Глава 28. Это был ты!..

Черут

К концу обратной дороги Дэна совсем выбилась из сил. По иронии судьбы, нам встретился тот самый сосед, у которого мы вчера по очереди «отжали» лошадь. Мужчина согласился нас подвезти – видимо, так и не узнав о коварстве четы Эдер. Когда телега остановилась у дома, супруга уже вовсю подхрапывала на моем плече.

Поблагодарив вполголоса доброго человека, я подхватил жену на руки и понес в дом – под раздраженное ржание лошади, которая опять высказала все, что она думает о нашем семействе.

Уложив Дэну спать, я снял с нее платье, стараясь утихомирить дракона, который тут же располосовал мне душу когтями, стоило увидеть острые соски, манящие к себе сквозь тонкую ткань исподнего. А эти изгибы, розовеющие сквозь полотно! Милостивые боги, эта женщина не дает покоя моему флагштоку! Чем больше я ее люблю, тем сильнее хочется еще!

Стараясь утихомирить желания, улегся рядом, обняв мою соблазнительницу. Смежил веки и силком заставил себя уснуть – пригодились умения, полученные в солдатской жизни.

Но радоваться было нечему, сон вернул меня в те же времена – когда я носил форму и делал то, о чем безумно хочу позабыть навсегда. В мой кошмар.

Черная ночь снова привела меня в небольшой домик на окраине, в котором была вырезана семья Светочей. В лицо глянул темный коридор. А вот и сундук – знаю, в нем сидит та кроха, глазастая и пахнущая изысканными духами. И зная, что не должен, я откинул его крышку.

Она сидела на дне, притянув ноги к груди и так крепко обхватив их, что мне казалось, что я слышу хруст хрупких детских косточек. По плечам струились густые волосы. У моей сестры были такие же. Предмет ее гордости и даже немного тщеславия. Сто раз гребнем утром и столько же перед тем, как лечь спать.

Эта крошка, в сундуке, смотрела на меня, пока я тупо пялился на нее, вспоминая сестру, вина перед которой всегда будет разъедать мою душу. Лишь услышав шаги в коридоре, понял, что ее ждет. Быстро захлопнул сундук, сжал рукоять кинжала на боку и повернулся лицом к выходу, готовый защищать малышку до конца.

Но в закуток вошел вовсе не сержант – славный малый, который часто мне помогал. Передо мной появился тот самый маг!

– Думаешь, спасешь ее? – хриплый голос коварной змеей заполз в уши и стиснул в склизких тисках сердце.

Кипящие Тьмой глаза мазнули по моему лицу. Отодвинув меня плечом, он подошел к сундуку.

Я попытался открыть рот, но не смог. Точно также не сумел даже пошевелить рукой, беспомощно глядя, как мерзавец открывает проклятый ящик. Противное состояние беспомощности, нередкое во снах, сковало меня, стреножив и лишив власти над собственным телом.

Маг протянул руку к крошке с глазами, переполненными ужасом. Взвизгнув, она выскочила прочь, как перепуганный котенок. Но мужчина преградил ей путь, и девочка отшатнулась, прижалась спиной к стене.

Маг рассмеялся, ухая, как полоумный филин. На мгновение мне показалось, что в его черных, как тьма вокруг, глазах вспыхнул адский огонь.

Тот самый, который обгладывал мои кости, медленно слизывая с них плоть – отныне разгораясь в моей душе снова и снова, возвращаясь воздавать мне по заслугам каждую ночь.

Каждую проклятую ночь!

– Не смей! – голос вырвался не изо рта, а из глубин души, разрывая всего меня на части.

– А то что? – осведомился маг, посмотрев на меня из-за плеча. – Молчишь? Не знаешь? Доблестный Защитник Светоча! Ты даже не ведаешь, как ее защищать!

В воздух взмыл кинжал, с острия которого капали огненные капли.

– Не трогай ее!

Мой крик слился с полным ужаса воплем девочки. И…

Я проснулся, подскочив на постели. А рядом сидела Дэна – тяжело дыша, вся в слезах, она смотрела мне в лицо.

Глазами той самой девочки из сундука!

***

Судьба, какие же заковыристые шутки ты шутишь!.. Все это время Дэна была рядом, а я ни сном, ни духом, что она и есть девочка из семьи Светочей! Выходит, выжила? И, получается, я тогда участвовал в убийстве ее семьи?!

