Глава 26

Морис потащил брача к столу. Пот струился по его чуть смуглой коже, литые мышцы перекатывались при каждом движении. Я наблюдала за ним, забыв, что время ограничено. Наконец он справился с задачей и свалил монстра у моих ног. – Вот наше будущее блюдо, – с довольной улыбкой произнес он, утирая пот с лица. У меня язык не повернулся сказать о том, что брач – не лучший выбор для приготовления. – Спасибо тебе большое, – ответила я и протянула ему кувшин с водой. Морис перевел дыхание и принялся жадно пить, проливая излишки на себя. Я дождалась, когда он закончит, и спросила: – Как его разделать? Вряд ли я смогу разбить панцирь так же легко, как ты его проткнул палкой. – Не волнуйся, я помогу, – заверил он и направился к столу с приборами и посудой. Там Морис нашел деревянный молоток и стальной инструмент больше всего напоминавший долото. Пара точных ударов по центру панциря, и передо мной открылось нежное мясо белого цвета с голубоватым отливом. Меня охватило отчаяние. На иллюстрации в справочнике мясо брача имело другой окрас. Там оно было светло-розовым, без единого намека на синеву. Что же теперь делать? – Что случилось? – Морис с тревогой смотрел на меня, явно не понимая, почему я с трудом сдерживала слезы. – Это необычный вид брача, – выдавила я. – Мясо не такое. Я не знаю, как его готовить. Морис помрачнел и стиснул зубы. Он заглянул мне в глаза и твердым голосом сказал: – Олия, тебе придется применить магию, чтобы получить достойное блюдо. Иначе мы рискуем вылететь. – Но я не могу… – принялась мямлить я. – Я с трудом ее контролирую, да и понятия не имею, как применять дар для готовки. Морис положил теплые ладони мне на плечи и четко проговорил: – Ты справишься. Я в тебя верю. В груди потеплело, и я слабо улыбнулась, приободренная его словами. – Я попробую. – Вот и умница. Действуй. Я сосредоточилась на приведенном в справочнике способе обработки мяса и поспешила к столу с дополнительными ингредиентами. В голове зрел план по приготовлению будущего блюда. Набрав в корзину сливочное масло, чеснок, лимон, сливки, соль и крупу наподобие риса, я принялась искать ту самую редкую травку среди зелени. Но к моему ужасу ничего подобного здесь не оказалось. Неужели герцог намеренно ее не положил, чтобы отравить гостей мясом брача? На ум пришло сияющее счастьем лицо Эвы в парке. Нет, не может быть. Человек, способный сочувствовать горю других, не станет действовать подлостью. Я снова перебрала всю зелень, что лежала на блюде и наткнулась на странные листочки, по форме напоминавшие мяту, но источающие кисловатый запах вместо свежести ментола. А что, если для голубого мяса брача нужна иная травка? Попробую приготовить с этой неизвестной зеленью. Вдруг сработает? В любом случае особого выбора у меня нет. Вернувшись к столу, я попросила стоявшего рядом Мориса: – Ты не мог бы отломить одну половину панциря и сделать из нее что-то наподобие чаши? Он успел привести себя в порядок и теперь стоял в застегнутой рубашке навыпуск, бриджах и сапогах. Его зеленые глаза округлились. – Что ты задумала? Трубачи вышли под циферблат и трижды протрубили, возвещая об истечении половины отведенного времени. – Некогда объяснять, – заторопилась я. – Сделай, а потом сам увидишь, что получится. Морис кивнул и направился с долотом и молотком к развороченной туше брача. Пока напарник занимался созданием будущей посуды для подачи блюда, я уделила внимание обработке мяса. Отделила наиболее крупные куски, порубила их, смешала с измельченными листьями кисловатого растения и остолбенела. Мясо вдруг приобрело ядрено синий окрас, чем вогнало меня в ступор. Так и должно быть? Или я сделала только хуже? Мимо пронесся Натан и чуть не сбил меня с ног. – Чего встала на дороге! – прошипел он, сжимая в руках корзинку с фруктами. – Дай