Глава 10. Такие, как мы…

Я вышла через десять минут. Пяти никак не хватило, чтобы успеть переодеться. Я никогда не была на полигоне и предположила, что нужно одеться в штаны и рубаху. Сверху накинула плащ, все-таки ночью прохладно, волосы собрала в хвост и завязала узлом. Перед выходом вспомнила и приняла лекарство Абса.

Ми юркнул мне на плечо и там устроился.

Боевики оценивающе посмотрели на меня.

– Волосы могла сегодня не убирать, – подметил Эррхан. Подошел, распустил узел, поправил мне хвостик. И, отойдя на шаг, глянул уже удовлетворенно: – Так-то лучше.

– Зачем это? – искренне удивилась я.

Парни переглянулись.

– Ты никогда не была на турнирах? – спросил догадливый дроу.

– Никогда, – честно призналась я. – У меня все время на обучение уходило.

Кажется, мой ответ их удовлетворил.

Объяснять мне начал Иррай:

– Тренировки команды всегда проходят по отдельности. Чтобы не видеть приемов друг друга. А вызвали нас не совсем на тренировку. По обычаю сначала всегда проходит знакомство с командами. Собирают, оповещают о правилах, изменениях, если таковые есть. Что-то вроде церемонии открытия подготовки к турниру.

– Прям-таки церемония? – Я представила себе подобное в своем мире. И как-то озадачилась. – Со зрителями и организаторами?

– Ну да, – улыбнулся Эррхан. – Там сейчас болельщиков будет не меньше, чем на самих турнирах. Всем хочется увидеть, кто участвует. А такой турнир, как в этом году, вообще редкость. Так что, думаю, там весь институт будет.

Весь институт. И на турнирах они тоже будут. И будут видеть меня, которая ничего не умеет. Интересно, есть книги по боевым искусствам? Или искусствам магического боя? Потому как научить меня хотя бы мало-мальским ударам и защитам за несколько дней – сомнительное предприятие.

– Ты странная, – протянул, морщась, Алиакс. – Вроде заучка, а что происходит в институте, не знаешь. Словно с луны свалилась.

– Я не считаю нужным забивать себе голову тем, что мне не интересно, – спокойно парировала я. – А мордобитие, магическое или физическое, на виду сотен галдящих адептов, мне точно не интересно.

– С таким подходом просто удивительно, что ты сейчас идешь с нами, – подметил Эррхан.

– Могу напомнить, что это не мое решение. – Я демонстративно вскинула голову.

Все замолчали и пару минут шли молча, а потом Эррхан сказал:

– Твое или нет, одно твердо усвой – мы команда! И мы теперь отвечаем за тебя, как за самих себя. Надеюсь, и ты не подведешь.

Странно он это сказал, за руку меня взял и крепко ее сжал. Не останавливался, не смотрел в глаза, а просто вел рядом, не выпуская моей ладони. А ребята по бокам встали.

– Поближе к нам держись, не отходи.

* * *

Полигон оказался за зданием института. Нужно было пройти по набережной, пересечь мост через реку и миновать поле. Сразу за ним возвышался громадный амфитеатр под открытым небом, в который с разных концов стекались адепты.

Мы шли торопливо. Эррхан несколько раз поворачивался ко мне и словно что-то хотел спросить, но молчал. И все же, почти дойдя до полигона, поинтересовался:

– Я слышал, ты общаешься с ДайАр Кероном.

Кивнула.

– Да, он хороший парень. И чудесный друг.

Эррхан хмыкнул.

– Хороший… Плохо, что ты с ним связалась. Он не лучшая для тебя компания.

– Это почему?

– Узнаешь.

Больше боевик не сказал ни слова.

Полигон правда был забит адептами. Вернее, не полигон, а трибуны. Все было освещено яркими прожекторами. Я и не думала, что в институте так много ребят. Гомонили, смеялись, переговаривались. Пожалуй, Эррхан был прав, пришли все.

Полигон был большой. Трибун много. Несколько ярусов, и почти все были заняты. В центре можно было видеть отделенные крытые ложи.

– На турнирах там сидят декан, ректор, магистр и приглашенные судьи, – на ходу объяснял мне Эррхан, проводя по коридорчику перед трибунами. – Нам нужно пройти к одному из выходов на полигон, возле каждого есть раздевалка. Мы с ребятами обычно пятый занимаем. Там кабинки для вещей удобнее, а на выходе, у бортика, места ожидания недавно поменяли на мягкие. Это будет место нашей команды на все турниры. Я заранее договорился.

Я обратила внимание, что между проходом к местам для команд и трибунами висела едва видимая призрачная пелена.

– Что это?

