Глава 29. Дворец

Закованная в кольцо гор яркая, шумная, разноцветно-пышная столица встретила нас каким-то праздником. Из-за толпы людей, которые во все горло распевали песни, наша карета прочно застряла в этом шествии.

– Похоже, это надолго, – констатировала я, выглянув из окна.

Веселье, суета, смех – это все было сейчас так далеко от меня! Хотелось прямо противоположного – закрыться в маленькой спаленке, задернуть шторы, потушить свечи и с головой накрыться одеялом. Думала, путешествие взбодрит, вытеснит невеселые размышления, заставит забыть о Черуте, который так и не соизволил явиться домой.

Ни в одном месте, куда он мог со своим везением загреметь, дракона не оказалось. Выяснив, что он не умер, не ранен и не попал в лапы патруля, я сначала облегченно выдохнула, а потом, напротив, приуныла еще сильнее. Но в итоге разозлилась – на себя, что распустила сопли. Выходит, Черут свой выбор уже сделал. Значит, мне надо жить дальше.

В конце концов, я справлюсь и без него. Да и есть дела поважнее рыданий в подушку. От меня зависит десятки людей, работающих в мастерской. Им не должно отрикошетить бедами от моих амурных страданий по непутевому дракону. Следовательно, надо работать, а не рефлексировать.

К тому же, работа – лучшее средство от переживаний. Встаешь пораньше, вкалываешь, пока в глазах двоиться не начнет, а потом валишься спать. И не до душевных терзаний уже.

– Дэна, хватит киснуть! – Мирабелла расхохоталась. – Чего толку сидеть в тесной душной коробке? Пойдем гулять!

– А вещи? – я вспомнила про кучу сундуков, которые сейчас были привязаны к заднику кареты.

– Дам кучеру денежку, отвезет по нужному адресу, – отмахнулась подруга. – Да и из-за чего ты так переживаешь? Ни платьев путных, ни украшений у тебя не имеется! Идем! – она затормошила меня и начала выбираться наружу.

– Там мои кисти, Мира, – проворчала я и полезла следом. – И наборы новых красок для дворца, там на 5 из десяти патент оформлен, для меня это дороже всех бриллиантов и рубинов вместе взятых!

Солнце ослепило меня, когда ступила на брусчатку. Шум навалился со всех сторон, заставив оглохнуть. Запахи тоже набросились скопом. Тут было все и сразу – смесь духов, еды, кожаных ремней, пота, конфет, приправ. Жуткий коктейль! Желудок тут же сжало тошнотой.

– Вы меня дверью прямо по локтю ударили! – донеслось до моего слуха.

Незнакомый мужской голос.

– Какие мы нежные! – а вот этот презрительный ответ точно от Мирабеллы.

Я проморгалась и увидела, что она о чем-то ожесточенно спорит с мускулистым красавчиком, за ухом которого красовалась красная роза. Подруга в своем репертуаре! Зацепилась языком, с азартом спорит, щечки раскраснелись! Ей это явно нравится!

А вот я чувствую себя камнем в течении реки. Правда, толпа и не думает меня обтекать, уж скорее хочет утащить с собой. И каждый норовит дать испробовать остроту своих локтей. Ай! В очередной раз взвизгнув от боли, сделала пару шагов к Мире.

– Вы редкостный хам! – бросила она в лицо красавчику, а потом выдернула из-за его уха розу и, цапнув меня за руку, увлекла за собой в чрево толпы, смеясь, как пьяная гиена.

– Ты что творишь?! – крикнула я, когда мы оказались в незнакомом переулке и смогли отдышаться.

– Живу, Дана! – девушка снова расхохоталась и, явно довольная собственной выходкой, понюхала свой трофей – розу. – И тебе советую поступить также, глупая, ведь жизнь так коротка!

– Я сейчас не лучшая напарница для приключений, прости, – признала со вздохом. – Не могу просто сделать вид, что все хорошо, муж остался в прошлом и…

– Стой! – ахнула она. – Так ты так и не развелась с ним? После того, как он сбежал? Серьезно?!

