Глава 7. Дракон вернулся с рыбалки, и еле доказал ревнивой жене, что рыбья чешуя на штанах не от русалки.

— И что ты будешь делать, если вдруг встретишь дракона-ведьму?!

— Скажу "Здравствуй, любимая".

Как только мы удалились от берега, стала понятна и гладь воды и то, что это довольно опасно, и чего собственно опасался Ногат. Подняться высоко мы не могли. Потока воздуха или малейшего ветерка просто не было. Поэтому высоту мы набрали не слишком большую. Выше не хватало сил даже у Ногата с его огромным резервом. Обычно ты подхватываешь воздушный поток и скользишь в нем. А так мы долго на одной магии не протянем.

Но как выяснилось, долго у нас в любом случае не получилось бы. Огромные полчища нагов вылетели из-за стен видневшегося в дали города и устремились к нам. Вот почему была такая тишина. Они просто выжидали, когда мы будем над водой. Потому что передвигались они по ней и в самом деле с чудовищной скоростью.

В нас полетели копья и трезубцы. В воздухе их замелькало сумасшедшее количество и как я успела заметить большинство из них летело в Ногата. Они его тоже не любят или это потому что он самый большой и летит первым? А может все причины сразу? В нас тоже пытались попасть, но значительно меньше. И вот еще что. Наги с помощью этих копий и трезубцев стали целенаправленно теснить нас к городской стене. Уже было видно, что она состоит из камней надежно спаянных глиной. Если я в нее врежусь, то мало мне не покажется.

Нас теснили. Потоки нагов под нами сменялись и походили на замысловатое течение. Одни кинули копья им на замену пришли другие.

С каждой минутой становилось понятно, что сил уходить от атак все меньше, а наги не кончались. В конце концов, они попадут. И попали.

Именно в Ногата летело большинство стрел, копий и трезубцев, и в него как итог и угодило сразу несколько.

Ногат стал терять высоту. И наги с жуткими криками и воплями подбадривая себя и друг друга усилили натиск на черного дракона. И вот тут у нас появился реальный шанс оторваться. Наги были так увлечены Ногатом, что мы могли легко вырваться из этого круга и устремиться дальше. Ведь сам Ногат сказал, что дальше будет Кузня. И сам он там не был. Так что его функции проводника нам по большей части больше не нужны. И я бы его бросила. Вот точно взяла и бросила. Наверное. Может быть. Не знаю я!

Но Ногат не дал мне даже возможности поразмышлять на эту тему. У него на спине был Ханс. И вопросов никаких быть просто не могло. Поэтому я резко пошла на снижение и, прикрывая его своим телом, давала возможность прийти в себя. Но поднырнув, поняла, что это совершенно бесполезно. Ему сильно досталось и в брюхе и него торчало не меньше десятка древков.

Это было тело дракона. Значит чистая магия. И она с каждой минутой утекала через полученные раны. Когда она закончится, Ногат превратится в человека и благополучно рухнет в воду. Без магии, но скорее всего целый. Человеческую плоть пробить через шкуру дракона было практически не реально. Но вот магии он расходовал просто сумасшедшее количество. Меня бы с такими ранами не хватило и на пять минут. А он продержался до самых стен города. Зачем спрашивается? Хотя это же Ногат. С ним все не понятно.

Подлетев к стене, он обернулся. И вот уже рядом с довольно высокой при ближайшем рассмотрении каменной кладкой, прижавшись к ней спинами, стоят два человека. Один из них мне бесконечно дорог, поэтому я ни секунды не сомневаясь приземляюсь рядом и, открыв огромную пасть выпускаю в строну нагов ледяное дыхание моего дракона, призывая не подходить ближе. Это срабатывает. И наги останавливаются ровно там, где вода под воздействием моего дыхания превратилась в лед.

Наверху над нами парят два дракона. Я их вполне понимаю и разделяю их опасения. Ситуация самоубийственная. Сейчас Гарб и Риз могут еще развернуться и попробовать улететь.

