главного: Алёну нужно найти! Причём, раз появились, скажем так, конкуренты, сделать это нужно ещё быстрее и тише. Вы понимаете?

– Да, конечно.

– У вас уже есть какие-то намётки или полновесный план?

– Разумеется, – ответил детектив. – Никольская не просто уехала, она сбежала, скрылась, спряталась. Россия большая, искать женщину, которая не желает быть найденной, довольно сложное дело. Она могла срочно выйти замуж и сменить фамилию, могла отправиться на другой конец страны или залечь в какую-нибудь дыру. Какое-то время женщина вполне может жить без регистрации и работы. Поэтому я собираюсь пойти другим путём.

Герман ждал, не перебивая.

– Я буду искать не Алёну Никольскую, а Савелия Никольского. Кстати, у ребёнка отчество – Сергеевич, и прочерк в графе отец. Видимо, мать дала ему отчество деда. А дата рождения мальчика… Ловите.

Павел поводил пальцем по дисплею сотового, и через несколько секунд телефон Германа блямкнул уведомлением.

Он открыл сообщение – копия свидетельства о рождении.

Впился глазами в дату рождения и рвано выдохнул – если ребёнок доношенный, то на момент развода Алёна уже была беременна.

– Мальчик родился в срок, – словно подслушав его мысли, добавил детектив.

Герман поднял на него глаза.

– Почему вы решили искать сына, а не его мать?

– Я уже объяснил, почему. Взрослого скрыть проще, чем ребёнка. Никольская хорошая мать и заботится о благополучии сына. Возможно, на новом месте он уже пошёл в садик или на какие-нибудь развивашки. Прежде чем принять новенького, от матери потребуют принести справку о его здоровье. Понимаете?

– Не совсем.

– Чтобы получить такую справку, Никольской придётся посетить врача и, скорее всего, прикрепить ребёнка к детской поликлинике. Все сведения о детях попадают в общий реестр, скажем так. Надо найти мальчика, и мать найдётся сама.

Герман помолчал, обдумывая его слова. И дал отмашку:

– Действуйте! А того человека, которого вы отзовёте от наблюдения за Вересовым, приставьте к моей матери. Я хочу узнать, откуда она узнала про сына Алёны и зачем его ищет. То есть понятно – зачем: хочет сделать тест ДНК. Но мне не ясно – почему её вообще заинтересовал этот ребёнок. Работы больше, значит, и оплата выше.

С последними словами он перекинул на счёт детектива добавочную сумму.

– Сделаем, – отреагировал тот, внося заметки в свой блокнот. – Отдельная просьба – постарайтесь ничем не выдать матушке своего интереса. То есть ведите себя как обычно, не упоминайте при ней имя бывшей жены и не пытайтесь сами найти ответы на вопрос «зачем маме это надо?». Но если вдруг решите, что можно больше не прятаться, то прежде чем открыть ей карты, предупредите меня, чтобы я убрал своего человека. Не люблю впустую тратить ресурсы. К тому же это может быть небезопасно.

Прошло ещё несколько дней.

Герман жил на автопилоте – говорил, ходил, занимался бизнесом, но почти не спал и каждые несколько минут хватался за телефон.

Время от времени приходили сообщения: «В процессе». «Пока новостей нет, но мы в правильном направлении».

И вдруг звонок!

Увидев имя абонента, Мейер облизал враз пересохшие губы и схватил трубку так, будто от этого зависела его жизнь.

– Алло?

– Я их нашёл. Здравствуйте.

Мир подпрыгнул и закачался.

Кое-как выровняв дыхание, Герман просипел:

– Где? Когда? Куда ехать?

– Стоп, Герман Всеволодович! Никуда ехать не нужно. Не волнуйтесь, всё под контролем – теперь ваша бывшая никуда не денется.

– Но если на них вышла моя мать…

– Веронике Станиславовне пока не везёт, – с наигранным сочувствием произнёс Павел Викторович. – Её люди носом землю роют, но безрезультатно, потому что копают в неправильном направлении.

– Где Алёна прячется?

– Не поверите – буквально под носом, – хмыкнул детектив. – Я уж думал, придётся ехать к чёрту на кулички, а оказалось, что всего-то нужно съехать с МКАДа. Савелий Никольский недавно принят в садик в городе Светлогорск. Живут они там же, в съёмной квартире и вдвоём с сыном.

– Через час или два я вам перезвоню, – просипел Мейер.

И сбросил вызов.

«Светлогорск. Тот самый город, куда я отвёз её после скандала с секретаршей! Вернее, после того, как сам же спалился, а Алёнка нас застукала… Как тесен мир!»

Он уронил лицо в ладони, потом потёр пальцами переносицу.

Алёна вернулась туда, где всё началось, и это не могло быть случайностью. Страна большая, она вольна была отправиться куда угодно…

«Неужели она хотела быть ко мне ближе? – металось в голове. – И мальчик… Судя по дате рождения, он – мой. Но почему тогда Алёна ничего мне о нём не сказала? Или… сама не была уверена, от кого родила?»

Ревность снова подняла голову, когтями прошлась по самолюбию, сдирая корочку с ран пятилетней давности.

И Герман понял, что теперь ему мало выяснить, его ли Савва. Теперь он хотел узнать всю правду – кто увёз её с автовокзала, что за мужик забирал вещи из камеры хранения, точно ли у Алёны была интрижка с Максимилианом.

И только ли с ним одним. Как-никак, прошло пять лет, за это время у неё мог смениться не один любовник…

Хотелось всё бросить, вытрясти из детектива адрес и прямо сейчас отправиться в Светлогорск. А там прижать Алёну в угол и заставить во всём признаться.

С трудом, но этот порыв он подавил – где гарантия, что бывшая скажет правду? Дескать, мы в разводе, ребёнок от другого, иди ты со своей экспертизой! Суд – долго, шумно, ещё матушка возомнила себя Эркюлем Пуаро, того и гляди испортит весь план.

Ищи потом Алёну по всей стране!

Лучше сделать всё тихо.

Он снова взял телефон и набрал номер детектива.

– Возьмите образец у мальчика, – сказал он. – Любым способом, но так, чтобы мать ничего не узнала, и чтобы у полиции не возникло к нам вопросов. Как только биоматериал будет у вас, везите всё в Москву. Подадим в три лаборатории, я сам определюсь, в какие. И глаз с Никольской не спускайте. Пусть её пасут и днём и ночью.