– Времени не было, – огрызнулась я. – Ты же сама меня торопила с красками и утащила в эту поездку!

– Опять я виновата, конечно! И Массаира уломала, и довезла до места, и дом нам сняла, чтобы ты сэкономить могла, и все равно Мирабелла плохая!

– Прости! – мне стало стыдно. – Иди сюда! – я обняла ее и чмокнула в щеку. – Ты подруга, о которой можно только мечтать, честно. А я – унылая какашка.

– Верно! – девушка довольно улыбнулась, закрепив розу в своих волосах.

– А где мы вообще? – я посмотрела на нещадно воняющую подворотню.

На склизких камнях валялись картофельные очистки, рядом растекалась лужа нечистот.

– Понятия не имею! – Мира пожала плечами.

– А как до дома добираться будем?

– Ответ тот же.

– Ты хоть адрес помнишь? – я напряглась.

– Не помню, – Мирабелла беспечно хихикнула. – Бумажка с адресом в моей сумочке.

– А сумочка где?

– Осталась в карете.

– Мира!!!

***

С грехом пополам, но мы все же нашли наш дом. Он, кстати, стоил того, чтобы стоптать в кровь ноги, трижды разругаться и столько же раз помириться, заблудиться, угодить в какашки ногой и порвать платье о гвоздь, торчащий из лавки – на которую мы плюхнулись отдохнуть.

Двухэтажный особняк песочного цвета казался неприметным, приземистым, прячущимся за буйной зеленью, но первое впечатление оказалось в корне неверным. Стоило войти внутрь, за высокие ворота с коваными уголками, как нас тут же со свех сторон окружила роскошь.

В середине двора поблескивал бирюзовым овалом бассейн, так и манящий окунуться, чтобы смыть дорожную пыль и усталость. Рядом зазывали в свои объятия диванчики с кучей маленьких подушечек. Укрытые тенью от высоких деревьев с сочными большими листьями, напоминающими опахала, рядом пустовали качели.

Блики от воды сияющими улыбками танцевали на стенах. Зелень над балкончиками на них была похожа на удивленно приподнятые брови. Я улыбнулась, но потом увидела кактусы с колючими зелеными «ладошками» и сразу вспомнила, как Черут меня от них защищал, когда мы пробирались с детишками к кораблю. Колючки цеплялись за волосы и больно царапали кожу. Как же давно это было. Словно в прошлой жизни.

Воспоминания резанули по сердцу, и мне едва удалось сдержать горечью растекшиеся во рту слезы, готовые брызнуть из глаз. Забыть, забыть его, забыть! Хватит рвать себе сердце в клочья! У Черута была прорва времени, чтобы придти и поговорить со мной, и ни единого оправдания тому, что он этого все-таки не соизволил сделать!

Это был его сознательный выбор. Подлый дракон бросил меня, сбежал, не счел нужным явиться и поговорить, а я унижаюсь, тоскую по этому гаду, ною! Надо подать документы на развод и жить дальше! Впредь наука, буду умнее и ни за что больше замуж не пойду! За драконов особенно!

Кивнув самой себе, я смахнула с ресниц выступившие без спроса слезинки и вслед за Миррой прошла по деревянным ступенькам в уютную гостиную. Мягкая мебель спокойных расцветок расплывалась из-за влаги в моих глазах в бежево-коричневую лужу. Но интерьер и так перестал интересовать. Хотелось тишины и покоя.

Но именно это Мирабелла наотрез отказалась мне предоставлять. Едва мы перекусили, разобрали все же нашедшие путь к дому чемоданы, как она буквально силой заставила меня одеться в мое единственное оставшееся парадное платье. И тут же заставила его снять – чтобы надела один из ее нарядов.

– И не бурчи, – топнула ногой, пока я забиралась в сапфировый шелк с отливом. – Если бы явилась в своем, нас засмеяли бы!

– Мне все равно.

– А мне нет, ты же со мной будешь! На себя наплевать, так хоть подругу не позорь!

– Хорошо, надену его, – я притянула края декольте, чтобы хоть чуточку прикрыть полукружия грудей.

