Глава 15

– Итак?

Ивар сжал и разжал пальцы, прошелся по кабинету. Тьма в нем бурлила, временами искажая его образ черной дымкой. Он, конечно, подозревал, что подчиненные его не любят, но так! И кто – правая рука, человек, на которого Ивар оставил бы университет после возвращения в столицу, тот, кто управлял бы здесь всем до назначения нового ректора. Воистину, рыба гниет с головы. Выходит, Конрад в курсе всех махинаций и покрывал их за определенный процент. Прямых доказательств пока не было, но подобный вывод напрашивался.

– Стой! – поднял руку Матиас, предупредив ответ Конрада.

Все это время он сидел, опершись лбом о скрещенные пальцы, и напряженно думал. Вопрос деликатный, но промолчать Матиас не мог.

– Что такое? – повернувшись к нему всем корпусом, нахмурился Ивар.

– Прежде чем ты с головой окунешься в заговоры, я должен тебе кое-что сказать. Личное. Наедине.

Матиас поднялся с кожаного кресла с высокой спинкой и шагнул к другу. Ивар продолжал хмуриться, попеременно бросая взгляды то на приятеля, то на Конрада. Последний стоял посреди рабочего кабинета патрона с высоко поднятой головой, словно и не преступник вовсе. Правда, скованные амагичными кандалами руки не вязались с героическим образом. Чары наложил Матиас, он же прихватил с собой «игрушку» из Алого кабинета. На всякий случай, как он выразился.

– Это может обождать? – наконец раздраженно поинтересовался Ивар. – Не видишь, я занят!

– Обождать оно, конечно, может, – пожал плечами Матиас, – но сам потом станешь себя корить. Я пытаюсь уберечь тебя от ошибки. Возможно, роковой ошибки.

На лице Ивара отразилась упорная работа мысли.

– Хорошо, – кивнул он, – идем! Этого, – граф покосился на Конрада, – оставим здесь. Вряд ли он отыщет среди бумаг что-то интересное, половина и вовсе писана его рукой.

Матиас первым подошел к двери и встал к ней боком, одновременно пропуская друга и наблюдая за проректором. Вроде он ничего такого не делал, но Конраду стало не по себе. Резко зачесались ладони, захотелось пить. Алый кабинет – последнее место, где бы он хотел оказаться. Все маги были наслышаны о тамошних методах. Часть из них, самые безобидные, проректор успел испытать на себе. Те же кандалы. Он пытался их снять, хотя бы сдвинуть, но тонкие, на вид – девичьи украшения, цепочки буквально вросли в кожу, блокировали любую попытку обратиться к дару.

– Ну, что там у тебя такого срочного и важного?

Ивар увлек друга к окну опустевшей приемной. Секретарь давно вымыла посуду, заперла стол и ушла.

Густые сумерки стремительно погружали университет во тьму. Тонкая багряная полоска заката на горизонте меркла с каждой минутой. Еще чуть-чуть, и на небе зажгутся первые звезды.

Матиас не спешил с ответом. Сначала он проверил, не подслушивают ли их, даже окно для верности распахнул, осмотрел карниз и только затем завел сложный разговор:

– Тебе не следует жениться на Алисе сир Хайн.

– Почему?

Ивар напрягся. Он просил присмотреться к невесте, неужели Матиас что-то обнаружил? И так быстро! Они даже толком не познакомились – Матиас сразу понадобился Ивару в библиотеке. Или за семейством сир Хайн числились какие-то грешки по части Алого кабинета? Вроде добропорядочное семейство… Но с аурой Алисы определенно нечисто. Не подвела, не подвела интуиция! Хотя чего-то такого следовало ожидать. Весь этот фарс с письмом, похищением… Не потому ли родители строго следили за дочерью, что знали о ее особенностях, и роман с учителем брата ни при чем.

Матиас прочистил горло.

– Видишь ли, – замялся он, – я сначала сам не поверил. Их давно не существует.

– Да говори же! – в сердцах прикрикнул на него Ивар и, извинившись, чуть спокойнее, но по-прежнему раздраженно заметил: – Я не кисейная барышня, в обморок не упаду.

– Ну как знаешь! – жестко усмехнулся Матиас и нанес удар: – Она такая же Алиса сир Хайн, как я король Должера.

Ивар недоуменно уставился на друга. Нет, тот и не думал шутить, стоял рядом серьезный и мрачный.

– То есть? – насупил брови Ивар. – По-твоему, я не распознал бы иллюзию?

