Глава 85

Где-то в столице

―Что делать-то? ― спросил неприметный серого вида человек, зябко поводя плечами, отчего казалось, что ему сильно холодно, хотя в комнате было довольно жарко натоплено.

― Ничего, это ж ещё не свадьба, узнай на какой день свадьба будет назначена, и вот всё надо будет и подготовить к этому времени.

Серый человек меленько засмеялся:

― Умеете вы, ваше превосходительство подождать самого сильного момента.

― Иди, лучше проверь, как там наш разночинец, не нравится мне, что всё так гладко, как бы ни задумал чего, уж больно хитёр. Бабу не просит, пить не пьёт. Как червяк, ей-богу.

Когда серый покинул комнату, то, кто сидел в тени, встал, подошёл к окну, плотно занавешенному тяжёлой гардиной, выглянул, поморщился от света.

«Уже скоро, ― подумал он, — всё это сонное спокойствие изменится, страна всколыхнётся, чтобы потом вернуться к тихому спокойному существованию, где все эти выскочки будут знать своё место, где можно будет идти по улице, и не сталкиваться с непонятными механизмами, все будут кланяться и уважительно разговаривать, и не надо будет каждое утро просыпаться и думать, что ещё придумали вздорные бабы».

Мысли эти привели мужчину в приятное состояние, и на жёстком хмуром лице его возникла улыбка.

Об одном он только старался не думать, как будет рассчитываться с иностранными «помощниками», а то, что они счётец-то предъявят, мужчина не сомневался.

Мелькала подлая мыслишка: «Землицы-то у Стоглавой много, ежели что отдадим пару волостей, может и отстанут». И сам же понимал, что этим только дай, им всегда мало будет. И вот эти мысли мучили его, но желание вернуть благостное время, когда не было ни купцов этих, выскочек, ни школ для простолюдинов, ни комитетов по развитию, ни инженерных университетов. Когда все в рот смотрели боярским родам, и, это желание пока превалировало над разумом.

И отчего люди всё время забывают, что прогресс остановить нельзя?

А к графу Морозову у него особые счёты были. Ежели бы не его неуёмная активность, то и не было ничего этого. Пропала бы Ирэн Виленская на перевале к Горному княжеству, не произошла бы Ширванская война, не наладили бы отношения с Ханиданом. Да и в Америки бы эти не полезли. *

(*Все эти события описаны в тетралогии «История Ирэн)

Но ничего, он с ним поквитается, так, что тот себя потеряет, и сломается.

Очень мужчине хотелось, чтобы граф Морозов непременно сломался.

***

Вера

Объявление в церкви и последовавшее вслед за этим обручение прошли хорошо, Вера была совершенно счастлива и две недели наслаждалась этим счастьем здесь на берегу Волги.

И пусть погода пока была странная, день на день не приходился, то зима снова возвращалась, принося с собой холодный ветер, иногда даже с колкими похожими на мелкий лёд снежинками, а иногда выходило вдруг солнышко, и сразу становилось ясно, что до лета совсем близко уже.

А свадьбу пока назначили на лето, сразу после промышленной выставки, чтобы уже выдохнуть и после свадьбы целый месяц дышать только друг другом.

И приём в родительском доме графа Морозова прошёл отлично, и даже девочка Мельниковых проявила благородство и нашла в себе силы подойти поздравить молодых, и к Вере отдельно подошла, и, хотя и была грустная, но прощения попросила.

Вера обняла её, девочка была напряжена, но улыбнулась, а Вера подумала, что пройдёт немного времени и девочка влюбится и думать забудет.

Вместе с Яшей они съездили и в отцовское имение. Разворошили местных слуг. Но ничего страшного не увидели, всё было в порядке, дом регулярно проветривался, когда надо протапливался, никакого беспорядка не было. Служанки сначала даже не признали Веру. Даже Луша ей сказала, когда осталась с барыней наедине и помогала ей снимать сапожки и переодеться.

―Барыня, как вы изменились, прямо дама стали, не узнать ведь вас совсем.

— Это хорошо или плохо? ― улыбнувшись бесхитростному мнению Луши, спросила Вера

― Так для графской жены, наверное, хорошо, ― тут же нашлась Луша.

