Глава 27

Ривенгольд – фамилия того самого барона, дочь которого была подменена в юном возрасте  и совсем недавно погибла, не справившись с ведьмовским даром. В ее случае он стал проклятьем. Именно в поместье барона мы не так давно ездили с Микаэлем.  Я вспомнила бледное мертвое лицо несчастной девушки и поежилась. Выходит, именно ее место я должна занять? Как интересно складывается моя судьба. Мы уже ехали обратно в город в карете вместе с ним. С нами погрузили некоторые травы и воду из источника, чтобы я попробовала сама сварить первое в своей жизни зелье. – С ума сошла? – отчитывал меня Микаэль, сурово сдвинув брови к переносице. – А если бы с той леди что-то случилось? Зачем применяешь магию на людях? Я глянула на него исподлобья. – Это не я. – Ну, конечно! – Правда, не я. Ничего не шептала и никаких заклятий не насылала! – Хочешь сказать, это погода так решила пошутить? Резкий холод, чуть дождь не начался, а теперь снова солнце и на небе ни облачка? Посмотри в окно кареты, увидишь! Я пожала плечами: – Не отвечаю  за погоду. – А если бы она догадалась, что это ты? Что бы ты  в таком случае делала? – мужчина сверкал глазами в своем праведном гневе. Я тоже недовольно хмыкнула: – Уверена, вы бы  тогда сказали, что ее небеса покарали за такой откровенный наряд в храме! И за попытку соблазнения Верховного инквизитора! – Ты вновь дерзишь мне? – еще сильнее нахмурился Микаэль, но, не увидев в моих глазах ни капли раскаянья, проворчал. –  Я слишком добр с тобой! – Ну что вы злитесь? Ведь никто не пострадал, а эта леди в следующий раз будет одеваться согласно ситуации! И вообще, я же сказала, что ничего такого не хотела! Может, это вышло случайно? Инквизитор вздохнул, сложил руки на груди и откинулся на спинку сидений. – Сегодня придет портной, ты его не превратишь в лягушку? Случайно? Я посмотрела на него, с интересом прислушиваясь к его словам: – Не пробовала, не знаю. Может и правда есть такое заклинание… – Стой! Прекрати! – остановил меня Микаэль и тяжело вздохнул, потирая пальцами переносицу. – Придется самому контролировать! Так и вышло. После того как заехали в Отдел и выложили все необходимые ингредиенты для зелья в архиве, мы вернулись в поместье. Меня уже ожидал портной – худощавый мужчина с цепким взглядом. Уверена, он мог бы снимать мерки на глаз, уж очень профессионально он прищурился, оглядывая меня сверху донизу. Но все равно, подойдя ко мне с ленточкой, сам отмерил окружность талии, длину рук и спинку. Микаэль присутствовал рядом, все же приведя в исполнение свои угрозы. Когда портной начал измерять объем моей груди и задержался чуть больше, чем следует, вероятно, в уме считая цифры, мой инквизитор поторопил его: – Вы всех так тщательно измеряете? Или только молодых красивых девушек? На вас жалоб, кстати, не было? Надо бы проверить. Ойкнув, портной отпрыгнул от меня на добрых полтора метра, и оставшиеся мерки записал на глазок. Я с укоризной посмотрела на Микаэля, тот как ни в чем не бывало продолжил стоять с грозным видом, сурово сдвинув брови к переносице. Позже, когда портной уехал, пообещав в срок сшить все необходимые мне наряды, я спросила инквизитора: – Для чего мне изображать из себя баронессу? Мы находились в одной из роскошных гостиных поместья, и в отсутствие слуг можно было говорить свободно. – Не баронессу, а дочь барона, – поправил меня Микаэль. – Дочери не наследуют титул отца, но получают титул мужа. Чтобы дочке барона стать баронессой, надо выйти замуж за другого барона. Если же она выйдет замуж за графа, то станет графиней. Я встряхнула волосами, день был долгий, а слушать про хитрые правила передачи титулов по наследству не хотелось. Все равно это ко мне никак не относится. Лучше узнать то, что мне действительно интересно. Я забросала мужчину вопросами: – То есть, временно я буду называться дочкой барона Ривенгольд? Зачем? Он знает? А его супруга согласна? А как, если сама дочь мертва? Теперь уже Микаэль встряхнул головой и поморщился, проговорил: – Погоди, погоди, не части. Давай по порядку, – он прошел к роскошному креслу с резными ручками, и сел. – Барон об этом знает и согласен. Смерть его дочери скрыли, по официальной версии, она болела, поэтому не показывалась на балах и приемах. Баронесса- мать отправилась в паломничество по святым местам в сопровождении тетушек и экономок, поэтому вернется нескоро. Следовательно, ты легко можешь изображать из себя их дочь. – А разве никого не удивит, что я живу в вашем доме и помогаю вам в расследованиях? – Нет, – уверенно ответил Микаэль. – Разве аристократки могут таким заниматься? – Я же могу. Почему тебе нельзя? – Ну, все же… – Марьяна, это нужно для того, чтобы ты могла посещать со мной любые приемы, балы, поместья и даже королевский замок. А также чтобы никто тебя не смел останавливать или допрашивать! Зато ты сможешь за всем наблюдать и задавать вопросы кому угодно. – Не думаю, что ваши аристократы будут искренни со мной. Вы видели, как та леди посмотрела на меня? – вспомнила я неприятную незнакомку возле храма. – Как будто такая особа ответит хоть на один из моих возможных вопросов. Да она даже разговаривать со мной не будет! Я вспомнила, как скривилось лицо той леди, когда, объявив меня дочкой барона, Микаэль взял под руку и повел прочь к нашей карете. Казалось, лицо той незнакомки треснет от злости, так недовольна она была! – С тобой будет! Особенно после того, что я сделаю, – загадочно сказал Микаэль и с таинственной полуулыбкой окинул меня довольным взглядом. О, если бы я знала, что он задумал, в тот же день бы сбежала от этого кошмара. Но западня затягивалась, а с ней и я все больше и больше зависела от Верховного инквизитора. – Кстати, совсем скоро ты отправишься со мной на королевский бал, – как бы, между прочим, добавил Микаэль, затем встал с кресла и отправился в свою спальню, больше даже не взглянув на меня. Я же поплелась в свою комнату, обдумывать, что же он все-таки затеял?