Глава 15

На сей раз всё было иначе.

Ни раскаяния, ни желания отменить сделку. Нет, волнение никуда не делось, но всё виделось в более привлекательном свете.

Во-первых, Уитни знала, с кем проведет ночь.

Во-вторых, Киан Редрас, что ни говори, привлекательный мужчина и не вызывал у неё отвращения. Напротив, чего уж тут греха таить, при мысли, что он прикоснется к ней, легкий трепет охватывал девушку.

— Когда Вы желаете продолжить? — спросил он её, получив утвердительный ответ на своё предложение.

— Чем быстрее, тем лучше.

О, да, она спешила.

Если Киан и удивился, то не подал вида.

— Завтра Вас устроит?

— Устроит.

О, Богиня, они обсуждали предстоящую ночь со спокойными лицами, словно речь шла не об интимной стороне жизни, а о чем-то обыденном.

И всё же Киан не выдержал, сказал то, что на подсознательном уровне ожидала услышать Уитни.

— Позвольте всё же удивиться, мисс Кларисси. Вы молодая привлекательная женщина, и Ваше желание несколько поражает. Расставшись с девственностью в девичестве, у Вас могут возникнуть в будущем проблемы с мужем.

Уитни улыбнулась одними губами.

— Я знаю.

Она дала понять, что не намерена распространяться на эту тему далее, и мсье Редрас понял её без лишних слов.

У них у обоих были причины, чтобы провести ночь вместе.

На том и условились.

Естественно, пришлось объясняться с тетушкой Галатеей повторно. Тетушка вела себя необычно — сидела и молча слушала нелепости, что несла Уитни. Даже ни разу не перебила, что не могло не настораживать.

— Тетушка? — осторожно спросила Уитни, когда закончила изъясняться.

— Что «тетушка», милая? — грозно сведя брови на переносице, вопросила женщина, расправляя малиновые юбки. — Я прожила на свете достаточно много лет, чтобы понять, что ты юлишь. Заметь, Уитни, я не сказала — врешь, а сказала — юлишь. Я пока не буду настаивать на правде и подробностях, подожду. Но! — при этом грозном восклицании Галатея поднялась и, обойдя столик, на котором аккуратной стопочкой покоились женские журналы, приблизилась к Уитни. Девушка заметно нервничала. Тетушка встала за спиной воспитанницы, склонилась и негромко закончила мысль: — Я очень рада за тебя, дорогая. О лучшей партии и мечтать нельзя. Теперь всё зависит от тебя и твоего благоразумия, Уитни.

Уитни, чувствуя, как по спине побежал холодок, повернула голову и посмотрела на Галатею.

— О чем Вы, тетушка?

Та довольно улыбнулась, точно и не изображала минуту назад из себя разгневанную матрону.

— Ты всё знаешь.

И взмахнув юбками, направилась к себе.

Уитни некоторое время посидела, осмысливая сказанное. Потом быстро поднялась и позвонила в колокольчик:

— Симона!

Камеристка, запыхавшись, появилась со стороны кухни.

— Звали, мисс Кларисси?

Уитни снова опустила на софу и подозвала к себе девушку. Внимательно посмотрела на неё, напустив серьезности, чтобы та и не думала увиливать от ответа, сказала:

— Рассказывай.

Симона несколько раз открывала рот и сразу же закрывала, видимо, решая, что можно рассказывать госпоже, а что нет.

Уитни нетерпеливо заломила брови.

— Симона…

— Извините, мисс Кларисси, я… — девушка перевела дух и быстро затараторила: — После того, как Вы уехали на прогулку с тем высоким господином, к госпоже Ордон пожаловали её подруги, мадам Балонс и мадам Фелитэ, — Уитни услышав фамилии двух самых известных сплетниц Бьюри, искусно маскирующиеся за благородными масками поборниц морали, едва не застонала вслух. Вот засада! И приготовила услышать то, что ей, определенно, не понравится. Так и оказалось. — Только Вы не подумайте, мисс Кларисси, я не подслушивала, просто как раз помогала убираться Дороти. И вот, мадам Балонс и мадам Фелитэ, едва переступив порог, принялись, перебивая друг друга, что совсем не свойственно благородным мадам, рассказывать госпоже Галатеи о Ваших отношениях с мсье Редрас.

Уитни сидела не живая, не мертвая. Лишь снова махнула рукой Симоне, чтобы та продолжала. Говорить не было сил.