Вера и Якоб брали с собой Марию Ивановну, которая наотрез отказалась отпускать Веру одну с графом, даже после обручения. Та осталась покорена имением, особенно после того, как Вера ещё раз предложила ей летом приехать сюда с дочерями, отдохнуть.

Но всё когда-нибудь кончается, и настала пора и Вере с женихом возвращаться в столицу. Дела не ждали. Весна. Надо было проверять, как там идут дела с поставками леса, для строительства железной дороги. Как идёт строительство торговой галереи, и самое главное, это подготовка аттракционов. К началу лета надо было установить.

Вера улыбалась, пока, не понимая, как она всё успеет, чтобы потом не уснуть на собственной свадьбе.

***

Москов. Кремль. Совещание у Шувалова

―В общем так, все заметили, что вроде бы ничего не происходит. Мелкие кражи, потасовки, даже шпионы стали какие-то скучные, в университеты и в лаборатории к нам не лезут, собрания масонские теперь больше похожи на попойки.

Шувалов нарочито громко вздохнул, посмотрел на Морозова и Потапова:

― Я уже с тоской вспоминаю ваши мордобития. По крайней мере тогда всё понятно было. А вот сейчас у меня очень нехорошее предчувствие. Назревает что-то.

Шувалов оглядел сидящих перед ним людей. Каждый из них, он не сомневался, жизнь отдаст за государя. Но, вот Морозов, на лице у графа было написано, что он сейчас не про государевы дела думает, а про личные, слишком уже рожа довольная была.

У графа Забела снова супруга в тягости. Скоро от рыжих отпрысков с характером графа проходу не станет, надо будет с опаской по коридорам Кремля перемещаться.

Остаётся у него только Потапов, в трезвом уме и здравой памяти.

Внезапно поток мрачных мыслей Шувалова прервал голос графа Морозова:

― А мы ведь, Александр Иванович, бомбиста так и не обнаружили. От исправников несколько трупов привозили, но я думаю, что не он это. Залёг, забился в нору.

А это значит, что дело не закрыто, и в любой момент можно ожидать… ― Морозов прервался на секунду, но потом договорил, ― …взрыва.

Шувалов, обрадованный тем, что ошибся, что личное счастье не затмило мозги его лучшего сотрудника, задал вопрос:

― И где?

Морозов встал, вытащил из футляра карту, развернул:

―Железная дорога, укладку ещё не начали, но леса уже свозят на склады, значит, ежели там пожар начнётся, то это отодвинет сроки.

Шувалов спросил:

― Это ты туда армию запросил?

― Да, ― кивнул Морозов, ― а вы что подумали? Что я будущей супруге за счёт казны охрану усилил?

Шувалов потупился, а Морозов укоризненно покачал головой:

― Ну спасибо, Александр Иванович, не ожидал.

― Ладно, не обижайся на старика, у меня вон голова пухнет.

Потом Шувалов кивнул на карту и буркнул:

― Давай продолжай.

― Следом, ―продолжил Морозов, ―промышленная выставка, хоть и держим в строжайшей тайне, а уже разговоры пошли, что государь готовит что-то необычное, и к инженерам уже подкатывали с вопросами.

Граф Забела, до этого напряжённо вслушивавшийся в разговор вдруг расхохотался.

Все удивлённо на него посмотрели.

― А ведь и там невеста Морозова будет строить. Видишь, Яша, и здесь на охране сэкономишь.

Морозов вдруг помрачнел:

― Я бы лучше её отвёз в имение к родителям, пока бомбиста не поймаем.

Шувалов вдруг тоже улыбнулся:

― Могу предложить казематы.

И все дружно расхохотались вспомнив, как однажды они уже пытались спрятать одну женщину, но ничего у них не вышло.

А Потапов, который не знал всех подробностей прошлых событий, обиженно на них посмотрел, так бывает только когда все смеются, а ты не понимаешь почему. И высказал своё:

―Солнечный свет не спрячешь в кулаке.

Смех прервался, и снова вернулось напряжение. Все понимали, что с внешними врагами разберутся, а вот что делать с теми, кто свои. Ходят, улыбаются, а за пазухой камень. И в какой момент и где они этот камень достанут, было непонятно, но такая уж у Тайной канцелярии работа. Всё про всех знать.