Сердце ухнуло в неведомые подземелья. Она же не простит меня, никогда!!!

И прежде, чем я открыл рот, чтобы хоть что-то сказать, жена меня опередила:

– Это был ты?!. – потрясенно выдохнула она.

Протянул к ней руку, но любимая соскочила с кровати – так проворно, будто ядовитого паука в постели обнаружила. Впрочем, для нее так и было. Я усмехнулся с горечью. Муж, который пришел с солдатами, которые зарезали всех, кого ты знала и любила, а потом сожгли дом вместе с телами – он хуже ядовитой твари. Гораздо, гораздо хуже.

– Дэна, – я встал и снова протянул к ней руку, но она отшатнулась и прижалась спиной к стене – совсем как та малышка в сегодняшнем сне.

– Уходи, – просипела, ловя ртом воздух. – Убирайся из этого дома, из моей жизни! – с ладоней закапала сияющая белая субстанция.

– Я уйду, – пробормотал, отступая.

Вспомнил слова Лунаэля – Сила в Дэне прорывается в моменты сильных переживаний. Управлять ею она пока не умеет и может нанести вред и окружающим, и себе. Не могу этого допустить.

– Уйду, если ты так хочешь, – подхватил одежду и начал отступать к двери. – Только успокойся. Вернусь завтра, и мы обо всем спокойно поговорим.

– И на порог тебя не пущу! – прорычала она.

Нутро сжалось, будто здоровенный детина пнул меня со всей дури в живот. Сделал вдох, пережидая боль.

– Если не пустишь, на коврике у двери поселюсь, – ответил тихо, ни разу не шутя.

– Убирайся! – под ее крик комната будто взорвалась белым сиянием.

И мне ничего не оставалось, кроме как выйти за дверь. Спуститься по лестнице и, шатаясь, выйти в сад. Ночная тьма обняла разгоряченное тело. Где-то на задворках сознания вспыхнула мысль о том, что я абсолютно голый. Одежда в руках. Надо остановиться и надеть.

Но мне на все было плевать.

Кроме моей любимой Дэны.

***

Фонари качались навстречу мне, бредущему вперед, не разбирая дороги. Я смотрел на них, а они расплывались желтоватыми кляксами, словно по небу плыла еще одна луна. В голове было так пусто, что крикни в одно ухо, и крик будет метаться час, прежде, чем из другого вылетит.

Что теперь будет, как? Что скажу в свое оправдание Дэне? Она стала мне нужна, как воздух. С ней я получил шанс на счастливую жизнь. Вечно готов заглаживать вину, минусовать содеянное зло добром, лишь бы только в ее глазах светилась любовь, когда она смотрит на меня.

Но теперь этого шанса просто нет. Он растаял во тьме, которая снова обступала меня со всех сторон, засасывая в себя, напоминая, что именно в ней мое место. А не рядом со светлой женщиной, которую я полюбил сильнее жизни. Мой Светоч…

– Стоять! – крик ударил по ушам.

До пошли вы все! Я зашагал дальше. Было попросту наплевать на все. Но вот кому-то явно надо было до меня докопаться. Сзади послышался топот ног.

– Стоять! – повторно прилетело мне в спину.

Я выругался и развернулся.

Кулак врезался в мое лицо, и свет померк.

Дэна

– Ты молчишь? – я уставилась на Таранту, которой только что вывалила все мои беды – про то, что узнала о себе и о том, кем оказался Черут.

Женщина, которая стояла напротив, прижавшись к одному из кухонных шкафчиков, лишь вздохнула.

– Постой, – вдруг озарило меня, – так ты все знала?!

– Не все, – Таранта, наконец, посмотрела в мое лицо. – Я знала твою семью. Мельком. Догадывалась, что они Светочи. Когда маги начали гонения, твои родные быстро уехали из города. Никто не знал, куда.

Хмурясь, она посмотрела куда-то за мою спину, словно пыталась там разглядеть давно безвозвратно убежавшие в небытие годы.

– А потом я неожиданно встретила тебя, когда приезжала в столицу по делам. Дальше ты знаешь, детка.

– Но почему не сказала правду?.. – голос сорвался, по щекам потекли слезы.