Я уверена, что их не будут преследовать. У них есть шансы вернуться. У нагов уже есть добыча, в виде двух драконов и человека.

Какое бы решение приняла на их месте я? Понятия не имею. Это каждый решает для себя сам, уже попав в ситуацию с двумя выходами. У меня он был только один.

И тут Гарб принимает это решение. Он резко снижается и плюхается в воду рядом со мной, всем своим не маленьким драконьим телом. Он поднял кучу брызг, де еще и хвостом провел по воде. Вот же позер!

Я подняла голову и отрицательно покачала ей. Мол, не вздумай. С Гарбом мы съели уже пуд соли, и он просто не мог поступить иначе. Риз дело другое. Но к моему величайшему удивлению он принимает другое решение и плюхается с другой стороны от меня, подняв не меньше брызг, а пожалуй даже и больше Гарба. Еще один мальчишка. И что это было?

И тут в рядах нагов произошло волнение, и вперед выдвинулся их лидер. То, что лидер было понятно по огромному кожистому вееру у него за головой. У него он был больше чем у других. Я вот так и не поняла кто это? Нага или нагайна? И вообще они различаются по полу? А если нет? Ну как лягушки? Жаба там или жаб? Куда это меня несет опять?

И тут он или она заговорил.

— Мы можем отпустить белого. Остальные будут убиты.

Мило. Очень мило. Говорил он при этом и булькал. Воздух проходил скорей всего не через легкие, а эти его жабры. И в результате появлялся такой странный звук. Но понять было можно. Сказал слово и булькнул.

Торговля? Может он еще чего хочет?

Нет ну интересно же? И время можно потянуть. Я обернулась и заслужила дружный вздох толпы нагов. Они загомонили и заговорили все разом. Что? Я обернулась к Ногату.

— Они не видели существо женского пола. Ты для них что-то вроде диковинки — лениво пояснил он.

Он вообще стоял, опираясь на стену и не проявляя не малейшего волнения. Нас вообще-то сейчас убивать будут.

— Может, ты сделаешь, что ни будь? — решила я спросить.

— Что, например? — усмехнулся он.

— Не знаю. Знала бы, сама сделала.

— А почему они нас еще не убили? — спросил тоже обернувшийся в человека Гарб.

Риз тоже превратился в человека, понимая всю бессмысленность битвы даже в драконьем обличии с таким морем врагов.

— Им интересно. Не каждый день у них драконы летают. Да еще в таком разнообразии. Предложи им что ни будь. Поторгуйся. Может и поможет — ответил Ногат.

— Мы не хотели причинить вам вред — начал Гарб.

— Мы всего то и хотели долететь до Кузницы Драконов и пробудить из яиц парочку наших собратьев — продолжил он, так как получил отклик в виде гробового молчанья.

— Нет! Об этом не может быть и речи. Мы не отдадим вам священных яиц — выдал вождь.

И толпа нагов снова ощерилась колющими предметами в нашу сторону. Не хорошо вот так. Душевно же разговаривали.

— Почему же наши драконы, вдруг стали вашими священными яйцами? — не сдавался Гарб.

— Потому что важнейшее условие для их получения вы не выполнили — пробулькал в ответ вождь.

Или Вождиха? Я же так и не выяснила. А жаль. Вот сейчас убьют, и не узнаю.

— И какое же условие? — решила я внести свою лепту в переговоры.

— Вот это — вдруг раздалось сзади.

Мы обернулись к Ногату и поэтому пропустили его появление. Да и вообще мы все больше на колюще-режущие предметы перед собой смотрели, а не в небо.

Прямо перед нами в воду с высоты упал большущий бело-золотой дракон.

— Ты долго — сказал Ногат.

Дракон обернулся к нему и рыкнул.

А вот наги, при виде бело-золотого дракона, дружно попадали на колени. Вот стояли и их тут же словно подкосило.

— Что это они? — спросила я у Ногата.

