1.1
— Лапу убери! — неожиданно произнесла я голосом начальственным и пререкания не терпящим.
Мне в лицо рыкнули так, что у меня чуть скальп не сдуло.
— Что вы хотите? — спросила я, все еще слыша звон в ушах.
— Того, для чего я родился, — послышался незнакомый голос.
— Так, Лунтик! Ты родился. Что дальше? Я так понимаю, вы тот брат? — спросила я, чувствуя, что из лапы появились когти.
— Брат, да немного не тот, — послышался рык. — Слышала про тайных наложниц?
— Чуть ею не стала, — ответила я, пытаясь не показывать страха. Но попробуй не покажи, когда вся твоя грудь помещается под одну огромную когтистую лапу.
— Значит, тебе долго объяснять не надо, почти королева, — послышался рык. — До свадьбы у короля была тайная наложница. Потом он женился, у него появились близнецы. А мою мать изгнали. Да вот, уходила она не одна, а со мной… В животе… — снова послышался рык.
— Хорошо, мне искренне вас жаль. Я так понимаю, вы пришли поговорить про тяжелое детство в тяготах и лишениях? — тяжело дышала я, понимая, что одно неверное движение, и все.
Женщины знают о жизни намного больше. Ведь в жизни, как и на кухне. Сначала кипит, бурлит, соль-сахар-перец по вкусу, приправы на глазок, а потом хлоп! И крышка!
— Если да, то это не ко мне, — ответила я, сглатывая при виде огромной лапы. — Я могу позвать отличного психолога…
— Она из другого мира, я вам говорила… Иногда она говорит странно, — послышался робкий голос волчицы.
— Аррррр! — рявкнули на нее, заставив заскулить. — Ты должна была проконтролировать, чтобы эта без пяти минут королева взяла с собой принца!
— Простите, — послышался скулящий голос лсужанки. — Я вас умоляю. Я сделала все, что вы сказали… Вы отдадите мне моего щенка? И вы обещали не тронуть моего жениха…
Так вот оно что! Наш младшенький решил жениться на волчице с волчонком! Как я ее понимаю. Ради ребенка я бы тоже на многое пошла!
— Встала! — рявкнул огромный полосатый ирбис, убирая лапу с моей груди.
— Кхе! Всю грудь истоптал, — прокашлялась я, вставая, словно во сне. — Пушистый мух…
Я пыталась подбодрить себя, держать себя в руках. В панике можно наделать таких глупостей, которые будут стоить тебе жизни.
— Снимай шубу! — рявкнул на меня "дядя". От звука его голоса по залу ползли витиеватые руны. Видимо, на зал наложено заклинание бесшумности. Поэтому в замке нас вряд ли слышат.
— Посмотрим, как тебя любит твой король, — послышался рык. Я обернулась, понимая, что не успею к дверям. Меня настигнут в два прыжка.
— Нет! — мотнула головой я. — Здесь холодно. Боюсь замерзнуть.
— Снимай!!! — рявкнули на меня так, что если бы я не была привычной, то точно сделала бы лужу.
И в этот момент из темноты бросилась … маленькая белая и пушистая тень: «Р-р-рыыыы!».
Мамин защитник спешил на помощь, но тут же очутился в зубах у огромного зверя. Наверное, сила матери заключается в том, что при виде опасности, она способна искусать бешенную собаку, отоварить звиздюлями медведя гризли по первое число и задушить кобру голыми руками.
Я не помню, как бросилась с голыми руками на огромного страшного ибриса, но меня отшвырнуло в сторону. Сердце бешено колотилось, а я даже не почувствовала боли от удара.
— Итак, ты снимаешь шубу, и котенок будет жить, — послышался рык. Я увидела, как лапа придавила Титикаку к полу. Взглянув на оракул, я вспомнила: «Дядя родной тебя убьет!».
Внезапно оракул засветился тусклым светом.