Увидел бы это безобразие Черут, точно разорвал бы пошлую тряпку в клочья в тот же миг, уверена! Представила, как налились бы кипящей зеленью его глаза, обжигающие лицо, и мечтательно улыбнулась. В памяти вспыхнули воспоминания о его щеке под рукой – слегка покалывающей кожу отросшей щетиной.

Он всегда успокаивался, когда я прикасалась к нему. Гнев и ярость покидали драконьи очи, прорезанные вертикальной иглой зрачка. Взамен они наполнялись таким сиянием, что хотелось зажмуриться. Но я смотрела и смотрела, тонула в этих омутах, забывая обо всем на свете…

Как сейчас.

– Дана, вот эти примерь, – подруга потрясла перед моим лицом сережками. – Ты вообще меня слышишь? – вздохнула горестно. – Вот угораздило же с тобой связаться! О чем задумалась так, что из мира выпала напрочь?

– Ни о чем, – я отвела взгляд, начав вставлять в уши колючие гвоздики.

Это теперь прошлое. О нем стоит забыть и думать о будущем. Только так.

***

Дворец Императора начинался мраморной лестницей, которая шустрыми ступеньками сбегала прямо в морскую воду. Наша лодка с загогулиной на носу, напоминающей лебедя, слепленного неумелым малышом, подплыла к ней и развернулась боком.

Расфуфыренные лакеи, которые довольно комично смотрелись в своих покачивающихся высоких разноцветных париках, «поймали» ее длинными шестами с когтем на конце, зафиксировали и протянули нам с Миррой руку.

– Напридумывают же, – едва слышно пробурчала она себе под нос, подхватывая платье так, что еще чуть-чуть и видно будет, какого цвета на ней белье.

Когда взвизгнувшая подруга оказалась на берегу, пришла моя очередь. Балансируя на перекинутых в лодку сходнях, я едва не угодила в воду, когда они накренились вправо. Перепрыгнула через ступеньки, залитые прибоем, и облегченно выдохнула, встав рядом с Мирабеллой.

– Весьма оригинально, – она уже взяла себя в руки. – Надо мне у себя что-то подобное устроить. А сама буду сидеть на балконе и глазеть, как гости карачатся и ругают меня на чем свет стоит! – девушка довольно хихикнула. – Идем.

Мраморная лестница, подсвеченная магией, привела нас на вершину холма. Глянув вниз, я вздрогнула, представив, каково это – упасть с самого ее верха. Бедный копчик тогда непременно пересчитает все ступеньки до единой!

Но отчасти это было бы забавно, ведь по пути можно, будто каменный мяч, сбить кучку гостей, которые кряхтя вылезали из лодок и со страдальческими минами на лицах начинали подъем наверх. По пути вспоминая, что за ними могут наблюдать, они вдруг переставали кривиться, словно только что угодили дорогущей туфлей в свежую коровью лепеху, и начинали лучезарно улыбаться, словно на них снизошло благословение небес.

Интересно, не хотел ли Император, лично утверждавший, насколько мне известно, все проекты касательно прилегающей к дворцу территории, напомнить подданным, что путь наверх непрост и долог, а вот обратная дорога куда быстрее – р-раз, и ты уже барахтаешься в ледяной воде?

И никто не поторопится тебя из нее вытащить. Тем, кто внизу, в удовольствие понаблюдать, глумиться над тем, кто из элиты впал в немилость. А тем, кто наверху, лениво спускаться вниз, да еще к тому, кто нынче не в фаворе у судьбы. Невезение ведь заразно. Да и протянешь руку такому вот неудачнику, а он вцепиться и утащит тебя за собой, как тонущий, прямиком на дно.

Нет, гораздо безопаснее стоять наверху и делать вид, что тебе и вовсе дела нет до бед тех, кто копошится внизу. Пусть справляются сами, это карма, в конце концов. Кто мы такие, чтобы спорить с волей богов? Ведь все так просто – успокоил себя, нашел оправдание и живешь дальше. А совесть – удел бедняков, им приходится верить в сказки, чтобы хоть как-то сводить концы с концами.

Да, обычно так и бывает. Я невесело усмехнулась.

