Глава 17

– Как же так? – не поверила я. Микаэль приказал: – Оставайся здесь и не вздумай попытаться сбежать! А я пока буду занят в храме. Я недовольно поджала губы, ну куда я сбегу с ошейником? Да и мама с сестрой неизвестно где. Женщина проводила взглядом уходящего инквизитора, затем неожиданно сказала: – Он добр к тебе. – Вы смеетесь надо мной? – удивилась я, но тут же опомнилась, что, вообще-то, передо мной важный человек и дерзить ей не стоит. К тому же она когда-то была ведьмой. Я поспешила извиниться. – Прошу простить меня. Настоятельница улыбнулась. Жаль, но ее лицо от этого стало еще более жутким. – Пойдем, – сказала она и повела меня вглубь коридоров. Мне не терпелось расспросить ее обо всем, но вокруг сновали другие монахини, в комнатах лежали больные, и в целом обстановка не располагала к приватному разговору, следовало дождаться удобного момента. Кажется, я даже маленьких девочек видела в монашеских одеяниях. Женщина вела меня все дальше и вот, наконец, вывела куда-то за пределы лазарета. Мы очутились во внутреннем дворике. – Посмотри, – позвала меня женщина  и указала вперед. Там за оградой росли несколько деревьев, и виднелся холм, а узкая дорожка вела туда. – Что там? – полюбопытствовала я. – Святой источник. Пойдем, и я все тебе расскажу. Пройдя ограду и рощицу, мы обогнули с ней холм  и очутились возле входа в пещеру. Храм тоже находился недалеко, даже отсюда я видела его высокие шпили и фасады. – К источнику есть два пути, – пояснила настоятельница. – Один из храма. Воду берут для обрядов. А здесь менее удобный путь, но мы тоже пользуемся этой водой. – Это же не простая вода, да? – догадалась я. – Именно, – улыбнулась женщина. Мы вошли с ней в пещеру. Ведя меня по каменным ступеням, она говорила, где нужно наклониться, чтобы не ударится головой, а где лучше держаться за стены, чтобы не поскользнуться. Воздух заметно потяжелел, запахло водой и еще чем-то, что заставляло мою кожу чесаться. Я поморщилась. Женщина стала рассказывать: – В храме всегда были сироты, их подбрасывали несчастные женщины, их находили в городе или в лесу. Многие десятилетия монахи подкармливали их и учили молитвам. Особо талантливых обучали грамоте и другим наукам. Со временем эти дети тоже становились монахами или уходили работать в город. Самые умненькие мальчики поступали служить в канцелярии. Я тоже была одной из сирот. У девочек участь незавидная, поэтому оставаться в храме – лучший выбор. Мы ухаживали за больными в лазарете, помогали выращивать овощи и фрукты. Но оказалось, что я дочь ведьмы. – И вы не знали этого? – удивилась я – Нет. Выросла на улице, а лет в десять меня нашли и привезли сюда. Примерно в пятнадцать я начала ощущать какие-то силы в себе, но боялась о них говорить. Иногда мне снились странные сны, иногда я чувствовала непонятную злобу. Могла сказать, и это сбывалось. Как-то я разозлилась на наставницу и пожелала ей бородавку на носу. – И она появилась, – догадалась я. – Да. Испугавшись, я начала молиться еще усерднее, но становилось только хуже. В храме мне было больно, сердце грозило выскочить, так сильно начинало биться, а дышать становилось невозможно. Я кивнула, со мной происходило то же самое, но я хотя бы знала, что это нормально для будущей ведьмы. Настоятельница продолжала рассказ: – Однажды, лет в семнадцать, я услышала разговор монахов о чудесном воздействии нашей воды из источника на грешников. Они становились верующими, а еще эта вода исцеляла раны. Обрадовавшись, что тоже смогу избавиться от своих непонятных сил, я пробралась в пещеру как раз с этой стороны. Хотела лишь напиться и умыться, но поскользнулась и упала внутрь. Нашли меня утром. Мое тело выплыло с другой стороны, сильно напугав нашу настоятельницу. Как ни странно, я выжила, но все мое тело покрылось жуткими ожогами. Меня смогли вылечить, кстати, именно эта вода помогла избавиться от ран. – Как же так? – не поверила я. – Одна и та же вода? Сначала изуродовала, а потом исцелила? – К моменту исцеления во мне не осталось магии, ни капли, – пояснила женщина. – Зато потом я легко могла находиться в храме и  посещать все службы от начала до конца! Могла дотрагиваться до креста и священных мощей. – Вам еще не было восемнадцати, да? – уточнила я. – Не было. Если у тебя тоже непослушная магия, ты можешь попробовать умыться в нашей воде, – разрешила настоятельница. Мы добрались до источника. Здесь был небольшой каменный мешок, и на его дне плескалась вода. В нишах вдоль стен размещались масляные светильники, чтобы хоть немного осветить пространство.  