Глава 39

Молчит. Ничего не говорит. Но мне и так всё понятно.

Это не дом. Это замок, в котором он меня заточил. Куда бы я ни пошла — везде сопровождала охрана. Боится, что сбегу. Правильно боится.

Меня не радовал современный дизайн, его слова о том, что я могу изменить здесь всё по своему вкусу. Это ведь тоже попытка меня купить. А в обмен я должна оставить за порогом этого дома свои мечты. Надежды получить нечто большее, чем статус любовницы.

Я маялась в красивых стенах, не находя себе угла. Мне не позволялось без его ведома никуда уходить. Только вместе с ним. Что меня удивляло — он не думал скрывать нашу… порочную связь. Рестораны, публичные мероприятия, праздники у друзей — везде брал с собой, держа за руку.

Он даже продолжал жить со мной. И я представляла, что мы муж и жена. Ведь обычно так и выглядит семейная жизнь.

Но в то же время ощущала отвращение к себе. К тому, что была готова мириться со своим положением. Что быть без него мне казалось страшнее, чем рядом с ним. Но на вторых ролях.

Выведала дату свадьбы через Патимат. Оставалось совсем немного времени. Всего лишь пара недель, и я его потеряю.

Но сейчас я не торопилась разрабатывать план побега. Верила, что он передумает. Ради меня. Неужели я так много прошу?

Мы почти не поднимали тему предстоящей свадьбы. Ведь я обозначила свои намерения. Да и он тоже. Но мне хотелось, чтобы он понял, что именно потеряет, решившись связать свою жизнь с другой.

Чем больше проходило времени, приближающего меня к этой дате, тем громче интуиция кричала, что он не собирается ничего менять. А я наивно продолжала надеяться. И ждать.

За два дня до свадьбы он пропал. Просто, как обычно, собрался на работу и уехал. Ничего не сказав. Предварительно усилив охрану дома. И я поняла, что мои старания в очередной раз показать, какой хорошей я могу быть, пропали даром.

А потом выяснилось, что никях состоялся раньше сообщённой мне даты. Вчера.

И как узнала? Прочитав светскую хронику об одной из самых пышных свадеб Москвы.

С каждым мгновением осознания этого предательства я становилась всё меньше. Тоньше. Иссушалась до хрупкости крыльев бабочки.

Стоит подуть — разлечусь, как одуванчик по ветру.

Прочитанные слова въедались намертво. Ядом в кожу. В сетчатку глаз.

Обхватила себя ладонями. Меня трясло откуда-то изнутри. От беззвучных рыданий.

Он мне ничего не обещал. Даже намёков не давал, что передумает. Но мне казалось, я видела больше, чем могли сказать тысячи слов. Ведь он любил меня! Я почти не сомневалась в этом. Но всё же предпочёл другую.

Только одной любви мало, когда ради неё не жертвуешь чем-то. Своими интересами, временем, деньгами, привычным окружением.

Я же готова была жизнь за него отдать. И отдала ведь. Он её благосклонно принял. Положил в карман брюк и забыл.

Его фотографии рядом с женой выжгли во мне целую дыру, с пустотой внутри и потемневшими, обгоревшими краями. Как на старой истлевшей фотографии.

Я знала, что свадьба скоро. Даже представляла, как надену красивый белоснежный брючный костюм и заявлюсь на торжество. Фантазия. Ведь никто бы меня туда не впустил.

Но всё равно это оказалось болезненно неожиданным. Я ведь верила до последнего. До этой самой секунды. Пока глаза не нашли чёртов заголовок. «Завидный холостяк Ратмир Сабуров наконец связал себя узами брака».

Острая резкая боль скрутила тело. Такая сильная, что я едва могла дышать. Схватившись за живот, согнулась, не понимая, что происходит. И только сейчас почувствовала, что по ногам течёт что-то тёплое. С ужасом опустила взгляд на бёдра. В крови. Но это определённо не месячные. Организм меня никогда так не подводил.

Сердце забилось быстро. Испуганно. В смутной тревоге.

Что есть силы побежала к выходу. Наткнулась на охранника, тут же преградившего дорогу.

— Мне необходимо срочно в больницу.

— Нам не велено вас отпускать, госпожа.

— У меня кровотечение, идиот. Ты хочешь, чтобы я здесь умерла?

Начальник охраны напрягся. Явно не понимая, что делать.

Мне было плевать на кровавое пятно, окрасившее светлые джинсы. Смущение отсутствовало. Лишь непонятный страх никак не отпускал, ледяными тисками сжимающий грудь.

Я хотела попасть в больницу, не понимая, что происходит с моим телом.

— Мне нужно позвонить господину Сабурову.

— Так звони!

И он позвонил. Но на том конце никто не взял трубку.

Его человек, оценив ситуацию, понял, какая кара ему грозит, если со мной случится нечто плохое.

— Я отвезу вас, — сжал мои плечи, догадавшись, что я вот-вот могу грохнуться в обморок.

Вместе с кровью из тела уходили все силы.

Мне помогли забраться на заднее сиденье, и я свернулась калачиком, прижав к груди ноги. Заплакала оттого, что его именно сейчас нет рядом. Когда мне так плохо.

А он с другой. Выполняет супружеский долг. И так теперь будет всегда.