Глава 23

Дина осталась в «Крыле». Спорить с Яном не стала. Зачем ему лишние думы о том, что с ней может случиться в доме? Хотя там была двустволка… А здесь в сейфе только пневмат. Но иногда и он бывает полезным. Лора тоже никуда не поехала.

— Втянула я тебя, да?

— Помолчи, Шабаева, — отмахнулась подруга. — А в большом городе нет опасностей, да? Больных ублюдков везде хватает.

Встретившись с Диной взглядом, тотчас буркнула:

— Прости.

— Ты прикалываешься сейчас? Какое прости? Ты серьезно?

— Ой, вот сейчас точно помолчи! Думаешь, только ты одна нервничаешь? У тебя крепкое в кабинете есть? Я бы сейчас выпила.

— Вино, виски, коньяк. Ян много чего наставил.

— Воспользуюсь?

— Конечно.

— А ты?

— Нет. Я за рулем…

Дина как чувствовала.

Ближе к одиннадцати ей позвонили и сообщили, что Ян в больнице. Пока что в местной.

Она не помнила, как схватила ключи и понеслась к машине.

— Я поведу! — рыкнула Лора, ловко отстраняя ее в сторону.

— Ты выпила…

— И что? Одну рюмку. И вообще! Ничего, что у тебя тут по лесу десятка два мужиков с оружием бегают?

Дина признала правоту Лоры. Тремор рук — говорящая причина уступить руль подруге.

— Куда ехать, только говори.

— Хорошо.

До больницы они добрались быстро. Или Дина не помнила дороги, настолько погрузилась в собственные переживания? Лора что-то поначалу говорила, пытаясь ее вытащить из дум, потом махнула рукой.

— Нечего накручивать себя. Смотри… Они в местной больничке, не областной. Значит, не критично…

Дина молчала. Она тоже об этом думала. Но был и другой вариант.

Из машины она вылетела едва ли не на ходу. Лариса что-то недовольно крикнула ей вслед. Дина не расслышала. Не до этого было. Ей необходимо увидеть Яна, убедиться, что с ним все в порядке. Иначе…

В коридоре ее перехватил Демьян. Причем в прямом смысле.

— Дина Викторовна, а ну тормозите!

Этот амбал встал на пути. Дина сделала шаг вправо. Он тоже. Она влево. Он за ней.

— Демьян!

Парень развел в сторону руками, показывая, что он ни при чем.

— Мне велели вас тормознуть. Что я и делаю.

Сердце Дина на мгновение перестало биться.

— Почему? Что с Яном? Что?.. Говори!

— Его штопают… Черт, простите, зашивают… Эй-эй… Дина Викторовна, вы чего?

Крепкие руки не позволили ей упасть на грязный пол.

— Ну-ка, давайте присядем, Дина Викторовна.

Откуда-то появился одноразовый стакан с водой. Дина пила жадными глотками, не замечая, как часть проливается мимо.

— Что с Яном?

— На самом деле, все не так плохо, как вам может показаться. Много крови.

— Боже…

Дина попыталась встать и тотчас осела, когда услышала продолжение:

— Но не его.

— Произошла перестрелка?

— Да так. Чуть-чуть. Но вам не стоит волноваться, сюда уже едут адвокаты Арбатова и его менты. Сейчас будем стряпать удобоваримую для всех версию.

К Яну ее пропустили через пятнадцать минут. Дина засекала. Демьян все это время ее развлекал, шутил, что-то рассказывал. К нему присоединилась Лора. Вот кто, оказывается, имеет высокий стрессоустойчивый уровень. О чем Дина ей и сообщила.

— Ага, как же. Это я сейчас бодрячком. А как только ты уйдешь, свалюсь кулем. Или напьюсь.

— Второй вариант привлекательнее, — хмыкнул Демьян.

На его лице красовалось несколько длинных, заклеенных пластырем полосок.

— А у тебя что?

— Да так… ветки на пути встали, — пожал парень плечами.

Когда Дину пригласили, она сорвалась и бегом направилась за врачом.

— Всю больницу мне переполошили…

— Мы отблагодарим вас…

— Знаете что! — воскликнул хирург, останавливаясь. Дина только чудом не врезалась в его спину.

— Что?

Она чувствовала себя попугаем. Глуповатым и неразумным.

