Глава двадцатая. Оракулом вас всех!

Мне не ответили, но ответ казался очевидным. Сгусток, похожий на шаровую молнию, ожил, стал вертеться, потрескивая, как старый приемник.

— Мы пришли, чтобы узнать судьбу принца, — произнес Его Величество. — Скажи ее нам!

— Сначала скажите имя, — произнес женский равнодушный голос с подвыванием. Если честно, то у меня мурашки по коже пробежали. Такое чувство, словно там сидит гадалка!

— Северный мрак, Раздирающий Врагов, Смертоносный Коготь Морозной Ночи, крадущийся в снегах, ужас Севера… — перечисляли кровожадные подробности дальше.

— Рррр! — послышался голос Титикаки.

— Нет! Он не считает это своим именем! Оно ему не нравится!

— Тогда, — замерла я, когда все смотрели на меня. — Титикака…

На меня еще раз посмотрели так, словно в роду как раз не хватало Титикаки.

— Я не позволю назвать ребенка таким странным именем! — послышался голос Его Величества.

— Между прочим, — я посмотрела на своего жениха. — В моем мире у одного древнего народа это имя означало Каменный Горный Лев… Или каменная пума… Есть еще одно значение, которое тоже рассматривают… человек из пепла… Был такой народ, который поклонялся пуме, как божеству. И назвал в честь нее озеро. Говорят, что из этого озера родилось божество, создавшее целую цивилизацию…

— Каменный Горный Лев, Человек из Пепла? — произнесло Его Величество, задумавшись.

Ну, разумеется! В нем не было когтей-зубов, разрывающих разные части тела, ужасов, кошмаров и смертей, затаившихся в ночи, снегах, за спиной или в темноте. Короче, не было в нем ни стоматологических и маникюрных подробностей, приправленных многообещающими подробностями кровавой расправы.

С точки зрения местных имя было очень скучным, так что вряд ли на него согласятся. Оно не звучало, как угроза, от которой кровь стыла в жилах или как предупреждение о том, что, когда ходишь, нужно постоянно оборачиваться.

— Хорошо, — выдохнуло его величество. — Пусть будет Каменный Горный Лев, Человек из Пепла.

— Нарекаю тебя, принц… — произнес оракул, зловеще растягивая слова. — Каменный Горный Лев, Человек из Пепла…

— Но мама будет звать тебя Титикакой, — прошептала я, целуя его в ушко.

В голубых глазах отразился явный интерес.

— Что до судьбы, скажу вам прямо, — снова стал зловеще растягивать слова оракул. В этот момент он стал серо-черным. Я почувствовала слабость, понимая, что в этом нет ничего хорошего.

— Скоро, о принц придет твой черед… — послышался голос. У меня руки затряслись. — Дядя родной тебя убьет…