Само предположение, что он мог проглядеть обманку, вызывало смех. Неопытный маг – да, но не Ивар сир Лир! Он сразу видел искажения контуров, без труда считывал истинную личину. С Алисой в этом отношении полный порядок, странная непроницаемая аура, и только. Внешность – точь-в-точь. Опять же, отец и прочие родственники считали ее Алисой.

– Увы!

Матиас сокрушенно развел руками и поспешил утешить друга:

– Не переживай, девять из десяти магов ничего не поняли бы. Она ведь не стандартной магией пользовалась, а собственной, уникальной. Я сначала глазам своим не поверил, но венки на руках окончательно расставили все по своим местам. Темные вены, понимаешь, Ивар?

Он выжидающе уставился на собеседника. Тот насупился еще больше.

– Признаться, пока я ничего не понимаю. Можно подумать, у нас с тобой вены белые!

– Но не черные же, Ивар. Когда она сильно волнуется, плохо контролируемый дар берет власть над телом.

В сумеречной приемной воцарилась оглушительная тишина. Слышно было, как за дверью ходит по кабинету Конрад, отмеряют время часы в углу.

– Этого не может быть! – качая головой, сдавленно пробормотал Ивар.

– Может, – тяжко вздохнул Матиас и, поколебавшись, похлопал его по плечу. – Или ты сомневаешься в моих способностях?

Ивар напряженно молчал, осмысливая услышанное. Ретанов не существует, это подтвердит любой школьник, и вместе с тем друг утверждал, будто Алиса – носительница черной крови. Черной в прямом смысле этого слова. Когда дар пробуждался, как Тьма внутри того же Ивара, вены меняли цвет.

– Что ты намерен делать?

Матиас пристально смотрел в глаза другу.

– Пока ничего. – Ивар провел ладонью по лбу, смахивая несуществующие капельки пота. – У нас нет никаких доказательств, тебе могло привидеться.

– Так отдай ее моим ребятам, – беззаботно, словно речь шла не о застенках Алого кабинета, предложил Матиас. – Доказательства сразу появятся.

– Она сир Хайн, – продолжал упорствовать Ивар. – И… моя невеста.

Матиас сокрушенно покачал головой.

– Она ретана или ты не расслышал?

– Хватит! – Ивару надоело, что друг обращается с ним как с ребенком. – Я сам решу, что мне делать. Для начала поговорю с ней, скажу, что мне все известно.

– Ну и дурак! – разочарованно протянул Матиас.

Он знал – спорить с Иваром бесполезно, но втайне надеялся, что здравый смысл возобладает. Может, ретаны не так опасны, как Безликие, но от них тоже следовало держаться подальше. Хотя бы потому, что никто достоверно не знал, на что они способны.

– Благодарю за столь лестную характеристику. А теперь, если не возражаешь…

Ивар сделал паузу и вопросительно поднял бровь. Он ожидал, что друг промолчит, но Матиас напоследок приберег второй козырь.

– Возражаю!

Он вплотную подошел к приятелю и заглянул ему в глаза.

– Я не позволю тебе погубить себя.

– О, – усмехнулся Ивар, – об этом не беспокойся! Надеюсь, – он кинул на друга короткий пытливый взгляд, – ты не проговорился ей о своем открытии?

Матиас виновато промолчал. Он намекнул. Дурно, конечно! Пока они возились с Конрадом, мнимая Алиса могла скрыться в неизвестном направлении, принять другой облик.

– Та-а-ак! – помрачнел Ивар. – Ну и кто из нас после этого дурак?

Вместо ответа Матиас обогнул его по дуге и направился к двери кабинета. Характеристика собственных умственных способностей ему категорически не нравилась. Ивар же задержался, осмысливая услышанное. Ему требовалось время, чтобы наметить новый план действий. Пусть Конрад пока побудет с Матиасом, ему полезно. Может, даже разговорится. С заместителем руководителя Алого кабинета не забалуешь! Это не бравировать былыми заслугами перед «выскочкой», случайным человеком в университете.

Ивар шумно втянул носом воздух. Гнев – плохой советчик, но как же ему хотелось поквитаться с зазнайкой! Конраду сир Милсу следовало десять раз подумать перед тем, как подсыпать ему яд. Хороший, Ивар отдал дань мастерству отравника. Сам бы он такой не приготовил, тут нужен талант, особые знания природы Тьмы. Жаль, отравник растрачивал свои задатки впустую. Ему бы на государственную службу, в тот же Алый кабинет!

Мысль яркой вспышкой пронеслась в мозгу.

Право, почему он не додумался сразу, только зря тратил время и силы. Здесь Матиас, подобные дела по его ведомству, пусть займется.