Мужчина глубоко вздохнул.

— Этот край давно требует порядка и новых сил. Новых людей. Хороших и толковых. Я почти три года занимаюсь хер… — Он поморщился, махнув неопределенно рукой. — Не нужна мне ваша благодарность. Делайте свое дело.

— Спасибо.

Ян сидел на больничной койке. Рядом с ним стояли трое незнакомых мужчин. Один в деловом костюме.

Как только Дина появилась на пороге, мужчины замолчали. Ян повернул голову в сторону Дины. У девушки зашлось сердце. В легкие ворвался запах лекарств, спирта и крови. Понимая, что она должна держаться и что бабская истерика — последнее, что сейчас нужно Яну, она тихо процедила воздух сквозь зубы.

Ян выглядел неплохо. Наверное. Плечо перебинтовано. И да-а. Кровь. Много бурых пятен на его обнаженном торсе. Увидев ее, Костровский на секунду нахмурился. Дина тотчас отреагировала. Что?.. Она зря приехала?! А потом он расслабился и поманил ее к себе, похлопав по матрасу рядом с собой.

— Парни, не оставите нас?

Дважды повторять не пришлось. Дина уступила им дорогу, не глядя на лица. Не могла. Ее сердце, душа рвалась к Яну. И как только за посторонними плотно закрылась дверь, девушка сделала шаг вперед. Потом еще один.

А уже в следующий миг она оказалась рядом с Яном. Уткнулась ему куда-то в шею, перестав дышать.

— Эй, ты чего? Ну-ка, посмотри на меня.

Дина мотнула протестующе головой. Если посмотрит — он все поймет… Хотя… Пофиг.

Она, преодолевая себя, тот страх, что жил в груди, те эмоции, что рвали ее на части последние часы, задрала голову, позволяя считать себя.

Пусть видит… Пусть знает.

Немного потрескавшиеся губы Яна дрогнули в легкой улыбке:

— Моя девочка… Моя же?

Он уже несколько раз называл ее так. И спрашивал сейчас.

Дина кивнула.

— Твоя.

— Идеальный ответ, Дина Викторовна.

Он прижался к ее губам. Просто прижался, даря ласку, а ее током по всем клеточкам пробило. Прижаться к нему хотелось плотно-плотно, а она не знала, не понимала, что с ним. Она осторожно погладила его здоровое плечо.

— Тебя ранили?

— Задело немного.

Ян говорил спокойно, без всякого пафоса или напускной небрежности. Простая констатация факта, и только. Дина видела на его теле несколько шрамов. Она все намеревалась их изучить и, может быть, когда-нибудь спросить, откуда они. Сейчас она снова изучала его.

Ее смущала кровь.

Это чужая кровь… Чужая, твердила Дина. Не его.

Точно услышав ее мысли, Ян усмехнулся:

— Это кровь косули.

У Дины от недоумения брови поползли кверху.

— Не понимаю…

— Мы никого не убили, Дин. Ни косулю, ни кого-то из уродов, что ходят под Силиковым. Поэтому не переживай. Лишь показали, что презенты могут и вернуть. И только.

Она все равно ничего не поняла. Ну и ладно.

— Точно не твоя?

Дина подняла руку и коснулась бинта.

— Точно.

У нее не было причин, чтобы не верить Яну. Он ни разу ее не обманул. Не соврал, не подвел. Боже. Какой же он…

Родной. Любимый.

— Я люблю тебя, Костровский, — прошептала она как дышала.

Не могла больше чувства держать в себе.

Ну и что, что слова сорвались с губ? Это же почти ничего не меняло… Правда?

Они взрослые люди, и подобные признания норма.

Наверное…

Рука Яна, лежащая на ее талии, дрогнула, пальцы сильнее вдавились в кожу.

— Хм… — протянул он. — Ради этих слов не жалко и пулю схлопотать.

— Дурак.

Она всхлипнула. Все. Ее запас жизненной стойкости закончился. Как там Ян говорил? Что она маленькая девочка? Совершенно верно. Такой она себя сейчас и чувствовала. В груди распирало, рвалось наружу.

Ян притянул ее еще ближе. Она давно бы вцепилась в него, прижалась крепко-крепко, но помнила — нельзя. По-хорошему, Яну лучше бы прилечь. А она тут за него цепляется.

