Глава восемнадцатая. Ярослава

Мои сборы проходят настолько медленно, что одна только чистка зубов обходится мне семью минутами.

Семью с половиной, если точнее.

Кажется, я истратила половину флакончика пасты, а эмаль точно отбелилась тона на два, минимум.

С такими скоростями я даже немного начинаю завидовать улиткам. На моём фоне они просто спринтеры с пропеллером ускорения в одном месте.

Всю ночь я составляла для себя грамотную речь, которую собираюсь выпалить в кабинете директора на одном дыхании, потому что иначе я просто запутаюсь во всей этой нумерации законов и буквах подпунктов. Только чем ближе я подхожу к центру, тем прозрачнее становится моя уверенность.

Перед кабинетом директора пробегает малыш с не слишком хорошей координацией движений, в то время как я сижу на скамейке и выравниваю дыхание перед важным разговором. Одна нога у него цепляется за другую, и ребёнок летит вперёд на всех своих ранее набранных километрах в час, ударяясь подбородком о жёсткую плиточную поверхность.

Глупо спрашивать всё ли хорошо в такой ситуации, но я не могу придумать вопрос лучше, когда подхожу к нему и присаживаюсь на корточки.

— Запачкалась, — мальчик сначала глянул на свою футболку с пятнами крови из разбитого подбородка, а потом как-то обречённо вздохнул. — Моя любимая.

Вообще-то я ожидала более бурную реакцию. Но вместо слёз и криков малыш лишь отчаянно пытался привести свою одежду в норму, делая, на самом деле, лишь хуже.

— Давай-ка отведем тебя к врачу. Я слышала, у него есть разноцветные пластыри. Может, и с «Железным человеком» найдутся? — на футболке был изображен именно этот супер-герой.

— Разноцветные? Правда?

— Самая настоящая.

По дороге в кабинет малыш вцепился в мою ладонь так, что в какой-то момент мне даже стало больно. Я была уверена, что его страх относится не к болезненным ощущениям, которые его ждут при обработке ссадины, а к чему-то иному.

Неужели родители настолько запугали малыша наказаниями за испорченные вещи?

Пластырь Богдан выбрал с машинками.

После этого мы с ним отправились на поиски его отца, который, по словам мальчишки, отлучился по важным делам. Маленький непоседа решил в это время изучить центр самостоятельно.

— Сын! Что уже случилось? — нам навстречу шёл довольно высокий мужчина в деловом пальто нараспашку.

Я обрадовалась, что родитель, наконец, нашёлся, но улыбка резко слетела с моих губ, когда малыш спрятался за моей спиной и вцепился пальцами в коленку, чудом не продырявливая чёрный капрон своими маленькими пальчиками.

— Богдан..? — незнакомец сам опешил, наблюдая за реакцией ребёнка.

— Только не бей меня, пожалуйста… — протянул жалобно, щекоча мне ногу своим дыханием. — Я могу ходить в грязной.

— Я её собственными руками задушу, — мужчина выдохнул в сторону, а потом присел, чтобы малыш мог видеть его глаза. — Послушай, Дань, никто не собирается тебя бить. Что произошло? Упал? — он быстро уловил суть. — Ну, запачкался, с кем не бывает? Я в твоём возрасте домой вообще чёрным от грязи приходил.

— Он упал в коридоре, подбородок немного подбил. Кровь на футболку попала, там пара капель, — я решила вмешаться.

— Купим новую, — мне кивнули, но глаза мужчины были направлены на ребёнка. — Так что, будем дальше дружить?

— И ты не будешь меня наказывать? — малыш пискнул и выглянул из-за моих коленей.

— Никаких наказаний, честное отцовское, — незнакомец протянул ладонь своему сыну, а тот, поколебавшись, вложил в неё свою маленькую ручку. — Посиди пока на лавке, ладно? Мне нужно поблагодарить твою спасительницу.

Мужчина жестом попросил меня отойти в сторону.

— Богдан жил в детском доме до некоторого момента. Запутанная история, я не стану вдаваться в подробности. Просто хочу, чтобы Вы знали: никто его сейчас и пальцем не тронет. Воспитатели в этой шарашке позволяли себе очень многое, мне ещё долго придётся убеждать Даню в том, что бояться больше не надо, — я прищурилась. Звучит складно, но меня все равно не отпускала ситуация. — Я что, похож на монстра, который бьёт детей? — усмехнулся по-доброму и перевел взгляд на сына. — Он — лучшее, что со мной случалось. Мой сын.

— Ладно, выглядите Вы вроде прилично, но за малышом я буду приглядывать.

Если меня не уволят.

В голове резко всплыло моё неоконченное дело.

— Я только рад. Ему сейчас не помешает повышенное внимание. Детьми совершенно не занимались.

— Меня всегда очень расстраивают такие истории. Если уж идешь с детьми работать — тем более, с теми, которым судьбы сложная выпала — так проживай всё душой. Выкладывайся.

Что-то разоткровенничалась я перед незнакомым человеком.

А всё почему?

Просто оттягиваю неприятный момент, когда порог кабинета нашего директора переступлю. Мне уже девочки донесли, что меня ожидают.

Выдыхаем, Ярослава, и топаем ножками по лестнице ради лишних двух минут мнимого спокойствия.

— Хорошо, что есть такие люди, как Вы…

— Ярослава.

— Ярослава. Красивое имя. Те, кому не наплевать на чужих детей. Спасибо. Всего Вам доброго. Думаю, еще встретимся, — мужчина одаривает меня лёгкой улыбкой, подхватывает сына на руки и скрывается за дверью.

А я остаюсь посреди безлюдного коридора с надеждой вернуться сюда завтра.