- То есть вы взяли ассистенткой для изготовления сложного зелья необразованную женщину, к тому же из другого мира? – герцог строго смотрел на Мадлен. – Зачем вам вообще это потребовалось?

- Я хотела ей помочь, исцелить ее шрам. В библиотеке академии мне удалось найти нужный рецепт, но для изготовления нужно было участие Марии в процессе.

- Подожди, Верм. – в разговор вмешался принц, мне показалось, что он смеется. – Ты хочешь сказать, что это – Медведева?

Странно… Неужели, меня можно не узнать? Или зелье и магия все же подействовали?

 Я посмотрела на Мадлен и до меня начало доходить… Подруга была черной. Копоть ровным слоем покрывала все открытые участки кожи, делая ее угольно-черной, словно девушка только что поднялась из шахты, где провела в забое неделю, добывая уголь для великой державы. К тому же, некогда убранные в тугой пучок волосы, растрепались, и сейчас прическа леди напоминала взрыв на макаронной фабрике.

- Что за зелье? Вы сможете восстановить рецепт и последовательность? – Мадлен кивнула. – Тогда я приглашаю вас в замок, для подробного выяснения обстоятельств.

«Приглашаю» из уст герцога прозвучало как-то угрожающе. Фигура мужчины подернулась туманом, и вот перед нами опять стоял огромный черный энфир, одновременно завораживающий и опасный, как полет над бездной. Чудовище взмахнуло крыльями, поднимая в воздух гибкое изящное тело, покрытое черной броней. Мгновение - и сильные пальцы когтистой лапы сомкнулись на моей талии, слегка сдавили ребра, не больно, но неприятно. Еще один взмах крыльями поднял нас в воздух.

- Арманд, захватишь леди Гилворт. – прогремел почти над ухом знакомый голос.

Я смотрела вниз, на удаляющуюся террасу – остатки разрушенной лаборатории, где принц уже приняв обличие энфира расправлял крылья для полета. Я напрягла мышцы шеи, пытаясь приподнять голову для лучшего обзора.

Черной стала не только подруга… Все близлежащие особняки покрыла черная копоть. Да что там говорить! Черными стали даже булыжники мостовой, редкие деревья, кони и экипажи, которым не повезло оказаться недалеко от эпицентра. А из разбитых окон домов энфиров провожали взглядом черные закопченные горожане… Неудобно-то как получилось!

Раньше я не раз видела в кино как дракон уносит в лапах принцессу, как красиво она смотрится в лапах чудовища, ее волосы развиваются на ветру, руки раскинуты в стороны, лицо обращено вверх к похитителю, ноги параллельны земле… Как в аэротрубе. Ага. Ничего в этом полете нет романтичного! Чтобы убедиться, достаточно поставить в центр комнаты табурет, лечь на него спиной так, чтобы табурет был под поясницей и попробовать продержаться минут пять, раскинув руки и ноги. Чтобы эксперимент удался, нужно быть чемпионом по бодибилдингу.

Уже через пару минут я была безмерно благодарна герцогу за то, что он нес меня в лапах лицом вниз. Это позволило мне просто обвиснуть безвольной тряпочкой, когда сил сохранять тело в приличном положении уже не осталось. Длинные жесткие пальцы впивались под ребра (на коже точно появятся синяки от стальной хватки!), голова болталась из стороны в сторону. Меня начинало мутить. Боа на окрестные рощицы я не положила лишь потому, что завтрак был съеден очень давно, а обед мы с Мадлен благополучно пропустили.

Еще одним благом оказалось близкое к городу положение герцогского замка. У меня голова была готова оторваться от шеи! Проболтаться почти пол часа в воздухе под сильными порывами ветра – это не просто выдержать.

Герцог опустился на ровную площадку на самой высокой башне и поставил меня на ноги. Я тут же села на каменные плиты, потому что ноги меня держать отказывались, а голова кружилась как после литра мартини, я даже не заметила, как приземлившийся принц поставил рядом со мной Мадлен.

- Пройдемте в лабораторию. – приказал сменивший ипостась герцог, указывая рукой на лестницу, ведущую вниз.