— Для них золотой дракон что-то на подобии божеств. И они сделают все, что он попросит. Кстати в той битве золотые участия не принимали, соблюдали свой обычный нейтралитет, и коконов у них не было. Так что Золотой Дракон это совершенно точно божество. Из яйца же он не вылупляется, по их мнению. Я бы не сказал что наш спаситель божество. Хотя кому как — расщедрился тот на пояснения.

А я перевела взгляд на бело-золотого. Что-то было знакомое в нем. Но и я точно знала, что вижу его в первый раз.

— А откуда это божество взялось то? — поинтересовался Гарб.

— За нами пришло. Это же очевидно — недоуменно воззрился на Гарба Ногат.

— И что теперь делать? — я и в самом деле прибывала в растерянности.

Ногат пожал плечами. Он все так же стоял, прислонившись к стене и казалось, что его все это вообще не касается.

А мне что делать? Подойти к этому непонятно откуда взявшемуся дракону и попросить обернуться? Мол, «Товарищ, а товарищ».

Но дракон и сам понял что уже достаточно произвел впечатление на нагов и стал быстро обращаться.

Я взглянула ему в лицо и попятилась назад к стене. Прислонилась, к как всегда вовремя подставленному плечу Ханса, и замотала головой.

— Золтон? — сказал вслух то, что я не осмеливалась произнести, за меня Гарб.

— Этого не может быть — и я снова затрясла головой, прогоняя ведение.

Но видение и не думало исчезать. Меня отлепили от плеча Ханса и крепко прижали к себе. А потом он склонил ко мне лицо и прорычал в мои губы.

— Ни на минуту тебя нельзя оставить.

А потом меня поцеловали. Все закружилось и завертелось. Крепкие руки надежно держали меня. Мягкие губы целовали, не позволяя усомниться, что это он. Он нашел меня. Снова спас и теперь уж совершенно точно не отпустит. Я отмерла и ответила на поцелуй, теперь окончательно поверив, что это и в самом деле он.

— Нет, я все понимаю. Но может, вы все же отложите любовь до лучших времен? Пока наги пребывают в восхищении, нужно действовать — послышался ехидный голос Ногата.

Я резко опомнилась. Вообще-то нас тут убивают, или собираются.

Золтон тоже оторвался от меня и хмуро посмотрел на Ногата. Тот как не в чем ни бывало ответил ему своим обычным невозмутимым взглядом.

— Что настолько скучно? А если бы я не успел? — спросил Золтон.

— Да скучно, и ты успел. Потребуй у этих дикарей принести нам коконы драконов, и уходим отсюда. Я сыт по горло Гиблыми землями и этим походом. С твоим приходом стало все пресным и неинтересным. У вас у Золотых просто вредная привычка, портить остальным все веселье — продолжил он тем же тоном.

Золтон повернулся к нагам и закатил им пространную речь. Что для поддержания баланса, и что-то про равновесие светлых и темных сил. Мир во всем мире. Равенство и братство. Они не пройдут. Кто они не важно. Бла, бла, бла. Сразу видно наследного принца Золотого дома. Даже я заскучала. А Ногат так и вовсе периодически глаза закатывал и делал вид, что спит.

Но наги прониклись.

По безбрежному морю плавников всех размеров прокатилась волна и вождь, пусть будет среднего пола, кивнул. А потом обратился к Золтону.

— Пусть каждый из вас выберет цвет. Мы принесем по одному священному яйцу каждому из вас. Не больше.

Золтон обернулся и, взглянув на нас, предложил.

— Выбирайте.

— Черный — громко и четко произнес Ногат.

— Зеленый — вторил ему Гарб.

— Синий — подхватил Риз.

— Белый — сказал Ханс.

— Черный — сказала я.

И тут же заработала недоуменные взгляды всех друзей, любимого и Ногата заодно. Нда. Не часто я так всех удивляю.

— А что выберешь ты солнцеликий — пристал к Золтону тот наг с большим гребнем.

— Белый — не минуты не засомневавшись, ответил Золтон.

— Я и не сомневался. Гармония соблюдена. Два белых, два черных — и он низко поклонился нам.