И странный запах ощущался еще сильнее. Я недоверчиво посмотрела на воду. – Существует легенда, что где-то там, в глубине хранится некий артефакт, очищающий душу. – И убивающий магию, – тихо проговорила я, затем приблизилась к воде. Дышать становилось труднее. Если бы не ошейник, не знаю, как бы я себя чувствовала. Похоже, он защищал меня как от магии, так  и окружающих от моей магии. Создавал как бы ограждение. Интересно, что будет, если я дотронусь до поверхности воды? Я спросила, все еще глядя на воду: – Как же вы поняли, что были ведьмой? Пока я мучилась сомнениями, женщина поделилась: – Настоятельнице пришлось вызывать инквизиторов. Они быстро поняли, что произошло, и тоже стали использовать эту воду. – Для пыток, – мрачно проговорила я. – Для того чтобы юные ведьмы могли жить обычной жизнью. Если у казненных ведьм оставались дети, их помещали сюда, в приют. Я в изумлении обернулась: – То есть сейчас на территории лазарета живут будущие ведьмы и ведьмаки? Женщина кивнула. – Когда они подрастут, то окунуться в эту воду, и смогут стать обычными. Я представила, каково им будет жить со шрамами, и ужаснулась. – А после вас никто не использовал этот метод? – спросила я. – Использовали, но безуспешно. Одна молодая женщина не выдержала и умерла от ожогов, еще две женщины наложили на себя руки, не желая терпеть ужасные боли от этого ритуала, а еще одна девушка сбежала перед своим восемнадцатилетием. – Понятно, – кивнула я. – Как-то не особо успешно лечение проходит. Настоятельница печально пожала плечами. – Скоро подрастут еще несколько юных ведьм. И у нас нет другого способа. Либо в Ковен, а потом  на костер, либо здесь, пусть и в уродливом виде. Я пожалела женщину, но будущих жертв таких способов «лечения» было еще жальче. – Как-то не хочется мне трогать эту воду, – честно сказала я, отодвигаясь от источника. – Может, вернемся? Тут дышать тяжело. Настоятельница кивнула, и мы стали подниматься по ступеням наружу. Неожиданно у входа в меня врезался знакомый мужской силуэт. Я не успела даже понять, что происходит, как Микаэль привычно схватил меня и внезапно вгляделся в лицо: – Вы же не успели? – Что не успели? – я попыталась вырваться из его захвата. – Не успели окунуться в воду? – Нет, она отказалась, – ответила настоятельница, с изумлением глядя на Верховного Инквизитора, чуть ли не обнимающего ведьму. Похоже, он тоже это понял и сам отодвинулся. Затем строго сказал: – Марьяна, я запрещаю тебе приближаться к этой воде! – Почему? Из-за шрамов? – удивилась я. Сначала сам привез, а затем сам же запрещает. Хотя и я сама бы не стала, но полюбопытствовала. – Нам нужно ехать, спасибо за помощь, – поблагодарил Микаэль настоятельницу и спешным шагом начал возвращаться по тропинке к лазарету. Я бы хотела еще пообщаться с этой милой женщиной, но мой спутник поторопил.– Марьяна, а ну, живее! Поморщившись, я попрощалась с настоятельницей и быстро побежала за инквизитором, чьи широкие шаги уже позволили ему добраться до рощи. Когда мы сидели в карете и ехали обратно в город, я напомнила: – Зачем вы запретили мне? Даже прибежали, явно торопились. Неужели, что-то серьезное? Инквизитор усмехнулся: – Просто твоя магия мне полезнее, чем шрамы. Я недоверчиво подняла одну бровь. Это же и так было понятно, о чем он умалчивает? Явно же что-то узнал? Микаэль тем временем непроизвольно дотронулся до своей груди, и я заметила, что у него из-за пазухи торчит уголок какой-то пожелтевшей бумаги. Что это? Ему что-то передали в храме? Какой-то документ или книгу? Он для этого туда ходил? Вопросов было много, и я, конечно же, не ждала, что он мне сразу же все расскажет. Но отметила для себя, что надо бы как-то выведать эту тайну.