Глава 20

Уитни, готовая провалиться сквозь землю от стыда, дернула рукой, пытаясь вырваться.

Тщетно.

— Пусти меня! — потребовала она.

И кто-нибудь её услышал?

Естественно, нет.

Но что странно, особого внимания они не привлекли. Видимо, завсегдатаи портовых улочек привыкли и не к таким сценам. Да что говорить, порт — не самое безопасное и спокойное место любого города. Причал авантюристов, жуликов и преступников всех мастей, куда ночью следует приходить с особой осторожностью, а по возможности, и вовсе избежать посещения.

Киан Редрас же чувствовал себя здесь, как рыба в воде. Точно знал, куда идти. Плечом толкнул коричневую дверь и втащил девушку в плохо освещенный коридор.

— Киан, что Вы творите? — злясь за его бесцеремонное отношение, прошипела Уитни.

И снова тишина.

По мере того, как шёл по коридору Киан, вспыхивали магические фонарики, и к Уитни закралось подозрение, а не обладает ли Редрас магией? Тогда совсем невесело будет. Мало того, что темное дело с его второй ипостасью, так ещё и магическими задатками обладает. Снова пришлось помянуть недобрым мадам Ирмис. Почему, ну, почему она не могла послать ей обычного человека?

Всё было бы значительно легче.

Но стоило представить, что на месте Киана окажется другой мужчина, как вся её женская сущность передернулась от отвращения. Нет! Ей нравился он… И это «нравилось» начинало невольно беспокоить Уитни.

И да, «нравилось», безусловно, относилось к тому периоду общения, когда он вел себя, как цивилизованный человек, а не как дикарь.

Их блуждание по коридору оказалось недолгим. Свернули налево, потом направо и за угол. А тут и ещё одна коричневая дверь, которую на этот раз открыли, приложив руку на определенное место. Заметив легкое свечение, Уитни приуныла. Точно, без магии не обошлось. Эхе-хе.

Но злиться девушка не перестала. И когда её, наконец, соизволили отпустить, требовательно сказала:

— Соизвольте объяснить своё поведение, мсье Редрас!

Киан прошёл к большому деревянному столу и присел на него. Вызывающе скрестил руки на груди.

— Думаю, объяснишься сначала ты.

Он сейчас серьезно?

Уитни пришлось самой себе напомнить о правилах приличия. Потому что сказать грубость, ох, как захотелось. Вы только посмотрите на него! Стоит — хозяин жизни! Надменный, высокомерный! Точь-в-точь, как в ту роковую ночь.

— С какой стати, Киан? — она тоже не намеревалась сдавать позиции.

Мужские глаза недовольно, даже опасно прищурились.

— Хорошо, — медленно протянул он, и от его интонации Уитни стало дурно. В его голосе реально проскальзывала угроза, едва сдерживаемая ярость.

И это очень не нравилось Уитни.

Очень.

Сегодня день не задался с утра. Вот определенно.

— Что хорошо? — уже негромко вторила она ему.

Как-то разом сникнув.

Не к добру его быстрая капитуляция. Ох, не к добру…

— Ты права, у меня нет оснований требовать с тебя объяснений, — вроде бы пока миролюбиво. Главное слово — вроде. — И в виду этого, своё поведение я объясню следующим фактом. Тревогой за безопасность знакомой девушки.

Эта знакомая девушка ничего не поняла.

Свела брови на переносице, продолжая готовиться к худшему.

— Киан, прекрати, пожалуйста! Я тебя не понимаю… И вообще… Правда, что тут происходит?

Он оттолкнулся от стола и зашёл к Уитни слева, отчего её сердце забилось пойманной птахой, коей она себя и ощущала. Останавливаться он не стал. Зашёл за спину. Потом появился справа. Этакий осмотр.

Хищником жертвы.

Уитни нервно сглотнула.

А если сбежать? Вот взять и позорно сбежать? Она же девушка, ей свойственно малодушие.

И какой шанс на то, что её побег удастся? Ну, добежит она до двери, а дальше что?

Поймает, ведь поймает….

Киан остановился спереди. Глаза в глаза. Дыхание, одно на двоих. И от того возникло ощущение чрезвычайной интимности.