— А от меня признание нужно?

Его бархатистый голос, наполненный хрипотцой и мягкостью, снова заставил Дину приподнять голову выше. Она цеплялась взглядом за жилку на его шее, за квадратный подбородок, заросший щетиной. За губы, которые она готова целовать бесконечное количество раз.

Глаза Яна потемнели. Но на самом дне таились смешинки. И еще что-то. Такое, чего раньше Дина не видела. Бесконечная нежность.

На его вопрос она ответить не успела, в груди дыхание перехватило.

Ян склонил голову чуть ниже и глухо сказал:

— Надеюсь, что, когда с кольцом к тебе приду, дулом пистолета снова меня не встретишь?

— Не шути так, Ян.

— Я не шучу, Дин. Моей будешь.

Мужчина коснулся щеки девушки. Его шероховатые пальцы собирали прозрачные капли с ее щек. Дина почти перестала плакать. Улыбнулась и внезапно выдала:

— Ты должен обо мне знать. Я… я не могу иметь детей. Вот. Поэтому… Не надо, наверное, кольца и…

Ее бессвязную шальную речь прервал злой колючий поцелуй. Дина только успеха ахнуть, немного опешив. Она по инерции уперлась ему в грудь, но отталкивать не собиралась. Ей надо было чувствовать его! И она чувствовала! Как бешено бьется его сердце.

***

Лора сообщила, что с ней все хорошо. Что ее до дома доставили в целости и сохранности.

— Даже не тронули ни разу.

Дина только покачала головой.

— Доприкалываешься ты, подруга.

— Пойду твои двери на тридцать три замка запру. И спать завалюсь. Ну и денек.

Денек тот еще, не поспоришь.

Ян разговаривал по телефону. Она не вслушивалась в разговор. Как же хорошо, что есть рядом мужчина, который решит те вопросы, которые женщина и не должна решать.

Дина прошла на кухню. Так, что у нас имеется? Война войной, а обед по расписанию. Точнее, ужин. Она открыла холодильник, достала яйца, сыр, овощи, бекон. Что-нибудь соорудит на скорую руку. В сковородке оказался рис с мясом. Прекрасно. Желудок громко заурчал, напомнив, что она только завтракала, далее питалась черным кофе.

О том, где ей проводить сегодняшнюю ночь, вопрос не стоял.

Ян долго не появлялся на кухне. Она успела разогреть рис, пожарить яичницу и накрыть на стол. Поколебавшись, достала вино. В холодильнике Яна имелось что и покрепче. Но это уже перебор. Ему нельзя, ей лишнего будет. Для Яна она обнаружила домашний лимонад. Неужели сам делал?

— Мне нравится видеть тебя на своей кухне… хозяюшка.

Он снова подошел неслышно. Обнял ее со спины, уткнулся носом в макушку. Дина прикрыла глаза и откинулась на его грудь. Им обоим необходима эта минуточка тишины, спокойствия, погружения друг в друга. Ян тоже не спешил размыкать объятия. Водил губами по ее волосам, задевал чувствительные точки в районе уха.

— Пошли есть. Ты голодный.

— Еще какой. — Ян сделал демонстративный толчок бедром, и Дина закатила глаза.

Невозможный. Просто невозможный.

Она развернулась и обвила его за шею. Прижалась максимально плотно с одной стороны.

— Никто же больше не пострадал?

— Из наших по мелочам.

— А там?..

— А там… Силиков долго будет отмываться от внутренностей косули…

— Что?!

Она не поверила в услышанное.

Мальчишечья улыбка Яна подтвердила, что он и не думает шутить.

Дина честно старалась сдержать смех. Вроде как не до него сейчас. Но фантазия живо нарисовала картину, и губы сами сначала расплылись в улыбке.

— Нет, Ян… Нет, вы же не… Боже, серьезно?

Мужчина продолжал стоять с самым что ни на есть шальным выражением лица. Точно ему не тридцать с гаком, а лет десять, и он с соседскими пацанами совершил давно задуманную шалость и теперь был неимоверно горд собой. Дина не удержалась и дотронулась до его скулы.

— Потом расскажешь мне подробности.

— Как-нибудь да… потом…

Он поймал ее ладонь и прижался губами к пыльной стороне. Прикоснулся легко-легко.

