25. На Сурейну

Венчание

Послезавтра мы уходим на Сурейну, а сегодня в двенадцать часов мы с Елисеем венчались в нашей церкви. Нас сопровождали: Родион, Олег, Артур с Варварой и Юрген с Владиславой.

Волновалась безумно. На мне было шёлковое платье василькового цвета до пят с длинным рукавом и неглубоким у-образным вырезом, туфли на невысоком каблуке и белый шарф. Елисей в тёмно-сером костюме с искрой, бледно-синей рубашке и густо-синем галстуке с серебряным зажимом с маленьким бриллиантиком.

Когда входили, в открытую дверь в церковь влетела белая голубка и села мне на плечо, проворковав, словно поздоровалась. Моя вторая половинка души прилетела попрощаться. Священник удивился, но голубку прогнать не решился. Хорошая примета, хотя церковь отрицает всякие приметы. Весь ритуал венчания она сидела прижавшись к моей голове. Когда батюшка спросил, согласна ли я, голубка гулькнула в унисон моему Да. Кольца заранее были переданы батюшке для освящения, для чего Елисею пришлось снять с меня обручальное кольцо. Батюшка с удивлением осмотрел их, но ни чего не сказал и кольца принял. Мало ли какие тараканы водятся в головах у людей.

Когда кольца были надеты, Елисей свёл наши руки кольцо к кольцу и камни в них сверкнули. Синие лучики взметнулись вверх. Голубка взлетела и исчезла.

После венчания в квартирке Олега немного посидели за столом, скромно отметив это событие. Мужчинам было некогда рассиживаться. Они спешили по делам, связанным с переходом. Олег отвёз меня, Варвару и Владиславу ко мне домой. Он оставлен с нами. Ночевали все у меня.

Сон

Я сижу на берегу небольшого озера, смотрю на игру бликов по лёгкой ряби воды. Как я тут оказалась? Почему? Где Елисей?

— Пойдём! — неожиданно прозвучал мужской голос над головой, заставив меня вздрогнуть.

Оглянулась. За мной стоит мужчина вполне земного вида. Я, что? не на Сурейне? Почему? Как это он так тихо подошёл, что я не услышала?

— Пойдём, — повторил он. — Я тебя отведу на место жительства. Будешь там жить, пока за тобой не придут.

Кто придёт? Елисей? Или кто-то другой? Поднялась и пошла за мужчиной. А что оставалось делать? Не ночевать же на берегу, не зная где?

Картинки меняются, как часто бывает во сне, без перехода. Я стою посреди маленькой комнатки с небольшим оконцем, за которым сплошной туман. У стены односпальная железная кровать, рядом обшарпанная, когда-то голубая, тумбочка и табурет. Всё какое-то серое, сумрачное. Я стою уже давно.

Открылась дверь, вошёл низкорослый крепкий мужчина.

— Я пришёл за тобой, собирайся.

— Куда? У меня нечего собирать.

— Как это — куда? Со мной.

— Зачем я тебе? — говорю без всяких эмоций.

— Мне нужна женщина. Ты подходишь.

— Я замужем, — показала кольцо.

Взглянув на кольцо, он, как-то испуганно, глянул на меня и пошёл к двери, говоря:

— Они обманули меня. Сказали, что здесь только свободные не весты.

Кто они? Куда меня привели? Выходит, что я здесь не одна?

— Это дом не вест, которым дана возможность стать чьей-нибудь жёнкой, — прозвучало у меня в голове.

— Но я-то замужем! У меня есть муж!, — возмутилась мысленно я.

— А где он? Почему его нет рядом с тобой? Может он уже погиб?.

— Нет. Он жив, — подумала я с угасающими эмоциями, продолжая стоять.

Передо мной возник мужчина, по комплекции сравним с Елисеем. Почему-то не могу разглядеть лица. Тоже зовёт с собой.

— Зачем я тебе? Я замужняя женщина.

— Не имеет значения. Раз ты здесь, значит свободна. У меня трое детей, а жена погибла. Детям нужна мать.

— Зайди в другую комнату. Я не пойду с тобой. Я буду стоять тут столько, сколько смогу. Я жду своего мужа.

Мужчина исчез, а в комнате появился высокий белый старик, в белом клобуке с накинутым на голову капюшоном, скрывающем глаза.

— И долго ты собралась здесь стоять?

— Столько, сколько нужно. Пока не придёт мой муж Елисей.

— Ты его ждёшь только потому, что он твой муж?

— Нет. Он мой Истинный.

— И всего-то? Стоит ли ждать мужчину, если он только твой муж и Истинный?

— Он мой любимый. И я жду здесь своего любимого.

— Да. Вы Истинные, но любовь — фактор более значимый, весомый. Вон, Радим Ладонид до сих пор Нюру любит, не смотря на то, что в жизни рядом с ним была Истинная. Душа — душой, а сердцу не прикажешь. Явление очень редкое, когда между душой и сердцем согласия нет. Жди. Коли любит, придёт. А я, уж так и быть, ему дорогу укажу, а то мотается по Роксолани, вместо того, чтобы делом заниматься.

Старик исчез, а передо мной возникла свекровь.

