Глава 9

Ближайшие несколько дней ничего не прояснили. Все в офисе находились в каком-то напряженном ожидании, а сплетни и предположения расползались с фантастической скоростью. Кого только не прочили на роль будущего шефа, и одна версия была невероятней другой. Даже несостоявшуюся любовницу Леонтьева записали в кандидаты.

Всеобщий ажиотаж, как ни странно, почти не подействовал на меня. Конечно, мне тоже было любопытно, но собственные переживания занимали куда большее место. Плюс эмоциональные качели, которые совсем не позволяли расслабиться. То мне было весело без причины, то какая-то совершеннейшая ерунда могла довести до слез.

Милка, видя перепады моего настроения, только посмеивалась.

– Светуль, ты прямо живой пример того, как протекает беременность. Токсикоз, скачки аппетита, капризы, плаксивость, необоснованная радость. Так забавно за тобой наблюдать.

– Забавно ей, – буркнула я в ответ. – Вот будешь сама беременная, тогда я посмеюсь. Когда у тебя каждое утро будет свидание с унитазом.

– Ну, не обижайся, – она хихикнула и обняла меня. – Я же не со зла. Просто обычно у женщин проявляется что-то одно, или тошнота, или есть хочется сверх меры, или настроение меняется. А у тебя все сразу, еще и в увеличенной дозе.

– Так посочувствуй подруге, вместо того чтобы смеяться! – я в шутку хлопнула ее по плечу.

Мила скорчила физиономию и увернулась, продолжая забавляться.

– Я сочувствую, ты же знаешь. Просто все равно смешно.

На самом деле я была ей благодарна. Подруга не давала мне раскиснуть и погрязнуть в собственных, далеко не радужных, мыслях. И скучать не позволяла. Даже ночевать оставалась со мной, если видела, что к концу дня я сдуваюсь, как воздушный шарик, и начинаю жалеть себя. А такое случалось не так уж и редко. Мне было и грустно, и страшно, и эти чувства иногда перекрывали эйфорию от ожидания малыша.

А с Милкой становилось легче. Я могла выговориться, пожаловаться на несправедливую судьбу, разлучившую меня с самым потрясающим мужчиной, оплакать свою глупость и помечтать о том, что случится примерно через семь месяцев. Подруга, конечно, не разрешала делать покупки для ребенка, но все окрестные детские магазины мы с ней обошли.

В один из таких походов, когда, вымотавшись, уселись передохнуть и перекусить в небольшом кафе в торговом центре, Мила в очередной раз выдала:

– Я все-таки думаю, что у тебя будет дочка.

– Потому что страшнею на глазах? – хмыкнула я.

Подруга расхохоталась.

– Я такого даже не подумала. Прекрати на себя наговаривать, мне, наоборот, кажется, что ты стала счастливее и поэтому красивее. Глаза светятся.

– Ага, когда голова не кружится от слабости.

– Не без этого. Но я не внешность имела в виду. Просто так кажется. Сама не знаю, почему. Когда думаю о твоем малыше, представляю девчонку. Такой слаа-адкий, пухлый вареничек.

Я улыбнулась от этого милого сравнения, тоже представляя крошечную малышку с задорными кудряшками и носиком-кнопочкой. Машинально опустила руку на свой еще плоский живот.

– Имя придумала уже?

Я покачала головой. Вариантов появлялось много, но ни один не устраивал меня на сто процентов. Для своего ребенка хотелось выбрать самое лучшее. И имя, и остальное тоже. Но одно я знала наверняка. Что сделаю все возможное, чтобы мой малыш был счастливым. И невозможное тоже.

Вечером меня как-то особенно резко охватили воспоминания. Расставшись с Милой, я вернулась домой и вдруг почувствовала такую тоску, что впору было зарыдать. И сделала бы это, если бы не боялась, что разнервничаюсь настолько сильно, что совсем не смогу уснуть.

Я искусала губы, борясь с подступающими слезами, и изо всех сил пыталась сдержаться и не позвонить Милке. Она бы приехала сразу, но это было бы слишком эгоистично.  Подруга и так потратила на меня кучу времени днем, и выдергивать её ещё и вечером было совершенно неправильно.