— Ты меня ужином собираешься кормить?

— Да.

— Прекрасная идея.

Ели они почти молча. Перебросились несколькими фразами. Потом, само собой, перебрались на заднее крыльцо.

— Жаль, что тут нет беседки.

— И так неплохо.

Ян кинул на ступени старый плед. Дина прихватила с собой недопитый бокал вина. Яну минералку. Тот скептически покрутил бутылку в руках и демонстративно громко вздохнул.

— Знал бы, пива безалкогольного бы купил.

Перед этим он накинул на плечи Дины свою ветровку. Она куталась в нее, щурясь от удовольствия. Даже больше не в сам материал, а в запах любимого мужчины.

— Как самочувствие, Ян?

— Нормально.

— Может, приляжешь?

— Если только с тобой рядом.

Он не сдвинулся с места, наоборот, вытянул длинные ноги по земле.

— Хорошо…

— Да, — подтвердила Дина, делая глоток вина. — Авария в моей жизни была. Мне было три года, когда папа не справился с управлением. Гроза сильная бушевала, молнии… Они погибли сразу же, а я несколько часов провела под дождем в поле. Отсюда моя первая фобия.

— Ты с ней успешно справляешься.

— О, если бы не драконы и эльфы, — улыбнулась Дина, вертя в руках боках. Она начала говорить. Подобралась к щекотливой теме, которую нельзя не озвучить. Главное другое — она хотела поделиться с Яном тем, что было.

Иногда без прошлого не бывает будущего.

— Они на самом деле приколюшные.

— Согласна. Даринка увлекается, хобби у нее такое.

Вечерний ветер трепетал ветки, прятался где-то в кронах, играл. На небе вспыхивали первые звезды. Некоторые из них казались расположенными бескрайне далеко, а до некоторых, думалось, подать рукой.

— Второй аварии не было, Ян. Ты и сам понимаешь…

— Дин, я уже говорил. Если ты не хочешь, если тебе больно…

Его голос оборвался, Ян повернулся к ней и снова поцеловал. Нашел губы, облизал их, втянул нижнюю в себя. В его прикосновениях не было страсти, скорее, он говорил таким образом о поддержке. Дина без зазрения совести принимала все, что он давал. Так надо. Ему и ей.

— Я хочу, чтобы ты понимал, каково это — со мной связываться.

— Даже не пытайся, женщина, меня испугать не получится. Если уж я пережил твоих эльфов и пью минералку вместо водки после пули, как того требует наша мужская сущность…

Его рука собственническим жестом пробралась под ветровку и легла на талию Дины. Еще ближе. Да.

— Меня избил мой жених, — сразу сообщила она промежуточный итог своей истории, отмечая, что голос прозвучал ровно. Именно ровно, спокойно. Без наигранного безразличия. — Вячеслав был патологически ревнив плюс курил траву. Поэтому мне важно, чтобы мой партнер контролировал эмоции и не был… хм… ревнивцем.

— Сколько тебе было? — слишком быстро проговорил Ян.

— Двадцать два. Я заканчивала универ. Вячеслав принадлежал к так называемой золотой молодежи, долго ухаживал за мной. Я не воспринимала его намерения всерьез, не верила. Но потом…

Она замолчала, не желая вдаваться в подробности.

— Пластика лица… из-за него?

Ян не двигался с места. Как сидел, так и продолжил сидеть, но воздух вокруг него незримо менялся, густел. Дина не то чтобы ожидала подобной реакции. Понимала, что реакция однозначно будет. Ее история не являлась каким-то неимоверным нереальным исключением. Мажоры — в том числе и девушки — жестоки и ломали судьбы многих людей. Дина даже не хотела погружаться в статистику и знать, что вытворяли богатые ублюдки. Безнаказанность порождает зло и вседозволенность.

— Да. Я не хотела бы вдаваться в подробности, Ян.

— Они и не нужны.

Ян все же встал. Порывисто, пружинисто. Поморщился от прострельнувшей боли в плече и похлопал себя по карманам, точно ища сигареты. Дина перехватила его за руку и снова потянула вниз.

— Вернись ко мне, — негромко попросила она. Ком в горле не давал говорить много.