Да и его рост… Ох, Богиня, всё-таки Редрас своей комплекцией всё ещё немало её смущает.

— Происходит, Уитни, то, что мне совсем не нравится. Крайне не нравится.

О, у них схожие мысли. Воодушевляет.

Уитни продолжала стоять молча, предоставляя ему возможность высказаться. Она лучше послушает.

Он правильно истолковал её молчание, продолжил:

— Первое. То, что случилось с утра. Моя реакция на твою встречу с Иваном наедине. Да-да, знаю, случайность. И всё же… Я вваливаюсь к тебе в спальню, запечатав дверь. Потому что мне жизненно необходимо знать, что Иван к тебе не прикасался. Абсурдно, но факт.

Пауза, во время которой Уитни стояла, боясь пошевелится.

И в голове билась лишь одна мысль — его признания опасны. Не будет вот так раскрываться человек перед другим.

Не будет.

— Продолжу. Спасибо, что не прерываешь меня, — на его жестком лице не было и капли благодарности. — Кстати, предупреждая твой вопрос про Ивана. Я слышал, что он тебе сказал перед завтраком. Что ты — моя женщина. Не волнуйся, лишь очень сильные нелюди способны чувствовать физиологическую связь между другими. Зародски к ним относится. Более из гостей никто. Так… Про то, что ты осталась наедине с другим мужчиной и мне это не понравилось — сказал. Дальше — ещё интереснее. Оставляя тебя в поместье, я никак не ожидал увидеться в порту. И вот тут возникают закономерные вопросы. Что молодая девушка без сопровождения делает здесь? Возникает несколько предположений. Девушка собирается уплывать. Далеко. И она не желает, чтобы о её намерение кто-либо знал из родных, иначе она приехала бы в порт в сопровождении, не рискуя репутацией, да и собственной безопасностью тоже. И в свете того, что девушка очень спешила избавиться от девственности…

Он действовал быстро. Молниеносно.

Заговорил её, чтобы она отвлеклась.

Раз — и ридикюль у него.

Два — и он уже за столом.

Когда?…

Уитни задохнулась от возмущения и непонимания. Он двигался со скоростью, не подвластной человеческому глазу. Слишком быстро.

— Киан! — девушка выдохнула, хватая рукой воздух. — Отдай! Ты не имеешь права…

Она не договорила. Бесполезно. Он уже открыл ридикюль и ловко выудил билет. Надо же, как хорошо сориентировался в женской сумочке, среди других мелочей.

Уитни честно думала, что предел ярости Редраса исчерпан. Что злее, чем он был минуту назад, когда тащил её с улицы, не будет.

Она ошиблась.

Время остановилось. Словно замерло. Уитни, точно со стороны, увидела, как она стоит возмущенная, обиженная, злая и с негодованием смотрит на бесцеремонное поведение Редраса. Как тот вскидывает голову. Как в его глазах мелькает недоверие…

А дальше последовал возмущенный рев.

Именно рёв:

— Что это, мать твою, такое?!

Уитни попятилась назад. Потому что ни разу в жизни ей ещё не доводилось сталкиваться с яростью в чистом виде. С той яростью, которая застилает глаза и толкает людей на безумства. И лишь потом Уитни удивится, как Киан всё же сдержался и не обратился.

Во рту у девушки мгновенно пересохло. Она бы и рада ответить, да ничего не получалось, слова застряли в горле, нет сил и возможности протолкнуть их дальше.

— Что ЭТО такое?

Мужчина потряс в воздухе билетом. Вспомнив, что во второй так и держит женский ридикюль, раздраженно кинул его за ненадобностью на стол. Из ридикюля посыпались деньги, вывалился небольшой флакончик с духами, гребень.

И звук вываливающихся вещей оживил Уитни.

— Билет! — не менее злобно, чем Киан, выкрикнула она и быстро преодолела разделяющее их расстояние. — Немедленно отдайте мне его.

Глаза Киана, казалось, готовы были прожечь её насквозь. Мужчина смотрел на неё, не отрываясь, и Уитни, гордая собой, выдержала его взгляд. Право, чего она испугалась? Что он ей сделает? Ничего.

Вот абсолютно.

