Глава 31. Предложение

Дэна

– Госпожа просыпается! – свистящий шепот показался таким громким, что я сморщилась.

– Просыпается! – разошлось эхом в разные стороны. – Просыпается!

– Тише всем! – прикрикнул другой голос, и все моментально затихли.

Странно, но напряженная тишина еще сильнее давила на мозг. Не выдержав, я открыла глаза.

Балдахин. Это было первое, что я увидела. Тяжелый, свисающий сотнями мелких, противных фиолетовых складок, будто жир на теле. Бррр!

Поспешно отвела от него взгляд. А где все? По ощущениям, так десятка два человек должны быть рядом. Я попыталась сесть на кровати, но перина была такой мягкой, что засасывала обратно, как зыбучие пески.

– Не вставайте, госпожа! – из-за складок балдахина выскочило что-то маленькое, костлявое и машущее руками.

Потом еще и еще. Все вместе они бережно уложили меня обратно в эти самые «пески». Теперь точно не вылезти.

– Вам надо отдыхать, – наставительно произнесла самая высокая из существ, ростом максимум мне по грудь.

За спиной у нее трепетали, переливаясь отблесками от слюдяных вкраплений, невесомые крылышки, как у фей.

Кажется, это марлы, вспомнила я. Что-то среднее между гномами и эльфами. Тщедушные тела, острые носы и совершенно круглые глаза со змеиными зрачками. Видела только на картинках. Думала, этот народ давным-давно вымер.

– Все верно, госпожа, – самая высокая кивнула. – Мы марлы, последние из оставшихся. Великая редкость, госпожа. Потому наш высокочтимый Император и даровал нас вам.

– Ч-что? – я нахмурилась, глядя на них, почтительно склонивших головы. – Что это значит?

– Что мы ваши рабыни, госпожа, – поклон стал еще ниже, позволяя мне полюбоваться их крылышками.

– Что за ерунда? Мне не нужны никакие рабыни!

– Смилуйтесь, великодушнейшая госпожа! – марлы все, как одна, попадали на колени, заливаясь слезами. – Если откажетесь от дара Императора, он решит, что мы, недостойные, прогневали вас, и сурово накажет бедных марл!

– Вы же редкость, – напомнила я.

– По сравнению с вами мы ничтожества, великая госпожа!

– Что это значит?

– Ведь вы же Светоч! – подобострастно прошелестела старшая марла.

Я и забыла, что тот мужчина, с непроглядно черными глазами, которые готовы были, казалось, вмиг высосать из меня душу, назвал меня Светочем! В том момент не успела испугаться. Видимо, сейчас самое время.

– И… – как бы сформулировать поаккуратнее, чтобы редкий вид существ не вымер с моей помощью? – Что Император намерен сделать со мной? – ой, да ладно, спрошу, как есть! – Казнить?

– Что вы, госпожа! – марлы начали улыбаться. – Ведь таких, как вы, больше нет в мире!

И что? Он коллекционер всяческих вымирающих зверюшек? Меня удостоят честью стать самым значимым экспонатом в его коллекции?

Мое воображение тут же подключилось и нарисовало картинку с постаментом, где я лежу, пришпиленная огромной булавкой, как мертвая бабочка. По позвоночнику прошла волна озноба.

– Так что ему все-таки от меня надо? – прошептала задумчиво.

– Скоро сами сможете спросить, госпожа, – старшая марла поднялась с колен и хлопнула в ладоши. – Начинаем готовить госпожу!

– К ч-чему готовить? – я с опаской притянула колени к груди и приготовилась защищаться.

– К встрече с нашим высокочтимейшим Императором! – прошелестела самая высокая и тут же цапнула под локоть ближайшую соратницу, которая закатила глаза и вознамерилась, похоже, снова бухнуться на колени. – Начнем!

***

Побрыкавшись ради приличия, я сдалась и полностью отдалась во власть марл. Программа подготовки меня к встрече с Императором – произносить надо с придыханием и закатыванием глаз и тут же бухаться на колени – оказалась весьма насыщенной.

Сначала несколько пенных пахучих ванн с добавками, потом жесткий массаж и натирание маслами – и тела, и волос. Затем макияж, укладка, подбор белья, отсев неподходящих платьев, выбор среди моря оставшихся. Затем еще более скрупулезная сортировка украшений и аксессуаров.

Меня вертели и крутили, как куклу. И хотя делалось это с почтением и крайней осторожностью, к концу процедуры я уже так устала, что хотела только спать. Спрашивается, откуда в этих маленьких остроносых существах столько энергии?

– Вы готовы! – провозгласила старшая, обежав вокруг меня десяток раз. – Позвольте выразить вам свое восхищение: вы прекраснейшая из прекрасных, госпожа! – ее крылышки затрепетали, передавая восхищение хозяйки, видимо.

– Благодарю! Теперь пойдем к Императору?

– Даааа, – она смахнула невидимую пылинку и, бросив через плечо, – наведите тут порядок, – направилась к двери. – Будьте любезны проследовать за мной, госпожа!

