Глава 5

Настя

В подвал!

Мы что, в девяностых?! Кто сейчас так делает?

Но придётся признаться, что напугали меня до чёртиков. Сижу на матрасе обняв колени и не перестаю плакать. Хочу домой, в свою старую квартиру в том ужасном районе. Мечтаю спрятаться под одеялом и уснуть, и чтобы это всё оказалось плохим сном.

— Советую не рыпаться и меньше болтать, — сказал один из преданных псов человека, который принёс меня сюда. — Босс жестокий человек, он разучился прощать, так что выполняй приказы молча.

— Что это значит?

— То и значит. Он не всегда был таким… блять! Не задавай вопросов, — прорычал он, развернулся и выругался себе под нос. Потом амбал ушёл, оставив меня тут.

«Разучился»

«Не всегда был таким»

Слабо верится: один только его взгляд заставляет меня ёжиться и хотеть спрятаться. А его тон… нет, не верю. Этот человек, наверное, может убить и глазом не моргнув. Ненавижу его. Как можно так обращаться с живым человеком? С тем, кто слабее? А то, что он заставил меня делать …это ни в какие рамки. Что я там говорила? Был приятно трогать его плоть, нравилось, что я делала? Как я так могла подумать? Наваждение какое-то. А может его «свободна» послужило причиной …нет. Этот человек и не человек вовсе. Глаза начало щипать и я взорвалась диким плачем.

Легла на этот матрас, свернулась в позе эмбриона и попыталась успокоиться. Зачем я только пошла в этот клуб?! Всё Катя с её помолвкой, почему нельзя было отпраздновать в какой-нибудь кафешке? Тортик, сок, и разошлись по домам. Обязательно было ехать в это пафосное место, где посетителям пистолетом угрожают?!

Боже! Пусть это всё закончится, я домой хочу. Меня никто и искать не будет, разве только Ирка. Но и она наверняка подумает не то, что нужно.

«Хочу такого чтоб пришёл, взял и сказал: ты моя, и на этом всё!» — говорила она постоянно.

Но такое и ей бы не понравилось, хотя… она бы сама отдалась ему без вопросов. Нет, я люблю свою подругу, но мне никогда не нравились её распущенность и охота за деньгами. Меня бабушка по-другому учила, всегда говорила, что от мужчин ничего хорошего не стоит ждать. И всё из-за моего отца, который бросил маму, как только узнал, что она беременна мною.

Я её не знала: она умерла, когда родила меня. Но бабушка говорила, что я её копия, такая же красивая и наивная. Никогда не разрешала гулять допоздна и заставляла учиться. Я очень её любила: она была моим единственным родным человеком.

Жили мы, конечно, скромно, в двухкомнатной квартире разваливающегося дома. Но нам хватало на всё, и мы были благодарны за то, что имеем. После школы я поступила в художественную академию на бюджет. Бабушка очень гордилась мною, но моё отсутствие сказалась на её здоровье, и полгода назад она покинула этот мир.

Дом, в котором мы жили, собирались снести, и жителям выдали мизерную сумму денег. Некоторые молча взяли и уехали, кто-то возмущался и грозился судом. Я была в числе первых: вернулась в столицу на учёбу, взяв из квартиры немного вещей. Деньги закинула на карту — пусть будут на чёрный день.

Ну и кто меня искать будет? Преподаватель Алексей Петрович разве что, спросит у одногруппников, куда я пропала. Больше никто и не заметит. Боже, меня же отчислят, если я не буду ходить на лекции. Я ведь только половину пути прошла, три года выброшу псу под хвост.

И из библиотеки выгонят: кому нужен сотрудник, который не появляется на работе?! А я люблю свою работу, потому что книги — моё всё. Устроиться в библиотеке академии было для меня большой удачей! Я не могу без книжек, без того мира, в который погружаешься и забываешь на время о суровой реальности. Плюс всегда под рукой нужные учебники.

Слёзы вновь полились по щекам: если меня убьют, то никто и знать об этом не будет. Что я сделала не так? Почему, когда ты кому-то помогаешь, тебе отплачивают вот таким образом?

В подвале холодно и сыро, я уже дрожу как лист на ветру, зуб на зуб не попадает. Изверги, как так можно с живым человеком?

Дверь в подвал открылась, пропуская немного света внутрь. Послышались тяжёлые шаги, а потом голос Сергея.

— Вставай, — пнул матрас, и я вздрогнула. — Глухая что ли, — вцепился в моё предплечье и поднял как пушинку на верх. — Я же совет тебе дал, дура. Будь послушной, тебя ждут очень весёлые деньки, — усмехнулся и подтолкнул к лестнице.

Каменный пол, жуть какой холодный, но я семеню вверх по лестнице, чтобы побыстрее выйти из этого подвала. Пытаюсь понять, что значат слова Сергея, что я ещё успела натворить, пока лежала там и плакала?