Глава 15

— В будущем году,

— сказал начинающий огородник,

— я сделаю всё наоборот:

я посажу сорняки, и пусть их задушат овощи.

Ищу невесту — богатую однако,

Без нервов в превосходстве оценю,

Желательно в приемлемых масштабах,

Готовила, чтоб вкусное меню.

Иртэн.

Вечером, лёжа в постели, Иртэн перебирал все события сегодняшнего дня. Он думал, что ничего хуже после посещения хоздвора не будет. Как же он был наивен! Начать с того, что утром он едва встал. Нет, голова не болела, и петух его не посетил, но судя по воплям за окном, пытался неоднократно, и дворня с криками гоняла зловредного кочета от господского окна. В результате этой активной суеты, криков и наглого кукареканья господин барон изволили подняться по его меркам ни свет, ни заря — часов в восемь утра. С вздохами и стонами, сползая с постели, Иртэн опять вспомнил леди Бортлен, похоже, скоро эта почтенная леди станет его кумиром.

Одевшись с помощью невозмутимого Бертена, Иртэн оказался перед сложной задачей — опухшие и болящие ступни ног решительно отказывались влазить в модные узкие сапоги. Уже при первой же попытке впихнуть ногу в узкое голенище ступню свело судорогой. В крайнем раздражении он отбросил сапоги в сторону и сел в раздумьях. Насколько ему помнилось, все сапоги у него такие, а в туфлях только и ездить верхом на лошади, да ещё по полям. Выход нашел лэр Геран, пришедший в господскую спальню поинтересоваться, что так сильно задержало барона. Ведь уже все давно готовы и ждут поездку в поля. Узнав причину задержки, раздумывал недолго.

Кликнув Ганку, это оказалась та самая растрёпанная служанка, велел ей принести сапоги старого барона Шефира, пояснив, что эти сапоги барон почти не носил, только пару раз надевал на посещение магистратуры.

Да, по ширине эти сапоги могли смело соперничать с рыбацкой шаландой. Нет, они не были потрепанными, но о моде речь здесь и не шла. Сапоги были широкими и в голенищах и в ступне и чуть великоваты по длине. Зато нога влетела в сапог, не встречая сопротивления. За всеми этими сборами Иртэн даже забыл про завтрак, пока об этом не напомнил желудок, громко забурчав на всю комнату.

Хлопая голенищами сапог по стройным икрам, Иртэн прошел в столовую, беспокоясь о том, как бы не выскочить на ходу из этой обувки. Завтракал торопливо, под взглядом управляющего как — то рассусоливать не хотелось.

Следующий удар по своему чувству прекрасного, Иртэн получил у выхода из дома. Он совсем забыл, что его модный цилиндр бесславно погиб после схватки с петухом, и теперь ему предлагали надеть дедушкину же шляпу — некую прелюбодейскую помесь панамы и кепи с длинным козырьком. Но выхода не было, натянул и это, немедленно упавшее ему на уши. Кое — как убавили ширину головного убора при помощи разных ремешков и верёвочек.

Добредя до конюшни в спадающих сапогах, Иртэн с ужасом узнал, что ему придется ехать вовсе не на горячем рысаке, как ему мнилось (а таких и вовсе не водилось в баронской конюшне), а на неторопливом, спокойном мерине, со спиной шириною с диван в гостиной, по кличке Ветерок. Это уже было чистым издевательством над бедным животным и Иртэном! Хотя́ он заметил, что и Геран, и его внук Тимей садятся на точно таких же лошадей. Для полного унижения Иртэна, как умелого всадника, при посадке на этого аргамака, у него слетел сапог. Который подбежавший конюх принялся натягивать на господскую ногу. Такого позора Иртэн не переживал с детской поры, когда он не успевал стянуть штанишки на лямках и намочил их. И как няня, ласково утешая мальчишку, меняла ему на сухие штанишки.

И сейчас, сидя на лошади, он чувствовал себя так же. Весь красный и надутый от унизительной процедуры. Управляющий был невозмутим, Тимей пытался сдержать душащий смех, конюхи отводили якобы невозмутимые взгляды. Наконец, выехали за ворота имения.

Вначале объезжали ближние холмы, поля между ними, заехали в пару деревушек. На первый взгляд, в деревнях было все неплохо, заброшенных, разрушенных домов не было. Жители, попадавшиеся им по пути кланялись уважительно, никакого смеха вид молодого барона в комической шляпе и широких сапогах не вызывал и Иртэн уже почти успокоился. Что там росло на полях, пока что определить было трудно, потому что пока на них ничего не росло. Управляющий сказал, что посевная начнется не ранее, чем через месяц. И тут же заставил их с Тимеем заучивать, что и где будет посеяно.

Заучить чисто автоматически он заучил, но что это за растения и как они выглядят — не имел ни малейшего представления. Затем они двинулись к дальнему полю. Располагалось оно в самом начале долины, там же протекала небольшая речушка и на ней стояла мельница. Сейчас к мельнице тянулась небольшая вереница телег с мешками. Геран пояснил, что мельница в долине одна, и относится к имению Зелёные Холмы. Походя позавидовал Белой Долине, мол, у них большая река есть, в другой части долины.

— А чем та река так хороша? И кто там хозяин?

