Глава 12

Смекалка и талант –

способны заставить мир жить

по твоим правилам, а наличие длинных ресниц –

дополнительный штрих в уже проделанной работе.

Обеденное время быстро подошло к концу. Полуденное солнышко ярко светило в окно, легкий ветерок слегка покачивал занавеску через приоткрытую ставню. С момента моего зачисления прошло уже два с половиной месяца. С Кьярой мы стали не разлей вода. Все достижения и шалости– общими заслугами стали нашей визитной карточкой.

Вскоре после установления лестницы между нашими комнатами и обмывания сего события с домовыми, к нашей компашке присоединилось еще несколько персонажей: старый знакомый ящер расы крок по имени Пирс Рай, бедолага Эхалай-махалай и кроха фея Ё Доку с древнего болота.

Пирс – отличный парень со второго курса факультета боевой магии. Он обладатель нескольких стихий: воды и токсинов (разновидность стихии земли).

Близость более чем с одной стихией – явление, крайне редкое для магов, а также предмет гордости, одновременно, как и причина зависти.

В силу своей исключительной внешности и наличия нескольких стихий отношения с коллективом у Пирса складывались крайне тяжело.

Кто такие стихийники? Это маги, специализирующиеся на дальних, но мощных атаках, не способные вести ближний бой, однако, не в случае Пирса.

Первые несчастные, решившие, что могут безнаказанно издеваться над представителем расы крок, на данный момент значатся в списках исключенных, по причине недееспособности. Сложновато воевать при отсутствии одной конечности. Но не будем о дурнях.

В общем, во время тусы с домовыми Сеней и Кирей мы заценили «Черного змия», реквизированного у ректора, который в свою очередь также реквизировал сей чудный и благородный напиток.

После я рассказала о Земной текиле, поэтому мы отправились в лабораторию и постарались воспроизвести ее. Хочу похвастаться, нам удалось!

По пути обратно мы находились в таком приподнятом настроении, что решили обязательно найти еще собутыльников. В итоге Пирс оказался нашей жертвой, оглушенный Сеней и утащенный в женское общежитие. Когда он очнулся, с нами уже зависал Эхалай-Махалай, явившийся из-за самодельного «случайно» попавшего в его «случайно» открытое окно коктейля Молотова.

Слава Богам! Будучи в пьяном угаре, наш коктейль Молотова представлял из себя адскую смесь всех алкогольных напитков, и только.

Поначалу эльф был в ярости, его прервали в самый неподходящий момент. Во всяком случае, бутылка, залетев в комнату, «по-волшебству» лопнула, брызги окатили с ног до головы парочку. Эхалай-махай, не будь дураком вскочил, включил свет, проверяя все ли с ним хорошо, а обнаружив алкогольный дух, попробовал мое творение и «Аплодисменты, аплодисменты моему великолепию!»– пришел в восторг. Поэтому, расставив приоритеты, он бросил мокрую и испуганную фанатку и полетел в направлении улюлюканий на фоне громко играющей музыки, то бишь к нам.

Естественно, я приняла его в штыки, как и он меня, даже подрались в фонтане с шампанским, предварительно выпав из окна нашей с Кьяркой двухэтажной комнаты (шустрые домовые заменили воду на шампусик). В конце концов, пьяные и счастливые, как говорится в простом народе, закорешились.

P.S. Дерется он все-таки как девчонка. Только т-сссс…

Ну а когда именно мы умудрились склонить к пьянству фею, я не помню. Кажется, она прилетела с жалобой на шум, однако Кьяра поймала и заперла ее в одной из бутылок. Позже, веселясь, в процессе благополучно забыв о фее, мы открыли очередную бутылку, из которой появилась фея, наподобие джина. К этому моменту и фея, и мы, были уже в состоянии – не состоянии. Как-то так.