Злясь на собственную плаксивость, я подошла к окну. Во дворе на площадке играли дети, а какая-то старушка качала коляску. Новенькую и яркую. И наверняка дорогую.

Во время променада по детским магазинам я лишь вскользь поглядывала на коляски, уделяя куда большее внимание детским нарядам и игрушкам. А теперь подумала о том, сколько это все может стоить.

Коляска,  кроватка, ванночка, пеленальный столик, всякие там креслица и прыгунки. Ещё и целая куча одежды. И памперсы. Много-много памперсов.

Меня всегда умиляли молодые мамочки, спешащие куда-то с огромной пачкой подгузников. Смотрелось это и правда здорово, но вот цена всей этой милоты наверняка была не такой привлекательной.

А что, если я не справлюсь? Ведь когда уйду в декрет, основного заработка не будет. На сколько хватит того пособия, которое полагается одинокой маме? Вряд ли стоит всерьёз на него рассчитывать.

Лучше позаботиться обо всем заранее. Пока у меня есть несколько месяцев до отпуска, надо заработать максимум, на что я способна. Чтобы хватило не только на квартиру,  но и на все эти необходимые вещи для малыша.

Мне стало страшно. Одно дело – экономить на себе.  Я привыкла ютиться в коммуналке и, хоть и мечтала о своём жилье, при необходимости прожила бы в таких условиях ещё довольно долго. И без новой одежды тоже вполне могла обойтись.

Но с ребёнком все эти принципы не прокатят.  Я не смогу избежать приобретения всего того, о чем только что думала.  И наверняка много всего не учла – расходов окажется значительно больше.

Если бы рядом был Олег, все шло бы по-другому. Наверняка. Любой мужчина, если он не совершеннейший негодяй, захочет позаботиться о своём ребенке,  даже если и имеет другую семью и другие обязанности.  Но все дело было в этом пресловутом «если». Если бы он был…

Но его не было! И не будет. Мужчина, подаривший мне право стать матерью, даже не узнает об этом. Я не смогу ничего ему сообщить, если бы и хотела. Потому что и города, из которого он приехал, не знаю. Не говоря уже о фамилии или ещё каких-то данных.

Мне безумно его не хватало. Да, я смирилась с нашим расставанием,  убедила себя в том, что между нами ничего никогда больше не будет, но никакие логические доводы не действовали, когда начинали бушевать чувства.

А они бушевали. Я думала о том, какими упоительно сладкими были вечера рядом с Олегом, и как мне одиноко теперь. Без него.

И растущий внутри маленький человечек напоминал ещё сильнее. Каждую минуту, проведенную рядом. Каждую близость, следствием которой могла стать эта новая жизнь. И особенно тоскливо было от того, что ничего нельзя повторить. НИ-ЧЕ-ГО.

Все эти мысли расстроили и разбередили душу ещё больше. Я долго вертелась,  то теряясь в сладких воспоминаниях,  то прогоняя их от себя. И в итоге проснулась совершенно разбитой.

Это состояние уже стало привычным в последнее время, но совершенно непривычным оказалось утро в офисе. И явление нового шефа.

В первое мгновенье мне показалось, что я сплю. Потому что в действительности такого не могло случиться.  Не бывает в жизни таких совпадений.  Это просто мой воспаленный разум играет со мной злые шутки. Заставляет видеть то, чего нет и в помине. Ощущать ставший родным запах,  так близко, что кажется, будто он снова окутывает меня. Смотреть в любимое лицо. Слышать голос. И сходить с ума от собственного неверия. И не знать, радоваться мне или плакать.

– Хочу напомнить для тех, кто забыл. Рабочий день начинается в 9 утра. Это означает, что в девять часов вы должны уже выполнять свои обязанности. Не парковать машину на стоянке перед офисом, не бежать по лестнице, не входить в лифт, а УЖЕ работать. Повторять я не буду. Это прописные истины, не зная или не соблюдая которые, вы можете не рассчитывать, что задержитесь здесь.