Когда мужчина закрыл глаза и опустился в кресло, Уитни насторожилась сильнее. Э-э-э, и это всё? Больше ругани не будет?

Киан некоторое время молчал. Сидел с закрытыми глазами, откинувшись на спинку кресла и о чем-то напряженно думал. Или сдерживал зверя. Уитни несколько раз казалось, что на его лице выступают железные пластины. Присматривалась и приходила к выводу, что это воображение разыгралось.

Как-то всё глупо получается. Не логично. Взрослые люди, которые не связаны никакими обязательствами, кричат друг на друга.

— Киан, я прошу вернуть мне билет, — сбавив тон, проговорила девушка, когда молчание затянулось.

Киан открыл глаза.

— Что же ты наделала, глупая…

Такого заявления Уитни не ожидала. Нахмурилась.

— Что я наделала? Всего лишь купила билет.

— Чтобы отправиться на Тезоратль? Я прав?

Вот после этих слов Уитни отчетливо поняла, что ноги отказываются её держать.

Угадав её мысли, Киан кивнул на стоящее рядом мягкое черное кресло:

— Да ты присядь.

В его словах снова проскользнула легкая усмешка.

Спорить с ним Уитни не стала.

Сделала два шага и опустилась в кресло. Так на самом деле было лучше.

— Откуда?.. — в горле снова запершило, и Уитни, не спрашивая разрешения, налила себе воды из узкого графина, что стоял на столе. Сделав несколько жадных глотков, она вернула стакан на место. И лишь тогда продолжила: — С чего Вы решили, что я собралась на Тезоратль? Тезоратль — несуществующий остров, затерянный…

-..Среди вод Безымянного океана, — кривая усмешка исказила красивые черты лица. — Знаешь, Уитни, если бы ты от меня не убежала в ту первую ночь и не закрылась на втором этаже, я бы подумал, что ты всё подстроила.

Пришла очередь Уитни хмуриться.

— Ты сейчас о чем?

— О нашей встрече. О проклятье. О моих визитах к мадам Ирмисе. Я бы решил, что ты всё знаешь. Непонятно, откуда, но знаешь. Но я чувствую твой страх, который ты отчаянно пытаешься перебороть. Твоё недоумение. Общаясь с тобой, я всё же пришёл к выводу, что ты не умеешь играть.

Чем больше он говорил, тем сильнее запутывалась Уитни. А ещё настораживала его резкая смена настроения.

Словно он чему-то активно противился и резко сдал позиции.

Уитни облизнула пересохшие губы.

— Я не играю. И ничего не подстраивала. И прошу ещё раз — верни билет.

— А ты не хочешь узнать, откуда я понял, что ты направляешься в Тезоратль?

Уитни вздрогнула.

— В билете конечная остановка — Сигуль. Государство на Красных Холмах. Дальше — Безымянный океан. И легенды… легенды, что не дают покоя исследователям.

Из груди мужчины вырвался печальный вздох.

— Глупая маленькая девочка…

Он второй раз назвал её глупой.

— Киан, ты забываешься, — одернула его Уитни, желая, как можно скорее завершить разговор и покинуть этот странный кабинет, в котором Киан чувствовал себя хозяином. Сердце пропустило удар. А если так и было?

Мужчина покачал головой и положил билет перед собой.

Девушка прикинула — если действовать быстро, сможет ли она его перехватить?

— Он тебе без надобности, Уитни. Билет. Ни к чему.

Уитни выпрямила спину, чувствуя, как неприятный холодок коснулся позвоночника.

— Это ещё почему?

— «Кетцалькоатль» принадлежит мне.

Уитни мысленно застонала. И почему у неё возникло чувство, что она попала в ловушку? Даже не в ловушку. А в тупик.

— Тебе?

— Мне.

— Но…

Он чуть приподнял руку со стола, останавливая её.

— И я знаю, почему ты желала избавиться от девственности. Глупая…

— Перестань называть меня глупой! — Уитни не знала, как реагировать на его слова.

— Ты даже не представляешь, что ты наделала, — ирония исчезла из интонации Киана, уступив место усталости.

Лучше бы осталась ирония.

В душе Уитни колыхнулось предчувствие нехорошего, чего-то неизбежного. Интуиция дала о себе знать, но, видимо, с запозданием.