Ивар поморщился. Увы, самого главного приятелю не поручишь. Хотел Ивар того или нет, завтра ему предстояло отчитаться перед его величеством. И если бы только доложить о покушении на убийство! Сообщить о свободно разгуливающем по королевству Безликом – так себе идея. О фальшивой Алисе Ивар решил умолчать. Оставалось надеяться, что Матиасу хватит ума не проговориться. Всегда успеет. Не хотелось бы потом оправдываться за ошибку, если таковая имела место. Пусть Матиас специалист высшего класса, но вдруг? К тому же не хотелось шепотков за спиной. Мол, сир Лир сдал, не смог считать ауру невесты.

Войдя в кабинет, Ивар тяжело плюхнулся в кресло. Настроение его стремительно портилось, хотя совсем недавно казалось, дальше уже некуда, и он без зазрения совести испепелил взглядом стоявшего на прежнем месте Конрада. Тот лишь усмехнулся нагло, самоуверенно.

– Учтите, я в курсе всех ваших махинаций. – В голосе Ивара сквозила плохо прикрытая ярость. – Университет высшей магии ждет большая чистка.

– Боюсь, вас неверно информировали.

Конрад нацепил на лицо подобострастную маску. Не иначе Темные боги отвернулись от него, раз любовно налаженная жизнь стремительно рушилась, словно карточный домик.

– Да неужели? – с издевкой переспросил Матиас. Он встал по правую руку от Ивара и присоседился к пытке взглядами. – Станете утверждать, что пострадали безвинно?

– По части махинаций – да. Если кто-то подделал мою подпись, спрашивайте с него.

И вновь промелькнуло на краю сознания: «Я мог бы сидеть в его кресле, если бы в мире восторжествовала справедливость».

– Вы мне надоели, сир Милс! – Ивар помассировал виски. Если и дальше так пойдет, у него начнется мигрень. – Вы пытались отравить меня после выявления крупной растраты.

Тут он осекся, внезапно осознав одну вещь. Следовало бы сразу насторожиться, но, увы, тогда его мысли занимали другие материи.

– Вы влили яд в обе чашки? – порывисто спросил Ивар.

Одного косого взгляда на Матиаса хватило, чтобы понять, друг уловил ход его мыслей. И наверняка потребует немедленно избавиться от Алисы, или кто там она на самом деле.

Конрад, недоумевая, почему это столь важно, подтвердил, что в обе.

Ивару нестерпимо захотелось немедленно переговорить с невестой. В конце концов, Конрад никуда не денется, Матиас поспособствует.

– Устрой его без лишнего шума, – попросил он приятеля. – Уверен, у тебя везде связи. А утром доставь обратно, не желаю спугнуть сообщников. Пусть и дальше думают, будто все в порядке.

Матиас неохотно кивнул. Друг высылал его, собирался побеседовать с невестой наедине, чего он допустить не мог.

– Послушай… – насупив брови, начал Матиас.

Ивар решительно покачал головой.

– Там ты лишний.

Присутствие Конрада заставляло быть немногословным, однако повисших в воздухе намеков хватило, чтобы проректор навострил уши. Однако делиться с ним секретами никто не собирался. Наоборот, раздраженный упорством друга Матиас собирался выпытать его собственные к утру.

– К началу занятий я верну тебе его в относительной целости и сохранности, – пообещал Матиас и увлек потемневшего лицом Конрада в портал.

Выпроводив сладкую парочку, Ивар крепко задумался. Кажется, у него родился план. Пока смутный, окончательно не оформившийся.

Итак, особа, которая выдает себя за Алису сир Хайн, – ретана. В университете хозяйничал Безликий, ее способности могли бы пригодиться. Чего только стоит невосприимчивость к ядам! Матиас прав – свойства ретанов до конца не изучены, но они явно выходили за рамки возможностей самых сильных темных магов. Осталось только заключить сделку. Очередную сделку, теперь на условиях Ивара.

Августа понятия не имела о том, какие страсти бушевали в ректорском кабинете, хотя ее занимал тот же вопрос – собственное разоблачение. Она корила себя за неосторожность. Из-за минутного нервного срыва могла погибнуть сестра! Если друг Ивара все ему расскажет, жених вышвырнет Августу на улицу. И плакали ее деньги! Куда ей податься? Официально Августа Дзирт мертва, притворяться дальше Алисой сир Хайн ей не позволят. Еще и Гаррисон… Подкараулить бы его в темном переулке и задушить! Проныра сделает все, чтобы Августу упекли в тюрьму по обвинению в присвоении чужой личности. Ну и чего она добьется?

Ногти впились в ладони, оставив глубокие красные отметины.