Иррай глянул на меня косо, но спокойно пояснил:

– Ограничитель, чтобы яростные болельщики не лезли к участникам. Ну и еще этакая тайная завеса.

– В смысле?

– Болельщики не видят команды и их участников. Узнают только на открытии.

– То есть мы для них тайна?

– Именно. Такая маленькая интрига. Кстати, сами команды тоже не видят соперников. Это необходимость. Не каждый хочет, чтобы противник заранее знал средства, которыми те будут пользоваться во время турнира.

Мы прошли вдоль бортика к выходу с горящим над ним номером «пять».

– Присаживайся, – указал на мягкую скамейку Эррхан, а сам встал у бортика, смотря на полигон. Там, в центре, находилась возвышающаяся площадка.

– Почему не начинают? – спросил усаживающийся рядом со мной Алиакс.

Иррай встал рядом с капитаном.

– Площадку готовят. Ректора с деканами еще не видно. Хотя магистры в ложе уже собрались. Интересно, почему задерживаются?

– А еще нас торопили, – зевнул дроу и прикрыл глаза.

Судя по ропоту на трибунах, не только мы задавались этим вопросом.

Прошло минут двадцать, во время которых мы с Али молчали, а Иррай тихо переговаривался с Эррханом. Ми на моем плече начал тихо посапывать.

Гонг прозвучал настолько громко и внезапно, что элькат подпрыгнул и чуть не упал, вовремя ухватился за мои волосы.

– Ми?!

– Начинается, – сказал Алиакс, зевая, открыв глаза. Встал и прошел к бортику. Я последовала за ним.

Прожекторы устремили свет на трибуну, на которую поднимались ректор и несколько деканов. Среди них и Кхедс.

Врон шел с озадаченным и недовольным видом. Остановился, скользнул взглядом, нашел меня и вздохнул, покачав головой. Мне стало не по себе.

– Всем темной ночи! – произнес Тэврах.

– И долгого рассвета, – добавил Кхедс, выходя вперед. Судя по всему, выступать намеревался именно он. Так и вышло. Трибуны зааплодировали, но тут же смолкли, едва декан поднял руку. В наступившей тишине зазвучал его голос: – Я рад видеть всех вас сегодня здесь. И уверен, вы так же будете рады видеть всех участников предстоящих турниров за кубок некромантии. Я собрал сильнейших для самого зрелищного и масштабного поединка Каркринса. Победители удостоятся не только получения кубка и звания лучшей команды Института Некромантии ХиллРауна, но смогут с достоинством продолжить обучение в самом престижном институте искателей!

Снова овации.

Кхедс смолк, выжидая, когда гул стихнет.

Я была само внимание. Ми сидел тихо-тихо, навострив ушки настолько, что кончики торчали из пушистого шарика.

Наконец адепты успокоились, декан продолжил:

– Каждая из выбранных мною лично команд будет проходить строжайший контроль. Все четыре турнира проведутся в жестких условиях и с жесткими правилами. Участникам я скажу: не ждите поблажек. Не ждите моего сочувствия. Покажите, насколько вы сильны, и возможно, в будущем именно вы станете элитой не только некромантии, но и лучшими среди искателей. Я верю в каждого из вас. И надеюсь, что вы покажете себя в полную силу. Особенно на заключительном турнире, на котором будет присутствовать сам лейлар ФаркАф Керон, а также представители высшего совета и совета искателей.

На трибунах послышались перешептывания и возгласы восхищения.

Декан снова поднял руку. Дождался тишины.

– Но прежде чем начать наше знакомство с командами, я бы хотел внести некоторые коррективы в правила турниров. Руководством института решено и советом искателей одобрено: в связи с тем, что один из участников команд имеет личного фамильяра, а как вы знаете, это дополнительный источник сил, то каждая команда обязуется в течение ближайших двух дней добавить в список своих участников любое магическое существо либо фамильяра. – Он пару секунд помолчал, слушая удивленный ропот трибун, и добавил: – Я считаю, это будет справедливо.

Адепты зашевелились, начали обсуждать, пытаться заглянуть за завесу.

– Нечистые бы к трупам уволокли Кхедса! – едва слышно сказал Иррай.

– Тихо, у него слух драконий, – напомнил Эррхан. – Декану завеса не помеха. Они с ректором нас отлично видят и слышат.

Сказал и был прав. Потому как взгляд искателя был устремлен лично на меня. А вернее, на эльката на моем плече.

– Ми? – растерянно спросил мой личный фамильяр.

Эррхан подмигнул ему.

– Поздравляю. Теперь ты полноправный участник нашей команды. И тебе тоже придется тренироваться. Благо ты элькат. За тебя мы точно спокойны будем. – Он покосился на меня. И снова вернулся к зверьку: – Не думаю, что хоть одна из команд сможет найти более сильное существо, чем наш Ми.

