Глава 25

“Она была самым очевидным выбором для меня” – этот ответ Роберта крутился у меня в голове с самого утра. Вот правду говорят, что не стоит копаться в прошлом друг друга, чтобы не трепать себе нервы. Меньше знаешь, крепче спишь. На что я рассчитывала, когда задавала вопрос о кольце? Что хотела услышать? Видимо какое-нибудь простое объяснение. Просто забыла, потеряла находясь в гостях… Теперь тревожные мысли снова овладевали моим сознанием. Хоть Роберт и пояснил, что они знакомы с детства и просто в тот момент, когда он задумался о семье, из всех девушек в его окружении только София казалась ему правильным выбором. Однако я все равно умудрялась слышать в его словах совсем иной смысл: “Такая как ты мне не пара”, “Я женюсь только на равной себе” и подобное. С раннего утра все ребята веселились, купаясь в бухте и бережно катая Дана на спасательном круге. Все четверо обращались с ребенком, как с хрупкой хрустальной вазой, стараясь не таращиться на страшные шрамы Богдана, пересекающие весь его животик. Зря, конечно, они старательно отводят глаза. Дан до невозможности любит хвастаться что старым шрамом, что новым. Испытывая не самые лучшие эмоции с утра, я отказалась плюхаться в воду вместе со всеми. Как капризный ребенок, который такими дурацкими способами пытается перетянуть на себя внимание… Роберт на мои уловки не повелся. Скакать козликом вокруг меня не стал, выясняя что же такое с настроением его куколки. Чувствую себя дурой, но ничего поделать со раздирающей сердце ревностью не могу. – Анька, будь другом, налей сок, – крикнул мне Мот, повиснув на железных поручнях лестницы, спускавшейся в воду. Такие простые и давно никем буквально не воспринимающиеся слова “будь другом”, из уст мажора, обладающего пронзительным взглядом хладнокровного хищника, звучали для меня музыкой. Странной, немного пугающей, но музыкой. – И мне! И того и другого, – подплыл Платон, выскакивая из воды на палубу, как пробка из бутылки. – И сока, и другом! Тут уже я не выдержала, счастливо улыбаясь, на это требование. Потому что Плут… это Плут! Он настолько веселый и харизматичный, что никакому плохому настроению не выдержать этой атаки позитива. Разлив по трем стаканам сок, я выразительным взглядом пригласила новоиспеченных друзей закрепить дружбу. “Расслабься, Аня! Все просто чудесно! И этот день, и эта прогулка, и эти люди! Перестань хандрить на пустом месте!” – мысленно пыталась я привести себя в чувство, но картина, где Роберт и София остались в воде, катая Дана и хохоча, неизменно возвращала меня к моим невеселым мыслям относительно перспектив отношений с роботом Робертом. – Почему вы с Софией не вместе? – отважилась я задать очень личный вопрос Моту. Именно отважилась, потому как весь его внешний вид – громилы с огромными бицепсами, татуировками и взглядом вселяющим в душу ужас – подсказывает быть предельно осторожной с этим загадочным типом. Вот о чем предупреждал Роберт, когда говорил не смотреть ему в глаза. Матвей моментально теряет вид несносного раздолбая, превращаясь в цепкого, ловкого и безжалостного хищника, от одного взгляда в глаза которого леденеют внутренности. – Ну просто то как вы смотрите друг на друга, как тянетесь… я имею в виду, между вами такие искры мечутся, что невозможно не заметить. Вы же любите друг друга! – затараторила я, выкладывая ему все свои мысли, как на духу. – Мы из разных вселенных, Ань. Она никогда не примет меня такого, какой я есть. Не согласится с родом моей деятельности. А я никогда не поменяюсь в угоду капризам какой-то принцесски, – вдруг и Мот стал не меньше моего откровенным. – Разве у настоящих чувств могут быть условия? – с печалью спросила я, конечно же проецируя все слова Мота на нас с Робертом. Мы тоже из таких разных вселенных… что и пересекаться-то не должны были. Мот не ответил мне, но теперь тоже хмурился, наблюдая за удаляющимися к берегу Робертом, Софией и Даном. – Ты не ревнуешь Софи к Роберту? – ляпнула я, совершено не подумав, как и положено такой дурынде, как я. Вот ведь я идиотка! Скучно, видимо, было одной в этом настроении унылой какашки! Еще и Мота за собой потащила! – Нет, – качнул головой Мот, при этом продолжая следить за Софией, как коршун. – Врет он все. Он ее к каждому столбу ревнует, – хмыкнул Плут, снова подхватывая гитару и начиная перебирать струны. – А к Шварцу перестал, только когда София отказала нашему Электронику и обручальное колечко осело в сейфе в ожидании следующей жертвы. – София и правда потрясающая. Красивая, добрая, отзывчивая и очень умная, – как бы не горько было это признавать, но это правда. Я проигрываю этой девушки практически во всем. Может только красивее немного… Но, красота – валюта, курс которой с годами только падает. Софи действительно самый очевидный выбор для Шварца. Согласиться с этим трудно, но не признать хотя бы самой себе невозможно. И Плут ошибается. Роберт черному по русски мне сказал, что кольцо принадлежит Софии… никого другого оно не ждёт. – Не парься, Анька. София единственная девушка в нашей банде с самого детства. Поэтому нет ничего удивительного, что каждый из нас был в нее влюблен в какой-то период, – не мог не заметить моей кислой моськи Плут. – Почему ты не сделаешь Софие предложение? – задала я дурацкий вопрос. Чуть выше мне, в том числе и на него, ответил Мот. Но я, подстегиваемая жгучей ревностью, хотела причинить счастье этим влюбленным и тем самым избавиться от “самого очевидного выбора” Роберта. – Я не умею лгать, Анька. Не умею обещать того, чего не сделаю. Моя жизнь опасна и это не нравится принцесске. Вот только без нее, в ней и вовсе пропадает смысл… Хочу чтобы однажды она сама всё это увидела в моих глазах. Чудесный солнечный день. Счастливый Дан, окруженный вниманием и любовью, смеется взахлеб. Замечательные друзья Роберта, так легко и просто стирающие огромную пропасть между нашими сословиями. Но легкая грустинка витает в воздухе, заставляя мое сердце плакать. – Ты знаешь, что у твоей любви есть саундтрек? – чувствуя вину за то, что уволокла в пучину грусти за собой Мота, спросила я. – М-м-м? – вопросительно изогнул бровь Матвей. – Взгляни мне в глаза, скажи мне что ты видишь, – тихонько начала я напевать песню любимых Робертом Imagine Dragons “Bad Liar”. – Идеальный рай, рвущийся по швам, – тут же подхватил Плут, сначала на русском, но потом перешел на язык оригинала: – I wish i could escape it… Честно говоря от звучания голоса Платона, мурашки покрыли не только мои руки, но и всю яхту в целом. Вокал у этого Плута феноменальный. Нам бы с Мотом тут заткнуться и открыв рот слушать профессионала, но на припеве мы не удержались, громко подпевая: – Bad Liar! Bad Liar! Это было настолько круто, что вся моя печаль, все раздирающие голову мысли, уносились прочь, в открытое небо вместе с разлетающейся на всю округу песней. То как мы орем и скачем на палубе не осталось незамеченным и для отчаливших на берег любителей побегать по песку.