По коллективу пронесся возмущенно-изумленный шепот: такого от нового начальника никто не ожидал. Все привыкли вести довольно свободный рабочий образ жизни. Не то чтобы прежнее руководство совсем не заботилось о дисциплине, но в жесткие рамки нас точно никто не загонял.

– Какой мужик! – ахнула рядом со мной Милка. – Самодур, конечно, сразу понятно, что спуска никому не даст. Но какой красавчик! А руки его ты видела? Это же просто произведение искусства! А губы? Представляешь, как он целуется?

Мне не надо было представлять. Я знала. Слишком хорошо знала. Силу и одновременную нежность его рук. То, какие на вкус его губы, и как легко потерять рассудок от одного только их касания. А этих касаний было… я не смогла бы их сосчитать, даже если бы попыталась. За те несколько дней, что мы провели вместе, на моей теле не осталось ни единого места, где бы он ни прикасался и ни целовал меня.

Новый шеф равнодушно мазнул по мне взглядом, не задерживаясь ни на мгновенье. Ни капли узнавания.  Вообще никаких эмоций. Как на пустое место посмотрел.

А ведь я столько раз представляла нашу встречу. Хоть и не рассчитывала на нее, все равно где-то в глубине души теплилась надежда, что однажды мы увидимся. Только в моих мечтах все происходило совсем не так.  Это я должна была выглядеть эффектно и сногсшибательно. Я должна была поразить его своим появлением,  производя такое впечатление, что обо всем остальном он бы и думать перестал. И это я должна была пройти мимо,  делая вид, что вообще его не помню.

Вот только все вышло с точностью до наоборот. Ничего эффектного в моем внешнем виде не было. Очередная бессонная ночь, проведенная в воспоминаниях о нем, завершилась приступом токсикоза. Я напоминала, скорее, бледную тень, чем женщину, способную привлечь внимание ТАКОГО мужчины. На ногах едва держалась от слабости.

А он… он снова казался сошедшим с обложки модного журнала. Крепкий, подтянутый и невероятно привлекательный. Костюм, явно дорогой, сидел на нем, как влитой,  ворот белоснежной рубашки контрастировал с загорелой, бронзовой кожей. Я прекрасно помнила, что такой загар не только на шее. И не только загар помнила: каждый сантиметр совершенного тела. Идеально уложенные волосы – может, у него и парикмахер личный имеется? А я с утра минут тридцать воевала с собственной прической – волосы стали непослушными и слишком пушились, никак не желая укладываться. В итоге я просто стянула их в хвост, уверенная, что до моего внешнего вида никому на работе не будет дела.

Впрочем, ему и не было дела. Ни до моей прически, ни до меня самой. Он продолжал знакомить коллектив с новыми правилами,  и напрасно я пыталась усмотреть в его поведении хоть какой-то намек на то, что события двухмесячной давности не совсем стерлись из памяти.

Разве можно забыть человека так быстро? Пусть  я была одной из многочисленных его девиц, неужели можно попросту вычеркнуть то, что происходило между нами? Как будто мы вообще незнакомы.

– Светка, у него кольца нет! – рядом продолжала тихонько восторгаться подруга. – Ты понимаешь, что это значит? А вдруг он влюбится в кого-то из нас? Это же просто фантастика! Я раньше таких красавчиков только в кино видела. А тут живой и настоящий – только руку протяни.

И тут же получишь по этой руке, – чуть было не вырвалось у меня. Наивная Мила. Опять насмотрелась своих фильмов, вот и придумывает то, что не имеет ничего общего с действительностью. Надо же, размечталась! Это только в кино начальники женятся на своих подчиненных. А в реальной жизни они в их сторону даже не смотрят. А если смотрят, то очень недолго. И забывают с молниеносной скоростью. Мой пример – лучшее тому доказательство. Наглядный образец, как НЕ надо поступать. Не встречаться с богатыми и красивыми мужчинами, пусть они хоть золотые горы обещают тебе. Ни за что не ввязываться в отношения с ними. Не рассчитывать на продолжение. Не забывать о мерах предосторожности, если только не хочешь воспитывать ребенка в одиночестве. И, самое главное, – НЕ ВЛЮБЛЯТЬСЯ!