С легким удивлением я заметила, как принц Арманд подал руку Мадлен, и они начали спускаться. Мне подавать руку никто не собирался, поэтому я попыталась встать на ноги самостоятельно. Удалось мне это только со второй попытке, но шатало меня как после шторма или знатной вечеринки с батутами, поэтому, сделав несколько зигзагов по крыше, я ухватилась за первую попавшуюся вертикальную опору, которой оказался герцог Кабо.

- Мы так никогда не дойдем до места! – вздохнул мужчина, подхватывая меня на руки.

Путь в лаборатории был удивителен… для всех обитателей замка, которые попадались нам на пути. Если строгого, но справедливого герцога просто боялись и уважали, то пре виде меня в его объятьях, ойкали и непроизвольно осеняли себя знамением Великой Проматери. А лаборатории находились в подвалах.

В хорошо освещенном помещении около усаженной в кресло леди Мадлен Гилворт под чутким присмотром Его Высочества уже крутились Кроули и Клаус, беря материал для анализов.

- Вот! – произнес герцог, усаживая меня в кресло. – Еще один пациент.

- Опять! – воскликнул Кроули и побледнел еще сильнее. Но под тяжелым взглядом герцога достал приборы и мензурки и начал осторожно приближаться ко мне.

- Ей-ей, уволюсь и пойду искать должность в академии. – тихо бормотал он себе под нос, беря соскобы у меня из-под ногтей. – Пусть там платят гораздо меньше, да и статус будет не тот…

- Это в столичной академии? – спросила я у бледного. – Всегда мечтала там побывать! Мадлен тоже хочет там преподавать.

- И-и-и… - сдавленно пискнул Кроули, скорчив гримасу, как после самого кислого лимона.

- Надеюсь все? – уточнил герцог у своих «научных сотрудников». – Тогда приступайте к исследованиям. Вечером мне нужен результат. Теперь вы, леди Гилворт!

Он строго посмотрел на перепачканную Мадлен и приступил к допросу. Надо отдать должное подруге, память у нее просто отменная! Она полностью восстановила не только сгоревший рецепт, но и подробный ход эксперимента. Меня спрашивали лишь пару раз. В основном герцога интересовали мои ощущения после вдыхания порошка и, что странно, самочувствие после взрыва. Мне даже показалось, что он переживает за меня.

- Что ж. – герцог Кабо устало потер переносицу подводя итог. – Последствия взрыва вам придется устранить, выплатить компенсацию за выбитые стекла, а также не проводить экспериментов без усиленного блокирующего контура. Надеюсь вы поняли, леди Гилворт!

Мадлен кивнула. Надо же! Мне не верилось, что мы так легко отделались. Герцог рассудил вполне по справедливости.

- Теперь вы. – он взглянул на меня как-то… умоляюще? – Сколько раз я просил вас быть осторожней? Вы не маг и очень уязвимы… - голос мужчины был непривычно мягок, меня уговаривали, как непослушного ребенка. – Мария, я попрошу вас не пытаться избавится от шрама, или что-то еще с собой делать. Как бы вам объяснить попонятней... – он замялся, пытаясь подобрать слова, а я не верила своим ушам. Он впервые обратился ко мне по имени! – Вас призвал первозданный Ливрониум. И раз вы появились здесь в таком виде – значит это нужно. Пусть мы и не можем пока понять зачем.

- Думаю, девушки устали и проголодались. – перебил дядю Арманд. – Им нужно привести себя в порядок.

- Ты прав. – герцог нажал кристалл вызова и в лабораторию заглянул дворецкий. – Проводи леди в гостевые покои и распорядись выделить им горничных и подобрать сменное платье. Вам будет достаточно часа? – обратился он уже к нам и, получив утвердительный кивок, добавил. – Тогда мы ждем вас через час в моем кабинете.

Дворецкий поклонился мужчинам и жестом пригласил нас следовать за собой. Путь в готовые гостевые покои был не слишком долгий. Пожилой дворецкий указал нам на двери, сказав, что пришлет горничных.