Не в силах успокоиться, Августа мерила шагами гостиную, в нетерпении прислушиваясь, не поднимается ли кто по лестнице? Она понятия не имела, куда так спешно увел приятеля Ивар, но втайне молилась, пусть это и гадко, чтобы с Матиасом что-нибудь случилось. Пусть его растерзают упыри, засосет в Бездну – что угодно, лишь бы гадкий сир Харт ее не выдал.

– Ты должна быть хитрой, – повторяла Августа. – Должна проявить выдержку. Его слово против твоего. Не поддаваться на провокации, следить за каждым словом, каждым жестом.

Но вот наконец послышались шаги, и она замерла в ожидании приговора.

Ивар вернулся один. Задумчивый и усталый, он развалился в кресле и мельком поинтересовался, ужинала ли Августа. Разумеется, нет, ей кусок в горло не лез.

– Тогда поедим вместе, но для начала кое-что обсудим. Не желаю портить аппетит.

Августа сглотнула. Сбывались худшие ее предчувствия.

– О чем же вы хотели поговорить?

Придерживая пышный подол платья, Августа опустилась на диван.

– О вас, разумеется, – холодно усмехнулся Ивар и, подавшись к ней, потребовал: – Ну, рассказывайте! Кто вы на самом деле?

Августу будто окатили ведром ледяной воды, но она достойно выдержала испытание.

– Глупый вопрос, сир. Мы знакомы.

– С вами – нет. – Ивар откинулся на спинку кресла. – Вы представились Алисой сир Хайн, однако ею не являетесь, поэтому я повторяю вопрос: кто вы такая? Или мне нужно сдать вас властям? Это самое простое и логичное решение, однако, как видите, я милосерден и даю вам шанс оправдаться.

Сердце Августы часто забилось. Казалось, еще немного, и оно выпрыгнет из груди. «Ему все известно!» – молоточками стучало в мозгу. Каких сил Августе стоило усидеть на месте, не выдать себя! Впрочем, она справилась, усвоила урок.

– О чем вы, сир? – Августа натурально изобразила оскорбленную добродетель. – Мое положение незавидно, не спорю, но это не дает вам права…

– Черная кровь.

Она вздрогнула. С лица сошел румянец. Два слова перечеркнули все.

– Черная кровь, – упиваясь произведенным эффектом, повторил Ивар.

Он небрежно положил ногу на ногу и позвал фамильяра. Августа решила – чтобы сдать ее властям, однако Ивару захотелось вина.

– Полагаю, вам тоже не помешает выпить. Заодно алкоголь поможет без утайки поведать всю правду. Право, хватит игр! – сверкнул глазами он, заставив Августу в ужасе отпрянуть.

На мгновение ей показалось, Ивар накинется на нее, убьет, но, выпустив пар, тот спокойно продолжил:

– Нам обоим известно, что вы ретана, что вы приняли чужой облик. К слову, что случилось с настоящей Алисой сир Хайн?

– Она погибла, – упавшим голосом призналась Августа. – Ее похоронили вместо меня. Но я ее не убивала, это был несчастный случай!

Вены вновь проступили сквозь тонкую кожу. Не в силах сидеть, Августа вскочила и молитвенно простерла руки к холодному, отстраненному Ивару.

– Я не убивала! – в отчаянии повторила она. – Это был несчастный случай! Карета перевернулась, когда я очнулась, Алиса уже… Я не могла бы ее спасти, никто не смог бы!

– И вы решили занять ее место, – зло подытожил Ивар. – Устроить свою судьбу.

– Вовсе нет! – вспыхнула Августа. – Если я и устраивала, то судьбу родных, не свою. Меня не волнуют деньги и титул. Можете не верить, мне все равно. Я готова умереть, став вашей невестой, лишь бы только…

Она не договорила и, в досаде стиснув пальцы, отвернулась. Что толку объяснять, Ивар все равно не поверит. Для него она меркантильная выскочка, аферистка.

– Я уеду сегодня же, – немного успокоившись, глухо продолжила Августа. – Наш договор можете считать расторгнутым.

Она направилась к двери с твердым намерением претворить свое обещание в жизнь, но Ивар остановил ее.

– Сядьте! – приказал он. – Вы никуда не поедете, тем более на ночь глядя. И договор наш останется в силе, правда, на других условиях. Я озвучу их за ужином, заодно надеюсь-таки услышать ваше настоящее имя.

– Если вы просматривали списки студентов, наверняка его встречали, – не оборачиваясь, ответила Августа. – Я тень Алисы сир Хайн, только без титула.

И Ивар вспомнил. Тот самый зеркальный слепок, который он счел неудачным дубликатом. Как же звали ту девушку?

Она представилась сама:

– Августа Дзирт.