— Сначала про прогулку по саду господина Зародски. Что, мол, мсье Редрас перед Вами рассыпался в комплиментах и был очень учтив. Что смотрел на Вас, взгляда не отводил. И дышал через раз. Честно-честно, так и сказали: «Дышал через раз». А далее они Вас видели уже сегодня на прогулке… Нет, конечно, Ваша прогулка с мсье Редрасом не для кого и не была секретом, вы же не какие-то там любовники, чтобы скрываться под покровом ночи. Ой, что я говорю, — Симона зажала рот рукой, но так как от госпожи не последовало никакой реакции, продолжила. — Вы извините меня, я, порой, ляпну, не подумав. И…

— Продолжай.

— Так вот мадам Балонс и мадам Фелитэ пожаловали к нашей госпоже, чтобы поздравить её. Мол, не успел мсье Редрас прибыть в Бьюри, как увидел Вас и влюбился. Раньше-то мсье Редрас не был замечен два раза ни с одной женщиной, а мадам Фелитэ смела утверждать, что…

На этот раз Уитни подняла руку кверху, останавливая словоизлияние Симоны.

Она услышала достаточно.

— Ступай.

— Мисс Кларисси…

— Ступай.

Когда затихли шаги за удалившейся камеристкой, Уитни бессильно откинулась на бархатную спинку софы.

Богиня Всемилостивая…

***

Редрас предложил встретиться у него в загородном имении, на что Уитни ответила отказом. Нет, она предпочитала нейтральную территорию.

— Городской особняк тоже не подойдет?

Отрицательно помотала головой.

— Хорошо. Ваши предложения?

— Свитбер.

Если Редрас и удивился её выбору, вида не подал.

— Свитбер так Свитбер. Я сообщу более точный адрес.

Записка от Киана прибыла в тот же день вечером. Благо Уитни находилась в гостиной одна и успела перехватить её до того, как синий конверт с гербовой печатью Редрасов мог попасть на глаза тетушки.

Вертя в руках послание, Уитни размышляла — Киан сознательно обозначил, что послание от него или случайно вышло? Слабо верилось, что у Редраса что-то выходило случайно. Тогда почему?.. Неужели Киан затеял с ней какую-то игру? Смысл?

Уитни не стала забивать голову лишними вопросами. Забот и без них хватало. Она быстро спрятала послание в потайном кармане, сделав мысленную пометку сжечь в комнате, и потянулась за «Еженедельным вестником Бьюри». Нашла нужную страницу и впилась взглядом в расписание отбывающих кораблей.

Нет, ничего не изменилось….

***

Следующей ночью Уитни для поездки в Свитбер выбрала Задиру. Даже, если кто-то из домочадцев увидит её отъезд, то каждый сделает свои выводы. И все они будут вертеться вокруг стремительно развивающегося романа ничем не примечательной дочери без вести пропавшего эксцентричного путешественника-исследователя Стефана Кларисси и блистательного загадочного, ведущего замкнутый, по крайней мере, в Бьюри образ жизни потомка древнего рода. Каждый будет в чем-то прав. Да, Уитни спешила на встречу к Редрасу. И нет, между ними не намечались романтические отношения.

Хотела ли их Уитни?

Она думала об этом.

Возможно, при других жизненных обстоятельствах — да, если бы у неё не было иной, более значимой цели. Тогда, если бы не было цели, она не пришла бы в заведение мадам Ирмисы, и они с Редрасом, вряд ли, где-то пересеклись. Если же и встретились, то она сильно сомневалась, что он воспылал бы к ней интересом.

Замкнутый круг.

Для встречи с Кианом Уитни выбрала синюю амазонку.

Волновалась ли девушка, собираясь на встречу?

Безусловно. Даже сильнее, чем в прошлый раз.

— Ну что, девочка, прокатимся? — обратилась Уитни к Задире, выводя ту из стойла.

Погода продолжала баловать жителей Бьюри, и, несмотря на поздний час, на улице было по-весеннему тепло. Поправив шляпку, Уитни вскочила в седло и пришпорила лошадь.

Ровно час впереди.

Для встречи с ней Киан выбрал самый большой и роскошный коттедж, что можно было найти в Свитбере. Этому Уитни не удивилась. Всё только самое лучше.

Удивило другое.

Киан ожидал её у крыльца. Сидел прямо на ступеньках и смотрел то ли на улицу, то ли на звезды.

Позвольте, и где Ваши манеры, потомок древнего рода?

Уитни спешилась и встала у калитки.

Киан поднялся на ноги и направился к своей ночной гостье. На нем были лишь черные брюки и в тон сорочка, от камзола и жилета успел избавиться. В свете луны, что отбрасывала тени на земных жителей, Киан сейчас напоминал Уитни хищника. Одного из тех опасных животных, что она видела в блокнотах папеньки, где он делал зарисовки во время путешествий.

