Эпилог

Спустя четыре месяца.

— Виталина, я дома, — громко произнес, скидывая с ног ботинки.

— Тише, Макс. Левушка только уснул, — она вышла из комнаты, держа на руках уснувшего сынишку.

— Ты снова его на руках держишь, малышка. Так нельзя, побереги себя.

С того момента как нам наконец-то отдали Льва, Виталина ни в какую не хотела надолго оставлять его одного. Она четыре месяца ждала, когда же нам отдадут мальчика, у которого как оказалось не осталось ни одного родного человека после гибели родителей.

Я в свою очередь делал все по максимуму в меру своих возможностей, чтобы собрать все документы на усыновление. Но оставалось лишь одно «но». Мы с Виталинкой не были расписаны. И к моему удивлению, уговорить ее пожениться, было крайне сложно. Но спустя двухнедельных уговоров, она таки сдалась. И скорее всего не из-за того, что вдруг стала мне доверять, а потому что очень хотела забрать малыша домой.

— Он вырастит, Макс, и потом я не смогу наслаждаться этими моментами.

Я снял пальто и подошел к своей новой семье. Левушка сладко вздохнул, вызывая на моем лице улыбку. Поцеловал его в головку, а затем пальцами приподнял за подбородок лицо Виталины.

— Ты замечательная мама, — прошептал ей в губы и нежно коснулся их в поцелуе.

— А ты подхалим, — хмыкнула она, и все же пошла в комнату, собираясь положить сыночка в кроватку.

— Вовсе нет. Я действительно считаю тебя хорошей мамой. За две недели ты ни на шаг не отошла от Левушки.

— Надышаться им не могу. Сегодня даже ужин готовили вместе.

— Значит, он должен быть еще вкуснее.

— Еще бы! — довольно изрекла она, поправляя детскую подушку.

Уложив малыша в кроватку, Лина дождалась пока я переоденусь, а затем взяв радио-няню, мы вместе отправились в кухню ужинать.

— Сегодня Мими приезжала с детками. И знаешь что?

— Что?

— Мы решили, что Новый Год встречать будем у нас. Ты же не против? — с надеждой во взгляде посмотрела на меня моя жена.

— Вот вы чудные! — негромко рассмеялся, удивляясь двум сестрицам. — До Нового Года еще два месяца, а вы уже планируете, где будете встречать.

— В общем так, Кукурузник, ты что-то имеешь против? — строго отчеканила малышка, смотря на меня сердитым взглядом.

— Я? Против? Что ты милая! Я всегда «за». Напьемся с Крамом и сидите с детьми, развлекайтесь.

— Вот тут, дорогой муж, ты ошибся.

— Ты о чем? Спасибо, — поблагодарил за тарелку с ароматным пловом.

— Мы с Мией будем отрываться, а вы нянчиться с детьми.

— Ну да, посмотрим еще кто кого, — хмыкнул я, и с удовольствием принялся за ужин.

— Салатик бери, Левушка туда наплевал, — съязвила засранка, как всегда, и присела напротив меня.

— Вот спасибо! Наверняка так вкуснее. Ммм, кстати! — вспомнил вдруг я, и быстро сходил за телефоном, который оставил в прихожей на комоде.

— Что там?

— Мы же твоего козла нашли.

— Какого козла? — удивилась моя девочка, отправляя в рот кусочек огурца.

— Дилана.

— А… эмм… мне нет до него дела.

— Это прекрасно. Он, к слову, хорошо прятался, но как известно, от нас с Крамом не уйти.

— Макс, я тебя прошу, давай об этом забудем. Столько времени прошло уже.

— Лина, — я отложил вилку, и рукой накрыл ее руку, — этот ублюдок тебя избил, и ты хочешь, чтобы я оставил его безнаказанным.

— Я просто хочу жить спокойно.

— Я тоже. И теперь именно так и будет.

Я быстро отыскал нужное видео в телефоне и повернул экраном к Виталине.

— Смотри, как ему хорошо.

Недавно мы с Крамом плотно взялись за поиски Дилана, чтобы наказать его за то, что посмел тронуть нашу Виталинку. Но засранец действительно хорошо спрятался, словно своей шкуркой ощущал, что возмездию таки быть. И да, люди, которых мы отправляли в Лондон нашли этого прыща, и немного припугнули. Ну как немного… Как по мне, то очень достойно. Они вкинули его в машину с цементом и немного прокрутили там, чтобы знал, какого это, быть слабее, чем другие. Ведь в сложившейся ситуации он ничего не мог сделать, точно так же, как и практически полгода назад моя девочка. Что она могла сделать против двоих мужчин?

— Макс, вы что совсем офонарели? А если бы он умер? — испуганно возмутилась Лина, откладывая телефон и смотря на меня со страхом в глазах.

— Нет. Цемента в цементовозе было едва по колена. Ничего бы не было этому идиоту. Единственное, он не знал, что его отпустят. Наверняка в штанишки наложил.

— А лица? Кто это делал? Лица он запомнил?

— Нет, они были в масках. А вот ты запомни, милая моя девочка, только кто посмеет тебя обидеть… еще раз, и я его живьем закатаю в асфальт. Просто мытьем цементом он не отделается.

— А ты? Ты меня обидишь? — серьезно спросила Лина, и поднявшись со стула, прошла ко мне.

Я повернулся, тут же сгребая ее в свои объятия, и усаживая на колени:

— Я и так слишком долго тебя обижал, сам того не осознавая. Теперь же у меня одно желание — делать свою семью счастливой.

— Ты уже справляешь с этим на ура. И сегодня тебе даже полагается бонус, — хмыкнула малышка, и пальчиками принялась расстегивать мою рубашку.

— Ну, наконец-то! Я уж думал никогда не заслужу тебя, — прорычал я, и схватив ее за талию, одной рукой резко сбросил все со стала и усадил сладкую попку на освободившееся место.

— Я тебя убью, Кукурузник, я тебя убью, — четко отчеканила Виталинка, имея в виду, что если вдруг проснулся Левушка, секса мне не видать еще минимум как месяц.

— И я тебя нежно люблю.

Конец