***

Путь был долгим, но зато я успела запомнить входы-выходы, окна и прочее, что могло пригодиться для побега. Поглядывая на меня через плечо, моя востроносая спутница подошла к одной из дверей и остановилась.

– Личные покои Императора, госпожа, – степенно доложила она.

А почему личные? Я бы предпочла где-то на нейтральной территории поговорить, а не в полном интимности будуаре. Но было уже поздно – маленький кулачок марлы мелкой дробью выбил деликатный стук по двери.

Ее нижняя половинка тут же открылась и на нас глянула точная копия моей спутницы, только в мужском варианте.

– Открывай! – недовольно прошипела она. – Бдительный какой!

– Убедиться надобно, – с важным видом заявил он, но дверь через секунду все же распахнулась.

На меня пахнуло цветочными ароматами, будто там располагался луг, и теплом очага.

– Прошу, госпожа, – мужской вариант марлы склонился в почтительном поклоне, отступив в сторону.

Я зашла внутрь, гадая, что же там увижу. И сколько бы вариантов не промелькнуло в моей голове, к тому, что меня встретило, оказалась не готова.

Бабочки! Сотни, а может, и тысячи самых прекрасных бабочек на свете! Яркими улыбками они невесомо порхали вокруг, наполняя комнату всевозможными оттенками. И сколько бы новых красок я не запатентовала, до матушки-природы мне ой как далеко!

Не пугаясь меня, бабочки тут же уселись на мои плечи, волосы и платье. Я вытянула вперед руку, и на ней тут же присели отдохнуть десятки малышек с трепещущими крылышками. Крохотные лапки этих проказниц щекотали кожу, и это было так приятно, что я, полностью позабыв обо всем, расхохоталась.

– У вас прекраснейший смех, Даниэлла, – бархатный мужской голос заставил меня резко развернуться.

У небольшого столика с напитками стоял тот самый незнакомец с непроглядно черными глазами-воронками.

Он подошел ко мне, и бабочки разноцветным облаком испуганно вильнули в сторону.

– Позвольте представиться, – в его тоне засквозила ирония, – Император.

– Очень приятно, – смущенно пробормотала в ответ.

Теперь я смогла разглядеть его – высокого, с черными волосами до плеч. Дав мне немного времени, будто специально, чтобы могла освоиться, он пригласил меня к столу, уже накрытому для ужина. Наш разговор был довольно долгим и, кажется, интересным обеим сторонам. Но забыть, кто именно находится передо мной, я все равно не смогла.

Сложно увидеть простого человека в том, кто отдавал приказы, стоившие десятки тысяч жизней.

Кто приказывал отлавливать магических детей и… Никто так и не узнал, что с ними происходило потом. И даже сейчас, имея возможность это узнать, я не осмелюсь о таком спросить. Не потому что боюсь его реакции. Нет, совсем наоборот – я боюсь своей реакции на его ответ.

Этот маг старательно изображал простого человека, и у него вполне получалось быть обворожительным мужчиной, радушным хозяином и просто приятным собеседником. Но огонек, пылающий на задворках моего разума, не утихал, призывая быть очень, очень осторожной.

– Могу ли я задать вопрос? – отложив крохотную серебряную ложку, которой ела десерт, сказала я, посмотрев на Императора.

– Разумеется, – он остался невозмутимым, но в глубине черных глаз на мгновение мелькнула искорка интереса.

А я опять вспомнила о картинке, которая недавно промелькнула перед глазами стараниями моего воображения. Большой зал с причудливыми экспонатами – представителями вымерших видов, когда-то населявших наши земли.

Мертвые тела, умело сохраненные мастерами-чучельниками будто живые. Оскаленные в притворной улыбке зубы, пластиковые глаза. А в центре всего этого – я, с зависшей над моим телом огромной булавкой, готовой проткнуть мое сердце и присоединить к жителям этого ужасного музея навсегда.

– Не буду ходить вокруг да около, Император, – отогнав воспоминания, продиравшие дрожью вдоль позвоночника, сказала, наконец. – Зачем вам я?

Он не ответил сразу. Улыбка изогнула губы. Мужчина взял кубок с вином и сделал глоток. И лишь потом сказал:

– Чтобы беречь вас, Даниэлла.

Это было неожиданно. Теперь уже молчала я, пытаясь постичь смысл, заключенный в этих словах. Что маг хотел этим сказать? Если честно, не понимаю.

– Почему? – хмурясь, переспросила его. – Вы ведь сами приказали уничтожить Светочей.

– Был неправ, признаю, – он так легко улыбнулся, будто речь не шла о сотнях семей, которые были просто вырезаны под корень.

И одной из них была моя семья! Мама, папа, сестры и братья!

– Я был молод, Даниэлла, – Император откинулся на спинку стула. – Маги тоже ошибаются и способны признавать это. А также пытаться исправить содеянное.

– Вы можете вернуть мне семью? – не выдержав, резко бросила в его лицо.

– Увы, это не в моих силах, – спокойно прозвучало в ответ. – Но я могу вернуть род Светочей. Усилив его кровью магов.

