Глава 28. «Новый год в Академии Магии»

* * * – СНЕЖАНА — Исправительная Академия Магических и Боевых Искусств, сверху донизу обвешана самыми обыкновенными гирляндами. Я хотела магические, но получалась слишком большая концентрация магии. А у нас её и без гирлянд много. Воздух до отвращения тяжёлый, плотный и звенит от напряжения. Любая лишняя искра и всё будет взрываться и пылать, а фейерверк у нас запланирован после мероприятия. – Все по местам! – визжит эрха Жужель,, преподаватель по этикету и танцам и с некоторых пор, по неконтролируемым истерикам. – Кто не выйдет на сцену – превращу в подсвечник! На сцену вываливаются дети в костюмах снежинок. Малышня с задором и со всей старательностью исполняет прекрасный танец. У нас идёт генеральная репетиция… всего. Мы репетируем встречу Императора и его свиты. По-новогоднему разряженная нежить заряжена разность угощения гостям. И научена извиняться, если кто-то их испугается. И предлагает в качестве извинения вкусный мини-пирожок. – Эрха Снежана Эрдалл! Что делать? Наша Снегурочка отказывается надевать костюм! – кричит мне Этель Жужель и хватается за голову. – Нервов у меня не хватает! Что нам делать? Что делать? Я в этот момент сверяю количество посадочных мест со своим планом рассадки. Конечно, всё перепутали. – Матильда Филли не может не надеть костюм, – говорю ледяным тоном, не отрывая взгляда от бумаг. – Напомните ей, что она дала магическое согласие. Эрха Филли говорит, что её костюм закрывает коня! И тогда коня никто не увидит. Я поднимаю взгляд на Этель, усмехаюсь и предлагаю выход: – Пусть во время скачки на ледяном скакуне взмахнёт своим клинком и срубит с себя кусок юбки. Выйдет эпично. – И ужасно неприлично, – ворчит эрха Жужель. – Так не до трусов же, – смеюсь я. Она кивает и уходит за кулисы. – Так, что у нас со светом? Почему опять так тускло? – Мы домываем! Чуть-чуть осталось, эрха Эрдалл! – Давайте шустрее! Вся академия стоит на ушах. Всё вверх дном. Но все стараются. Ведь после того, как ректор, он же дракон, он же мой муж и самый лучший мужчина во всех мирах вместе взятых объявил, что мы с ним муж и жена и спрашивать о том, как это произошло, не стоит, просто примите эту новость, как факт, следом произнёс речь, от которой даже у меня волосы дыбом встали. Оказывается, Император и Ко не просто так прикатывают в нашу академию. Это, по сути, проверка. Он посмотрит, оценит уровень интеллекта (как по празднику можно оценить интеллект – для меня загадка, но это факт), а потом даст ответ – академию либо закроют, либо дадут добро на её дальнейшее существование и даже с барского плеча средства выделят на развитие. А что будет с адептами, если её закроют? Вот ничего хорошего – сбудется мечта подростков – станут вольными как ветер. На все четыре стороны смогут валить. И вот тогда всем детям, преподам и мне захотелось утереть нос Императору и его выскочкам из свиты, которые будут своё мнение высказывать. Во время сей эпичной речи, рядом находился ледяной дракон – эрхалл Хэмиш Джай. Он-то и надоумил Россрэйда сказать всем правду. А после выступления чуть мозги нам не выел, расспрашивая о том, как так получилось, что мы – супруги? Я позволила Россу самому рассказывать нашу «волнующую» историю любви, а сама отправилась делать дела, которых было по горло. * * * Исправительная Академия Магических и Боевых Искусств лоснится от чистоты. В коридорах никто не дерётся. Проклятия приглушены. Даже тихая нежить ведёт себя ещё тише. Почему? Сегодня Великий День. День, когда Император Дракон собственной огнедышащей персоной притащится к нам в гости. – Все улыбаемся! Даже те, у кого челюсть отдельно от лица! – визжит эрха Жужель. – Император не любит унылых. Никто не любит унылых. Это как протухшая рыба. Поэтому, улыбаемся! Мне даже командовать не нужно. Этель взяла на себя обязанность всех строить. Из неё вышла отличная помощница. Над Академией раздаётся гул. Земля под ногами вдруг содрогается. А небе громче