Надо отдать должное, почти сразу в мою дверь постучали, и после разрешения войти, я увидела девушку в серой форме. Горничная вскрикнула при моем виде и быстро осенила себя знаком Великой Проматери, но быстро спохватившись, скромно потупилась.

- Простите меня, госпожа. – она прошла в смежную комнату, оказавшуюся ванной. – Я приготовлю вам ванну. Чистые полотенца и халаты здесь. – девушка споро набирала в ванну теплую воду, расставляла на столике у ванны пузырьки с шампунями и притирками, раскладывала чистые полотенца.

- Я принесу вам чистое платье. – откланявшись, она быстро вышла за дверь.

- Подожди. – я бросилась следом, понимая, что надо попросить еще накидку с капюшоном, но в коридоре меня ждал сюрприз.

- Маша! Маша-Маша-Маша! – сбил меня желтый вихрь, состоявший из Мурки и Гамлета. – Маша пришел! Играть? Играть! – и он начал нарезать круги вокруг меня.

- Маша? – раздался знакомый детский голос. У лестницы в нерешительности застыла Эванджелина.

- Не знаю… - я пожала плечами и попыталась улыбнуться. – По крайней мере, утром это еще была я. А потом все как взорвалось!

Девочка удивленно округлила глаза, а потом рассмеялась.

- Ты пришла в гости? Наконец-то! – и на побежала ко мне.

- Погоди-погоди! – остановила я ребенка. – Мне нужно умыться, а то боюсь тебя испачкать. Подождешь меня в комнате?

Эви кивнула и вместе с Гамлетом и Муркой вошла в отведенную мне комнату и влезла на кровать. Я направилась снова в ванную, но тут заметила в комнате еще одного человека, которого здесь в принципе быть не должно. Из угла на меня смотрела рабыня-негритянка в изорванном платье и с всклокоченными черными патлами вместо волос…

- Что вы здесь делаете? – спросила я женщину. Она держалась прямо и вызывающе. – Немедленно, покиньте эту комнату!

Я направилась в сторону непрошенной гостьи, а она приближалось ко мне не менее решительно. В какой-то момент я чуть не споткнулась, осознание реальности накрыло меня, как ушат ледяной воды. Это было…

- Это что, зеркало? – спросила я притихшую Эванджелину. Девочка кивнула, с трудом сдерживая смех. – Я что, черная?

На кровати прыснули. Смеялись все. Мне показалось, что в этом веселье участвовала даже всегда спокойная Мурка. Эви начала прыгать на кровати и подбрасывать вверх маленькие декоративные подушки, к ее веселью присоединился Гамлет.

- В черном-черном городе!

  На черной-черной-улице!

  Черный-черный трубочист…

Доносилось с кровати. Я вздохнула, закатывая глаза к потолку, и захлопнула за собой дверь в ванную.

Времени на купание у меня было в обрез. Поэтому я быстро сбросила с себя лохмотья, которые еще утром были моим любимым платьем, которое Сташа специально заказала для меня у мадам Попю, и залезла в ароматную воду. Волосы я отмывала долго, промывала их три раза шампунем, а потом наложила густой слой маски. После того, как я помыла тело на первый раз, и вода и губка стали черными. Пришлось выдергивать пробку и ждать, пока стечет вся грязь. Чистая вода набиралась медленно, или просто мне так казалось из-за спешки, поэтому я набрала лишь пол ванны, чтобы смыть остатки сажи и прополоскать волосы. Волосы после применения маски распутались, стали мягкими и шелковистыми.

- Что это за убогость? – послышался из комнаты голос Эванджелины. – Коричневый? Фи! Принеси другое платье. Думаю, Маше больше пойдет бордовый или вишнево-красный бархат!

- Да, Ваше Высочество. – робко согласилась служанка.

Я поспешила просушить волосы, замотать их свежим полотенцем, и, накинув халат, поспешила в спальню, где на кровати меня дожидалась банда.

Эви уже напрыгалась и просто лежала на кровати, подперев голову руками, Гамлет припирался с Муркой, которая просто шипела на него и пыталась достать когтистой лапой.