Невольное волнение охватило девушку. Но это волнение было иного рода. То ли луна подействовала на Уитни, то ли осознание того, что этот красивый мужчина ожидает именно её. И не важно, по каким причинам… На мгновение Уитни позволила себе непозволительную слабость — представила, что сплетни, распространяющиеся по Бьюри, подобно туману, правда. И между ней и Кианом есть симпатия, а не договоренность.

Сердце сжалось.

Пришлось мысленно шикнуть себе. Что ещё за нелепые фантазии? Редрас от души посмеется, если она начнет к нему льститься и очаровывать, глупо хлопая ресничками и ловя каждое его слово с открытым ртом.

Размышления пришлось прервать — Киан подошёл к ней. Молча взял уздцы и сказал:

— Ступайте в дом.

И от его низкого хриплого голоса бросило в дрожь…

И глаза снова у него были черные…

Интересно, почему они меняют цвет? Это как-то связано с его настроением?

На негнущихся ногах Уитни прошла к крыльцу, открыла дверь. Перевела дыхание. Ох, что-то совсем она разнервничалась…

Девушка прошла в холл и огляделась. Мебель, обитая изысканным изумрудным бархатом, большие витражные окна, люстра с множеством подсвечников. Дорого. И кто же такую красоту сдает в аренду?

Уитни в нерешительности застыла посредине гостиной. Присесть на софу? Стоит ли…

Она не услышала шагов Киана, скорее почувствовала, что он остановился позади неё. Обернулась и невольно поразилась странному выражению лица Киана. Глаза блестят, губы сжаты, на виске, быстро пульсируя, бьется жилка, дыхание учащенное.

Что-то не так?

Задать вопрос Уитни не успела.

— Позволите?

Ответить на вопрос тоже не успела.

Лишь изумленно ахнула, когда Редрас подхватил её на руки и решительно направился к белоснежной лестнице.

— Мсье Редрас? — выдохнула Уитни куда-то ему в шею, которую, кстати, поспешила обнять, чтобы иметь точку опору.

— Может, немного упростим официальность? Мне будет приятно, если Вы будете называть меня Кианом.

Кианом.

Сердце пропустило ещё один удар.

Уитни, сглотнув подступивший к горлу ком, выдохнула:

— Хорошо.

— А Вас Уитни можно?

— Наверное, да.

Хмыкнул.

— Так «да» или «можно»?

— Можно.

Богиня, что она творит…

Киан преодолел лестничный пролет за считанные секунды, далее был короткий поход — в его исполнении — по коридору. Когда цель оказалась достигнута, Киан плечом отворил дверь.

Они оказались в просторной спальне, выполненной в синем цвете. Явно предназначалась для мужчины. Большая кровать, расположенная на возвышенности, занимала центральное расположение в комнате. Трюмо, выполненное из коричневого дерева, с большим зеркалом в тяжелой серебряной раме. Да пара кресел. Всё.

По интерьеру Уитни скользнула взглядом, ни на чем не задерживаясь. Хотя нет — кровать привлекла особое внимание, потому что именно к ней Киан направлялся большими размашистыми шагами.

На сегодняшнюю ночь Уитни не строила сценария. Понимала — всё равно не сможет предугадать.

Но и предположить не могла, что они сразу преступят к «делу».

Уитни поставили на возвышенность перед кроватью и потянулись к мелким пуговичкам на камзоле амазонки. Когда девушка поняла, что её начинают раздевать, стушевалась.

— Киан? — севшим голосом позвала она его.

Он, продолжая над ней возвышаться, резко выдохнул:

— Поспешно, да?

И посмотрел на неё.

От его взгляда, тяжелого, темного, Уитни забыла, как дышать. Если она ранее думала, что с Редрасом происходит нечто странное, то теперь убедилась воочию.

— Я… — она попыталась подобрать слова, но ничего не получилось, — не знаю…

Киан нахмурился, и его длинные пальцы перестали расстегивать круглые пуговички, напоминающие жемчужины

— Послушайте, Уитни, — его кадык дернулся. — Я знаю, что Вы ожидали, по крайней мере, разговоров… или чаепитие… Если пожелаете, оно будет. Но потом, — нервно сглотнул. — Потом будет, что угодно. Я расскажу и покажу, как ублажать мужчину. Хотя, демон меня раздери, не могу понять, зачем Вам это надо. Но покажу… Но сейчас…

Его темный взгляд остановился на лице Уитни, и девушке невольно стало страшно. В его черных глазах полыхало пламя. И на миг Уитни показалось, что кожа на его лице приобретает серебристый оттенок.

Неужели снова обернется?

Если так, то всё пропало. На сей раз ей от него не убежать!