обычного раздаётся раскат грома и сверкает жуткая молния. И вот оно. Открывается портал. Просто эпическое явление монаршей персоны. По-тихому никак нельзя являться. Из портала выходит грозная императорская охрана в кольчугах, как будто слепленной из лавы. После идут личные слуги. Затем появляется любопытная и крайне высокомерная свита. Советники, министры и прочие-прочие-прочие личности. И только после длинной очереди этих высоких гостей являет себя нашим моськам – Он. Император Огненный Дракон. Властелин Чешуек и Трижды Красивый мужик без усов и бороды, ведь он женат и у него двое детишек. Император Крейзор Великолепный Огненный. Спасибо Этель, она научила детей и меня лично делать реверансы. И вот вся женская половина академии опускаемся в глубокие реверансы, а мужская – делает поклон. – Приветствую, приветствую, – произносит Крейзор довольно небрежно и высокомерно, как это может делать только властелин. И голос у дракона такой громкий и такой силы, будто тысяча роялей разом сошла с ума. – Мы прибыли, чтобы оценить… академию. Не разочаруйте нас. Император не любит… разочаровываться, – говорит, очевидно, советник. Но мы готовы. И шоу начинается! Наша Новогодняя ёлка выше здания академии. Маги сделали качественную иллюзию. Её даже потрогать можно – иголки как настоящие. И даже хвойный запах есть. Ветви её укрыты гирляндами, светящимися всех оттенков северного сияния. Фиолетовые, зелёные, жёлтые, голубые огоньки медленно переливаются. На самой вершине ели – ярко светит звезда. Игрушки на ёлке не покупные – каждая сделана ручками адептов и преподов. Нежить, одетая в форму официантов и с новогодними масками на лицах, разносит и подаёт всем желающим горячий шоколад с зефирками, глинтвейн с имбирным печеньем, чай с облепихой и бисквитным печеньем. Закуски тоже подают. Император и императрицей с любопытством рассматривают, а затем пробуют мини-бургеры в виде снеговиков (глазки – из пряной гвоздики, нос – из морковки). Фрейлины императрицы угощаются тарталетками «Зимний вихрь» с кремом из сыра и красной икрой. Советники, министры и прочие гости со двора едят канапе «Ёлочка» на шпажках с виноградом, сыром и оливкой и за обе щёки лопают пряное печенье в виде театральных масок – с одной стороны улыбающихся, с другой – грустных. Все закуски и напитки подаются с логотипом ИАМБИ и император это замечает. Играет лёгкая, но весёлая музыка. Ректор уже ведёт светский разговор с императорской четой, а я как дирижёр наблюдаю со стороны, чтобы всё проходило без сюрпризов. Мой выход запланировал на попозже – после премьеры. А сейчас я – скромно топчусь в сторонке. Ладно, не буду скромничать. Я одета в потрясающее платье, сшитое, по словам Росса из лунного шёлка и украшено серебряной нитью. Узоры на платье напоминают морозные узоры на стекле. Мои волосы уложены в милые локоны. Да, отращивать их буду долго, но Хэмиш недавно обмолвился, что у его супруги есть знакомый зельевар, который варит зелья для быстрого роста волос. Недолго мне ходить с короткой причёской. Адепты-подростки, кто пошустрее и смекалистей, развлекают гостей милыми добрыми шутками, которые мы заранее сочинили и отрепетировали. Ректор показывает гостям… (новогодней инспекции) академию. Короче, пока идёт экскурсия, все стоят на низком старте. Все готовы к премьере. Ждать приходится до ужаса долго, но всё когда-либо заканчивается и начинается. Наконец, гости занимают свои места и весьма удивлены те фактом, что будет спектакль. Им раздают буклеты премьеры и все удивлены названием «Яйца Судьбы, или Плачь, Ваньяс, плачь»! Свет гаснет. Премьера начинается. Физрук эрхалл Джин в роли могучего, несокрушимого дерева выходит эпичным по своей скромной, но выдающейся роли. Жар птица, которая оборачивается прекрасной девой и жаба, которая тоже может обернуться красавицей – производят фурор. Никто в этом мире не представлял, что птица и жаба могут быть прекрасными девами! От Лёвы Прекрасногривого и Ваньяса Раздражённого