- Все собачитесь? – спросила я животное.

- Почему собачимся? – поднял уши Гамлет. – Это все Мурка! Шипит. Мешать мне. Я спать – она нет. Я гулять – она лежать. Она лезть на дерево и спать там, я падать.

- Вы так и не обращаетесь полностью?

Мурка злобно сверкнула глазами на свою вторую половинку.

- Я ей не доверять. Она захватит контроль и будет мной вертеть!

- А она, похоже, то же самое думает о тебе. И как быть? Герцог соединил вас, чтобы сделать сильней. Ты быстрей, можешь плавать, разговаривать и выслеживать добычу по запаху. Мурка ночной охотник, она лазает по деревьям, прекрасно прыгает и видит в темноте. Если вы начнете доверять друг другу, научитесь чувствовать и договариваться, давать полную свободу друг ругу, то станете сильней. Это решит все проблемы. Попробуй ей уступить, Гамлет.

- Что я? Вдруг она обманет?

- Я же здесь. Я попрошу ее дать тебе тоже волю. Вам нужно начинать договариваться.

- Хорошо. – сказал дог и положил на мои колени огромную голову с желтыми подпалинами. Пес прикрыл глаза, расслабился и подернулся дымкой. Через пару мгновений рядом со мной на кровати лежала большая желтая пума.

- Ничего себе! – тихо прошептала принцесса. Ее глаза горели от восхищения, рассматривая дикое животное.

Мурка перевернулась на спину, подставила светлый теплый живот для ласки и замурчала, хитро прищурив янтарные глаза. Я запустила пальцы в теплый густой мех, ощущая вибрацию «моторчика», погладила кысю, почесала под подбородком. Пума, занимающая добрую половину кровати, балдела, раскинув лапы в сторону.

- А мне можно? – спросила Эванджелина.

- Конечно! Подкатывайся под бочок.

Эви приблизилась к кошке и начала гладить желтоватый мех, сперва осторожно, нерешительно, потом смелее, то прокладывая пальчиками канавки в меху, то выравнивая ладошкой волосок к волоску. Вконец осмелев, девочка чесала пуму за ухом и даже чмокнула в широкий лоб.

Идиллию нарушил сдавленный писк появившейся горничной. Она округлила глаза, выронила из рук темно-красное платье и выбежала назад в коридор.

- Помогите! – раздалось из-за закрывшейся двери. – Там дикий зверь-людоед! Он съест принцессу!

Эви заливисто рассмеялась, Мурка перекатилась на живот, подставляя девочке под ладошку широкий лоб. «Погладь, а?» - щурились янтарные кошачьи глаза.

«Время!» - я взглянула на брошенное на пол платье. Надо переодеться. Нехорошо заставлять ждать принца и… герцога. Подхватила красные одежды и направилась в ванную.

Платье оказалось мягким, удобным и пришлось мне впору. Эванджелина была права – этот цвет мне действительно шел. Волосы почти высохли и свисали до талии темно-русыми волнистыми прядями, но как-либо их убрать я не успела. Да и заколоть их было нечем.

Под платье скорее всего предполагался корсет, но мне оно пришлось в пору без всяких утяжек. Проблема была лишь со шнуровкой… сзади. А горничная сбежала.

В комнате стукнула дверь. Вернулась?

- Помогите мне с платьем! – крикнула я, перебросив волосы вперед, чтобы девушке было удобней справиться со шнуровкой. Волна волос прикрыла половину лица, пряча уродливый шрам. – Шнуровка сзади, я не смогу сама ее затянуть!

За моей спиной открылась дверь ванной, ловкие умелые пальцы быстро затянули шнуровку. Лишь один раз дернули шнуры с силой (мне показалось, что даже с какой-то злостью?), заставив меня сделать рваный выдох. Теплые пальцы убрали локон с шеи, провели подушечками вдоль позвоночника. Я кожей почувствовала теплое дыхание…

Ну вашу Машу!