Ян повернулся и впился в нее взглядом, глядя сверху вниз. Это была самая долгая минута в их жизни. Дина не могла видеть, что отражают его глаза, не могла знать, какие страсти бушуют в его душе.

Она видела главное — его сдержанность. Он не начал разглагольствовать, не стал возмущаться, кричать, требовать справедливости. Напрягся сильно. Это да. От него едва ли не волны напряжения шли. Поэтому она и попросила его присесть.

Он опустился. И она сразу сжала его руку.

— Не хочу о прошлом… Понимаешь, Ян? Не надо его ворошить или еще что-то. Я рассказываю, чтобы ты знал. Мне это важно. Я заключила сделку. Когда я пришла в себя, Славика уже не было в России. Со мной говорил его отец.

— Леонов.

Услышав знакомую фамилию, Дина вздрогнула.

— Да, он. И… Я не сожалею, что пошла на его условия, Ян.

— База?..

— Да. Я попросила «Крыло». Осуждаешь?

— Кто? Я? Нет, конечно. Ты… — Он сильнее сжал ее руку, потом опомнился и нежно провел по кисти. — Ты выживала. И приняла то решение, которое считала правильным.

— Я как подумаю, что могла навсегда остаться уродиной и…

Она замолчала, часто задышав.

— Все. Хватит.

Ян быстро развернул ее к себе и прижал. Дина уткнулась ему в грудь, прикрыв глаза. Поэтому она и не любила говорить о событиях пятилетней давности. Множество тренингов, посещения психотерапевтов, ежедневная работа над собой. Страх смотреться в зеркало. И боль… Через все это проходила Дина. Первые два года пролетели как в страшном сне. Операция, одна, вторая. Реабилитация. И еще одна. И еще.

Оглядываясь назад и думая, что она одна из тех, кто прикрыла мерзавца, позволила ему остаться на свободе, Дина испытывала стыд. Потом начинала думать рациональнее. Она бы осталась инвалидом. С изуродованным лицом, окончательно поломанной судьбой. Леонов ее заверил, что действия Вячеслава не останутся безнаказанными и он разберется с ним как отец с сыном. Она даже не интересовалась этим вопросом… Ей важно было другое — собрать себя и начать заново жить.

Они некоторое время молчали. Слушали, как поют птицы, как гудит ветер. Как синхронизируется их дыхание. Дина прислушалась к себе. Удивительно, но ее не откидывало в прошлое. Призраки тех лет не тянули к ней липкие лапы, не пытались снова окунуть в котлован страданий. Ее память «услужливо» не подкидывала лица врачей, сочувствующие кивки, рекомендации не смотреть на себя в зеркало в ближайшее время. Она ходить не могла, какое смотреть!

Но она выжила. Выдернула себя из того ада. Собрала, перелатала. Более того, двинулась дальше.

И полюбила.

— Почему ты думаешь, что не можешь иметь детей? Последствия… — Костровский прокашлялся. — Избиения?

— У меня было расстройство приема пищи. Я очень сильно похудела, долгое время не могла нормально есть. Гормоны шалили, ну и…

— Дина, блядь!

— Эй…

— Прости! Но… то есть ты не обследовалась? А сама сделала выводы?

Дина неопределенно пожала плечами. Она сочла своим долгом предупредить Яна. Кто-то скажет, что зря. Что надо хватать мужика и прочее, прочее. Что пока он смотрит на тебя влюбленными глазами, скорее вести в ЗАГС. А уж остальное как-нибудь потом. Дине претила такая позиция.

Она не загадывала на будущее. Ян рядом. Его слова про кольцо, конечно, запали в душу. И где-то в глубине проснулась та самая девочка, еще умеющая мечтать, любить. Верить.

Осторожно выбравшись из рук Яна, Дина соскользнула со ступенек на землю. Присела на корточки перед Яном. Мужчина, слегка хмурясь, недоуменно глянул на нее.

— А нас никто не видит? — уточнила Дина.

— Ты имеешь в виду соседей?

— Ну да.

— Нет. Их окна выходят на другую сторону дома.

— А ты знаешь, что у меня пять лет не было мужчины? — проворковала она, опуская руку ему на колено.

Ян снова замер.

Как-то иначе.

— Дин…

— Угу. Подруги решили, что пора завязывать с целибатом…

Она двинула руку выше. Еще выше.