– Ми-и-и, – как-то неуверенно и очень тихо протянул мой зверек.

– Что? – переспросила я. Он ничего не ответил, а забился под хвостик моих волос.

В это время на полигоне продолжал греметь голос искателя Кхедса:

– Каждая команда будет заниматься отдельно. Чтобы не выдать навыков и приемов. Первый турнир пройдет через семь дней. Уверен, командам хватит этого времени, чтобы продумать тактику и хорошенько отработать боевые навыки. Я верю в вас! В каждого! И надеюсь увидеть фееричное зрелище и достойный бой истинных титанов лучшего в Каркринсе Института Некромантии ХиллРауна. А теперь я даю слово ректору Врону.

Вперед вышел Тэврах. Он был немногословен:

– Рад видеть всех вас. Объявляю открытой церемонию начала подготовки к ежегодным турнирам. И я готов представить вам первую команду. И это команда капитана Эстера Уона.

Послышался свист и выкрики:

– Эстер! Эстер! Эстер!

С противоположенной стороны полигона вспыхнула и открылась голубоватая арка. Из нее на площадку вышли четверо крепких ребят.

Остановились. Вперед выступил темноволосый, коротко стриженный парнишка в черном плаще. Вскинул руку. Один из стоящих вместе с ним парней упал замертво. Трибуны охнули. Эстер повернулся к нему, вытянул руку над телом и сказал всего одно слово. Его было не слышно, но парень зашевелился, сел, тряхнул головой и встал. Оба они улыбались. Смотрящие разразились аплодисментами.

– Что это было? – шепотом спросила я. – Кто это?

– Эстер Уон и его команда некромантов, – на ухо мне начал объяснять Иррай. – Вайт, Трой и Грон.

– Я думала, что все команды – боевики.

Эррхан, прислушивающийся к нашему разговору, хмыкнул:

– На турнире выступают сильнейшие команды разных факультетов.

Парни в это время прошли к бортику со стороны полигона и там выстроились в шеренгу.

– Встречаем, Хлод Прис и его ребята! – провозгласил ректор Врон.

Вышли парни в строгих черных костюмах.

– Тоже некроманты? – спросила я.

– Демонологи, – поморщился Алиакс. – Неприятные ребята. От таких только и ждать подвоха и гадости в виде демонической змеи в постели или того похуже.

– У него просто как-то девушка была из демонологов, – хохотнул Иррай.

Алиакс с прищуром глянул на того и расплылся в ухмылке.

– Жгучая дьяволица, но на редкость гадкая девчонка. И я бы не прочь ее наказать и сейчас.

– Но увы, она уже наказала тебя… – Смех орка походил на гром.

Дроу вздохнул:

– И все же в этом что-то было…

– Похоть, – подсказал Эррхан. – Вы бы лучше не о девочках болтали, а на полигон смотрели.

И мы начали смотреть.

А на полигоне в этот момент разворачивалась интересная картина.

Капитан демонологов поднял руку, сжал и резко распустил пальцы. Воздух над его головой сгустился, начал вращаться спиралью, и из ее глубины на зрителей глянула демоническая морда. Клацнула зубами, потянулась вперед жуткой черной перепончатой лапой. Демонолог сжал пальцы, воронка вместе с монстром взвилась вверх, устремилась к трибунам и под визг девушек осыпалась пеплом на зрителей. После чего демонологи стройным шагом отправились к первой команде, где выстроились рядом.

– Команда Честер Од.

На полигоне появилась новая четверка ребят. Не слишком высокие и чуть худощавые.

– Артефакторы, – продолжал объяснять мне орк. – Не очень сильные физически, но не стоит их недооценивать. Зачастую артефакты, производимые ими, могут нанести куда более сильный вред, чем прямой удар. В прошлом году эти ребята чуть не выиграли турнир.

Парень на полигоне достал из кармана небольшой камень и сжал его в ладонях. А когда открыл, то в воздух взметнулись десятки разноцветных птиц. Они были миражными, но такими красивыми. А от самого камня шло нежное голубоватое свечение. Весь полигон обратился в дивный фантомный сад.

– Как красиво! – восхитилась я.

Эррхан на меня косо посмотрел, отвернулся и раздраженно сказал:

– Девчонкам такое нравится. То-то у Честера отбоя нет от любительниц прекрасного. Ты не слишком засматривайся, Льярра, будешь десятой в девятом ряду.

Я хотела сказать, что лучше уж бабочки и птички, чем тычки и мордобитие. Но тут над полигоном голосом ректора прозвучало:

– Команда ДайАр Керона.