зрители в восторге. Хохот стоит невообразимый. А когда на сцену выскакивают волшебные грибы с мультяшными вскриками: «Трюфельный приве-е-ет!» и исчезают за ёлкой, некоторые из гостей даже падают со своих мест от смеха. А потом выходит Снегурочка. Матильда Филли после сегодняшней премьеры получила бы Оскара. Снегурка не нежная и трогательная девушка. Это матёрая тётище, крёстная Жар Птицы, которая помогает и крестнице, и Лёве. Снегурка бросает направо и налево сочные фразы, но в рамках приличия, правда, они всё равно вызывают фурор. Чую, станут крылатыми. Император узнаёт в роли скакуна Снегурки – дракона Хэмиша и даже выкрикивает, тыча пальцем на сцену, что конь – это дракон Хэмиш Джай и гогочет, словно сам конь. Когда Снегурка уходит со сцены, все в зале встают и аплодируют ей. Матильда в приятном шоке. А потом все умиляются, когда на сцену выбегают малышки-снежинки. Их прелестный танец завораживает. Дед Мороз – добрый и очень робкий старик, который заикается и постоянно забывает, кто он такой вызывает не меньше умиления. Луи Мор отлично вжился в эту роль. Ведь по сути он и сам такой. На сцене творится волшебство. Смесь магии, танцев, маленьких взрывов, хоровое пение, великолепная актёрская игра адептов и преподавателей академии – никто не ожидал, что всё получится столь феерично прекрасно! Когда спектакль заканчивается, все аплодируют стоя. На сцену выходят все наши артисты, ректор и… я. – Эрхи и эрхаллы, а также наш самый дорогой гость, пусть в Новом году у всех вас будет больше магии, меньше ссор, и пусть веселье не покидает вас весь год! Добра вам и мира! – произносит Россрэйд весьма скромную речь. А после берёт меня за руку, выводит чуть вперёд и с нежностью и гордостью в голосе говорит: – За это прекрасный праздник и спектакль я должен поблагодарить очаровательную, несравненную и неповторимую, а также мою любимую помощницу, подругу, соратницу и супругу – Снежану Эрдалл! Она стала сердцем и душой этой академии! Родная моя… Он вдруг становится на одно колено. – Снежана, любовь моя, свет моей чешуи и огонь моего сердца! – говорит он громогласно, но нежно. Я тихо смеюсь – и в этом смехе есть всё: и удивление, и обожание. – В этот Новый Год, – продолжает Росс, – я хочу пожелать тебе того, что я не могу дать другим. Терпения – потому что когда я в гневе, то рычу, как гром. Тепла – потому что я всегда под боком. Улыбок – потому что ты причина моего смеха. Он вытягивает руку и на его ладони лежит маленькая коробочка. Щёлк. Внутри – кольцо, созданное из его собственного огня, закованного в магический кристалл. Оно мерцает, точно так же как в нём бьётся его ещё небольшая, но уже такая сильная любовь. – С тобой мы совсем недолго вместе, – а я до сих пор не верю, что судьба нас свела. Сегодня испугался, что мог не найти тебя, Снежана. Я – дитя магии? Нет. Я – чудище, громила. А ты – прекрасная, необузданная, яркая и дикая, как моё пламя. Я не умею красиво говорить, зато умею обнимать тебя так, что ни один мороз к тебе не подберётся. Ты – моя искра, моя песня, моя магия, Снежана. Я смотрю на него, и в моих глазах появляются слёзы. – Я тебя люблю, – произношу я тихо. Росс надевает мне на палец кольцо, целует мою руку и говорит громко, чтобы его все слышали: – А я люблю тебя, моя Снежана Эрдалл! С НОВЫМ ГОДОМ, МОЯ ЛЮБОВЬ! И наступает ровно полночь, часы бьют двенадцать, над площадкой появляется светящийся снег – не холодный, а тёплый, будто это пух из облаков. Играет красивая зимняя мелодия… И все поют прекрасную песню моего сочинительства. А мы с Россом обнимаемся и танцуем… * * * – Это было… – император делает паузу. – Великолепно. Безумно. Невероятно. Он хлопает. Все хлопают вслед за ним. – Безумие, хаос, театр, пирожки с магией! Я бы здесь учился, – такие слова произносит дракон. И после император торжественно сообщает, что ИАМБИ будет внесена в реестр лучших академий Империи и получит финансирование для развития и открытия новых факультетов.