Глава 42

— Тимур Давидович приказал перенести ваши вещи в его спальню, — в груди приятно щемит, а в глазах плескает радости.

Не значит ли это, что я не просто игрушка на ночь? Однозначно значит. Значит, что я ему не безразлична, не просто девушка, которою он трахнул, а нечто больше. Да, он прошлой ночью твердил, что я его, но в такой момент можно, что угодно утверждать.

С улыбкой до ушей я, мчусь вверх по лестнице, узнав у Елены, что Тимур в своём кабинете. Перед самой дверью глубоко дышу, стараясь успокоить бешено колотящейся сердце. Волнение от встречи с ним, после ночи, сделало ноги ватными, пальцы начали подрагивать, а комок внизу живота наполнился тяжестью.

Неуверенно стучусь, и после грубого «да», толкаю дверь и захожу в кабинет.

— Можно? — дрожащим голосом спрашиваю я.

Тимур поднимает голову и хмурив брови, пару секунд осматривает меня с ног до головы. Я вдруг вспоминаю, что даже не помылась и не переоделась после рисования, а это значит, что я выгляжу как радуга после дождя.

— Заходи, — кивает и я на негнущихся ногах иду к его столу.

— Я…спросить хотела, — прячу глаза, не могу сосредоточиться, когда он смотрит на меня так. — Я там, в гостиной, сегодня рисовала, и…картину нельзя трогать, иначе краски…они…

— Я понял, мне она не мешает, — перебивает он меня и встаёт с кресла, обходит стол и направляется ко мне.

Сердце пускается вскачь, коленки подрагивают, ещё чуть-чуть и я свалюсь на пол. Тимур останавливается в считаных миллиметрах от меня, я чувствую его горячее дыхание, запах его одеколона тут же проникает в кровь, от чего предательское тело мигом реагирует. Соски затвердели и больно упираются в ткани обтягивающего топа под формой.

И зачем именно сегодня я решила не надеть бюстгалтер?!

Между ног разгорается пламя, чувствую, как трусики начинают мокнуть, а внезапные воспоминания о требовательных прикосновениях его рук, о собственнических поцелуях заставляют щёки пылать.

— Я… — пытаюсь что-то сказать, но голос выдаёт моего возбуждения.

— Мне нравится, как ты выглядишь вся в краске, — шепчет своим низким голосом на ухо, и кожа моментально покрывается мурашками.

Грубыми движениями берёт меня в охапку и впивается в мои губы, языком скользит в мой рот переплетая его с моим. Зарывается рукой в мои волосы и стягивает резинку, заставляя их волной спадать на плечи. Шумно дышит и, кажется, я слышу, как часто бьётся его сердце. Обвиваю руками его шею, и он тут же поднимает меня на свои бёдра, ахаю но обнимаю его ногами, прильнув ещё плотнее к его груди.

Через шум в голове слышу, как что-то падает на пол, а потом чувствую, как меня усадили на что-то твёрдое. Его рабочий стол. Тимур отрывается от моих губ, смотрит в глаза. Подчиняет. Клеймит. Одним рывком рвёт на меня верхнюю часть формы, слышу глухие удары пуговиц об ковролин, и вещь летит на пол. За ней и белый топ, выставляя мою груди, с затвердевшими сосками на показ.

Тимур наклоняется, целует требовательно, кусает до крови губы, рычит как зверь. Сжимает до боли грудь, двумя пальцами тянет сосок вырывая из меня стон удовольствия. Толкает, заставляя лечь на прохладную поверхность спиной. Рывком тянет с меня брюки вместе с трусиками, раздвигает мои ноги, чуть опускается и носом втягивает воздух.

— Блять, какой вкусный запах, — рычит он и возвращает своё внимание к моему лицу, что пылает от происходящего. — Я обязательно попробую тебя на вкус, но не сегодня, — с этими словами он расстёгивает свои брюки и выпускает на свет свой пугающих размеров член.

От его вида низ живота горит ярким пламенем. Хочу. Хочу его почувствовать. Хочу, чтобы он заполнил меня им до предела, и трахнул так, чтобы я кричала пока не охриплу.

Тимур опускает руку на мою промежность и проводит пальцем по разбухшему клитору размазывая влагу. Я всхлипываю и выгибаюсь в спине дрожа от удовольствия. Но мне мало, хочу больше, хочу его всего. Не успеваю открыть рот, как он заполняет меня своим естеством до предела. До бликов перед глазами.