На следующий день деда Альбохрейм довольно долго нас ругал, где-то на середине речи, каюсь, заснула. Финал его душещипательных излияний был следующий: меня, Кьяру, Пирса, Маху (сокращенно от Эхалая-махалая) и Ё направили на исправительные работы (увы, не на винзаводы), а в деревеньку со славным названием «Рылопяточка» с миссией искоренить по пятьдесят рылопятов на рыло. Дату назначили на период выездного лагеря для всех учащихся, тем самым лишив нас интересной практики.

14/03/nn года

«… Третья неделя пребывания в сим живописном месте меня вдохновляет на побег. Пишу с надеждой добраться до мира обетованного, с числом жителей более десяти существ, не включая скота домашнего. Уповаю на Богов в помощи по избеганию всех злоключений, заготовленных болотом…»

«Кровавый отпечаток пальца».

Подпись: София Маслова, верная раба Академии Магии Общеобразовательного профиля I ранга».

– Кьяр! Где Софи?! Мы уже подготовили булов! Пускай заканчивает с отчетом скорее, нам необходимо успеть на гонку!– снаружи послышался раздраженный голос Махи.

Скрутив пергамент плотным жгутом, поставила магическую печать (Ё научила) и вложила в мини-рюкзачок на спине у птицы. После, отправила мыслеобраз с портретом ректора Альбохрейма пернатому почтальону. Погладила напоследок хохолок и угостила вкусняшкой.

Проводив взглядом, скрывшуюся в облаках птицу, рванула на выход. Дверь маленького покосившегося домика, исправно служащего нам убежищем, скрипнула, прежде чем хлопнуть и вновь слететь с петель.

– А ладно! Софь, оставь! Тут воровать то некому… После подправим…

– Верно, – с серьезной мордой добавил Пирс, – А если Степаныч снова полезет искать рассол к нам, то… – многозначительная пауза достигла ушей того, кому предназначалась.

Запрыгнув на оседланного Борьку, я присоединилась к остальным, и мы помчались в Булбург.

* * *

Что же здесь происходит? Сейчас я Вам поясню.

После назначения ректором наказания вся наша дружная компания отправилась на место отработки. Добрались мы посредством телепорта в ближайший город, а оттуда еще два с половиной часа пешком.

Прибыв в деревеньку, староста, к слову его я уже упоминала, тот самый злостный похититель рассола, с крайне обманчивой внешностью старичка-боровичка, предоставил в наше распоряжение ветхий домик с печкой, разделяющей одну комнату на две.

На просьбы подобрать нам что-нибудь попросторнее, отнекивался отсутствием лишней недвижимости. Хитро улыбаясь, он спросил у нас:

– Есть хотите?

Мы понятное дело обрадовались и утвердительно закивали. После чего, Степаныч, постарался нас, неопытных и беззащитных юных студентов, облапошить, воспользовавшись нами, как бесплатной рабочей силой.

Но я-то человек, выросший в России, знававшая таких типов и читавшая русско-народные сказки. Поэтому применила на Степаныче метод под кодовом именем «Нашествие рылопята».

Объяснив друзьям не самые честные намерения старичка, предложила пока отказаться от обеда и направиться на поиски рылопятов.

Поблагодарив Степаныча за «щедрое» предложение, наша группа покинула деревню.

Зайдя в сердце болота, мы отыскали несколько табунов рылопятов, шарообразные свинки с длинной шерстью и забавным окрасом. Мех разнился всеми оттенками зеленого, крайне ценный из-за своей водонепроницаемости. Поймать рылопята легко, однако уйти от целого табуна по болоту невредимым – сумасшествие.

Пирс жахнул по ним своей магией, а Ё, навела на болото туман, оставив видимой одну единственную тропинку в «Рылопяточку». (Управление туманом на болоте – врожденная способность каждой болотной феи).

Далее мы поймали семь рылопятов: по одному на каждого и три – Пирсу. Ё мясом не питается. Уйдя на безопасное расстояние, мы помогли ей собрать ягод, напоминающих клюкву.