Я прикусила язык. Позабыла, о чем мы говорили. Уставилась на выходящих.

Рыжий шел первым.

– Высшие маги, – сказал Иррай.

– Знаю, – тихо ответила я. Повернулась к Эррхану.

– Почему ты не сказал? – спросила севшим голосом. – Ты поэтому узнавал, общаюсь ли я с ним?

– Да, поэтому. Но разве это что-то меняет? – отозвался боевик, не смотря на меня. И тут же спросил со злостью: – Или, может, к ним пойдешь?

– Нет. – Я опустила взгляд. – Не думаю, что меня там ждут и примут.

– Правильно думаешь. Значит, вопрос закрыт, – припечатал Эррхан и добавил: – Во время турнира у нас нет друзей.

– Их у вас и вне турнира нет, – буркнула я, отворачиваясь и теперь меньше всего желая выходить на полигон.

– Юджин, Лайбрус и Рой, – протянул Иррай. – Все отличники вышмага. Они будут серьезными противниками. Льярра, ты слышишь меня?

«Да» я не ответила, просто кивнула. Орк больше не переспрашивал. Я внимательно смотрела на четверку магов.

Вперед вышел Дай. Улыбнулся всем удивительной, обворожительной улыбкой. Хитро подмигнул и… Земля под ним задрожала, поднялась столбом. Взвилась вихрем, и отчетливо в воздухе прописалось:

«Выбирай лучших! Будь за нас! Будь с нами!»

– С самомнением у него явный перебор, – выдал Алиакс.

– Особа правящего клана, что ты хочешь? Того и гляди, корона на глаза сползет, – весело подметил Иррай.

Я молчала. Мне не до смеха было.

Это как же получается, мы с Даем будем соперниками? Я не хочу. Почему все должно быть именно так? Худший момент за всю историю моего пребывания в этом мире.

– Команда Эррхана Альмари.

Арка выхода с нашего места осветилась синим, открываясь на полигон.

Я стояла, вцепившись пальцами в край бортика.

– Льярра!

Продолжала стоять.

Меня схватили за локоть и потянули.

Я выдернула руку из захвата Алиакса и начала отступать.

– Льярра, ты чего? – удивился тот.

– Я не пойду туда… Можно?.. Потом…

– С ума сошла! – вылупился на меня Иррай.

Эррхан подошел, встал вплотную. Ухватил за подбородок, смотря в мое лицо.

– Это не решение, Льярра. Он все равно узнает. Но если ты не выйдешь сейчас, то покажешь свою слабость. Хочешь, чтобы он знал, что ты боялась? В конце концов, кто ты ему?

– Мы друзья, – прошептала дрожащим голосом.

– Друзья? – У Эррхана глаз дернулся. – У него таких подруг… – И тут же осекся, заметив, как я вся подобралась. Ми выскочил из-за моих волос и зашипел. Боевик отступил, лишь руку мне протянул и уже тихо попросил: – Идем, Льярра. Ты же понимаешь, что если откажешься, Кхедс тебя с потрохами сожрет. А это хуже, чем временная обида Дая. Если вы друзья, то он простит. Будете и дальше общаться. – Парень криво усмехнулся. – Турнир – это же временное явление. Все пройдет. Дай – умный парень, он поймет.

– Команда Эррхана Альмари, – прозвучало уже требовательно.

Я подняла голову, набрала воздуха в грудь, выдохнула и подала руку Эррхану.

– Ты все сделала правильно, – сказал он, склонившись ко мне. – Верь в нас! – Обнял и стремительно поцеловал в лоб. Меня в жар бросило, а боевик уже отпустил меня и шел к выходу.

– Ми? – протянул пораженный элькат. А мне и сказать было нечего.

– Иди, Льярра, мы следом, – подтолкнул меня Алиакс. Они с орком переглядывались и насмешливо ухмылялись.

«Вот же…Эррхан!»

Я вскинула гордо голову. Щеки все еще горели. Но мысли потекли другие. Эррхан прав, мы с Даем друзья, а друзья по таким поводам не сорятся. Все будет хорошо. И под гул оваций я вышла.

Остановилась в шаге от нашего капитана. По сторонам от меня встали Иррай и Алиакс. Только Ми забился глубже под волосы.

Эррхан сделал шаг вперед.

Я оглянулась на ребят. Иррай мне жестом приказал оставаться на месте.

Капитан ловким движением вытащил откуда-то из скрытых ножен небольшой клинок, и тот заплясал в его руках. Затанцевал в боевых выпадах и ударах невидимого противника. Он то взлетал вверх, то со свистом разрезал воздух в крепких руках Эррхана. Это было завораживающее зрелище, но я все равно быстро отвлеклась, ища взглядом Дая. Он стоял в шеренге команд, находившихся у бортика полигона. Рыжий смотрел на меня. Пристально смотрел. Лицо был бледным, скулы напряжены, глаза темные, как ночное небо.