По рядам вновь прокатилась волна, и как я поняла, нужно было подождать.

— Вай? А ты чего черный то выбрала? — шепотом спросил меня Ханс.

— Вот и мне интересно? — насмешливо воззрился на меня Ногат.

— Почему, почему. Папочке твоему пообещала. Я не привыкла обещать и не делать — ответила сразу всем.

— Признаться не ожидал. Был уверен, что вернусь только с одним драконом. Но ты меня приятно удивила. Я твой должник. И ты получишь, о чем просишь. Будет у тебя доступ к Мельнице и мое содействие — серьезно, что случалось у него не часто, сказал Ногат.

— Вайолет, ты же отвергла его брачное предложение пока я.… Пока меня не было — вдруг вмешался Золтон.

Приехали. Опомнился.

— А кстати. Ты где был? — гуляет не понятно где, а потом спрашивает.

— Я, собственно …

— Вай, а давай ты его потом убьешь? Дома? А то вон коконы, или священные яйца несут — перебил Ханс.

— Вот даже и не думай что мы закончили — я притянула его к себе и наклонив его голову собственнически поцеловала.

Моё. Никому не отдам.

Но Ханс как всегда прав. Толпа нагов снова пришла в движение и нам вынесли шесть огромных священных яиц.

И вот тут меня что-то подбросило. Спят они там уже давно. Зачем нам все это? Что может быть хорошего от этих древних драконов? Может не стоит будить лихо, пока оно тихо?

И я вышла вперед. Меня не останавливали. Наоборот все отошли, как будто признавая мое право решать. Вождь, а вот мне все-таки кажется, что это он, придвинулся ко мне и снова забулькал.

— Кузницу Драконов, или долину священных яиц, уже давно поглотила вода из подземных источников. Даже если бы вы захотели сами их достать, то вам пришлось бы нырять, и довольно глубоко. И еще. Сами драконы выбраться не могут. Слишком велика толща воды. Именно поэтому они еще и не пробуждаются. Ты уверена в том, что действительно этого хочешь?

Нет. Я уверена не была.

Коконы были большие. Больше меня. Трое нагов несли их. И сейчас я подошла к первому. Изумрудно-зеленому.

— Гарб. Иди сюда — скомандовала я.

Гарб и не думал, не подчинится. Его никто не останавливал. И никто по-прежнему не оспаривал мое право командовать. Ни Ногат, ни Золтон.

— Положи руку на кокон, рядом с моей рукой. Вот, так правильно. А теперь позови мысленно дракона что внутри. И больше ничего не делай. Никакой магии рода, не вздумай разбивать кокон. Просто зовешь и всё. Ясно? — и дождавшись кивка, я скомандовала.

— Давай.

Гарб закрыл глаза и нахмурился. А потом открыл их и сказал.

— Не получается.

— Так. Ты не правильно делаешь. Помнишь, как ты показывал картинки своему Хранителю и Принцу? Вот сейчас представь что этот кокон — это Хранитель. И показывай ему картинки.

— Какие?

— Любые, Гарб. Давай. Пробуем еще раз.

А вот сейчас дело пошло быстрее. Я транслировала кокону все подряд. Солнышко, воду, блики на воде, радость от полета и еще всю тут чушь, что есть в голове у каждого. И это помогло. Кокон пошел трещинами, и мы с Гарбом отскочили от него. Кокон ломался изнутри сам.

И вот уже вся верхняя часть потрескалась и осыпалась вниз, а нашим ошарашенным глазам, предстал молодой мужчина с длинными изумрудными волосами. Он открыл глаза и обвел всех нас вполне себе осознанным взглядом. Потом остановился на Гарбе. Гарб надо сказать выглядел не лучшим образом. Он явно был потрясен, и слов у него не было.

Но я толкнула друга в бок локтем. Гарб очнулся и подал руку зеленому дракону помогая выбраться из остатков яйца.

А я подошла к следующему яйцу. Черное, большое и блестящее. Очень красивое и почему то оно меня не пугало. Хотя казалось бы, должно было. И большие размеры и черный цвет. Но я уверенно положила на него руку и поняла что оно не страшное.