Находясь подальше от царившего хаоса, мы разбили временный лагерь в хвойном лесу. Поздний обед у костра в компании друзей поднял всем настроение. Жаркое из рылопята напоминало шашлычок из свининки с приятным послевкусием хвои и ягод.

Насытившись, мы вернулись в деревню. «Рылопяточка» выглядела так, словно совсем недавно она пережила нашествие татаро-монгольского ига.

Староста с красным, искривленным от ярости лицом, выбежал в нашу сторону с криком:

– Где вы пропадали, изуверы треклятые?! Пока вы шлялись не пойми где – десятки рылопятов напали на наши дома, поломали заборы и уничтожили огороды! Ууууу!… Что нам теперь заготавливать на зиму?!! – в процессе обвинений, он начал рвать на себе волосы, постоянно увеличивая громкость своих ахов и охов, пока все жители этой крохотной деревеньки не собрались полукругом, обступая нас.

Я сразу смекнула, что, если немедленно не прервать этого старикашку – быть народной расправе над чужаками. А кто здесь чужаки? Правильно! Маха, Ё, Пирс, Кьяра и я.

– Кхм, кхм… – покашляв, я привлекла к себе внимание десятки гневных взглядов.

– Уважаемый староста, если бы Вы не отказали нам в еде после долгого пути, мы бы не отправились на ее поиски, тем самым смогли бы уберечь «Рылопяточку» и всех жителей от случившейся трагедии, – сделав грустное лицо, я еще раз взглянула на толпу. Ага, кажется действует.

– Степан Лукьянович, разве это не результат исключительно Вашей и только Вашей жадности? Пожалев выделить мне и моим товарищам пять тарелок обеда, теперь по Вашей вине деревне придется голодать всю зиму.

Шум и гам поднялся среди собравшихся, народ готов был рвать и метать. Степаныч попал под раздачу. Когда он получил необходимую порцию тумаков, Кьяра рявкнула:

– В сторону! Есть выход! Но на этот раз, чтобы обеды не зажимали и шкуры – наши! – поначалу ее никто не понял, но Степаныча отпустили и разошлись, попеременно продолжая его тихонечко, раз в одну-две минуты пинать, чтобы не расслаблялся.

Мы изложили жителям план массовой поимки рылопятов, который успели обдумать, пока трапезничали у костра. Мы вырыли глубокие траншеи в три ряда вокруг деревни, со стороны болота. Установили острые колья на дне.

Затем Ё и Маха, самые быстрые из нас, отправились играть роль приманки. Спустя полчаса, на горизонте показались облака пыли. Маха и Ё летели в нашу сторону, как болиды, а за ними гнались сотни и сотни взбешенных зеленых поросят.

Благодаря нашей находчивости – большинство рылопятов нашли свой конец на дне ловушек, оставшиеся пятнадцать-двадцать особей в ужасе умчались обратно на болото.

Таким образом, мы закончили нашу отработку за один день, заполучили сотни шкурок рылопятов, а точнее будет сказать двести тридцать две штуки, сократили популяцию столь беспокойных соседей и нашли благодарность в лице местных жителей.

Пошушукавшись, порешили до конца срока отработки (а это целый месяц, включая сегодняшний день) оставаться здесь. Ё обещала подтянуть меня по всей программе факультета ядоварения, на Пирса легла задача по высвобождению моей стихии, которую в Академии я так и не смогла познать за 2 месяца учебы. Практика с Махой скорее были в его интересах, а не в моих, так как со своей секирой на факультете ассасинов я быстро заняла лидирующую позицию. Касательно теории, тут было совсем по нулям на всех факультетах. Так что, узнав о моем стремлении попасть в десятку финалистов на Турнире звиров, ребята за моей спиной сговорились налечь на мою подготовку коллективными силами и мозгами.