– Сначала было нельзя, ведь ты же являлась еще совсем дитем. А маги сновали вокруг, они мастера читать мысли, и не заметишь, как какой-то из них вполз в твой разум. Я серьги вот эти почему, думаешь, ношу, не снимая? – она тронула пальцем простенькую сережку из серебра – цветок с пятью лепестками.

– Они достались тебе от матери, – ответила я.

Вернее, озвучила ту версию, которую слышала с самого детства.

– От матери мне только подзатыльники доставались, если пойло ей недостаточно быстро приносила, – Таранта с горечью усмехнулась. – А как она спилась и померла, я получила в наследство лишь долги и дурную репутацию. – Пожала плечами. – Так никто из приличных мужчин и не взял меня замуж. Опасались, что моя мать дочку по рукам пускала ради денег на выпивку.

– И они поверили?

– А чего ж не поверить? Сплетни ведь быстрее огня разносятся, детка. И отмыться потом от слухов ох как нелегко, ведь люди с куда большим удовольствием верят во всякую грязь, чем во что-то хорошее. – таранта скривилась. – Так уж человек устроен, ничего не поделаешь, падок он на горяченькое, любит посмаковать чужие ошибки. Сам себе тогда, видимо, лучше кажется, чем есть на самом деле.

Женщина вновь вздохнула.

– А серьги эти ведунья одна сделала, – она вновь качнула серьгу. – Вернее, навела на них заклятие защитное от магов, чтобы мысли мои не читали, ведь я правду про тебя знаю, – она понизила голос и обозначила одними губами, с опаской перед тем глянув по сторонам, – что ты Светоч. Последний, детка.

– Но про Черута ты не знала? – тоже тихо спросила я.

– Откуда, детка? – Таранта шагнула ко мне.

– Как он мог так?.. – захлебнулась слезами, не в силах договорить.

– Поплачь, – она прижала меня к себе, тихонько покачиваясь, будто убаюкивая, как в детстве. – Выгони боль слезами, станет легче, хорошая моя.

– Я же полюбила его, – шепнула и разрыдалась, спрятав лицо у нее на груди.

– Ты строго его не суди, Дана, – женщина провела рукой по моим волосам. – Он же тоже, наверное, не знал, что ты – то самое дитя. Поговорить вам надо, когда успокоитесь, ведь то дело прошлое. А он солдатом был, куда послали, туда и пошел.

– Ты его защищаешь? – я вскинула на нее взгляд. – Он был среди тех ублюдков, которые вырезали мою семью!

– Но ты же не знаешь точно, обагрил ли муж руки кровью твоих родных, – она достала платок и вытерла им мои мокрые щеки. – Если он сам убивал их, тогда гони его, ясное дело, не построить семью на таком. Но не похож он на душегуба, милая. Тот еще ловец проблем на свой чешуйчатый зад твой муженек, это верно, сразу видать. Но никак не хладнокровный убийца, не поверю в это!

– Видеть его не хочу! – я тут же покачала головой.

– Сегодня не хочешь, а завтра сердечко истоскуется твое по нему, и смягчишься, – Таранта улыбнулась мне. – А пока делом займись, отвлекись. Все утрясется, вот увидишь.

***

Женщина, заменившая мне мать, оказалась, как всегда, права. Эмоции улеглись к концу следующего дня. Боль колола тупым ножом в сердце, сжимая солнечное сплетение противным спазмом. Но я и в самом деле почувствовала, к своему удивлению, что начинаю скучать по моему дракону. Хотелось поговорить, все выяснить, и потом, на основании этого принимать решение, а не рубить с плеча.

Но Черут не появлялся. У меня все валилось из рук. Я пыталась заниматься делами, но больше времени проводила у окна, бросаясь к нему каждый раз, как скрипели ворота. Но прошло несколько дней, а муж так и не вернулся. В душу начали хитрыми змеями заползать подозрения.

Может, и в самом деле, не смог заставить себя явиться, потому что сказать нечего? Стыдно так, что и в глаза мои посмотреть не может? Иначе почему его тут нет? Ведь говорил же, что придет на следующий день, когда мы оба успокоимся и серьезно поговорим!