— Киан, мне не нравится, что ты говоришь загадками. Ты меня пугаешь.

— Поздно пугаться.

— Киан…

Он шумно выдохнул и подался вперед, сцепив руки в замок.

— Я тебя услышал. Итак, с чего начнем разговор, девочка?

Он даже немного повеселел, точно за пару минут в его сознании произошли непостижимые сдвиги.

— С самого начала, — осторожно предложила Уитни.

Она могла взбрыкнуть, вскочить, строя из себя оскорбленную невинность, даже залепить пощечину Редрасу. Тот её заслужил.

Но Редрас говорил о таких вещах, что стоило приостановить зарождающийся план мести любовнику.

С которым теперь придется распрощаться. Чрезмерно вольготно себя ведет.

Киан хмыкнул.

— Я хотел предложить тебе тоже самое. Например, мне было бы очень интересно узнать, как ты додумалась до такого… Лишиться невинности, чтобы пройти Врата Киёно, за которыми, как ты думаешь, тебя ждет отец.

Проницательности Редраса оставалось только позавидовать.

И всё же ему снова удалось удивить Уитни. Более — обескуражить. У неё невольно приоткрылся рот, и она принялась жадно хватать воздух. В груди защемило. Кровь отхлынула от лица девушки.

— То есть Вы… то есть ты… — она никак не могла подобрать нужных слов.

Он кивнул.

— Я всё думал — зачем тебе это… Покупать мужчину на ночь, обучаться соблазнению… Теперь понимаю, — последние слова он произнес с какой-то внутренней ожесточенностью, немало напугавшая Уитни. Она и без его вспышек ярости сидела ни жива ни мертва. Точно решалась её судьба. А, может, так и было? — Всё дело в билете. И Тезоратле. Так ведь? Так, я спрашиваю?

И его открытая ладонь опустилась на поверхность стола, отчего неприбранные к месту бумаги, всколыхнулись ворохом.

Уитни вздрогнула и быстро выдохнула:

— Так.

Он мотнул головой, словно до конца не веря её признанию.

— Ты намеревалась отправиться на поиски отца. Стефани Кларисси, — он говорил, точно камни кидал. — Начиталась Древних Летописей. Он — тоже. Решил разыскать таинственный остров Тезоратль, где, по легендам, живут загадочные существа, едва ли не самые древние на земле… А чтобы попасть на Тезоратль, необходимо пройти мимо Призрачного Стража, что стоит во Вратах Киёно, которому, если верить тем же Летописям, в жертву приносили девственниц. И до сих пор он любит калечить их… Страшная история на ночь, многими людьми принимаемая на веру. А ещё в тех древних фолиантах говорится, что Призрачный Страж не пускает в город женщин, что не отдадут дань ему — своё тело. Уитни, какой же маразм… Это же книги. Просто книги. Легенды.

Каждое его слово, произнесенное ровным, но жестким тоном, непреодолимой тяжестью опускались на плечи Уитни. У него в голове сложилась вся мозаика, а у неё?

У неё тоже…

— Но не все легенды — небылицы, — негромко возразила она, сжав с силой подол накидки.

— Не все.

— И Тезоратль существует.

Она не спрашивала, она утверждала.

Да, и у неё мозаика сложилась. Теперь она знала, кем является зверь Редраса.

— Существует.

Взгляд Киана становился всё тяжелее.

— И ты… Ты там был. Раз знаешь и про Врата и про Стража, — Уитни нервно сглотнула. — И про меня всё понял.

— Не просто был, — бросил коротко, ожесточенно. — Я там живу.

Сердце вовсе перестало стучать, а кровь загрохотала в висках.

— Киан… Тогда получается… Про отца…Ты же догадался… Он пропал без вести…

— Он не пропал без вести. Уитни, он погиб.

Девушка медленно покачала головой.

— Нет… Не погиб… Я бы почувствовала.

— Уитни. Я и мои люди хоронили экипаж «Стока». Никто не выжил. Никто. И я помню мужчину со светлыми волосами, что сжимал в кулаке карточку с изображением милой девчушки лет десяти.

Мир покачнулся.

И погас.