– Дана, о чем задумалась? – Мира подхватила меня под локоть и увлекла к дворцу, который бриллиантом сиял вдалеке.

Его строили давно, еще в те времена, когда правили драконы. Тогда был моден этот камень – почти прозрачный, начинающий искриться изнутри при малейшем попадании света. В жару он создавал в доме прохладу, а при похолодании хранил тепло. К тому же, почти не поддавался износу, и говорили, защищал своих хозяев от болезней и дурного глаза.

Теперь его уже не сыскать ни в одном из государств. Все карьеры, похожие на оспины в теле земли, выработаны до последней крошки и мирно зарастают травой. И, наверное, это к лучшему, иначе вся страна превратилась бы в кротовые норы.

Все, что располагалось вокруг дворца, хранящего следы давно минувшей и прочно забытой эпохи, лишь оттеняло его красоту. И причудливо подстриженные деревья, и кивающие, поддакивая ветру, целые поляны цветов, и озера, и фонтаны, бьющие в бархатно-черное небо, которое с недовольством, будто вдова, всеми забытая на чьей-то пышной свадьбе, взирало на роскошь внизу.

Благодаря неяркому магическому освещению казалось, что вокруг витала какая-то тайна, сотнями глаз бесстыже щупающая тебя исподтишка, вплетаясь в локоны и заставляя шелестеть подол платья. Любопытная и до поры не опасная, она терпеливо ждала своего часа, чтобы… Я помотала головой, отгоняя дурные мысли. Это всего лишь волнение.

Пройдя по длинному языку дороги, мы вошли в сам дворец. Здесь тоже не было яркого света, и тени вздыхали по углам, вспоминая о былых временах. Роскошь внутреннего убранства не бросалась в глаза, но добротность, с которой строили в те времена, когда в небесах парили Владыки этого мира – драконы, ныне утратившие способность принимать истинный облик, говорила сама за себя.

Пройдя с десяток залов и едва не заплутав в анфиладах комнат, мы вдруг попали в грот. Самый настоящий, с нависающими сверху сталактитами. Я оглянулась, чтобы понять, как это? Ведь только что мы шли по паркету, от которого отскакивали золотые отблески! Казалось, что не моргнула, а в сон провалилась.

– Не глазей по сторонам! Садись в лодку! – прошипела Мирабелла.

– Лодку?.. – озадаченно посмотрела на нее, а потом вперед – и правда, перед нами снова покачивалась разукрашенная ладья.

А волны нежно-бирюзового цвета как ни в чем ни бывало омывали тот самый паркет!

***

Я села в лодку, все еще пораженная магическими фокусами. Вздрогнув всем корпусом, она поплыла вперед. Тяжелые шлепки весел гулким эхом отскакивали от стен, пронзая прохладу. Мне это даже понравилось. Но путь оказался недолгим – лодка уткнулась носом во что-то в темноте и развернулась боком.

Мира с помощью гребцов сошла на берег. Я тоже встала и замерла в недоумении – рядом никого не было. А потом тьма расступилась, передо мной появился высокий мужчина и протянул мне руку.

Я вложила в нее, холодную, свою ладонь. В кончиках пальцев тут же заворочалось какое-то зудящее покалывание, будто они долго были опущены в ледяную воду. Не заметив, как, очутилась рядом с этим незнакомцем, не в силах отвести взгляд от его непроглядно черных глаз.

Они будто воронкой засасывали меня в себя, не оставляя возможности пошевелиться или подумать. Эти смерчи будто контролировали во мне абсолютно все. Казалось, если он захочет – я попросту прекращу дышать и упаду бездыханной птичкой к его ногам.

Все плыло и качалось, будто я пыталась устоять на ногах в утлой лодочке, которую из стороны в сторону мотала морская буря. А потом шум в ушах превратился в шепот, едва слышный, но такой громкий, что мне показалось, что я оглохла:

– Добро пожаловать в мой дом, Светоч.

Мир закачался и начал крошиться, словно не выдержал этой мощи. А следом не выдержала и я, трусливо нырнув в спасительный обморок.