– Ну чего ты молчишь? – толкнула меня в бок Милка. – Хорош, правда? Мечта, а не мужчина.

– Мечта… – тихо отозвалась, прикрывая глаза и борясь с подступившей тошнотой. Только несбывшаяся. Потому что я нарушила сразу все вместе взятые правила. Повелась на его обещания. Не сделала ни единой попытки воспротивиться. И продолжения не могла не ждать, совершенно очарованная им. Беременная и влюбленная дура, которую он даже не помнит!

– Я не могу поверить, что такой красавчик теперь будет работать у нас, – утреннее совещание давно закончилось, а Мила никак не могла успокоиться: восторженные возгласы так и сыпались из неё, как из рога изобилия.

– Скорее, мы у него,  – поправила я. – Он же начальник.

– Ну-у,  не придирайся к словам, – отмахнулась подруга. – Сути-то ведь это не меняет. Мы каждый день сможем видеть его, понимаешь?

Как уж тут не понять… Я понимала даже больше, чем самой бы хотелось.

Разве могут быть такие совпадения? Чтобы мы не только из одного города оказались, ещё и в одной компании? Мистика какая-то.  Это даже не один шанс на тысячу, а…

Я не знала, какой процент вероятности существовал для того, чтобы все действительно случилось. Но и вряд ли расчёты смогли бы помочь. Так что это, происки Судьбы? За какие прегрешения?

Олег вернулся в мою жизнь, только уже совсем в другой роли. Другим человеком.

И этот человек меня не помнил. Или делал вид, что не помнит? В конце концов,  признаваться или подавать какие-то знаки на глазах десятка сотрудников тоже ведь было бы неправильно. Одно дело – не стесняться никого в гостевом доме, где мы в равных условиях.  Где никому нет и не может быть дела,  какие отношения связывают нас.

Но на работе все иначе. Он, хоть и начальник, но служебный роман – это не курортная интрижка. Начинать карьеру на новом месте с таких вещей вряд ли стоит, авторитет пострадать может.

Я была уверена, что Олегу это не нужно. Да и сама ни в коем случае не хотела бы добавить ему сложностей.

Сейчас, когда первый шок прошёл и я смогла мало-мальски спокойно рассуждать, то и стала все это прикидывать. Ему самому, наверно, тяжело поверить, что я не приснилась. Тоже ведь не рассчитывал встретить старую знакомую на работе.  А может, и вообще. Он ведь не ждал продолжения нашей связи. Расстались – и расстались. Два месяца прошло.

Хотел бы найти меня, ещё бы в Анапе заполучил бы контакты у администрации гостевого дома. Уверена, с его способностями производить впечатление на женщин, никаких сложностей бы не возникло. А раз не позвонил, никак не напомнил о себе,  – значит, не хотел.

Вот и получается, что новая встреча и его могла ввергнуть в шок. Сидит сейчас  в своём кабинете и не знает, что делать. Как себя вести дальше. Особенно,  если он женат. Тогда все ещё сложнее.  Отпуск закончился, и вспоминать мимолетное приключение нет никакой нужды.

А что, если он решит отказаться от должности теперь, когда узнал, с кем придётся работать? Этого я ни в коем случае могла допустить. Компания у нас, хоть и небольшая, но довольно успешная даже среди рядовых сотрудников.  А уж начальник точно получает такую зарплату,  которую будет жаль терять.

Мне надо его успокоить! Убедить, что случившееся в Анапе никак не повлияет на работу. Я не собираюсь напоминать о себе или ждать от него каких-то действий. Пусть не беспокоится по этому поводу. Не захочет – постараюсь вообще не попадаться ему на глаза.  Ну разве что на общих собраниях будет меня видеть, но и только.

Леонтьев тоже в наш отдел нечасто заходил. Вот и Олег может… – я поняла вдруг, что прослушала его слова в самом начале и до сих пор не знаю ни фамилии, ни отчества. Вздохнула, ругая себя за невнимательность.

Надо все ему объяснить. Как бы сложно это ни было, но зато решит сразу множество проблем.