Глава 11

Уитни задохнулась от возмущения. Каков наглец! Нет, вы только посмотрите на него! Лощенный, привыкший повелевать и ожидающий, что перед ним все будут падать низ! А как же! Потомок древнего рода, по факту своего рождения наделенный привилегиями, о которых простому смертному даже не стоит и мечтать. Например, ей. Потому что она как раз и относилась к простым смертным.

Человек. Без толики магии.

Но иногда и люди попадались с острыми зубками, господин зарвавшийся нахал!

— О! Это будет, несомненно, забавно… мистер Икс. Или, может быть, мне к Вам обращаться Ярвин, Петро или, какие имена в чести у работников публичного дома?

Она рассчитывала, что он смутится. Или на худой конец, разозлится. Ведь она так же скользнула вместе с ним на тонкий лед.

Но его реакция превзошла все ожидания.

Мсье Киан Редрас откинул голову назад и бесцеремонно, нарушая все мыслимые и немыслимые правила этикета, рассмеялся. Он не переставал вести её в танце, выполнял все полагающиеся движения, и смеялся.

Естественно, его смех не мог остаться незамеченным. Танцующие рядом пары, и без того косящиеся в их сторону и пытающиеся рассмотреть заморского гостя получше, теперь уже открыто смотрели на них, не скрывая любопытства. Они даже возмутиться не удосужились.

Зато Уитни напряглась, как струна, и только с детства привитая воспитанность не позволила ей прервать танец и покинуть зал. А как хотелось! И вообще, зачем она только согласилась на его провокацию и позволила себя увезти от Пола?

— А Вы веселая, мисс Уитни.

Уитни раздраженно поджала губы.

— Да неужели, мистер Редрас? Рада, что насмешила Вас. При прошлой встрече Вы что-то не смеялись, напротив, я вызывала у Вас едва ли не раздражение, а потом и вовсе разозлила. Не так ли?

Уитни чувствовала, как злость закипает в душе. Первый испуг, замешанный на шоке, благополучно миновал.

— Было дело.

Казалось, его ничем невозможно вывести из себя. А хотелось. Хотелось увидеть, как самодовольная улыбка исчезает с красивого безупречного лица, хотелось понаблюдать, как меняется выражение его глаз, из которых пропадает веселая игривость.

А ещё очень сильно хотелось ударить мсье Редраса. Прямо по щеке.

За то, что пришёл к ней в ту роковую ночь.

За то, что повел себя отвратительно.

За то, что не исполнил, что надлежало.

И за последствия тоже.

За испуг и разгромленный дом. За унижения в агентстве и, собственно, за неудобства в публичном доме.

За ложь.

Причин было много.

Но пришлось взять себя в руки и напомнить, что они находятся в общественном месте.

— Это Вы поспособствовали нашему приглашению на бал к господину Зародски? — Уитни решила не ходить вокруг да около. Чем быстрее они объяснятся, тем лучше.

Легкий рывок — и её тело прижали куда ближе и крепче, чем полагалось.

Теперь пришла очередь Уитни насмешливо вскидывать кверху брови.

Да что он себе позволяет?!

— А разве Вы разочарованы вечером? По-моему, всё прекрасно организовано.

Да, конечно, безусловно. Уитни заставила себя улыбнуться. Надо держать «лицо», надо… Как-нибудь протанцевать один танец, и всё, помахать ручкой загадочному Редрасу и уйти с этого прекрасно организованного вечера, хозяин которого того и гляди оттащит её в темный уголок да сделает пару намеков, от которых ей придется покидать Бьюри раньше намеченного срока.

А ещё придется попрощаться с мыслью, мило поболтать с мсье Редрасом о путешествиях его предков. Чем дальше она будет держаться от брюнета, тем лучше.

Как же всё повернулось…

— Несомненно, вечер у господина Зародски станет настоящим событием сезона, — процедила сквозь зубы Уитни, продолжая улыбаться.

— У Вас губы не болят?

— Что? — выдохнула девушка, даже не успев в очередной раз возмутиться.

— Губы, спрашиваю, не болят. Вы так старательно улыбаетесь, что у меня создается впечатление, что ещё чуть-чуть и у Вас затекут мышцы лица.

Ах…

Уитни вспомнила все срамные эпитеты. И с каким бы удовольствием она наградила некоторыми мсье Редраса.

— Вы… — она не договорила. Слова застряли в горле. Лишь прищурилась, выдавая своё истинное отношение к происходящему.

Мужчина продолжал беззаботно веселиться и кружить её в танце.

Но вот последние аккорды мелодии утихли, и Уитни не могла сдержать вздоха облегчения.

Сейчас он проводит её и всё. Они разбегутся. И Уитни постарается более не пересекаться с ним. Подавит в себе любопытство, желание узнать, почему он пришёл выполнять заказ.

Позже, вернувшись домой, она хорошо всё обдумает.

Но это будет позже.

— Спасибо за танец, мисс Кларисси.

Уитни не стала говорить дежурные фразы, лишь недовольно буркнула:

— Всегда, пожалуйста.

— А я, посмотрю, Вы спешите покинуть моё общество…

И снова не прикрытая ирония.

Богиня, как же хочется приложить ридикюлем ему по голове. Нет, по лицу…

— Есть такое дело!

— Зря. Ох, зря. Потому что, мисс Кларисси, я предлагаю выйти подышать воздухом. Прогулять по чудному саду Ивана. Хотя нет, не предлагаю. Я настаиваю, — вот тут его глаза изменились. Чуть прищурились. И взгляд стал колким, холодным. Предупреждающим. Точно он говорил — не согласишься, последствия будут очень серьезными.

Холодок коснулся спины девушки, и она почувствовала себя загнанной в ловушку.

Отказаться не было сил. И возможности тоже.