Глава 35

Дом Меловых всегда пугал Марианну размерами и наличием блестящих предметов, словно хозяин особняка стремился выставить напоказ свои капиталы. Но Машка прекрасно помнила, что Олег Олегович не всегда был богат. В ее воспоминаниях дядька водил старенькую, пыхтящую иномарку и жил с женой и дочерью в обычной двушке стандартной планировки. Это потом уже Олег Олегович превратился в бизнесмена Мелова, благополучно позабыв о прошлом. Теперь Маша точно знала, как именно дядька разбогател, через чьи головы перешагнул и сколько тайн хранил за прочно запертыми дверьми особняка. Хотя, тайны Маша, к счастью, знала не все, а лишь те, что коснулись ее родителей и ее саму.

Выдренко горела желанием задать родственнику пару вопросов. В основном, они касались темы капиталов ее отца, полученных от матери обманным путем.

Машка так же хотела спросить, счастливы ли Мелов и его семья, и как они живут с осознанием того, что вся их жизнь - сплошной фарс и мыльный пузырь, который лопнул, не оставив и следа.

На самом деле, Машка много чего хотела, вплоть до рукоприкладства в отношении кузины Евы.

Однако Адмиралов запретил ей входить в особняк Меловых. И когда люди в масках и в камуфляже окружали дом, ее заперли в машине с термосом в руках и в приятной компании в лице Михаила Александровича.

Машка ничего не имела против компании, а вот факт заточения и изолирования ее хрупкой фигурки от алчной и недальновидной родни - злил. Руки так и чесались нести справедливость в массы. Но зоркий глаз Тролинского следил за ней лучше, чем за двоечниками на экзаменах. У Машки не было шансов сбежать. Оставалось одно: пить травяной чай из термоса, принадлежавшего кому-то из парней, и задавать каверзные вопросы.

- Так какие, говорите, у вас намерения в отношении нашей несравненной Оксаны Васильевны? - мило улыбалась Марианна, сверкая лукавыми глазками в сторону преподавателя.

- А вы с какой целью интересуетесь, Марианна Михайловна? - невозмутимо парировал Тролинский.

- Переживаю за ваше душевное, так сказать, состояние, - улыбнулась Машка. -Годы, знаете ли, Михаил Александрович, уже не те.

- Прав Савелий, - хмыкнул Михаил, - Ты, Машка, выдра!

- Такое уж у меня призвание: делать жизнь Бармалеевича веселее и приятнее! - хохотнула девушка, постукивая ноготками по крышке термоса. - А вы, уважаемый, увильнули от ответа!

- Мои намерения, Марианна Михайловна, кристально честны, чисты и почти невинны! - подмигнул Михаил, а заметив, как девушка потянулась рукой к ручке, покачал головой. - Ты, Маша, там ничем не поможешь. Только будешь мешать.

- Кто мешает, того бьют, - с пониманием дела вздохнула Выдренко. - И что, Оксана Васильевна, ответила согласием на ваши кристально чистые намерения?

- А вот это я сохраню в тайне, Маша, - протянул Тролинский, невозмутимо следя за каждым движением девушки. - Сиди теперь и мучайся от любопытства.

- Вредность - это ваша семейная черта! - насупилась Машка.

И ведь прав Михаил Александрович, Машка теперь будет мучиться до тех пор, пока не узнает подробности об отношениях Тролинского и Оксаны.

- А еще мы очень привлекательны, - не моргнув глазом, похвастался Михаил. - Что ж, мне пора. А ты, Маша, придумай, как угомонить моего брата, пока он не разнес фамильный особняк твоего дяди.

Тролинский кивнул за окно. Сквозь стекло отчетливо виднелась фигура Адмиралова, который о чем-то спорил с парнями в форме из частной охранной фирмы.

- Милые бранятся, только чешутся? - хмыкнула Маша и беспрепятственно выскочила из машины.

Тролинский не возражал. Судя по тому, что Савелий покинул стены особняка, все вопросы он благополучно разрешил. Осталось выяснить, как сильно пострадало семейство Меловых в процессе разрешения спора. Но, признаться, Михаил Александрович мало заботился о бывшем партнере, ставшем конкурентом. Тролинского больше волновала личная жизнь, которая не просто активно бурлила, но и вела его в сторону ЗАГСа.

***

- Ты не можешь так поступить с нами! - кричала Ева, окончательно растеряв весь свой лоск светской львицы.