— Ну, что стоишь? Нет для тебя Елисея. Он разве тебе не сказал, что у него здесь жена есть? Больно ты ему теперь нужна. Он уж давно с женой встретился. Милуются, небось.

А я, вдруг, оказалась в светлом коридоре. У двери, прислонившись к стене и прикрыв глаза, сидит уставший Елисей и прислушивается к нашему разговору. Ухмыльнулся, услышав сказку о жене.

Я там, в комнате, разговариваю со свекровью и в то же время стою перед Елисеем и слышу его мысли.

— «Благодарю, Триединый, за помощь. Как же я устал. Матушка-то сказку какую сочинила. Всё мечтала, чтобы я жену в дом привёл. Ещё в пятьдесят лет меня женить хотела. Наконец, женился, так ей моя жена не по нраву. Анюта моя ей не по зубам, вот и не по нраву».

Ну и что он там сидит? Сколько я могу выстаивать, ожидаючи? Выслушивать разных посетителей. Эта-то как тут оказалась?

— Не придёт он за тобой, — продолжала свекровь. — Не стой, не жди.

— Он уже пришёл. Вон, под дверью сидит. Встать, сил нет.

Только сказала, как свекровь исчезла, а на её месте Елисей оказался. Я же, увидев его, начала падать, лишившись последних сил. Но Елисей обнял меня, поддерживая, а рядом Олег появился.

— Кто-то карабин срезал, — сказал, показывая конец верёвки с карабином.

Я почувствовала, что страховочный пояс на мне, и карабин с обрезком верёвки висит.

И проснулась. Первой мыслью была: «Надо, обязательно, про карабин рассказать Олегу».

А вечером я собрала для прощания свою семью: дочь с мужем и детьми, сына с женой и детьми, внучку от старшей дочери с детьми и младшей сестрёнкой. Вот он, мой сон о прощании с Землёй. Наготовили с Варей и Владиславой угощения. Посидели за столом, вспоминая разные эпизоды из нашей жизни.

Егорка оказался, действительно, с экстрасенсорными способностями, и Женечка, и Ириша, Татьянина внучка. Олег, прощаясь, передал Егорке шкатулку с Граалем, наказав открыть её в день двадцатилетия.

Я попросила у всех прощения. Оказалось, очень тяжело прощаться со своими кровинками навсегда, имея призрачную надежду на редкие весточки или встречи.

Почти всё было, как во сне, как в книге. Только не было возможности подарить вторую жизнь старшей дочери. Это невыполнимая мечта. А, вдруг чеш… нет, не буду даже думать об этом, чтобы не сглазить.

***

Сегодня в полдень мы уходим, я заканчиваю писать дневник. Осталось совсем немного. До открытия портала нужно, чтобы все провожающие покинули поляну на расстояние не менее пяти километров. Кто-то уже ушёл в деревню долохов, кто-то на вертолётах отлетит на нужное расстояние и будет кружить, прощаясь с нами, наблюдая, как мы уходим в портал.

Свои дневниковые записи я отдам Севастьянову для передачи моей соседке, из рода Белояров. Генерал-лейтенант Севастьянов нам оказал очень большую помощь в подготовке к переходу. Договорились, что она обработает их, сформирует книгу. Флэшку с «Зачарованным теремом» я ей отдала. Пусть тоже подкорректирует и обе сольёт в интернет под своим именем.

Очень большую помощь в подготовке к переходу нам оказал генерал-лейтенант Севастьянов. У него уходили на Сурейну трое внуков, будущие учёные — два физика и химик-биолог, и племянник с семьёй. Уходили они без протекции деда и дяди. Узнал он только утром праздника Великого весеннего равноденствия.

Племянник сын Валерия и Ланы — взрослый пятидесятилетний, жена сорока двух лет, два сына и дочь, подростки. У них свой минизаводик по производству высококачественного тончайшего фарфора и фаянса, не уступающего в качестве фарфору. Он привозил к нам образцы своей продукции. Елисей сразу же согласился взять семью, предупредив, что им придётся начинать всё с нуля.

Лана, прощаясь с сыном и внуками, наказала обязательно разыскать родственников. Сама она остаётся на Земле с мужем, сыном, дочерью и внуками.

А ещё мы сегодня познакомились со Степаном (Светлояром) и Аглаей Завойскими. Он роксолан, а она россиянка. Их судьба тоже интересна. Ведь вот как получилось! Когда познакомились с Придорожными, я подумала, что, возможно, живут на Земле ещё роксоланы, выброшенные нелюдями детьми из своего мира. И, пожалуйста! Узнала о Степане.

Ну, вот и всё. Прощай, Земля! Прощай Россия! Не обижайтесь на нас и не судите, да не судимы будете. Мы знаем, что там нам жить будет не легче, но там мы будем жить, а не выживать, прозябая.

На Земле нет места оборотным, они вымирают, растворяясь в безоборотных.

Мой совет искателям чешуек Радужных драконов. Не загадывайте денег, богатства — растеряете последнее. Не загадывайте ухода на Сурейну, если вы не можете что-то дать миру: знания, творческий талант, применимый в любом деле. Два наших мира сходятся вместе раз в двенадцать лет, в день летнего солнцестояния.

Берегите нашу матушку Землю, она прекрасна! И она очень уязвима. Прощайте!

Анна Семёновна Волес-Белоярова.