Я беззвучно, одними губами шепнула: «Пойми меня».

Дай отвел взгляд.

Овации. Меня уже тянули в общий строй.

Грянул марш, и команды пошли вдоль полигона к самой большой синей арке.

Как только мы в нее вошли, я постаралась обогнать всех и найти Дая. Объясниться с ним, рассказать. Он должен понять меня.

Нет.

Его не было. Словно сквозь землю провалился.

Я крутилась на месте, стараясь увидеть его среди выходящих.

И не видела.

Кто-то положил руку на мое плечо, сжал его.

Повернулась.

Рядом стоял Эррхан. Внимательно смотрел на меня.

– Заблудилась?

– Не отделяйся от нас, – подошел к нам орк. – Затопчут.

Затоптать и правда могли. Участники и зрители толпой, обсуждая и восторгаясь увиденным, ломились к выходу с полигона.

Эррхан ухватил меня и прижал к себе, выводя из общего потока.

– Ми! – пропищал придавленный элькат. Боевик не раздумывая подхватил его с моего плеча и посадил себе на голову.

И снова меня обхватил. Слишком уж как-то трепетно прижав. И даже приподняв, практически вынося на руках.

Так мы и вышли. Я в объятиях Эррхана и орк с дроу, отталкивающие от нас слишком уж яростно желающих покинуть трибуны.

Мы выбрались на зеленую лужайку. Здесь боевик поставил меня на землю.

– До комнаты проводить?

Я покачала головой.

– Не заблужусь.

– Что-то ты не очень хорошо выглядишь, – подметил Иррай.

– Не люблю толпу.

– Уверена? – сощурился, осматривая меня, Алиакс.

Кивнула.

– Она же у нас с книжками привыкла дело иметь, а там тихо, никто не кричит, не галдит, – улыбнулся орк.

– Точно, – сказала я. И постаралась в ответ улыбнуться. – Я пойду, ребята.

Забрала у боевика Ми и пошла.

– Льярра, – послышался голос, догоняющего меня Эррхана.

Повернулась.

– Завтра в восемь вечера у меня. Нужно составить план действий, разработать стратегию и потренироваться.

– Хорошо, я буду, – сказала, стараясь не выдать собственных переживаний. Но голос вышел тихим и надтреснутым.

Я отвернулась и, прижимая к себе Ми, торопливо пошла по аллейке, ведущей к институту.

* * *

Рыжий поджидал меня у ступеней лестницы первого этажа. Погруженная в собственные мысли, я не сразу его заметила.

– Привет.

Подняла голову.

Дай стоял, облокотившись о перила.

– Привет. – Не нашлась, что еще ему ответить.

Он натянуто улыбнулся.

– Не ожидал увидеть тебя среди участников команд.

– Я тоже. – Отвела взгляд.

– Ты не говорила, что участвуешь в турнирах.

– Ты тоже.

– Мы так и будем перепираться?

– Я не знаю, что сказать.

– И я правильно понимаю, что фамильяр одного из участников – элькат.

Ми свернулся в комочек в моих руках, так, что одни глазки виднелись.

Дай усмехнулся.

– Так странно вышло. Ты на турнире. Да еще и в команде этого выскочки Эррхана.

– Он не выскочка. – Я нахмурилась. Мне совсем не нравился насмешливый тон Дая.

– Ты уже его защищаешь? – В голосе мелькнуло разочарование.

– Дай, послушай, то, что мы в разных командах, еще не значит… – Подняла взгляд и увидела холодные глаза. Совсем холодные, как серые ледышки. Я смолкла. У Дая нервно дернулась щека.

– Льярра, – хрипло спросил он. – Если я попрошу тебя не выступать за них, уйти из команды. Ты уйдешь?

Я в растерянности смотрела на парня.

– Дай… Это… Не от меня зависит. Я… Они же рассчитывают и… – Слова застревали в горле. – Я не могу уйти.

Элькат в моих руках замер, прислушиваясь к разговору. Он ему, так же, как и мне, совсем не нравился.

– Я так и знал, – ядовито выдавил парень.

Я искренне удивилась.

– Что ты знал? Подожди, Дай. Это нечестно. А ты уйдешь из команды, если я попрошу?

Он сложил руки на груди. Надменно вскинул голову.

– Льярра, ты не понимаешь? Это моя команда. Как я могу уйти.

Вот теперь я начала злиться.