— Что… сейчас? — делая над собой громадное усилие и отгоняя прочь пакостные мысли, уточнила девушка.

— Сейчас мне Вы нужны в постели. Доступной.

То, с каким трудом он говорил, напомнило Уитни их разговор через дверь после того, как она от него убежала. Ей тогда показалось, что ему было больно. Сейчас, получается, тоже?

— Киан, с Вами всё в порядке? — обеспокоенно спросила Уитни.

— Нет.

Честный ответ ещё больше озадачил девушку.

— Что не так?

— Зверь, — мужчина говорил сквозь плотно сжатые губы. — Он, внутри меня, жаждет Вас. И я не понимаю его… никогда раньше не сталкивался… Ему… надо.

Что «надо» — Уитни уточнять не стала. Лишь почувствовала, как щеки становятся пунцовыми.

Иногда изъяснения мсье Киана Редраса смущали её и заставляли задаваться вопросом — где он проживает большую часть времени?

Девушка стояла, боясь шелохнуться.

— Надо… так надо, — наконец выдохнула она, не в силах более выносить пытливый тяжелый взгляд черных глаз.

Неожиданно Киан прижался своим лбом к её.

— Не переживай… я буду нежен.

Уитни очень на это надеялась.

Когда он снова принялся расстегивать пуговички, то приглушенно выругался. Уитни не могла сдержать улыбки. Терпением Вы не обладаете, мсье Редрас, это очевидно. Но ей стало не до смеха, когда он, освободив её от камзола, взялся за блузу.

— Я раздену Вас быстро, не возражаете?

Попробовала бы она возразить!

Слов не нашлось, лишь кивнула.

Киан с легкостью справлялся с женской одеждой не хуже опытной камеристки, что наводило на мысль, что ему частенько доводится раздевать дам.

Уитни стояла, не зная, куда деть руки. Подразумевалось, что она должна обнимать будущего любовника. Но, помилуйте, как его можно обнять, когда он постоянно двигался?

К ногам Уитни упала юбка.

Девушка осталась в одной нижней сорочке и панталончиках, благо, Редрас заранее занавесил шторы, и в спальне поселился полумрак. Лишь пара магических светильников не позволяли комнате погрузится в темноту. Уитни и не хотела, чтобы было полностью темно. Предпочитала видеть и понимать, что происходит.

Она должна запомнить…

Раздев девушку, Киан сделал шаг назад.

— А Вы красивы, мисс Уитни, — с легким придыханием заметил он.

Уитни не знала — рассмеяться ей или расплакаться. Приятно, что некоторые всё же нашли тебя привлекательной. Досадно, заметили сей факт лишь, когда раздели. И что именно Киан нашёл в ней привлекательного — тоже спорный вопрос. Явно, не лицо.

Уитни выбрала третий вариант — молча «снесла» его комплимент.

Стоять долго перед мужчиной полуобнаженной становилось труднее с каждой прошедшей секундой. Где-то Уитни или читала, или слышала, что мужчинам нравится любоваться обнаженными девушками. Мысль порочная, согласна. Но посмотрев в лицо Киана, поняла, что мысль очень точная.

Тот медленно исследовал её взглядом. Начал с плеч, ничем не прикрытых. Задержался на грудках, что привлекательно соединились чашечками корсета. Прошёлся к бедрам, и стремительно скользнул по ногам. И вслед за его взглядом по телу Уитни побежал огонь.

— Киан? — девушка не выдержала первой.

— Ложитесь на кровать, — она едва узнала его голос.

— А Вы? — вопрос вырвался самопроизвольно.

— Я разденусь и присоединюсь к Вам.

Если дали добро — надо выполнять. И Уитни ретиво забралась на кровать, с удовольствием ощутив прохлады шелковых простыней. Они немного охладили пыл её разгорячившейся кожи.

Возможно, Уитни вела себя неправильно.

Но ей было интересно.

Да что интересно…

Жизненно важно наблюдать, как раздевается Киан.

Он быстрыми, рваными движениями освободился от ремня, за которым последовали брюки, носки и туфли. Уитни сглотнула, когда увидела крепкие ноги. Богиня… И ту мужскую часть, что следовала после спины.

Богиня…

Уитни зажмурилась.

Часто задышала.

И лишь, когда матрас рядом с ней просел, вновь распахнула глаза, чтобы сразу же нахмуриться.

— А почему Вы не сняли рубашку?

Позже она будет клясться, что ей абсолютно, вот совершенно, не хотелось увидеть его обнаженную грудь и удостовериться — так ли широки плечи, как кажутся под сорочкой.

— Не хочу Вас пугать, Уитни. Мой зверь ещё беснуется.