– Ч-что? – внутри все похолодело – потому что поняла, к чему он клонит.

– Я хочу, чтобы вы стали моей Императрицей, Даниэлла.

Опа, офигела даже попа! Так говорит Шустрик. У меня сейчас тоже других слов не нашлось. Хлопая глазами, я молча смотрела на мужчину, который с преспокойным видом восседал напротив.

Это шутка такая, да? Сейчас он рассмеется и начнет потешаться надо мной, принявшей все всерьез, правда ведь?

– Нет, это не шутка, – развеял Император мою надежду на хороший исход.

– Точно? – переспросила я с нелепой, какой-то детской надеждой.

– Да, – он кивнул. – Мне нужна супруга. Достойная, способная подарить магически сильное потомство. Вы – последний Светоч. Великая драгоценность этого мира, которая нуждается в заботе и охране. К тому же, это поможет мне исправить совершенную в молодости ошибку. Все сошлось в одной точке.

– А если я не соглашусь? – с опаской посмотрела на него, известного своей репутацией правителя, не принимающего отказов.

– Тогда придется вас связать и тащить к алтарю силой, – вздохнул мужчина, а потом расхохотался. – Видели бы вы свое лицо, Даниэлла! Успокойтесь, я не из тех неудачников, которым приходится заставлять суженую цедить «да» сквозь зубы.

Хотелось бы на это надеяться.

– К тому же, вовсе не хочется портить прекрасное свадебное платье кандалами. Каждая девушка в день своей свадьбы прекрасна, как цветок. Согласитесь, это же на самом деле какое-то волшебство!

Экий романтик с руками по локоть в крови выискался! Я усмехнулась. Ну, так-то проблемка небольшая имеется, жених с большой дороги!

– Простите за сарказм, но вас не смущает, – посмотрела ему в глаза, – что я уже немного замужем?

Да еще и в Сопротивлении состою. Но об этом умолчим, а не то вместо увеселительных мероприятий невеста будет перебазирована на плаху. Или в темницу – в виду своей высокой ликвидности из-за статуса последнего Светоча.

– Ах это? – он пренебрежительно махнул рукой. – Нисколько не смущает. И вас беспокоить не должно.

– Почему? – моя бровь удивленно изогнулась. – Императрице позволено распутствовать в собственном гареме?

– О, вовсе нет. Тут я старомоден, прошу простить. Конкурентов не потерплю. Моя супруга должна хранить мне верность.

– А ответная любезность предусмотрена? – удержаться и не съехидничать не смогла.

– Разумеется. Оскорблять свою жену наличием фавориток я не намерен.

Какие мы сладкоголосые! Все мужики ангелы, пока ухаживают, как говорит Таранта. Ну, никто же не мешает мне посмотреть демонстрацию лучших качеств Императора, верно? Послушаю, покиваю, могу даже поаплодировать. Дадут цветы – швырну букетом. А вот верить в этот спектакль я не нанималась.

– К тому же, уважаемая невеста, – черные глаза заискрились смехом, – я уже позаботился о том, чтобы вам вернули статус свободной женщины.

Что?.. Сердце сделало кульбит и шлепнулось на самое дно души, которую окатило ужасом. Я теперь свободная женщина? Как так? Что он сделал с моим драконом?! Где мой Черут, что с ним?!

– Не пугайтесь так, – Император перестал улыбаться. – То недоразумение, которое вы называли мужем, не пострадало. Он жив.

Я снова смогла вдохнуть, и ожившее сердце застучало так, что из-за шума в ушах мир вокруг на несколько мгновений стал немым.

– Но документы на развод оформлены, – продолжил мужчина. – Вы полностью свободны от него, Даниэлла. И хоть мне немного претит участь второго мужа, – Император вновь усмехнулся, – я утешаю себя тем, что важно, кто будет последним, а не кто был первым. Не так ли?

Я посмотрела на него, хмурясь. Мне сейчас до кружевных словесных конструкций. Пытаюсь свыкнуться с тем, что Черут более не мой супруг. Сама недавно думала об этом, намеревалась развестись. Никак, конечно, не рассчитывала, что желание, возникшее в разуме от обиды и злости на мужа, будет воплощено Императором – мне в страшном сне не могло присниться такое!

– Вас обижает, что я сделал это за вашей спиной? – мужчина вгляделся в мое лицо.

– Да, – призналась честно.

– Прошу меня простить, я бываю импульсивен, – он пожал плечами. – Надеюсь, вы сможете извинить мою поспешность. Вероятно, сыграла свою роль ревность. Я собственник, Даниэлла. Как и большинство мужчин.

– Но если я все-таки откажусь стать вашей женой?

– У вас будет много времени, чтобы передумать, – он усмехнулся. – И поверьте, вы согласитесь.

Я отвела взгляд, не став спорить. Какой смысл это делать? Но и послушно топать к алтарю, потому что тиран, заливший страну кровью, решил, что ему срочно требуется жена Светоч? Ха, размечтался!