– Не слишком ли белое пальто на тебе, Дай? Ты уйти не можешь, а я должна. Мы с тобой не так давно общаемся…

– Все понятно… – перебил он меня. – Значит, ты с ними.

Я тоже горделиво вскинула подбородок.

– При такой постановке вопроса – да. Я с ними.

Рыжий прищурился. И произнес хриплым от напряжения голосом:

– Правильно сказала Сирея, такие, как мы, с такими, как ты, близких связей иметь не должны.

«Что?» – Я в изумлении смотрела на Дая.

– Ну да, – проговорила, с трудом сдерживая вспыхнувшую обиду. – Зато не стану очередной игрушкой мальчика-мажора.

– Кого?

– Высшего лейлара – хама и самолюбивого индюка!

Дай побледнел. Глаза расширились.

Но парень даже шагу ко мне не сделал, а прошипел:

– Индюка? Самолюбивого?

Я уже пожалела, что это сказала, но обратно слов не вернешь. Теперь оставалось ждать ответа. И он прозвучал.

– Что ж, знай, Льярра Шео. Пощады не будет. Я не посмотрю, что ты девушка. На турнире мы все равны.

– И ты об этом не забывай, когда окажешься на полигоне нос к носу со мной, – раздалось жестким тоном Эррхана. Передо мной вышел и встал боевик, скрестил руки на груди, прямо смотря на Дая. – Не думал, что ты способен опуститься до угроз девушкам. Или смелости только на это хватает? Выскажи что-то подобное мне.

– Неужели сам Эррхан решил вступиться за чью-то честь? А у самого-то она есть? – Рыжий подступил к нему, приподнимая руки. Вокруг пальцев образовалась темная дымка.

Рядом с нами тут же встали Иррай и Али.

– Мы не на полигоне, – резко произнес дроу. – Схватки в зданиях института запрещены. Хотите получить по выговору и отработке вместо тренировок?

Дай бросил на них презрительный взгляд.

– Так радуйтесь, что мы не на полигоне. – Стряхнул магию с рук.

– Не беспокойся, у нас еще будет достаточно встреч, – пообещал Эррхан и добавил: – Впредь постарайся быть подальше от Льярры.

Рыжий скривил губы.

– Это мы с ней сами решим, без твоего вмешательства.

– Не получится, – твердо заявил боевик. – Она теперь в нашей команде. Одна из нас. И капитан этой команды я. Так что прислушайся к моему совету. Не подходи к Льярре. Иначе я наплюю на запреты.

Косая ухмылка скользнула по губам Дая.

– Я буду только рад, если еще до турнира смогу указать тебе твое место.

В следующий момент Эррхана держали Иррай и Али.

– Ты знаешь, куда я засуну тебе корону! Да я…

– Тихо! – зажал ему рот дроу.

Орку приходилось скручивать боевику руки.

Я разъяренно глянула на Дая и выдала:

– Уходи!

Он посмотрел на меня.

– Прочь! Уходи! – повысила я голос.

В глазах рыжего появилась тоска, но тут же сменилась злостью. Парень отступил. Горько усмехнулся.

– Мы еще поговорим, – сказал непонятно, то ли мне, то ли Эррхану. Но ответил боевик:

– Буду ждать.

Дай развернулся и быстрым, четким шагом направился по коридору.

– Друзья, говоришь, – сказал в это время мне Эррхан.

Маг услышал, остановился. Мне показалось, что сейчас он повернется, улыбнется и скажет: «Да ладно, Льярра, это всего лишь игра».

Но он не повернулся, а пошел дальше.

Эррхан подступил ближе ко мне.

– Держись подальше от таких друзей.

Я ничего не сказала.

– А я говорил, что ее нужно проводить, – пробасил Иррай. – А то ходят здесь всякие.

Эррхан взял меня за руку и потянул по лестнице.

– Идем. Теперь мы тебя точно до комнаты доставим.

И я пошла. Хотя на душе кошки скребли. Мы неправильно проговорились с ДайАром. Мы оба сказали не то, что хотели. Вернее, я точно не хотела, чтобы все получилось так.

– Запомни, Льярра, – говорил мне на ходу Эррхан. – Мы теперь одна команда. В обиду тебя не дадим.

– Будь уверена, – поддержал его Иррай.

Ми на моем плече тяжко вздохнул.

У меня тоже был готов вырваться вздох сожаления о случившемся, но я его сдержала.

* * *

В комнате было тихо. И темно. Едва мы вошли, загорелся свет. Я посадила Ми на стол, сама села на кровать и задумалась. Мне было неприятно, обидно, в то же время одолевала злость.

