Глава 54

Настя

Не могу сказать, что моя жизнь стала идеальной. Тимур стал раздражительным, беспокойным, у него явно проблемы, и эти проблемы в каком-то смысле из-за меня. Знаю, что он старательно ищет Сергея, хотя я уже его простила. Мне не нужна месть или что-то в этом роде. Я понимаю его поступок, нет, не оправдываю его, но понимаю. У него появились чувства ко мне, а я на них ответить не могла, потому что моё сердце отдано другому окончательно и бесповоротно.

С трудом решилась выходить за пределы нашего дома, всё ещё вздрагивая при любом звуке или шорохе. Ночами просыпалась от кошмаров, а Тимур успокаивал меня. Провожу время в комнате, где он приказал оборудовать всё для меня. Студия, где я храню все принадлежности для рисования. Она на последнем этаже, и оттуда открывается невероятный вид на сад и закат.

Мои попытки отвлечь его от работы, поисков, снять напряжение не всегда удачны, но я на него не злюсь, знаю, что ночью он возместит вдвойне. И наши ночи не остались без последствий: я беременна.

Тимуру ещё не сказала, не знаю, как преподнести ему эту новость, и какая у него будет реакция. Мы никогда не касались этой темы, я не знаю, хочет ли он детей. Но он никогда не заботился о предохранении, и он взрослый человек, значит, понимает, что от занятий любовью бывают дети. Всё не было подходящего момента, чтобы поговорить об этом.

И сейчас, когда я вышла из своей студии на крик Елены и увидела происходящее в доме, проскользнула мысль, что такой момент и не появится.

— Вот она, схватить немедленно! — кричит неприятный голос, я бегу обратно в студию и закрываюсь на ключ.

Страх огромным комом поднялся к горлу, закрывая доступ кислороду, сердце забилось в бешеном ритме, в голове каша, а перед глазами пелена слёз. Ищу телефон и трясущимися руками набираю Тимура, попадаю не сразу, а когда, наконец, получается набрать номер, на том конце раздаётся голос девушки, который оповещает меня: «абонент недоступен».

Громкий стук в дверь пугает до икоты, и я забиваюсь в самый дальний угол, не преставая звонить Тимуру, задыхаясь от слёз. Смотрю, как ещё чуть-чуть, и она слетит с петель, инстинктивно обнимаю живот, пытаясь защитить кроху под сердцем.

Осматриваю комнату в поисках предметов, которые могут послужить защитой, но тщетно. Кроме красок, мольберта и разных мелких предметов, ничего нет. Глаз цепляется за незаконченный портрет Тимура, и новая порция слёз застилает взор.

Я так и не успела его дорисовать, показать Тимуру, как вижу его я. Не успела сказать про ребёнка. Нашего ребёнка. А успеет ли он вернутся?! А если его… Нет-нет, и думать не хочу. Нельзя так думать. Мысли материальны, ведь так говорят. Он сказал, что вернётся через два часа, что едет на встречу. Люди, что ворвались в дом, просто подловили момент, а с Тимуром всё хорошо. Он жив, и наверняка уже возвращается домой.

— Мы всё равно тебя достанем, сучка, — раздаётся голос по ту сторону двери и после противный смех.

Господи!

Помоги, если не ради меня, если не заслужила, то ради ребёнка, он ещё такой крошечный, ему жить надо. Пожалуйста, ради него.

— Вы что, чёртову дверь открыть не можете?! Идиоты, — недовольно произнёс мужчина.

Выстрел, и замок ломается, а куски дерева разлетаются по комнате. Я вскрикнула и закрыла уши, и тут меня схватили за руку и резким движением подняли на ноги. Голова закружилась, к горлу подступила тошнота, но я постаралась подавить её.

— Ну привет, Тимуровская подстилка, — мерзко улыбается мужчина и припечатывает меня к своей груди. — Пойдём-ка, развлечёмся с тобой, — тянет меня за собой вниз под довольными взглядами двух других бандюганов.

— Не трогай её, — слышу сдавленный голос Елены, смотрю в ту сторону и вижу её на полу возле стены с кровоточащей раной в животе.

— Закрой рот, иначе придётся его тебе закрыть чем-то другим, — мужчина, толкает меня, и я падаю рядом с Еленой. — Что по периметру? — спрашивает он своих псов.

— Как ты? — спрашиваю Елену и смотрю на рану: выглядит не очень.

— Нормально, — врёт она с улыбкой. — Вы не ранены? — взглядом оценивает моё тело на предмет ранения.

— Нет, — мотаю головой и вытираю слёзы со щёк. — Наша охрана? — задаю вопрос, не надеясь ни на что.

Елена отрицательно качает головой и смотрит на меня виноватым взглядом.

— Простите, — дрогнувшим голос говорит она. — Простите, что не сумела вас защитить, что подвела вас и вашего будущего ребёнка, — удивлённо смотрю на неё.

— Откуда вы знаете? — шёпотом спрашиваю я.

— Аппетит у вас вырос, и…

— Рты закрыли! — рявкнул один из мужчин, тот, кто притащил меня сюда, он, как я поняла, их главный.

Они вышли, оставив одного смотреть за нами. Елена шепнула мне так, чтобы этот амбал не заметил, чтобы я не волновалась, что нас обязательно спасут. Понимаю, что она так пытается меня взбодрить, но по её глазам вижу: сама в этом не уверена.

Через какое-то время мужчина вернулся, присел на корточки передо мной, почесал висок пистолетом, и я подтянула ноги к груди.

— Ну что, развлечёмся?