Савелий поморщился. В который раз он поразился собственной глупости, вспомнив, что с этой женщиной он спал когда-то. Кажется, вечность назад. Он не помнил ни ощущений, ни впечатлений. Остался лишь факт. Да, спал. Но в прошлой жизни. В жизни «до Машки».

Ева истерила, ее матушка изображала убитую горем женщину, и только Олег Мелов сидел в своем кресле и смотрел на Савелия пустым взглядом. В этом взгляде плескалось лишь понимание, что их семья получила по заслугам.

- Михаил Мелов всегда был высокомерным ублюдком! - произнес вдруг Олег. - Не замечал, что в его бизнес я вкладывался не меньше, пусть и не капиталами. Я пахал, как проклятый, пока он кувыркался в постели со своими бабами. Я не жалею ни о чем!

- Ты отобрал все до копейки у больной вдовы с маленьким ребенком на руках! И ни о чем не жалеешь? - холодно заметил Савелий.

- А ты убил мужа этой самой вдовы, - заметила супруга Мелова, на миг прекратив свой спектакль.

- Несчастный случай! - повысил голос Адмиралов. Ему не нужно было оправдываться. Маша его простила, а на нежные чувства других представителей семейства ему было откровенно плевать.

- У меня есть предложение, Савва, - Мелов вздохнул, он успел выпытать у дочери все подробности ее соглашения с Ефимовым, изучил записи и снимки, уличающие Еву в совершении нескольких преступлений, прикинул свои шансы на победу и понял, что удача не на его стороне. И сейчас самое время выторговать себе хоть какой-то кусок.

- Слушаю, - коротко мотнул головой Савва.

- Я расскажу кое-что, чего не знаешь ты. А взамен ты позволишь нам уехать из страны. Без препятствий.

- Твоя дочь, Олег, навсегда должна забыть о Маше, иначе я ее достану даже на Северном полюсе.

- Но, Савва! Я ведь люблю тебя! - попыталась вмешаться в разговор Ева, но тут же поникла, стоило ей наткнуться на тяжелый взгляд отца.

- Мы уедем. Навсегда, - кивнул Мелов, а потом вынул из сейфа флеш-носитель и папку, но прежде, чем передать их Адмиралову, взглянул на жену и дочь: - Идите!

Ева очень хотела остаться. Любопытство поедом грызло ее, понукая вскрыть отцовский сейф. Но ни разу так и не представился случай. А теперь, судя по всему, любопытная информация исчезнет в руках Адмиралова.

Ева с матерью вышли из кабинета. А Мелов протянул папку с документами и флешкой Савелию.

- Услуга за услугу, - пробормотал Мелов. - Признаюсь, мне до сих пор совестно, что пришлось лишить Марту денег. Ей нужно было лечение. В любом случае она не смогла бы управлять компанией. А Марианна… Она была ребенком. Но это к делу не относится.

Мужчина раскрыл папку и придвинул фото ближе к Савелию.

- Я планировал пустить это в ход, но передумал. Не было удобного случая, - скривился Мелов. - На пленке записан разговор Инги и Михаила. Уже тогда они собирались убить твоего отца и управлять фирмой и всеми активами. Они испортили тормоза в той самой машине. Согласно их плану, твой отец должен был разбиться. А получилось все иначе.

- За руль сел я, - пробормотал Савелий.

- Верно, - кивнул Мелов. - Надеюсь, этих сведений хватит, чтобы ты сдержал свое слово. Я продам дом, и мы уедем. Кроме дома у меня ничего не осталось.

Адмиралов лишь кивнул. Да, ярость все еще клокотала в нем. Он хотел голыми руками растерзать Еву на куски, только за то, что та планировала навредить его Маше.

Но ему пришлось согласиться на предложение Мелова. Кто знает, где могут оказаться эти сведения. А так они с отцом тихо решат вопрос с матерью, в семейном, так сказать, кругу.

Взяв папку, Савелий широким шагом покинул особняк Мелова. Ему предстояла тяжелая ночь, состоящая из трудных решений.

Оказавшись на улице, Адмиралов буквально сразу же увидел Машу.

Красивая, вредная. Он был уверен, что никогда она не даст ему заскучать. Будет вносить в их семейную жизнь сумятицу и хаос. Но молодой человек был только рад таким перспективам.

Ведь он любит свою выдру.