41

41

Мы очень быстро собрались. У меня и вещи даже из сумки не вытаскивались, настолько не хотелось занимать лишнее пространство в квартире, где жил Игнатов с женой. Достаточно было того, что сплю в кровати и ем на их кухне. Поэтому закинула туда же косметику, расческу и была готова. Денис тоже потратил на сборы не больше десяти минут. Уже у порога развернул пакет, который получил от губернатора и передал его мне.

– Как ты уже слышала, здесь паспорт и все необходимые остальные документы. Хорошая медицинская страховка, это на всякий случай. Немного наличных на первое время. И еще от меня лично банковская карта. Она Безымянная. В любой момент можешь обналичить деньги, хватит, чтобы снять жилье и купить самое необходимое на первое время.

– Я не…

– Ты мне ничего не должна, Женя. Это оплата за твою работу. Потерпи, осталось совсем немного…

Он всунул мне в руки пакет и схватил ключи от машины.

– Нужно ехать, у нас мало времени.

Хмурое небо встретило нас на улице, холодный ветер швырнул в лицо облетающую с деревьев листву. Настроение мое было примерно таким же, как у этой осени. Послать всех к черту и швырнуть Игнатову и деньги, и документы в лицо. Но это слабость. Слабость, потому что я лишь покажу этим, насколько он мне небезразличен. Но ему ведь, в принципе, все равно. Поэтому к чему эта глупая демонстрация чувств. Пусть лучше я буду сучкой, продажной стервой, бесчувственной и наглой. Так легче и мне, и остальным.

Задрала подбородок повыше, поправила темные очки на переносице и уверенной походкой пошла к Игнатовской машине.

Специально села на заднее сиденье, чтобы от него подальше. Чтобы случайно не прикасаться, не вдыхать аромат его одеколона, будоражащего и без того натянутые нервы. Когда-нибудь я забуду, отвыкну, переломлю себя…

Документы были на новое имя. Теперь я Соболева Евгения Васильевна. Покатала имя на языке. Приемлемо. Жаль, конечно, расставаться с отчеством. Спасибо, что хоть имя оставили.

Словно читая мои мысли Игнатов, взглянув на меня через зеркало заднего вида, прокомментировал:

– Считаю, что лучше оставить имя, не менять. Мало ли, как в жизни может случиться. Встретишь какую-нибудь одноклассницу в людном месте. Отчество кто-то навряд ли вспомнит, фамилии у женщин меняются с замужеством, к вот имя… Свое имя роднее. Изменить и привыкнуть к другому, думаю, очень сложно.

– Спасибо, – пробормотала я, рассматривая страховку, медицинский полис и прочее. Хорошо поработали, оперативно. А главное, везде я в базе есть. Спрашивать, чужое это имя или только придуманное, не стала. Хватит с меня разговоров со Смирновым. Кстати, о Смирнове.

– Денис, Пал Саныч сказал, чтобы Смирнова предупредили. О чем?

Игнатов кивнул:

– О том, что уезжаем из города, и о том, чтобы на тебя он больше не надеялся. Плотникова Евгения вышла из игры насовсем. Не переживай, я созвонюсь.

За разговорами мы миновали городскую черту, и как только машина вышла на междугороднюю трассу, Игнатов втопил на полной скорости. Меня от всех событий или от волнения укачивало. И, чтобы сбить неприятное ощущение тошноты, я на заднем сидении улеглась спать. Сон одолел меня моментально.

Снова, как и в прошлую ночь, мне снился тот май, мои последние дни работы в кафе, наша ничего не значащая болтовня с девчонками. Очнулась правда я, словно от кошмара, потому что осознавала, что мне эти картинки моя память услужливо подкидывает не зря. Но что я должна была понять или вспомнить, я не понимала.

– Проснулась? – заботливо спросил Денис, увидев мое отражение в зеркале. – Все в порядке?

– Да, – хрипло проговорила я, чувствуя, как начинает болеть горло. – Просто сны не дают покоя.

– Что снится?

– Одно и то же. Моя работа в кафе. Почему-то наша беседа со Смирновым не дает мне покоя, а в голову лезут именно воспоминания о моей работе.

Игнатов вздохнул и как-то нервно дернулся. Снова я по самому больному. Да, не смогла помочь так, как хотелось бы. Но и Плотников, если бы не был настолько осторожен, то давно бы уже сидел за решеткой.

– Со Смирновым я созвонился. Он как раз едет по этой же трассе навстречу нам, уезжал в командировку. Договорились встретиться через час в придорожном кафе. Так что сможешь еще раз с ним поговорить. Вопросы задать или, может, что-то еще вспомнишь.

Я обречённо откинула голову на спинку кресла. Мой жест не остался незамеченным. Игнатов сильнее вцепился за руль и прибавил скорость. Я повалилась на крошечную подушечку и притворилась спящей. Наша связь с ним рушилась с каждой минутой всё больше и больше. И я ничего не могла с этим поделать. Игнатов возвел вокруг себя неприступные стены. Мои оправдания ничего не изменят.

Забудь уже, Женя. Успокойся и забудь о том, что между вами было…