— Ногат? Иди сюда — заявила я этому древнему и могучему дракону.

— Мне можешь подробно не объяснять. Я и сам понял, что коконы ты бить не будешь и другим не позволишь.

— Не только это. Если кокон мне не понравится, мы его вообще трогать не будем. Этот мне нравится, так что клади руку и зови — ответила я.

Нам даже долго упрашивать этот кокон не пришлось. Оно пошло трещинами даже быстрее изумрудного.

Я открыла рот от изумления. Девушка что была внутри, превосходила все мои представления о восточных красавицах разом. Это была и царица Тамара и Нефертити в одном лице. Она открыла невероятные глубокие черные омуты и обведя ими всю нашу компанию остановила свой взор на Ногате. И произнесла глубоким красивым голосом.

— Лигнит, милый. Почему так долго?

Потом она потянулась как черная кошка на солнышке и встала сама из остатков кокона. А потом подошла к Ногату, который, не смотря на прожитые годы, выглядел не менее ошарашенно, чем Гарб и поцеловала его. Ох.

Сами пусть разбираются.

И я решила, что пока Ногат не опомнился нужно обследовать и еще один черный кокон. Я дотронулась до второго черного яйца и почувствовала двойственное чувство. Нет, плохим он не был, но вот нужно ли его открывать? Меня почему-то обуяли сомнения. Но я же обещала Лигниту? Что открою все что смогу?

Я обернулась и, оторвав Ногата от знойной красотки, за руку подтащила к кокону.

— Ногат! Соберись! Руку на кокон! — скомандовала я этому в данный момент невменяемому дракону.

Вот что с драконами девушки делают. На минуту оставить нельзя.

Этот кокон открылся так же быстро. И вот уже нашим изумленным глазам предстала еще одна восхитительная красавица. Только разрез глаз у нее был миндалевидный. И черные волосы струились почти до колен. Мама дорогая. Ногат не потянет. Боливар двоих не вывезет.

А красотка с глубоким вздохом повисла на окончательно поехавшем Ногате и томно прошептала.

— Милый.

Слово прозвучало как контрольный выстрел в голову. Ногат поплыл и больше, по-моему, в нормальное состояние возвращаться не собирался. Сам пусть разбирается. У меня своих проблем выше крыши. А вот так ему и надо. И я мысленно злорадно потерла лапки.

Следующий кокон был белый. Он сверкал и переливался перламутром. Я положила на него руку и тут же отдернула. А потом и вовсе отступила на шаг. Нет. Я замотала головой. Я не буду его открывать. Не знаю, что там и знать не хочу.

Я подошла к следующему. Сапфировый кокон встретил меня мягкой дружелюбной магией и я, обернувшись, кивнула Ризу. Он мгновенно подошел и, положив руку на кокон, прошептал мне в ухо.

— У меня невеста есть. Мне вот совсем неприятности не нужны. Знал бы что тут такие девицы не за что не пошел бы.

— Не трусь. Я уверена, что тебе повезет. Давай.

Сапфировый кокон мы сразу не разбили. Прошло несколько минут в полной тишине, и я уже думала прекращать, когда кокон все же треснул.

Дракон, оказавшийся внутри, был просто огромный. Богатырского сложения с огромными бугрящимися мышцами. Мне он, почему-то напомнил волшебного Илью Муромца. Рядом раздался облегченный вздох Риза. Невеста может быть спокойна, я бы тоже расстроилась, если бы любимый вернулся из Кузни с «древне-молодой» красоткой. Он подскочил к кокону и протянул руку дракону помогая встать. Тот улыбнулся и скептически его осмотрел. Нда. Риз не маленький, но поднять этого гиганта явно не сможет.

Риз и сам понял всю нелепость своего предложения, но гигант с мягкой улыбкой пожал ему руку и встал сам.