«Как так можно? Разве он сам не понимает? Что именно задело Дая? То, что я не сказала о турнире? Или то, что я в команде Эррхана? Ах да, нужно не забывать, Сирея его сестренка, а также бывшая девушка боевика. Может, его это так разозлило? Необходимо спокойно поговорить с Даем, без присутствия боевиков. Но не сейчас. И мне, и ему нужно время, чтобы остыть. Я уверена, мы сможем договориться и понять друг друга».

– Ми? – спросил прыгнувший мне на колени элькат. И сочувствующе погладил мою руку лапкой.

– Да, – ответила я грустно. – Неприятная ситуация. Но мы ее решим. Успокоимся и поговорим.

Ми закивал, соглашаясь со мной.

В дверь осторожно постучали.

– Войдите.

В комнату заглянула мадам Блейвес, а следом вошла.

В руках ее был поднос. А на нем чайничек с чаем, тарелочка печенья и еще одна с кашей.

– Уверена, на ужин вы не ходили, – покачала она головой. – Я сама для вас приготовила. Конечно, до хваленой кухни поваров института мне далеко. Но от голода умереть не дам. А еще моя каша придаст вам сил. Это я обещаю.

Я не смогла сдержать благодарной улыбки.

Смотрительница прошла и поставила все на стол.

– Вы совсем бледная, Льярра, и, судя по всему, расстроены. Что-то случилось?

Кивнула.

И вдруг меня прорвало. С эмоциями и дрожащими на кончиках ресниц слезами я рассказала ей о Дае и знакомстве с ним. О том, какой он добрый и замечательный. О турнире, на который я не собиралась, но попала. И всей ситуации вокруг него.

– Разве так друзья поступают? – Я смахнула слезу.

Мадам подошла, села рядом и обняла меня.

– Ми-и-и! – пропищал мой звереныш. Мадам его погладила. Вздохнула.

– Все пройдет, Льярра. Возможно, он увидел в вас что-то большее, чем вероятного друга. А тут вы с тремя боевиками. Любой нормальный мужчина принял бы это на свой счет.

Я подняла на нее глаза.

– О чем вы? Мы не так давно знакомы, но, знаете, он казался мне таким добрым и заботливым.

– Время покажет, – сказала она. – Но помяните мое слово, он еще захочет вернуть вашу дружбу. Знаете, раньше я не замечала вас. Вы ходили тенью, ни с кем не общались. Но последние дни открыли в вас очень теплую душу. К вам тянутся…

– Неприятности, – буркнула я.

– И они тоже, – согласилась мадам. – И вот что я скажу. Если вокруг человека начинает происходить много разных, самых разных событий, это значит, судьба вас отметила и решила дать какой-то шанс. Что-то грандиозное ждет вас в будущем. Мы еще не знаем что, но я верю – девушку с такой открытой душой должно ждать нечто очень хорошее.

Она провела пальцами по моей щеке.

– Плачьте, если хочется. Пусть слезы смоют обиду и горечь с вашего сердца. И завтра вы проснетесь уже со светлыми мыслями и обязательно найдете, как решить сложившуюся ситуацию.

Она говорила так спокойно и уверенно, что придала веры и мне.

– Ну вот, у вас появился румянец. А теперь за стол и ужинать, – мягко приказала Блейвес.

Каша оказалась на вкус немного странной. Я такую никогда не ела. Словно она была из цветов, чуть сладковатая и невыразимо нежная. Буквально таяла во рту. А еще у нее был дивный аромат. Тонкий, мягкий.

С каждой ложкой я ощущала себя бодрее, а мысли прояснялись.

– Почему вы помогаете мне, мадам Блейвес?

Смотрительница продолжала сидеть на кровати, поглаживая перебравшегося к ней Ми.

– Тамплины умеют видеть ауру. Ваша заметно изменилась. Она светлая, тянущая к себе. Потому к вам и начали липнуть всякие изменения, люди, события. Рядом с вами тепло.

– То же могу сказать и о вас, – рассмеялась я.

– Мое тепло – это магия, она помогает мне чувствовать себя живой, – сказала мадам и улыбаться перестала.

Я тоже. Посмотрела на ее ставшее задумчивым лицо.

– Вам не хватает свободы?

– Скорее общения и ощущений. Девочки живут каждая своей жизнью. Одни уходят, другие приходят. А я словно подсматриваю за ними из тесной клетушки. Иногда очень хочется вырваться и пройтись по аллеям, по набережной. Я тысячу лет не вдыхала чистого воздуха, аромата цветов, не ходила по берегу реки, не притрагивалась к зелени. Не ловила руками капли дождя, стекающие с листьев деревьев. Со временем все эти ощущения забываются. И я все реже об этом думаю. Но вот с любопытством ничего сделать не могу. Я не знаю ничего, что происходит за гранью этого общежития. Я подглядываю, подсматриваю, подслушиваю. Мне бывает стыдно стоять за чужими дверьми, но и поговорить особо не с кем. Так хотя бы слышать чужие разговоры. Такова судьба каждого духа-хранителя.