пройти! Я потеснилась, хоть и стояла у своего стола, а вовсе не в проходе. Но что взять с гения? Он все равно уже умчался к своему рабочему месту. Я вернулась к размышлениям о том, что же могло произойти с мясом. Но как только я взглянула на него, тут же поняла, что кто-то снова сделал мне гадость, и на этот раз она удалась. Поверх синеющих мясных волокон возвышалась горка перца. Но хуже всего было то, что он стремительно впитывался в мясо и окрашивал его в черный цвет. – О боже! – вскрикнула я и принялась смывать последствия диверсии в ведре с водой. Конечно, я выполоскала большую часть перца, но то, что успело раствориться в мясе, въелось намертво. Я чертыхнулась и обвела участников турнира разъяренным взглядом. Все трудились над своими творениями, и до моих проблем никому не было дела. Энзо и Клэр вымачивали ленты рыбной мякоти в темном соусе и жарили их на огне. Натан создавал из фруктового пюре мусс, усиленно взбивая яркую массу. Аурелия помешивала в кастрюле рыжеватый суп. Жозеф и Лука отдыхали в сторонке, стараясь не путаться под ногами у своих напарников. Кто из них так меня подставил? Я припомнила, как Натан шептался с Аурелией перед началом испытания. Неужели эти двое? Но Натан со мной говорил, и его руки были заняты корзинкой с фруктами в момент порчи мяса, а стол Аурелии находился слишком далеко от моего. Она бы не успела так быстро улизнуть с места преступления. Устав гадать, я процедила: – Ну я вам покажу силу настоящих поваров! Я поставила на огонь кастрюлю, довела воду в ней до кипения, подсолила и бросила туда куски мяса брача. Буквально через полминуты я слила бульон. Мясо приобрело темно-синий цвет с золотистыми вкраплениями. Смотрелось красиво, но вот что теперь со свойствами, оставалось только гадать. Морис принес высеченную из панциря брача тарелку с фестончатыми краями и поставил на стол. – Вот все, что смог. – Он развел руками, будто просил прощение за свою нерадивость. – То, что надо! – обрадовалась я. – Даже не подозревала, что ты так здорово умеешь мастерить. Напарник с сомнением покосился на свое творение и уточнил: – Тебе правда нравится? – Конечно! Смотри, как переливается на солнце. Когда я закончу, все лопнут от зависти. Морис широко улыбнулся, словно моя похвала согрела его душу. – Командуй, я сделаю все, что скажешь! Я ему подмигнула и попросила растопить в металлическом ковшике сливочное масло и вскипятить воду для крупы, а сама занялась формированием мясной массы в аккуратные шарики. В итоге на импровизированной тарелке, отливающей перламутром, появилась подушка из белой крупы, напоминающей рис, на ней темно-синие шарики с золотистыми вкраплениями и все это завершала порция сливочно-чесночного соуса, в виде янтарных брызг и разводов. – Ничего себе! – Морис таращился на мое творение с неподдельным восторгом. – Пахнет божественно! К сожалению, я не могла разделить это восхищение. За все время приготовления, я так и не решилась попробовать собственное блюдо. Боялась отравиться. Поэтому что там за вкус получился, оставалось только гадать. – А теперь последний штрих, – сказала я и отстранила Мориса от тарелки. Представив ставший привычным клубок магической энергии, я потянула на себя кончик золотистой нити и мысленно взмолилась: «Сделай так, чтобы в моем блюде не осталось ни капли яда!» По телу пронеслась волна жара, пальцы начало жечь, и блестящие искорки вырвались наружу. Они роем окружили тарелку и мгновенно растаяли в недрах блюда. Я издала вздох облегчения, внутри образовалась приятная пустота. – Что ты сделала? – с любопытством поинтересовался Морис. – Постаралась избежать участи убийцы, – отозвалась я. Трубачи возвестили об окончании отведенного времени, и мы направились с тарелкой к установленному перед шатром столу, где виднелись таблички с нашими именами.