- У тебя же есть план? – запаниковала я слишком поздно, еще несколько минут, и мы в городе. – Я спрашиваю, потому что у меня плана нет. Ну вот совсем нет. Что нам делать?

- Сперва надо отыскать Хотумони. – спокойствие в голосе герцога немного передалось и мне. – Это будет не так уж и сложно. – лишь усмехнулся, поймав мой вопросительный взгляд, и продолжил. – Ты ведь отчетливо видишь эти ниточки? Видишь. Сдается мне, они приведут нас к цели. И вот тогда. Только тогда! Я позволю тебе управлять этим телом.

- Спасибо за доверие. – тихо пробормотала себе под нос, отворачиваясь.

Ситуация была печальной. И не только потому, что через несколько минут начнет решаться судьба этого Мира и всех живущих в нем, но и потому, что мой сырой план полностью совпадал с планом герцога… А моя интуиция просто вопила о надвигающейся катастрофе. И то, что я уже не раз останавливала Пожирателей, нисколько меня не успокаивало.

Мы миновали предместья с богатыми особняками и садами, окутанными клубами движущегося тумана. Из каждого дома выходило несколько тоненьких радужных ниточек, устремлялись к центру города. А мне снова показалось, что за нами наблюдают и… ждут.

Город был пуст и погружен в полную тишину. Это было противоестественно, учитывая, что такие крупные города спать не должны. Не может такого быть, чтоб не было на улицах ни одного припозднившегося прохожего, загулявшего пьяницы, возвращающегося из кабака к ворчливой жене. Даже бродячие собаки пропали, и крысы не копошились в мусорных кучах на задних дворах и в грязных переулках. Не было в городе никакого движения кроме клубящегося тумана, который заполнил темные переулки и закоулки Сорема, заняв нишу бродяг и бандитов. От этого стало как-то не по себе.

«Город засыпает. Просыпается мафия» - всплыло в моей памяти, и я с трудом подавила зарождающийся истерический смех.

- Нитей все больше и больше. – задумчиво прошептал герцог, словно боялся, что тишина взорвется от более громкого звука. – Они все ведут к храму Великой Проматери.

- Вижу. – так же тихо прошептала я и инстинктивно придвинулась ближе к мужчине, словно ища защиты. – И все они оплетают купол храма.

- Что за?.. – воскликнул герцог, разбивая тишину. – У храма в Сореме нет купола!

Но мы подлетели достаточно близко, чтобы я могла убедиться – глаза мне не врут. Храм действительно венчал серый купол, по форме напоминающий половинку яйца с «острым» концом. И сейчас купол был до середины увит радужными нитями, которые словно впитывались в него…

И тут купол открыл глаз.

Противный желто-зеленый глаз, лишенный зрачка.

Из серых боков быстро вытягивались десятки тонких трехпалых лап, направляясь нам на перехват.

Боковым зрением я заметила, что туман внизу весь собрался около храма, и в данный момент вытягивался вверх, обрастая серой клочковатой шерстью, костлявыми трехпалыми лапами и немигающими фонарями желто-зеленых глаз. Пожиратели обретали плоть, слепляясь по несколько штук в одно целое и увеличиваясь за счет этого в размерах.

Нас не просто ждали…

Лес тонких лап поднимался все выше и выше. Нас окружили.

- Давай же! Теперь моя очередь! – я повернулась к застывшему рядом мужчине и еле сдержалась, чтоб не выругаться.

Герцог был словно парализован.

А я-то надеялась, что, когда мне передадут управление, за моей спиной будет стоять спокойный сильный мужчина и вселять уверенность, которой мне так сейчас не хватало.

- А к черту все! – я с силой толкнула герцога, выталкивая его из круга света. – Живы будем – не помрем!

… И неуклюже замахала крыльями изо всех сил стараясь не рухнуть вниз к всеобщей радости Пожирателей.

- Ш-ш-шею мне не све-е-рни! - заикаясь пригрозил герцог, постепенно прогоняя оцепенение. – Горе-летунья…

- Будь проклят тот день… - пропыхтела, пытаясь выровнять полет и подобраться к огромному глазу «купола» - когда я впервые сел за баранку этого пылесоса!

- Что! – голос герцога был как раскат грома. Мужчина в мгновение ока оказался у меня за спиной, а на мои плечи опустились его тяжелые теплые ладони.

- Расслабься. – голос Кабо стал спокойным и уверенным. – Чувствуй воздух. Почувствуй, как упруго он играет в перьях крыльев… Вот так. Ведь можешь, когда захочешь!

И мне действительно удалось выровнять полет огромной машины смерти под названием «энфир». Уверенный взмах крыльев. Второй… И я зависла напротив гигантского желтого глаза. Еще чуть-чуть, и мои когти вонзятся в это желто-зеленое месиво, положив конец вторжению.

Третий взмах мне сделать не удалось.

Потом я ощутила, как что-то держит мои лапы, крылья и даже хвост. Не дает сдвинуться с места, лететь и сражаться.

Сотни тонких лап Пожирателей все же дотянулись, достали меня, обездвижив перед ликом Хотумони.

У серой глыбы разверзлась круглая пасть, послышался медленный сиплый вдох, и низкий глухой, и тем не менее, пробирающий до костей, замогильный голос на выдохе.

