Глава 36

Маша не торопила Савелия с расспросами, чувствовала, что он узнал в доме Меловых некую информацию, которая выбила его из колеи. И все это на фоне ее похищения и новостей о беременности.

Машка вздохнула. Мысленно она корила себя за эмоциональный порыв, за то, что не сдержалась и огорошила Бармалеевича такой важной новостью вот так, без подготовки.

Она не собиралась давить на молодого человека. Вопрос о сохранении беременности не стоял. Девушка готова была даже самостоятельно родить и воспитать малыша, если вдруг Адмиралова данная новость не порадовала.

Прикинув в уме все варианты, Маша вздохнула еще раз, и выпалила:

- Слушай, Савелий, я ни на что не претендую. И все пойму. Не хочу взваливать на тебя еще и свои проблемы. Мать-одиночка - не диагноз.

Адмиралов дернулся, словно его ударили по темечку чем-то тяжелым. Молодые люди ехали в машине в сторону дома. После того, как Савелий вышел из особняка Меловых, прошло всего полчаса. И Выдренко успела понервничать и принять скоропалительные решения.

- Маш, ну хоть ты не начинай, а! - пробормотал Савва, сжимая руки на руле.

- Ну а что такого я сказала? - осторожно произнесла Маша. - Я лишь не хочу обременять тебя своими заботами. Тебе вон, Меловых выше крыши хватает.

- Маш, ты беременна от меня! Это не «твои» заботы, а вполне себе так «наши»! - отчеканил Адмиралов.

- Да я просто предложила, ну, вдруг тебя такая новость как-то напрягает! - попыталась высказаться в свою защиту Марианна.

- Машка, если ты и дальше будешь делать неверные выводы - мы поругаемся, а я тебя отшлепаю! - тряхнул головой Адмиралов и грозно сверкнул глазами в строну девушки.

- То есть сейчас мы ругаемся? - предположила Марианна.

- А то! Не замечаешь? - хмыкнул Савелий. - А вот сейчас вернемся домой и начнем мириться. И будем мириться до тех пор, пока в твоей голове не осядет информация о том, что ты, Машка, моя.

Савелий притормозил на светофоре, и пока горел красный свет, мужчина повернулся к Маше. Горячая мужская ладонь обхватила щеку, кончики пальцев коснулись уголка рта, провели по подбородку. Машка, точно ручной котенок, подалась навстречу этой ласке.

Раздался автомобильный сигнал от недовольного водителя позади стоящего автомобиля, когда Адмиралов не поспешил влиться в транспортный поток на разрешающий свет. Савелий смотрел на Машку, а за их машиной образовывалась пробка.

- Моя, - тихо повторил мужчина и, наконец, двинул стального монстра вперед.

Машка никак не могла перестать улыбаться. Это мужское и собственническое «моя» безумно радовало девушку. А когда сильная рука осторожно легла на женский животик, который через несколько месяцев превратится в шарик, Выдренко поняла, что счастлива. И весьма серьезно тоже может заявить «мой». И пусть кто-то посмеет возразить, что этот мужчина принадлежит не ей!

До жилого комплекса, в котором располагалась квартира Адмиралова и где теперь жила Маша, остался всего один перекресток. Но Савелий вдруг неожиданно перестроился в соседний ряд, а потом и вовсе свернул в противоположную сторону.

- Заедем кое-куда, - пояснил свои действия Савелий.

- Я согласна ехать даже на край света, если ты меня покормишь, - хохотнула Выдренко, а Адмиралов широко улыбнулся. Залог хорошего настроения его девушки - сытый желудок. Кажется, Савелий начинал постигать тайны этой обворожительной выдры.

Сделав заказ по телефону, чтобы сократить время ожидания, Савва припарковался у входа в ресторан.

Маша готова была есть даже бумагу, настолько голодной она была. О чем и сообщила Адмиралову, когда он вернулся в машину с ворохом пакетов и коробок. И пока девушка самозабвенно ковырялась во всем этом многообразии еды и напитков, Савелий повез их дальше.

Следующим пунктом остановки оказался Дом ювелирных украшений. Машка отбрыкивалась, отнекивалась, не собиралась выходить из машины, но пришлось. Оказывается, крайне трудно сопротивляться, если высоченный и сильный мужчина тащит ее на плече в нужном ему направлении.

Признаться, Машка сопротивлялась лишь из вредности. На самом деле ей было очень приятно видеть обручальное кольцо на своем безымянном пальце. Было в этом символе любви и брака что-то трепетное и сокровенное.

И, судя по сияющей физиономии Адмиралова, он тоже чувствовал это «что-то».

Сытую Машку и улыбающегося Адмиралова расписали, спустя два часа. К счастью молодых, у Тролинского были связи в столь серьезном заведении, и Михаил с готовностью помог молодым людям узаконить их отношения. Савелий клятвенно пообещал позже утроить шикарное торжество, отметить, так сказать, с размахом их свадьбу. А сегодня ему просто хотелось тишины и покоя. Вот так, на двоих. Только его вредная и обворожительная Выдра и он, Бармалеевич.

К церемонии успели подъехать Михаил с Оксаной Васильевной и выступили в качестве свидетелей. Разумеется, Кирил тоже появился в здании Дворца бракосочетаний с шикарным букетом цветов и счастливой улыбкой на лице.

Свадьба была более чем скромной. На выходе из здания открыли шампанское. Но пить пришлось Киру и Оксане, поскольку остальные присутствующие были либо за рулем, либо беременны.

- Я так понимаю, Савва, ты за рулем? - подмигнул Кир Машкиному мужу.

- Думаю, я еще и беремен, - хохотнул Савелий, приподнимая молодую жену и спускаясь по ступенькам вниз.

Этот день был похож на безумство. Но безумство приятное и нужное Савелию. Словно он пытался глотнуть счастья прежде, чем придется окунуться в проблемы прошлого.

Отец уже обо всем знал. И вечером Сава с Машей летели к Адмиралову-старшему, чтобы провести семейный совет, на котором и будет решаться судьба матери.

Михаил был так же приглашен. Поскольку являлся не просто старшим братом Савелия, но и его другом. К тому же, именно Инга Адмиралова стала причиной хромоты Тролинского. И если много лет назад Михаил простил родственницу, то сейчас готов был пересмотреть свое решение.