Скрип ворот вывел меня из этих раздумий, вытянул обратно. Снова метнулась к окну – с надеждой, которая обжигающей волной окатила все изнутри. Но нет, это была Мирабелла. Ее-то зачем принесло опять?

Процедив сквозь зубы ругательства в ее адрес, я устыдилась себя и подошла к котлу с холодной водой. Сердце сжалось – ведь тут же вспомнилось, как я отмывала в нем моего чешуйчатого – в ту ночь, когда он продул графу деньги за триптих.

Плеснула в лицо, смывая следы слез, вытерлась, сняла фартук и пошла встречать гостью. Хоть немного отвлекусь, и то хорошо.

***

– Ужасно выглядишь, – честно сказала Мира, когда я спустилась к ней в гостиную. – Краше в гроб кладут. Что стряслось? Хотя не говори, дай угадаю, с мужем поссорилась?

Можно и так сказать. Я кивнула.

– Он ушел несколько дней назад.

– Так серьезно? – глаза девушки загорелись любопытством. – Пойдем-ка присядем и все мне расскажешь!

А завтра я стану сплетней номер один. Ну и пошло оно все, все равно! Пусть за моей спиной хоть весь город перемывает мне косточки, не волнует, лишь белее станут!

– Так что случилось у вас? – Мирабелла сжала мою руку.

Я вздохнула и поведала ей вымышленную историю о том, что супруг извел меня ревностью, на фоне этого вспыхнула ссора, и в итоге он ушел из дома и вот уже несколько дней не возвращался.

– Да ладно тебе, не реви, – девушка сморщила нос. – Не велика и пропажа, если честно сказать, Дана! Может, и к лучшему оно. И вообще, знаешь, – она посмотрела на меня, словно раздумывая, стоит это говорить или нет, – так истово ревнуют те мужики, у которых у самих рыльце в пушку!

– Это не про Черута, – я помотала головой.

– Ой ли? Вот не хотела тебе об этом рассказывать, но все-таки расскажу, раз уж зашел разговор об этом.

– О чем?

– О том, что он ко мне клеился! – выпалила Мирабелла. – Тогда, на празднике, где Массаир был. Чуть в кусты меня не утащил, чтобы там оприходовать.

– Черут не мог такого сделать! – я помотала головой, не веря.

– Не стала тебе тогда говорить, думала, что перебрал мужик, бывает. Они все, как налижутся, так все равно, какую бабу, было бы куда.

– Ты что-то не так поняла, – мне захотелось от души треснуть ее чем-нибудь.

– Ну, как хочешь, – надулась девушка, – верь не своей подруге, которая тебя выручает уже не первый год, а какому-то пришлому дракону, вообще невесть откуда взявшемуся! Что ты о нем знаешь вообще?

А вот это уже истинная правда. Я кивнула, поникнув. Ничего, получается, не знаю. Даже и предположить не могла, что муж преподнесет мне такой сюрприз. И ведь как раз тогда, когда у нас все так чудесно сложилось!

– Ну, чего ты опять ревешь? – она фыркнула. – Ладно, давай так договоримся, я узнаю, не попадался ли такой, как твой Черут, в руки к патрулю, и не было ли его в больницах, ну и моргах соответственно. Устроит?

– Да, спасибо, – я с признательностью на нее посмотрела, снова чувствуя себя неудобно – человек помочь хочет, искренне и бескорыстно, а я тут ударить ее мечтаю, неблагодарная.

– Так, а теперь хватит о мужиках, давай к делу, – Мирабелла посерьезнела. – Я ведь с отличным известием к тебе пришла!

– С каким известием? – что-то хорошее мне сейчас уж точно не помешает – для разнообразия.

– Массаир внес тебя в список мастеров! – выпалила девушка и захлопала в ладоши.

– В какой список? – я нахмурилась, ничего не понимая.

– Дана, включи мозги! В список мастеров, из которых Император будет выбирать того единственного, кто будет заниматься поставками для его нового дворца!

– О! Это действительно отличная новость! – я смогла даже улыбнуться, хотя на душе было паршиво. – И когда будет известно, кого он выбрал?

– Когда Его Величество со всеми лично познакомится!

– Как это? – я озадаченно уставилась на Мирабеллу.

– Все просто, глупышка! – она встала и закружилась по гостиной. – Мы едем в столицу!!!