Глава 4

Тимур

Я сижу в кожаном кресле перед камином, держу в руке стакан чистого дорогого виски. Настя девственница. Редкая удача, когда студентка-девственница сама выдала себя и теперь принадлежит мне. Свой первый раз она запомнит надолго. И ей ещё нужно много практики, чтобы делать минет как следует.

Огонь в камине трещит, искры. Мысли разгораются. Девушка лишила меня приличного куша, клуб потерпел убытки. Она опозорила меня перед коллегами и нанесла урон репутации. Какая-то никчёмная студентка, никто! Я кидаю стакан в камин, алкоголь устраивает шоу, превращая ленивые языки пламени в яркую вспышку ненависти.

Я поднялся в спальню и резко ударил в дверь. Настя сидит на полу и всхлипывает. Терпеть не могу нытьё!

— Встала, — говорю я. — Сергей, — киваю охраннику, дежурившему у двери, — проводи гостью туда, где ей самое место. И объясни, что к чему.

Сергей молча проходит в комнату и хватает Настю за локоть.

— Хватит ломать комедию, — сквозь зубы цедит он и силком вытаскивает её из комнаты.

— Куда меня тащат, что вы хотите со мной сделать?

Я молча разворачиваюсь и спускаюсь по лестнице.

— Не убивайте меня, я никому ничего не скажу!

— Закрой рот, дура, что ты несёшь? — Сергей встряхнул её.

— На ноги встань, не собираюсь тебя таскать на себе. Пошла!

Настя покорно спускается по ступенькам, спотыкается и шмыгает носом. Сергей подталкивает её в спину. Они спускаются на первый этаж, девушка думает, что это всё, но охранник толкает её ниже к ещё одной лестнице.

— Что… куда… в подвал?!

— Делай, что говорят, пошла!

Сергей снова толкает её, и Настя покорно спускается ниже. В отличие от главной мраморной лестницы ступени в подвал были выдолблены из камня, неровного и грубого.

— Снимай обувь, — командует Сергей.

— Что? — Настя боится и трясётся, но не забывает задавать глупые вопросы. Я стою и смотрю на эту картину, приподняв уголки губ в полуулыбке.

— Снимай. Свою. Обувь. — Девушка неуверенно стащила туфли, и Сергей пнул их ногой в противоположную сторону. — Дальше иди.

Девушка опустила ногу на камень.

— Ой! Холодно…

— Давай, иди! Я начинаю терять терпение. Я тебя пну один раз, сразу внизу окажешься. Разобьёшь башку — там и сдохнешь. С крысами, — угрожает Серёга и хрипло смеётся. Настя бросает взгляд на меня, видимо ищет поддержки. Бедняжка до сих пор не поняла, куда попала.

— Я непонятно объясняю?

Осознавая, что ей ничего не светит, она подчиняется и идёт вниз по ледяному камню, осторожно ступая босыми ногами. Сергей и Настя скрылись в темноте подвала, лестница ведёт на этаж вниз, а наблюдать за этой «процессией» я не собираюсь. Беру необходимые документы, смартфон, вызываю шофёра и еду обратно в клуб. По пути набираю номер Сергея.

— Ты за неё отвечаешь головой, понял? Если девушка сбежит или выкинет что-нибудь, то у тебя будут проблемы.

— Да, босс.

— Ты объяснил нашей пленнице, что к чему?

— Да. Объяснил.

— Отлично.

***

В кабинете напряжённая тишина. Напротив меня сидят двое мужчин. Один из них, со шрамом на щеке, закинув ногу на ногу, высокомерно смотрит на меня. Выбить бы ему зубы, чтобы белоснежная улыбка стала с пробоинами.

— Видишь ли, Тимур, это последствия ночного происшествия. Ты поступил с нами, твоими партнёрами, неэтично. Полиция, разборки, шумиха в прессе — мы так не договаривались, — говорит он.

— Это недоразумение, — холодно отвечаю я. — Мы все бизнесмены, и форс мажоры — неотъемлемая часть нашей работы. Это баланс.

— Да, в этом ты абсолютно прав. Но! Твой форс мажор касается не только тебя.

Мужик поворачивается к тому, кто сидит рядом. Смазливый парень с зачёсанными назад волосами.

— Филипп, он же угрожал тебе пистолетом? — спрашивает с заботой в голосе.

— Да, — с удовлетворением отвечает сын и берет с моего стола сигару из упаковки.

— Пожалуйста, — киваю я.

— Вежливость прежде всего, — отмечает мужик.

— Хватит разыгрывать спектакль, — наконец говорю я. — Мы все здесь знаем, зачем этот визит. Если я и угрожал твоему сыну, Игнат, то он это заслужил. Он не умеет вести дела.

В кабинете воцаряется мёртвая тишина, которую сразу же нарушает плевок Филиппа. Он откусил от сигары кусок и выплюнул на пол, после этого нагло посмотрел мне в глаза. Игнат медленно встал и опёрся руками о стол.

— Забыл, как начинался твой бизнес… Тебе напомнить?

Я остаюсь сидеть расслабленно в кресле и смотреть в упор на него.

— Ты не будешь так разговаривать со мной в моём кабинете, — говорю ледяным тоном, и мои охранники уже тянут руки к кобурам с пистолетом.

— Преподай ему урок, па, он слишком болтливый.

Игнат скривил губы в злобной ухмылке.

— Ты хочешь сказать, что здесь я не имею прав? Тогда встретимся на моей территории и поговорим. По душам. У тебя есть три дня, чтобы достать деньги.

Игнат смотрел на меня в упор, и я держал этот взгляд, пока он первый не отвернулся. Я выиграл. Снова. Ну, мой собеседник уже седеет, лицо покрывают морщины. Куда ты лезешь, старик…

Мужик развернулся и пошёл к двери. Филипп всё ещё дымил сигарой в моем кресле.

— Па, и что, это всё, ты даже ему не врежешь?

— Сюда иди, клоун, — цедит Игнат сквозь зубы. — Двадцать шесть лет, мозгов как у пятилетнего.

— Какие будут распоряжения, босс? — спрашивает Гена.

— Позвони Сергею, скажи, чтобы предупредил Анастасию, что ей придётся отрабатывать всё до последней копейки. Пятьсот тысяч.

— Девка умрёт от радости.

— Меня этот вопрос мало волнует. Столько будет стоить её честь и достоинство. Личность. Жизнь.