Глава 18

Солнце уже перешагнуло зенит, когда мы добрались до места. Отдел встретил нас привычной мрачной глыбой, тенью нависшей над доброй половиной улицы, несмотря на погожий день. Я поежилась, тоже ощущая эту тяжесть на душе. Представив, сколько ведьм там мучилось от пыток, я поняла, откуда вся эта темная тоскливая безысходность. Помощник инквизитора встретил нас у входа. Коротко кивнув, он пошел рядом с Микаэлем и начал зачитывать  дела. – Перстень лорда Сантоса найден в ломбарде на окраине города. Владелец сказал, что его принес известный карточный шулер. Жалобы на соседку, из-за которой якобы перестали нестись куры, отозваны. Поступила информация, что на Северном кладбище замечены странные тени прошлой ночью.  Маркиз Солей ван Роделайн никакого вина вам не высылал, поэтому не знает, за что вы его благодарите. – Вот как? – заинтересовался Микаэль. – Не присылал, значит? – Нет. Но сообщил, что если нужно, отправит лучшее из своих запасов. – Не нужно, – отмахнулся он. – Напиши ему, что произошла ошибка, и я извиняюсь. А на кладбище отправь сегодня нескольких младших инквизиторов. Пусть оденутся неприметно. Перстень оставь в отделе, напиши лорду расписку и сообщи, что мы его будем проверять. Может, хотя бы на недельку прекратит играть? Слуга кивал, запоминая указания. Так, мы и добрались до кабинета Верховного Инквизитора. Я тихо шла за ними, опустив голову и не встречаясь взглядом ни с кем из людей святого отдела расследований. Надо сказать, что и на меня внимания не обращали, то ли плащ с капюшоном помогал, то ли дисциплина здесь была на хорошем уровне. Зная характер Микаэля, думаю, что второе. – Велите подать обед? – уточнил слуга. Я кивнула, наверное, быстрее, чем инквизитор. Заметив это, он усмехнулся. Вскоре принесли еду. Микаэль подозвал меня к себе и разрешил поесть. Сам же ограничился куриной ножкой. Я с наслаждением, приступила к трапезе. Но пирог из капусты очень напомнил мне мамину выпечку. Нахмурившись, я осмотрела его. – Что-то не так? Там внутри зелье? – спросил мужчина, но почему-то ни в его взгляде, ни в голосе, не было опасений. Будто он знал, что это не так. – Пирог похож на такой же, какой моя мама готовит, – сказала я, уже примерно догадываясь, к чему он клонит. Довольная усмешка стала подтверждением. Я воскликнула: – Правда? Она здесь? Микаэль кивнул: – Три раза в неделю помогает на кухне. Так, мы следим, чтобы она не сбежала. Я уже хотела сама бежать и искать здесь кухню, но, понимая, что это он тут все решает, нетерпеливо попросила разрешение: – Можно увидеться с ней? Верховный инквизитор кивнул снова: – Подвальный этаж позади входа. Не задерживайся там! Последние его слова я услышала уже в дверях, с такой скоростью побежала. Не чуя под собой ног, перепрыгивая торчавшие неровные камни на полу, я мчалась по коридорам, огибая встречных прохожих. Капюшон давно слетел, а волосы мои разметались по плечам. Но я так спешила увидеться с мамой, что не думала об этом. Кухня, расположенная в подвальном этаже, оказалась совсем небольшой. Там трудилось несколько обычных женщин, в том числе и моя мама. Сгорбившись, она сидела на низкой скамье и чистила лук. Я подбежала и обняла ее. Сначала испугавшись, она охнула и тут же растроганно запричитала: – Как же я рада видеть тебя живой  и невредимой! Доченька! Несколько минут мы не могли наговориться. Я узнала, что маму отпустили почти сразу, но велели приходить и отмечаться. А позже предложили работу. – Мне платят здесь, представляешь? – с восторгом рассказывала женщина. – Сестра в порядке и дома все хорошо! – Мама, – счастливо вздыхала я, держа ее за руки. – А что здесь делаешь ты? – внезапно спросила она, настороженно оглядываясь, чтобы нас не услышали. – Сколько бы я ни выясняла, мне не говорили, где ты! Просто объяснили, что если я буду помалкивать, ты останешься жива и здорова. Я думала, ты в тюрьме! – Нет, я вдоволь ем и сплю на хорошей кровати. И помогаю инквизиторам, – прошептала я, но мама испуганно ахнула. – Как же так? Я тихонько отодвинула кружево и оголила шею, показывая магический ошейник. Мама ахнула снова. – Мне приходится, – прошептала я. – Помогаю находить магию. – Не может быть, – не поверила она. Вздохнув, я подумала о том, что тоже бы не поверила, что буду помогать самым опасным врагам ведьм. – Но я даже рада этому, – ответила я и попыталась улыбнуться. – Знаешь, я спасла двух рабочих и одну девушку-горничную! – Правда? – удивилась мама. – Конечно! – постаралась убедительно кивнуть. Отчасти это было правдой, но больше я старалась ради маминого спокойствия. Пусть думает, что я  довольна. Незачем ей переживать. А тут, выходит, ей даже работу предоставили. Внезапно пожилая женщина нахмурилась. – Марьяна, будь осторожна, – сказала она еще тише. – Я стараюсь, да и Верховный Инквизитор ценит меня. – Это еще хуже, – помрачнела мама. – Почему? Она огляделась, затем прошептала мне прямо в ухо: – Со мной связались из Ковена. – Что? – изумленно воскликнула я. – Как? – Попросили передать дочке кое-что на словах. – Ты запомнила, что это было? – Да. Верховная ведьма пообещала помочь тебе и завершить обряд. А еще велела помнить клятву. Знаешь, о чем она? Я вспомнила, как все происходило той ночью. Я и правда поклялась  выполнить ее приказ, когда она скажет. Неужели пришло время? – Нет, не знаю. – Странно, еще сказали, что она сама с тобой встретится. Так что будь готова. – Когда и где? – испуганно спросила я. Но больше мама ничего не знала. Мы попрощались, и я вернулась в кабинет Микаэля. Мужчина встретил меня, недовольно нахмурив брови. Он быстро оказался рядом и прикрыл мне голову капюшоном: – Я уже говорил тебе! Рыжие волосы здесь – первый признак ведьм! Дерзко вскинув подбородок, я ответила: – Это моя природа, моя сущность! А вы пользуетесь моими силами! Так что плохого в моем цвете волос? Раздраженно махнув рукой, Микаэль перевел тему: – Кстати, ничего не хочешь мне сказать? Как говорится, ложка дорога к обеду, а раскаяние на дознании? Бронзовые глаза инквизитора внимательно смотрели в мои, будто он знал, что именно сообщила мне мама, и сейчас проверял, расскажу я сама или нет? Я похолодела.