Все драконы сгруппировались и с интересом наблюдали за моими действиями. Вот и Риз с этим новым богатырём-драконом, отошли в сторону, давая мне пространство перед оставшимися двумя белыми коконами. Символично, что остались именно белые. И именно с собственным Домом — я не могу найти понимание.

Я подошла к последнему белому кокону.

Я не знала, что мне делать. Я не чувствовала нужность и необходимость в драконе находящимся внутри. Это дракон моего дома, а я не могу определиться.

Я обернулась, ища поддержки. Золтон отреагировал первый. Он подошел обнял меня, прижал к себе и сказал.

— Если ты сомневаешься — то лучше не стоит.

— Я не могу понять. Помоги мне? Дотронься до него? — попросила я.

Золтон положил руку на кокон, но спустя пару минут опустил её.

— Прости, я ничего не ощущаю. Но это нормально. Во мне есть твоя белая родовая магия, которой ты так щедро поделилась, но все же я Золотой Дракон. Так что я не могу тебе помочь.

— Ханс?

Друг подошел и молча дотронулся до белого кокона.

— Вай, он не злой. Просто по-моему ему страшно, а еще он слаб. И Вай, это не дракондракон — задумчиво протянул Ханс спустя некоторое время.

— Что? Как не дракон? А кто? — не поняла я.

— Не знаю. Но мне так показалось.

— Ладно. Пробуем. Кладите все трое руки на кокон, и зовите. Проснется сам, значит, так тому и быть. Не получится — отправится обратно в глубину Кузни Драконов.

И снова долгое время ничего не происходило. Но потом яйцо треснуло. И на этом всё. Дальше ничего не происходило. И что теперь?

— Мы не можем вернуть его под воду. Вай, придется разбивать — сказал вслух то, что я и сама понимала, Ханс.

— Хром и бром! Я ломаю.

И я решительно ударила белой родовой магией по кокону. Магия, как и рассказывал Вильгельм, сначала всосалась через кокон и трещину в нем — внутрь. Яйцо ее как бы выпило, и только после этого трещины по нему пошли уже большие и основательные. Верхушка яйца рассыпалась и мы увидели, что же имел ввиду Ханс, когда говорил что это не дракон. Потому что мальчик, лежавший внутри, драконом уж точно не был.

Так вот почему мне не хотелось его разбивать. Я детей побаиваюсь. Понятия не имею что с ними делать. Мальчик был белокурым как ангелочек. И вот что теперь? Он открыл глазки, и мне показалось, что он сейчас заревет. Плачущие дети? Это же кошмар всех времен и народов.

Но Ханс не дал катастрофе разразиться. Что бы мы без него делали? Потому что, нервно подняв глаза на Золтона, я увидела в них точно такое же растерянное выражение. Ясно. С детьми у него, наверное, тоже не очень.

— Ну что ты, маленький. Иди к дяде Хансу. Давай скорее на ручки. Все хорошо малыш. Тебя никто не обидит.

Ребенок доверчиво протянул руки к Хансу и тот взял его на ручки.

Фу. Пронесло. Крик откладывается.

— Ты будешь хорошим отцом, Ханс — со значением произнесла я.

Нужно признать, что ребенок был и в самом деле очаровательным, с пушистыми белыми волосенками, пухленький и славный. Только вот маленький очень. Или он на руках у большого Ханса так смотрелся? Я вот в возрасте детей мало что понимаю. Но одно я знаю точно. Его кокон мы разбили, а это значит что у малыша будут на лицо все последствия. И слабость и плохое настроение и наверняка еще много всего. Нда. Кажется мы влипли.

Но и оставлять ребенка в коконе было нельзя. Как он вообще там очутился? Это же был бой? Что там делал ребенок? Надеюсь, кто-то из вылупившихся драконов, сумеет нам рассказать?

— А что с этим коконом будем делать? — спросил меня Золтон, указывая на единственное оставшееся белое яйцо.

— Отправим назад в Кузню. Я не хочу звать этого дракона. Кто бы там не был. Скажи нагам, что бы они его унесли?

Золтон кивнул и уже собирался обратиться к вождю, но не успел.