Я резко обернулась, отстраняясь, и встретилась взглядом с герцогом Кабо.

- Вы?

- Вы опоздали. – голос снова был жестким, но сквозило в нем что-то такое… - Я давал вам час. Хм… Что вы сделали с Гамлетом?

- Гамлетом? – вздох облегчения вырвался из груди. – Он в комнате. Теоретически.

- Как мне это понимать?

- Идемте. Будем договариваться с Муркой.

На пути к двери черной скалой стоял герцог, и мне пришлось пройти слишком близко, чтобы опять почувствовать странное напряжение, висящее в воздухе. Кошка все так же лежала на кровати вместе с девочкой.

- Кис-кис-кис! – позвала я дикого зверя. Мурка с грацией, присущей лишь кошачьим, соскользнула с кровати, подошла ко мне и начала тереться о ноги и ластиться.

- Мурочка! – трепала я кысю за ушком и под подбородком. – Ты чувствуешь Гамлета? Он же скучает по хозяину, да?

Кошка скосила на меня хитрые янтарные глаза, прищурилась и подернулась туманом. И уже через пару мгновений перед нами сидел громадный желтый дог, растерянно смотря круглыми темно-вишневыми глазами.

- Хвост! – завопил пес, обернувшись назад. – Мой хвост! Мой ноги! – он потешно завертелся на месте, довольно осматривая свое тело, сбивая маленький столик у кровати и керамическую вазу.

- Хозяин! – запрыгал он вокруг герцога. – Хвост! Мой хвост! Хорошо!

- Как вы это сделали? – удивленно воскликнул герцог, схватил меня за предплечье, притягивая почти вплотную к себе. – У Гамлета наконец получился полный оборот. Это первый магически созданный оборотень в истории мира. Мне нужно знать, как вы завершили мой эксперимент?

- Я ничего не делала…

- Не делали? После вашего вмешательства пума полностью стала сменять пса и наоборот! – от нетерпения герцог неосознанно повысил голос.

- Они сами! – оборвала я мужчину и выдернула руку из захвата. – Нельзя стать единым целым против воли! Они сами стали пробовать договариваться, понимать и принимать друг друга, идти на уступки. Если постоянно находиться в состоянии борьбы – это не жизнь, а ад! Сами подумайте, два зверя, два сознания и две ипостаси, заточенные в одно тело – это невыносимо без доверия.

- Два сознания, говорите? Я не брал в расчет, что у дикого зверя есть душа, и она сможет помешать.  – он усмехнулся. – Гамлет, тебе не кажется, что пора ужинать?

- Еда! Еда! – запрыгал пес.

- Я тоже еще не ужинала! – подала голос Эванджелина.

- Тогда, Ваше Высочество, - герцог шутливо поклонился племяннице, - приглашаю составить нам компанию за ужином.

Эви соскользнула с кровати и взяла дядю за руку.

До кабинета герцога мы добрались довольно быстро, но заглянув в малую гостиную обнаружили интересную картину. Принц и Мадлен уже спокойно ужинали, и, если судить о ходе беседы, в дополнительной компании не нуждались…

- Предлагаю поужинать в беседке в саду. – произнес герцог, аккуратно прикрывая дверь. – Не будем лишний раз беспокоить Его Высочество.

Ужин в саду был действительно замечательной идеей. Уже через десять минут слуги накрыли стол в беседке, а мы чудесно провели вечер на свежем воздухе, за приятной беседой, не затрагивающей ни каких злободневных тем. Эванджелина болтала без умолку, рассказывая про подготовку к празднику даров Великой Проматери, о том, что ей разрешат присутствовать на балу аж до десяти вечера. И она обязательно будет танцевать.

Герцог непринужденно поддерживал беседу, но время от времени бросал взгляд на дверь кабинета, которая была видна в открытые окна галереи. Полагаю, он думал, что племяннику не помешает «романтическое приключение» во время пребывания в гостях у дяди.

А я, глядя на массивные двери кабинета, думала, что этому государству совсем не помешают радикальные социальные реформы… В ком-ком, а в Мадлен я была полностью уверена!