— Река хороша тем, что у них там рыба хорошая ловится, белорыбица, знаете же, наверное? При правильном подходе это же какая прибыль могла быть! И с их стороны долины до столицы всего два дня пути. А кто сейчас хозяин, трудно сказать. Старый барон умер, у молодого проблемы начались, а все потому, что в столице жил, сюда и носа не казал, вот его управляющий, которого он там, в столице нанял, и обокрал его да сбежал. Слыхали, продал он поместье. А кому — даже не знаю.

Так за разговорами, заучиванием местности и ботаники, провели значительную часть дня. А потом поехали в соседнее поместье — Дубовую рощу. Геран решил, что надо срочно купить у них досок для какого — то строительства во дворе, заодно и на приезжую племянницу посмотрят.

Дубовая роща славилось на всю округу отменной лесопилкой и обширными дубовыми лесами. Подъехали вначале к лесопилке, переговорили с мастером о наличии нужных досок и о доставке, затем поехали в само имение к хозяину.

Знакомство прошло удачно. Хозяин имения, барон Транир, среднего роста, упитанный мужчина, счастливый отец сына и двух незамужних дочерей, охотно принял нового соседа, тут же повел их знакомиться с семейством и пригласил их за стол на ужин. От ужина отказались, отговорившись ещё обратной долгой дорогой домой, а знакомились с интересом. В гостиной их ожидали все члены семьи барона.

Его супруга, средних лет женщина в строгом платье, с рукоделием в руках. Сын, молодой человек с меланхолическим выражением лица, как пояснил гордый отец, только что закончивший столичный университет и вот прибывший в родные пенаты. Две дочки — погодки, лет семнадцать — восемнадцать, синхронно присевшие в книксене, при этом кокетливо стрельнувши глазками, пока маменька не видит, на интересных молодых гостей. И приехавшая из столицы племянница хозяйки, жеманная до невозможности и приторности девица, чуть постарше, на год — два своих кузин.

Девчонки были хорошенькие, веселые, стройненькие, Кузина была немного попышнее в формах, но тоже приятная глазу, Иртэну такие даже нравились одно время. Особенно, если они молчали, так были чудо, как хороши. Посидев около часа, поговорили о столичных сплетнях и моде. Тут Иртэн мог блеснуть своими знаниями. И только уже по дороге домой, сам осознал комичность ситуации — он, весь такой напыщенный от осознания своей просвещенности, сидит и рассуждает о моде, имея на себе расхлебанные дедовы сапоги. Это они ещё его панаму — шляпу не видели! Совсем уж павлином Иртэн не был и вскоре сам хохотал над собою же, пугая своего смирного мерина.

После ужина Геран объявил, что завтра надо рано выехать на первую весеннюю ярмарку в соседнем городке. Там господин барон познакомится практически со всеми окрестными хозяевами поместий и увидит, как проходит ярмарка, какие товары продают и что им самим надо купить. Кстати, за ужином подавали вино, но вот странно, больше одного бокала Иртэну не захотелось, он больше налегал на мясо, картофель.

Сегодня он не чувствовал себя столь разбитым, как вчера, и ноги не болели в дедовых сапогах. Вот даже лежит и размышляет обо всем, а не как вчера, чуть не уснул сидя, с ногами в тазике.

Марина.

Сегодня встала ещё совсем затемно. От вчерашнего разбитого состояния и следа не осталось. Наверное, то чудодейственное питье от тётушки Малии помогло, которое Лима принесла вместе с ужином. Сегодня предстоит выезд на ярмарку, будет все местное «общество», посему надо соответствовать. Лима с вечера приготовила мне теплое закрытое платье со свободной юбкой, но без корсета. Это я сразу обговаривала у портнихи в столице — все мои наряды будут без корсетов. Только нарядные платья, доставшиеся мне от Маринеллы, имели эту пыточную деталь. Теплые чулки (ах, где вы, колготки!), плотная пелерина сверху платья. С обувью вышла заминка. Сюда предполагались башмачки, но были у меня некие сомнения в их практичности. Поэтому, махнув рукой на условности, натянула сапоги, все равно особо из — под длинной юбки платья их будет не слишком видно.

Проверила свой цветок. Выглядел он бодро, корешки здоровые, надо срочно высаживать в грунт. Вчера не смогла по поводу крайней усталости. Сегодня велела Лиме приготовить горшок и землю для розы, вечером пересажу. Спустилась вниз, в столовую. Там меня уже ждали Димар, Милаш, суетилась Талия, сама подавала завтрак, не стала будить такую рань горничных.

За вчерашний день она успела перебраться в комнаты в поместье, Димар не возражал, ему до работы один шаг теперь. Заглянула кухарка, я поблагодарила за волшебное средство от переутомления. Малия сказала, что ничего особенного в отваре не было, просто успокаивающие травки. Сразу спросила, что делать с привезенной рыбой. Вот, ведь совсем забыла вчера! Хорошо хоть, рыбу убрали на ледник. Велела оставить пару рыбин на льду, свежими, а остальное разделать на филе пластами и засолить. Рецепт засола оставила кухарке. Также рассказала, как засолить икру. У меня на нее особые планы.

Нынче я поеду благородной дамой, то есть в коляске, а не верхом и не в тряской дорожной карете. За кучера сел сам Димар, сказал, нечего людей отрывать от работы попусту. Милаш был верхом на своем коне, Тарин остался на охране поместья. Выехали из имения, когда на горизонте только появилась даже не розовая полоса рассвета, а лишь слегка посеревшая на фоне черного неба полоска. До городка, где будет ярмарка, ехать часа два — три, в зависимости от погоды и дороги. Будем надеяться, все будет нормально.