Рычит, сжимая мои бёдра до боли, до красных отметинах. Подаюсь на встречу, подзывая к действиям. И они не заставляют себя долго ждать. Тимур начинает двигаться во мне на какой-то нереальной скорость. Скольжу по столу, чувствуя твёрдую поверхность, но это ничего по сравнению с теми ощущениями, что я испытываю.

Исчезает весь мир, оставив только нас двоих в пылу страсть. Парирующих в небесах. Среди звёзд.

Он требовательно целует, мнёт грудь, надавливает не чувствительную горошину между складок. Рычит и трахает. Трахает. Трахает. Резче. Жёстче. Насаживает меня на свой член вырывая из меня крики.

Впиваюсь ногтями в его плечи, сцепляю ноги за его спиной, чтобы почувствовать его ещё ближе, глубже. Толкается во мне по-звериному. Ещё. Ещё. И ещё. Потом резко выходит и ловко поворачивает меня. Заставляет лечь на стол животом, ноющие соски касаются холодной поверхности и это создаёт невероятный контраст.

Шлепок по попе, и я вздрагиваю, но одним толчком он входит в меня сзади. От новых, незнакомых ощущениях я всхлипываю и сжимаю край стола до онемения пальцев.

Комнату заполнили пошлые шлепки наших тел, запах нашего возбуждения, мои стоны и его глухие рыки. Толчки ускоряются, чувствую, как плоть во мне твердеет ещё больше и ладонь Тимура что приземлилась на мою промежность. Надавливает на клитор, я поддаюсь назад, жмурюсь, кричу, и тело пронзает молнией. Низ живота взрывается, а вместе с ним и я. Распадаюсь на миллион осколков. Тону в озере своего экстаза. Теряю связи с реальностью и падаю в бездну.

Прихожу в себя, когда Тимур берёт меня ну руки и садится со мной на диван. Гладит по влажным волосам и целует в лоб.

— Художница, это что за фокусы? — спрашивает он, я открываю глаза и смотрю на его такое красивое лицо. — Что за обмороки?

— Не знаю, — хриплю я. — Не знаю, — повторяю и утыкаюсь носом в его мокрую от пота рубашку.

— Наказание, — чувствую, как он мотает головой.

Не знаю сколько мы так сидим, но мне не хочется ничего. Так уютно как в его объятиях мне никогда не было. Осталась бы жить в этом кабинете вечно, никуда не выходить.

Но Тимур явно не согласен с моими мыслями, он поднимается и усаживает меня на диван, сам же идёт к столу и собирает мои вещи с пола.

— Одевайся, — протягивает мне вещи. — С этого дня ты живёшь в моей комнате, Елена твои вещи перенесла. Иди, я позже буду.

Мне ничего не остаётся, кроме как выполнять. Одеваюсь и спускаюсь на третий этаж. В его…нашей, в нашей спальне уже никого нет. Я радостно беру чистое бельё, пижаму с короткими шортами и иду в ванную комнату. Принимаю душ и ложусь в кровать, но уснуть не удаётся, жду, когда он придёт.

Тимур заходит в комнату через полчаса, сразу идёт в ванную, и через мгновение слышу, как льётся вода. Представляю его накаченное тело под горячими струями воды. Как натягиваются его мышцы при каждом движение.

Хватит!

Хватит вести себя как ненасытная сучка.

Спустя пару минут Тимур выходит из ванной комнаты, и я чувствую, как прогибается матрац рядом со мной под его весом. А потом и его руки на своём теле.

— Это что? — недовольным голосом спрашивает он, сжимая в руке ткани верха от пижамы. — Снимай! — приказывает требовательным голосом, и я снимаю. — Всё снимай, — смотрю на его лицо освещаемым только льющимся лунным светом из окна, и понимаю, что выбора у меня нет.

Но так ли это плохо, что мой мужчина хочет, чтобы я спала с ним абсолютно голой? Нет, это совсем не плохо.

Как только я сняла с себя всё, Тимур обнял меня за талью и притянул к своему твёрдому торсу. Почувствовала горячую, ничем не прикрытую плоть, что упирается мне между ног и моментально бросило в жар.

Наслаждалась его присутствием, тем, что я сплю с ним в одной кровать, его мужским запахом и хотелось расплакаться от счастья. Прильнула к его груди и отдалась в лапы Морфея, под мирным сопением моего мужчины. Он ведь мой?!