- Ну здравствую, Кукловод. – чудище потешалось над моими тщетными попытками освободиться. – Тебе не достает проницательности, раз ты до сих пор не понял, что не только мои воплощения становятся материальными для твоих марионеток, но и ты становишься реальным для нас. И уязвимым.

Круглая пасть слегка вытянулась в подобии улыбки, так что мне стало еще больше не по себе. Словно вокруг пальца обвели не только меня-глупую, но и Ливрониум.

- Я удивлен, что он вообще смог тебя отыскать в скоплении миров. Вы – твари редкостные. Мало ли, что только одна раса способна перестраивать и обновлять силой разума свою душу, так еще и миров вашего обитания с десяток не наберется. Слишком уж вы склонны к саморазрушению. – Хотумони снова сделал медленный глубокий вдох, в пасти, между желтоватыми, тонкими как у рыб, зубами показался толстый фиолетовый язык с присосками.

– Фуууу… Я до сих пор чувствую смрад твоей испорченной эгоистичной душонки, которую ты не один год пытался переделать, движимый надеждой и раскаянием. Даже эти чувства не могут перебить этот запах. От прошлого не уйти. Так ведь, Кукловод? Что толку в бескорыстном раздаривании собственной души? Теперь ты неспособен к перерождению. Хм? А ты думал, откуда берутся призраки? Однако, рассвет близко. Пора и честь знать. Спасибо, что привел мне последний недостающий элемент. Для воплощения мне как раз не хватало души сильного энфира. Их ведь так сложно поймать, почему-то они сразу видят, что за ними идет смерть, и способны спастись бегством. Мне приходилось довольствоваться детенышами или нападать на спящих. А тут такой подарок! Как говорят на твоей родине, ты принес его мне на блюдечке с голубой каемочкой!

Чудище снова расхохоталось.

А я почувствовала, как холодеют ладони герцога на моих плечах. Успела обернуться, схватить за руку, но энфира вытягивало прочь из собственного тела радужным свечением.

- Не надо. – прошептал еле слышно, обреченно. – Попробуй спасти остальных. У тебя мало времени. А мое время уже прошло…

Рука выскользнула из моих вспотевших ладоней. В круге белого света я осталась одна.

- Другое дело, Кукловод! – раздался довольный голос чудища. – Теперь ты полноправный и единственный хозяин этого тела! Дарю! – Хотумони сыто чавкнул. – А когда я закончу с этим мирком и покину его, у тебя будет полным-полно кукол. Ты же можешь раздроблять свою душу и управлять столькими телами сразу. Ха-ха! Вот и будешь развлекать Ливрониум. Вам будет не скучно вдвоем.

- За что ты его так ненавидишь? – бросила в сердцах знакомым жестким голосом, и сердце сжалось от тоски и осознания одиночества. Безысходности, потери… - Что он тебе сделал?

- Что сделал? – зашипел Хотумони. – Ливрониум нарушил все законы, из своей прихоти создав собственный идеальный мир! У каждого из бессмертных - свое предназначение. Миры создают Демиурги, Хотумони очищают и обновляют души, а Ливрониумы – направляют потоки энергии чистого разума, чтобы миры развивались и угасали, а Колесо не прекращало ход. А этому, видите ли стало скучно! Он создал свой собственный Эдем с идеальными условиями жизни, напритягивал существ из разных миров.

- Это ведь не он сам создал Мир.

- Много ли ты знаешь! Наверняка услышал в храме всякие легенды? Так я и думал… Смертные любят все приукрашивать и облагораживать. Ему просто скучно! Вот он и собрал сей чудесный зоопарк. Противоестественный. Государства практически без войн, конфликтов и эпидемий. Добро, добро, да здравствует добро! Любые цивилизации, развиваясь, проходят множество темных и страшных веков, когда сами оказываются на грани вымирания, и не раз. А здесь все сколько-нибудь значимые угрозы приходят извне, и всегда Ливрониум спешит помочь своим питомцам. У тебя дома ведь всё по-другому?

Дома? Теперь тут мой дом. И другого больше не будет. Я совсем не хочу быть единственным и последним существом в этом Мире, а потом скитаться по пустынным землям одиноким призраком.

- ЭТО мой дом! – прошипела я сквозь зубы, и из последних сил одновременно дернула крыльями и лапами, взмахнула хвостом, одновременно отрубая острым мечем пару десятков тощих лап. – И мой герцог! И только я могу его мучать безнаказанно!

Вырвалась, взмыла вверх под удивленное шипение Пожирателей.

На востоке уже алела заря, но пока из-за горизонта не показался край раскаленного солнца, у меня еще есть время. И пока Хотумони не пришел в себя от моего выпада, молнией спикировала вниз к круглой пасти, и подавив приступ тошноты, чмокнула чудище в черную верхнюю губу.

Белое свечение вокруг меня заклубилось, выталкивая мое сознание из тела энфира, которое в ту же секунду безвольно раскинув огромные черные крылья камнем полетело вниз навстречу каменным ступеням храма. От моего внимания почти ускользнуло, когда сверху резко спикировала черная тень, перехватывая безжизненное тело энфира за секунду до столкновения с гранитом…