Яну требовалась разрядка. Она это чувствовала. Ей тоже. Кожа начинала воспламеняться под одеждой. Захотелось раздеться, скинуть ее всю-всю. Неплохая идея, кстати, но Дина оказалась не настолько смелой. Может быть, потом как-нибудь. В будущем. Ей нравилось уже то, что она делала.

Дыхание Яна потяжелело. Он склонил голову набок, впился в Дину взглядом. Они взрослые люди, и оба понимали, к чему она ведет.

Осмелев окончательно, точно получив молчаливое согласие, разрешение Дина развела мужские колени в сторону и подалась вперед. Качнулась.

Тепло. Нет-нет. Уже жарко.

На Яне были домашние хлопковые штаны на завязках. Они не скрывали его возбуждения. У него уже стоял. Значит, Дина на правильном пути. А как же иначе.

— Помоги мне, — ласково попросила она. Он понял, о чем она, приподнялся, приспустил штаны.

Дина накрыла рукой его член. И сразу провела вниз и вверх, прислушиваясь к себе, принимая его. Отдавая себя. Она заглянула в лицо мужчине. Пусть там она увидит то, что ей требуется… Пожалуйста.

И она увидела.

Ян молчал. Слова тут были лишними. Немного нервно улыбнувшись, Дина приблизилась лицом к мужскому паху.

— Помни, пожалуйста, что я этого не делала пять лет. Не суди строго, хорошо?

— Дошутишься…

Уголки его губ нетерпеливо дернулись. Уперевшись коленом в ступень, Дина накрыла губами крупную мужскую головку. Боже. Как же это… Вкусно! Черт побери, да, вкусно! Обоняния коснулся любимый и знакомый запах. Идеально…

Дина подалась вперед, сразу же решив вобрать Яна по максимуму. Не получилось. Большой он. Возбужденный. Теплый. Ян не двигался, замер, отдав инициативу полностью ей. Дина чувствовала, как с каждой проходящей секундой сильнее погружается в собственное возбуждение. Она жадно втянула воздух в себя. И еще. Облизала головку, не справившись с первоначальной задачей. И повторила попытку. А как же иначе?

Она старалась. Очень. Ей требовалось дать Яну удовольствие. К губам она присоединила руку. Сжала ствол, приласкала. Еще и еще. Вот так? Правильно?

Ответом на незаданные вопросы послужил приглушенный стон. Возбуждение Яна усиливалось. Мужчина осторожно, не делая резких движений, накрыл затылок Дины рукой, слегка фиксируя.

Но почти сразу же передумал.

Нагнулся, отнял Дину от себя и поцеловал в губы. Коротко, ярко.

— Позволишь до конца? — прохрипел Ян, опаляя ее жгучим взглядом.

— Да, — выдохнула она.

Между мужчиной и женщиной точно разряд молнии прошлись.

Он не двигался. Не толкался вперед, травмируя нежные ткани. Он полностью вверил себя губам, языку и рукам Дины. Она старалась. Очень сильно. Ласкала, как душа просила. Проводила языком по головке, облизывала ее и снова вбирала. Потом ускорила поступательные движения. Рука на затылке чуть ощутимо надавила. Дина не думала сопротивляться. Ее изрядно тряхнуло, когда она почувствовала, что Ян становится еще тверже. Еще больше. По позвонкам потекла капелька испарины. Практически сразу же терпкая струя полилась по языку… Дина с готовностью сглотнула, прикрыв глаза. Еще… Ей оказалось мало. Дезориентированная, ведомая страстью и древними инстинктами, она подчинялась. И горела.

Потом, когда Ян затих, шумно выпустив из груди воздух, она посмотрела на него. Он сидел с откинутой назад головой. Такой красивый, мужественный. Ее.

Она задрожала сильнее, сведя бедра вместе. Внизу все пылало, тянуло.

Ян почувствовал ее взгляд. Сто процентов. Потому что почти сразу же отреагировал.

— Иди ко мне, — позвал он, быстро поднимаясь.

У Дины дрожали ноги.

Опомниться он ей не дал. Упер руками в стену, нетерпеливо добрался до обнаженного лона Дины и ворвался. Она с готовностью приняла его, обволакивая своими соками.