Мне стало жаль мадам Блейвес.

– А хотите, я буду приходить к вам и рассказывать обо всем, что происходит в институте? Хотя бы то, что знаю я.

Смотрительница заметно оживилась.

– Вам это не составит труда?

– Мне будет приятно разговаривать с вами, – уверила я.

Блейвес расплылась в улыбке.

– Что ж, тогда буду всегда рада видеть вас в своей комнате. Приходите в любое время.

Уходила она, желая мне хорошего сна.

Как только дверь закрылась, я приняла микстуру Абса. Посмотрела расписание на завтра. Ми ткнул в выбранные им учебники и указал, что завтра будут эти предметы.

Я перенесла книги на стол.

Ми отсчитал по десятку страниц с каждой и сел за первую. А я переоделась в ночную рубаху и легла спасть. Я сегодня очень сильно устала. Мне даже не понадобилась помощь эльката. Едва голова коснулась подушки, как я просто вырубилась.

Проснулась от того, что ощутила рядом чужого. То самое чувство, когда на тебя смотрят. Вздрогнула и открыла глаза. Свет в комнате не горел, только лунные тени на стенах и потолке… Потолке… У меня от ужаса волосы дыбом встали.

Под потолком, нависая надо мной, парил… Лич. Тот самый лич. Я хотела отчаянно закричать, однако горло сковал спазм.

Ми спал рядом на подушке. Но у меня не было ни сил, ни возможности пошевелиться. Я зря открывала и закрывала рот.

«Все, мне конец!» – подумала и прикрыла глаза. Не хочу видеть, как жуткий призрак выпьет меня, словно стакан воды. Минута, две, три… Я глаза открыла. Лич все так же парил надо мной. Откинул капюшон, и я смогла увидеть его пугающее обезображенное лицо. Серое и страшное. Мне трудно было сказать, мужское оно или женское, слишком много морщин. Старческое, так будет правильнее. Волосы свисали космами. Глаза светились алым. И вот эти глаза смотрели на меня… С интересом. Лич провел в воздухе костлявой рукой, вырисовывая искристый символ. Он напоминал собой перевернутую чашу, находящуюся в букве «С». И этот знак я уже видела и отчетливо вспомнила. Именно такой был на ауре Хьюди. Лич начал опускаться ближе ко мне.

Горло заболело от натуги и желания заорать. Призрак склонился так низко, что практически касался моего лица.

Я ощутила ледяное прикосновение.

И…

Дверь распахнулась.

– Астардум!

Быстрая тень скользнула по комнате. Лич взвился, когда яркая молния распорола воздух. Но рассыпалась, коснувшись его. Призрак сверкнул глазами и пропал.

А я все с тем же ужасом смотрела на вновь прибывшего. Тень повернулась. Обрела физическое тело. Произнесла:

– Мохиварус.

И ко мне вернулся голос. Но тихий, перепуганный и от того писклявый:

– Мадам Блейвес!

– Я ощутила темного в общежитии, – сказала она, внимательно смотря на меня. – Вы как себя чувствуете, Льярра?

Я испуганно моргала.

Зевнул и открыл глаза лежащий рядом Ми.

Мадам покачала головой.

– Вот тебе и фамильяр.

– Ми? – удивился он.

– Здесь Льярру чуть лич не выпил, – сурово свела брови мадам.

– Ми! – Элькат подскочил на месте и начал прыгать, пиная воздух.

– Поздно, он уже ушел. – Смотрительница сложила руки на груди. – Скажите мне спасибо, что успела. Иначе завтра мы бы нашли в кровати пустую адептку.

– Ми-и-и! – Фамильяр перебрался на стол, бухнулся на задницу и поднял на меня расстроенные глаза.

– Все в порядке, я жива и невредима.

Мадам Блейвес покачала головой.

– Я буду рядом. В коридоре. Вдруг он вернется, – сверкнула глазами на Ми. – И ты не спи. Следи!

Элькат подскочил, отдал мадам честь и начал ходить туда-сюда по столу, зорко стреляя глазами по сторонам.

Смотрительница вышла. А я снова положила голову на подушку. Вот только теперь уснуть мне не удавалось. Я все думал о личе. Он ведь здесь не минуту или две был. Он был долго. И не выпил. У него хватало времени. И как странно он на меня смотрел. Что ему нужно было? Что за знак он чертил в воздухе? Хотел что-то показать? Но что?

Удар Ми по моей голове заставил провалиться в сон. А снились мне снова бабочки.